Переписка (Если ты промолчишь, я приму это за согласие)

На съёмках, фотосессиях и, вообще, практически везде и всегда Чимин ходил вместе с Гуком. Ребята всегда что-то активно обсуждали, и участники группы уже начали над ними подшучивать - не влюблены ли они друг в друга. Но они все время смеялись, переводили разговор на другую тему и шутили в ответ на колкости в отношении них. Они старались обсуждать все в отсутствие участников группы, но иногда, не замечая, как в комнате присутствует кто-то еще, просто рассматривали твои фотографии с округлившимся животиком. Гук, мило улыбаясь, привлекал к себе внимание. «И что там такое интересное? Я тоже хочу посмотреть», - обращал на себя внимание Намджун. - «Гук. Ты так мило улыбаешься, будто увидел там ребёнка…» «Или котёнка», - перебивает его Чимин. - «Котёнка», - ещё раз повторяет, стараясь убедить окружающих в действительности. «Не знал, что Гуку котята нравятся», - не отрывая глаз от блокнота, сухо произнёс Юнги. - «У тебя же, вроде, собака? Что вдруг на котят смотришь?» «Они очень красивые и милые, особенно, когда беременные», - не удержался Гук. Чимин ткнул того в бок, потому что боялся, что кто-то может догадаться. Хотя, кто? О том, что ты была в Сеуле, знали только семья Чимина и Гук, но всё же старался не привлекать внимания. *** Очередная съёмка нового клипа занимала много времени - все суетились, готовились. Народу было много: кто-то сидел на диване и рассматривал какие-то бумаги, кто-то стоял у столика с напитками и едой, съёмки иногда затягивались до поздней ночи, а то и до самого утра, и агентство всегда предоставляло что-нибудь для перекуса. Кто-то просто разговаривал и смеялся, обсуждая очередной проект. Чимин отправился в гримерку, чтобы подготовиться к съёмке. Юнги сидел на диванчике и что-то искал у себя в телефоне. «Чимин, можно твой телефон? Мне надо позвонить, а мой почти разрядился. Боюсь, начну говорить, и он отключится». Чимин не очень хотел давать телефон, что-то внутри ему подсказывало не делать этого. Такое часто с ним бывает, когда он волнуется или чего-то ожидает. Он иногда даже предсказывал некоторые события - просто говорил, что надо сделать так, потому что у него предчувствие, и к нему иногда стали прислушиваться. Он и сейчас чувствовал, что не надо давать телефон, но, с другой стороны, он почувствовал, что, если не сделает это сейчас, то потом будет поздно. Поздно для чего? Что будет «поздно»? Он не знал. Но того, что произошло дальше, он совершенно точно не ожидал. В комнате были они вдвоём, и взять телефон у кого-то ещё не было возможности, поэтому пришлось уступить. Он молча стоял с телефоном в руках и не мог пошевелиться. «Что ты застыл?» - Мин улыбнулся и потянул за руку, отнимая телефон. - «Я не собираюсь читать переписку и смотреть галерею. Честно». Чимин протянул телефон и в напряжении наблюдал за действиями Юнги, а тот спокойно уселся на диван, держа телефон Чимина в одной руке, а свой в другой, на котором искал номер человека, которому хотел позвонить. И именно в этот момент, именно в эту секунду, и именно сейчас на телефон Чимина пришло смс, а Юнги случайно открыл его. Это было сообщение от какой-то «Булочки». У Чимина холод прошёлся по спине, руки затряслись, он побледнел, к горлу подкатил ком, и он захотел просто вырвать телефон из рук Юнги. Сообщение гласило: - «Девочка, 3780, 54 см». И фото малыша в больничной кроватке. Юнги удивлено посмотрел на фото, на друга и улыбнулся: - «Чимин, я чего-то не знаю про тебя? Тебя можно поздравить?» - и протянул телефон. Чимин