Урок любви

Антон смотрит на Арса, но у того взгляд поплывший. Понятно, что сообразить что-то он может с трудом. Поэтому Антон тихонько приподнимается и закрывает ему рот ладонью, показывая, что надо вести себя тихо. Горячее дыхание мужчины обжигает длинные пальцы Шастуна. Парень