прочитал смс, в глазах появились слёзы, он повернул телефон экраном в лицо Юнги и, еле сдерживая эмоции, сказал: - «Это тебя можно поздравить. Ты стал отцом». Юнги застыл. Он взял телефон в руки и уткнулся в фотографию малыша, которую ты только что прислала. Он просто не мог поверить в то, что сейчас произошло. Так он просидел минуту или даже больше, держа в руках телефон Чимина и рассматривая фото на экране. На фотографии он увидел комочек, завёрнутый в розовые пеленки, на голове такой же розовый чепчик. Ребёнок спал, сморщив своё милое личико. У края пеленки выглядывала крохотная ручка - видимо, малышка пыталась высунуть ручку, но так и уснула. Но самое главное, что он увидел - родинку, такую же, как у него самого. На пухлых щёчках не заметить ее было невозможно. Только через несколько минут к Юнги пришло осознание всего происходящего. В это миг он почувствовал, как его с головой накрывает волна отчаяния, попытка впустить воздух в легкие приводит к ноющей боли в груди. Его трясло так, будто он только что окунулся в бурлящий поток ледяной реки. Он поднял глаза на друга. Чимин попытался хоть что-то рассмотреть в этих карих глазах, но все бесполезно: они смотрели будто сквозь него. Иногда одного взгляда достаточно, чтобы понять, что происходит внутри человека, но не сейчас, не здесь, не в эту минуту. Он смотрел на Чимина, как в пустоту, ничего не понимая. Юнги не понимал, как это могло происходить? Как так? Ребёнок? Почему он не знал? Почему он не был рядом, когда был нужен? Почему написал то несчастное смс, которое разрушило все то, что создал он сам? Почему он такой? Почему сам разрушает все своими руками? Он сам не знал ответы на все эти вопросы. Чимин смотрел на него и не мог ничего сказать, будто бы слова застряли в горле. Оправдываться? За что? За то, что он сам отверг? Возмутиться? Но глядя на растерянный вид друга, ему хотелось обнять того, прижать к груди и успокоить. Состояние Юнги выбило Чимина из колеи, он стоял и ничего не говорил. Что делать? «Для начала, надо все узнать у тебя. Как дела? Почему роды сейчас, ведь ещё рано? Как малышка?» - думал Чимин. Сначала ты, а потом он поговорит с другом, потом. Но сначала с тобой. Он забрал телефон и, повернувшись в выходу, судорожно набрал твой номер. «Чимин, постой. Включи громкую. Я хочу услышать ее голос», - он говорил так, будто каждое слово давалось ему с большим трудом. Чимин набрал номер, гудки в трубке телефона слышались пронзительно громко и казалось, что уже вечность ты не снимаешь трубку. «Привет, Чимин. Ты видел фото?» - послышался тихий, уставший голос. «Да. Но почему сегодня? Ещё же рано», - в голосе слышалось волнение, он говорил и при этом все время смотрел на Юнги, который сидел на диване, локтями упершись в колени и закрыв лицо руками. «Роды - процесс непредсказуемый. Ей захотелось именно сегодня». «Покажи ее. Можно ещё фото?» «Она сейчас в палате интенсивной терапии». Эти слова прошибли ребят насквозь. Юнги вскочил с дивана и хотел что-то сказать, но Чимин перебил его: - «Что с ней? Почему там?» «Об этом не переживай. Все хорошо. Просто она не хотела рождаться, как все нормальные дети, и мне сделали кесарево сечение. А после операции за ребёнком должны наблюдать несколько часов. Она в полном порядке, и скоро будет со мной», - успокаивала ты парня. «И как зовут мою племянницу?» «Конечно же, я бы очень хотела, чтобы имя выбирал отец, но…» - и тут твою речь прерывает до боли знакомый голос. Голос, от которого у тебя кружилась голова, а по телу пробегали мурашки. Голос, который ты готова была слышать и слушать вечно: - «Лиен. Ее зовут Лиен, что значит «лотос», - проговорил Юнги. Тишина повисла в трубке телефона. Чимин тоже не ожидал такого поворота событий и не знал, как реагировать и что делать дальше. «Юнги?» - тихо прошептала в трубку. «Прости меня, малыш. Я сволочь», - но ты уже не слышала, из трубки телефона доносился тихий плач, говорить не было сил, ты отключилась. «Что это сейчас было?» - взгляд у Юнги из растерянного и взволнованного резко изменился в тревожный и угрожающий. - «Где она сейчас? Почему я ничего не знаю? Почему ты ничего мне не рассказал? Почему ты молчишь? Чимин!» - голос Юнги дрожал, он уже переходил на крик, который было слышно уже далеко за пределами гримерки. - «Ты знал! Ты все знал! И ничего не говорил! Как ты мог? Чимин!!! За что ты со мной так? Чимин, не молчи, говори!» Но Чимин молчал. Он не знал, как быть, что ему сейчас говорить? Чимин сам был в шоке от того, что сейчас произошло. Он искренне радовался за тебя, но в то же время сочувствовал, сочувствовал вам обоим. Юнги схватил Чимина и потряс его, как куклу. В комнату вошёл Чонгук, который услышал крик Юнги, и мгновенно среагировал. Картина, которая предстала перед его глазами, немного шокировала. Юнги стоит перед Чимином, держит его за рубашку у горловины и трясёт изо всех сил. Чимин просто стоит перед ним и ничего не говорит. Чонгук быстро отдёрнул Юнги от Чимина. Он ещё не понял, что произошло, почему ребята поссорились. Но было очевидно и то, что Чимин не хочет бороться с Юнги. «Отпусти его. Что ты творишь?» - Гук отталкивает Юнги в сторону. «Девочка. У неё девочка», - тихо произнёс Чимин, глядя на Гука. - «Сегодня родилась Лиен». Гук не понял, о чем он говорит, пока Чимин не показал смс. «Ты тоже знал? Как? Почему?» - Юнги плюхнулся на диван и обхватил голову руками. Какое-то время в гримерке висела тишина. Ребята переглядывались друг с другом и не знали, с чего начать. Как объяснить, почему они так поступили с ним, и как сейчас все разрешить. «Ты сам виноват», - только и смог проговорить Гук. Юнги поднял затуманенные глаза на Чимина: - «Дай мне ее номер, пожалуйста», - тихо говорит он. «Она вряд ли тебе сейчас ответит». «Я не буду сейчас звонить. И потом не буду. Я напишу ей. Пожалуйста, Чимин», - в его глазах Чимин увидел отчаяние и тоску, которые Юнги скрывал все это время от всех. Но сейчас все вышло наружу, взгляд молил друга. Чимин написал на листке бумаги номер телефона, Юнги аккуратно сложил его, убрал в карман и вышел из гримерки. *** *Смс* Чимин: - «Ты как?» Т/И: - «Почему Юнги? Откуда он там?» Чимин: - «Он держал мой телефон, когда пришло смс, и случайно открыл его». Т/И: - «И ты сказал, что это я?» Чимин: - «Да». Т/И: - «Ты же мог сказать, что это кто-то другой. Зачем?» Чимин: - «Я не смог. Т/И, прости. Не смог. Поговори с ним. Он сам не свой от этой новости. На нем лица нет. Поговори с ним. Вам надо помириться». Т/И: - «А я и не ругалась с ним. Он просто отверг меня». Чимин: - «Но он же не знал. Не знал о ребёнке. Поговори, пожалуйста». Т/И: - «А если бы не было ребёнка? Что было бы тогда? Захотел бы ему вернуть меня? Что тогда было бы, Чимин?» Чимин: - «Захотел бы. Он все это время хотел. Но боялся, что теперь ему это скажешь ты. Что ты отвергнешь его. А он любит. Любит! Понимаешь? Любит! Я вижу. Он видел тебя в торговом центре, я тогда с ним разговаривал. Он думал, что у него галлюцинации, что сходит с ума. Он бредит тобой. Понимаешь меня? Он все ещё любит. Поговори! Прошу!» Т/И: - «Хорошо. Я поговорю. Но не сегодня. Не сейчас. Мне и так тяжело было услышать его голос». Ты отложила телефон и, уткнувшись в подушку, тихо заплакала. Услышав голос любимого человека, ты почувствовала его присутствие, даже так, через телефон, но ты чувствовала его. Было тяжело, очень тяжело. Осознание того, что Юнги узнал о дочери, и радовало, и огорчало одновременно. Ты не знала, как быть дальше, что делать? Если он решит вернуться, что тогда? Ты готова была уже сейчас побежать к нему, обнять, прижаться к груди и никуда не отпускать. Но будет ли так? Позволят ли вам остаться вместе? Будет ли у дочери полноценный отец, который будет видеть своего ребёнка каждый день, и которого он будет воспитывать вместе с тобой? И самое главное - захочет ли он вернуться, рискнуть своей карьерой и остаться с тобой? Эти вопросы не давали тебе покоя. *Смс от Чимина*: «Пожалуйста, не переживай так сильно. Я волнуюсь за тебя после того случая в торговом центре. Пожалуйста, береги себя, ради дочери. Ради Юнги. Я знаю, он тебе дорог так же, как и твоя малышка». Т/И: - «Не волнуйся. Все будет хорошо. Мне просто нужно немного времени». Тебе была приятна забота Чимина, он оказался действительно самым лучшим другом, о котором только можно мечтать. Он поддержал тебя, когда весь мир тебе был не мил, когда даже разговоры с подругами тебя не спасали, да и как они могли тебе помочь? О том, кто отец, знал только он. И только с ним ты могла откровенно излить душу и поплакать в трубку телефона. Но, кстати говоря, Чимин не позволял тебе этого делать, он всегда старался перевести разговор и практически не вспоминал Юнги. Он вообще разговаривал с тобой так, будто бы это был его ребёнок, и окутывал тебя максимальной заботой, в которой ты очень сильно нуждалась. *** Юнги сидел дома, держал в руках телефон и не знал, с чего начать. Он понимал, что пары слов тут недостаточно, да и пары фраз тоже. Но как начать? Как написать сообщение так, чтобы ты поняла все его внутренние переживания, чтобы знала, что он чувствует сейчас? Он действительно очень сильно волновался, но ещё больше внутри кипела злость: на Чимина и Гука, потому что скрыли от него твоё состояние; на тебя, потому что не открылась и не рассказала о ребёнке; но больше всего - на себя. Что сейчас делать? Просто попросить прощения и разрешения увидеть ребёнка? Со временем он успокоился и старался свои чувства запереть куда подальше, загружая себя работой. Но сейчас что-то вдруг вспыхнуло внутри, и он уже не знал, как поступить. Отправив смс, Юнги перешёл в галерею и открыл скрытую папку, в которую заходил так часто, что уже думал просто открыть ее для ежедневного просмотра, но до сих пор не решался на это. А сегодня, после того, что произошло в гримерке, он просто смотрел на фото и понимал, что человек, который запечатлён в памяти телефона, никуда не ушёл от него, никуда не делся. Он просто ждал, когда сам Юнги откроет эту папку и нажмёт на значок «Доступно для просмотра», нажмёт в сердце «Доступно навсегда». С фотографии на него смотрела девушка - милое создание, которое когда-то помогло сохранить честь и достоинство самого Мин Юнги. Она не испугалась встречи с неизвестным человеком ради своего любимого, она готова была на все условия, только чтобы быть рядом с ним, с Юнги. Ее зелёные глаза погружали Юнги в воспоминания, в те дни, когда он был счастлив, когда каждую минуту, проведённую с этим милым созданием, хотелось продлить навечно, хотелось остановить время и оставаться в этих счастливых моментах навсегда. На этих фото была ты. Он никогда не удалял их, да и, если честно, не собирался этого делать. Он сохранил все фотографии, которые сделал, когда вы были вместе, просто скрыл их от окружающих, но практически каждый вечер пересматривал их и вспоминал о тебе. Он уже давно пожалел о том, что отправил тогда смс, ругал себя за случившееся, хотел набрать номер и позвонить… Но как только брал в руки телефон, что-то останавливало его, он смотрел на разблокированный экран телефона, пока тот снова не тух, и откладывал его в сторону. Сейчас же все по-другому, сейчас он безумно хотел поговорить с тобой. Но боялся. Боялся, что ты не захочешь его слушать, и поэтому отправил СМС. Опять. Вся надежда лишь на то, что ты поймёшь его, простишь и примешь. *** Услышав уведомление о принятом смс, твоё сердце забилось с немыслимой скоростью, почему-то ты понимала, от кого сейчас пришло сообщение и боялась открыть его. Взяв телефон в руки, ты какое-то время просто смотрела за значок о новом сообщении и не решалась открыть. Что там? Признание или прощание? Что тебя ожидает? Если он решил вернуться, ты постараешься простить его. Да что там? Ты давно простила его и хотела увидеть, прижаться к нему, как это было до расставания. А если он просит прощения и уходит? Этого ты не сможешь выдержать вновь, ещё один удар, и ты умрешь, не физически, конечно, а морально. Падать с высоты тебе уже не так страшно, страшно не видеть дна этого разлома, куда ты летишь, и не знать, упадёшь ли, вообще, или будешь так всю оставшуюся жизнь лететь. Ребёнок придавал сил, жить теперь надо ради неё, всегда и все говорили тебе это. Но как жить, если тебя дважды отверг любимый человек? Никто не говорил. *Смс* Юнги: - «Привет, малыш. Если честно, не знаю, как начать. Я очень долго думал, что написать и что сказать, чтобы ты поняла меня, поняла то, что сейчас творится у меня внутри. Да, я повёл себя, как последняя скотина. Я испугался, что мои отношения не дадут мне возможности заниматься любимым делом. Но когда я понял, что любимое дело никак не хочет развиваться в отсутствии любимого человека, было уже поздно. Я наговорил то, о чём не стоило бы даже и задумываться. Я понял, что ты нужна мне. Честно, я испугался. Испугался того чувства, которое зародилось внутри меня. Когда мы расстались, я очень долго думал, что же натворил, зачем написал. Почему, как последний трус, отправил смс, а не поговорил с тобой. Каждый день я загружал себя работой, чтобы мысли о тебе не терзали меня, но когда приходил домой, ложился в постель, понимал, насколько я одинок. Ты для меня - единственный в мире человек, в ком я нуждаюсь. Прости меня. Прости меня, малыш. Я люблю тебя. И не хочу потерять тебя. Не хочу потерять дочь. Не хочу потерять вас обеих. Прошу, подумай, пожалуйста. Сейчас уже ночь, но я хочу сказать. Прежде, чем ты уснешь, я хотел, чтобы ты знала, что я буду ждать тебя вечность. Буду ждать, когда ты ответишь мне. Но я действительно безмерно рад, что нашел тебя. Спокойной ночи, моя девочка, которая воплотила все мои мечты в реальность, войдя в мою жизнь. Если ты - сон, я не хочу никогда просыпаться». *** Утром Юнги проверил телефон. Сообщение прочитано, однако ответа нет. Он долго думал и написал снова: - «Привет, малыш». Но и на это сообщение ты не ответила. На третий день он отправил ещё одно: - «Малыш. Ты не хочешь со мной говорить?» Через несколько минут пришёл ответ от тебя: - «Хочу. Но я боюсь». Юнги: - «Чего ты боишься, родная?» Т/И: - «Боюсь получить ответ, равный тому сообщению, которое ты уже присылал. Боюсь снова испытать те чувства. Боюсь снова поверить в то, чего не может быть». Юнги: - «Что ты имеешь ввиду?» Т/И: - «Я боюсь снова найти тебя, а потом потерять». Юнги: - «Не потеряешь. Я сам нашёл тебя и потерял. Я понял, как это больно, понял, что не смогу больше без тебя. Я просто не хочу быть без тебя. Я хочу увидеть тебя. Хочу снова прикоснуться к тебе, к твоему лицу, к твоей коже. Хочу почувствовать тебя». На это сообщение ты уже не ответила. К горлу подошёл ком, и слёзы покатились сами по-себе, сдерживать их не было возможности, да и не за чем. Тебе надо было поплакать. Вечером к тебе приехал Чимин, вы долго разговаривали, и он все время поглядывал в люльку на малышку. «Ну правда, Юнги с соской», - смеётся. - «Можно подержать?» Ты встала с кровати, чтобы взять малышку, но резкая боль внизу живота скрутила мгновенно, и ты упала на колени, держась за живот. Чимин подскочил, хотел помочь встать, но из-за судорог ты не могла даже пошевелиться, по ногам потекла кровь. Парень выскочил из палаты и стал кричать о помощи, звать персонал. Медсестра сразу сориентировалась, вызвала врача. В комнату закатили каталку. «Помогите ее уложить», - быстро обратился врач к растерянному Чимину. Он поднял тебя и аккуратно положил на каталку. - «В операционную. Срочно готовим к операции», - кричит врач медсестре, которая увозит тебя из палаты. Чимин остался один. В комнате повисла тишина, он стоял и не мог отвести глаз от лужи крови на полу. И совершенно не имел представления о том, что произошло. В это время в палату зашла медсестра и забрала малышку. «Зачем? Куда вы ее забираете?» - он потянулся к маленькому свёртку в руках девушки. «Пока мамочка будет в операционной, за малышкой будет следить персонал», - ответила девушка и ушла. Чимин в растерянности набрал номер Юнги. «Она в операционной», - тихо прозвучало в трубке телефона, но для Юнги эти слова показались громом среди ясного неба. - «Приезжай. Ты нужен ей». *** Уже через тридцать минут Юнги стоял посреди палаты, в которой к тому времени уже все убрали. Он смотрел на пустую кроватку и не мог поверить, что недавно в ней лежала его дочь, его частичка. Он подошёл, наклонился над кроваткой и вдохнул запах малышки, который ещё остался на пеленках. «Останься, пока ее не привезут», - Чимин кладёт руку на плечо друга, которому хочет помочь всей душой. - «Я пойду». Чимин вышел из комнаты, оставив Юнги наедине со своими мыслями. Операция длилась почти два часа: оказалась, что после первой операции в полости живота оставили салфетку, и от этого у тебя развилось воспаление. Эти два часа для Юнги казались вечностью, ведь он ничего не знал. Что случилось? Когда закончится операция? И что, вообще, произошло? Где малышка? Все эти вопросы крутились в голове. Он сидел в кресле в углу комнаты, прижимая к себе маленькое розовое одеяльце, и вдыхал запах малышки. Наконец, в палату закатили каталку, на которой лежала ты, он резко дернулся. Ты была без сознания, изредка приходила в себя, а потом опять отключалась. Врач показал знаком Юнги, что нужна помощь, чтобы переложить тебя в постель. Они аккуратно уложили тебя в кровать. Юнги поправлял одеяло, когда ты тихо произнесла сквозь сон: «Юнги», и опять отключилась. Он просидел с тобой до самого вечера, не считая часов, просто сидел и ждал, когда ты очнёшься, когда он снова упадёт в твои зелёные глаза. Ты очнулась и не могла сообразить, где ты сейчас. Обрывки памяти подсказывали, что ты сейчас в палате, а где тогда малышка? Голова болела и безумно кружилась, ты ощущала тянущую боль внизу живота. Осмотревшись, ты смутно увидела в углу комнаты силуэт Юнги. Он сидел в кресле и что-то внимательно рассматривал в телефоне. Размытый образ человека, который именно сейчас был тебе необходим. «Ну вот. Теперь и у меня галлюцинации. Вижу то, чего не может быть», - мысль проскочила в твоей голове. Ты попыталась встать и выйти из палаты, чтобы узнать, что с малышкой, но твое состояние не позволило сделать и пары шагов. Голова закружилась, и ты уже была готова упасть на холодный кафельный пол, но чьи-то сильные руки не позволили этому произойти. Кто-то, подхватив тебя за талию, крепко прижал к себе. «Юнги?» - тихо, почти не слышно, произнесла ты. «Привет, малыш». Слабость во всём теле после наркоза ещё ощущалась, и стоять на ногах было чрезвычайно тяжело. Юнги, осторожно взяв тебя на руки, уложил обратно на кровать. «Ты стала такая лёгкая, как пушинка», - прошептал он. - «Совсем исхудала. Тебе надо набрать вес». «А до этого я была толстая?» - надув губы, проговорила ты и отвернулась к окну. «Сможешь ли ты простить меня? Сможешь ли поверить вновь в то, что я чувствую к тебе? Я очень много думал о нас и понял, что не так. Я повёл себя, как последний трус, когда отправил это смс. Я испугался, что заброшу музыку. Слишком сильное чувство зародилось внутри меня, и я испугался. Но когда понял, что без этого чувства я не могу дышать, не могу спать, не могу писать - было уже поздно. Я предал тебя, отказался и решил, что ты никогда меня не простишь и не примешь обратно», - он говорил очень тихо, каждое слово выходило с огромным усилием. Было видно, что он страдал, и ему сейчас очень тяжело. Ты повернулась к нему и положила свою руку ему на плечо. «Я простила тебя уже давно, а когда увидела глаза нашей малышки, влюбилась в тебя вновь. Она - твоя точная копия». Юнги повернулся, на его глазах были видны слёзы. Сильный и мужественный мужчина сейчас плакал, как ребёнок. Он притянул тебя к себе и нежно прикоснулся губами к щеке. Он осторожно продвигался к губам, оставляя влажную дорожку из поцелуев на твоём лице. А когда дошел до заветных губ, невольно отстранился и посмотрел в глаза: - «Если ты промолчишь ещё минуту, я приму это за согласие и побуждение к действию». Ты молча смотрела в глаза. Ты хотела поцелуй. Ты уже давно хотела поцеловать его, сердце колотилось с таким грохотом, что, казалось, его звук слышно далеко за пределами комнаты. Ты почувствовала нестерпимое желание слиться с любимым, стать одним целым не только душой, но и телом. Он тянется и прикасается к твоим губам, горячее дыхание обжигает изнутри. От губ он переходит к шее, ключице. От прикосновений все тело начинает дрожать. Горячо. Очень горячо. В этом состоянии все прикосновения ощущаются острее. От удовольствия ты прикрыла глаза, а из груди тихо вырвался стон, тебе стало хорошо от его поцелуев. Чувство, как-будто долетела до звёзд и растворилась. Юнги понимает, что продолжения сейчас не будет, категорически нельзя. Но он делает все, чтобы тебе было приятно. Ласкает твоё тело, шею, грудь, а когда доходит до живота, останавливается. Он осторожно прикоснулся рукой к тому месту, где находится шов, наклонился и поцеловал живот через ткань ночной рубашки. «Спасибо тебе, родная», - он говорит так тихо, будто разговаривает сейчас не с тобой, а с твоим животом. - «Спасибо за любовь. Спасибо за терпение. Спасибо за дочь», - он поднимает глаза на тебя и видит твои слёзы. - «Ты чего, малыш? Перестань. Я с вами, и никуда уже не уйду, пока сама не скажешь». «Не скажу. Никогда не скажу, Юнги», - ты протянула руки к нему, чтобы обнять, он наклонился, и тихо в ухо ты произнесла: - «Я люблю тебя».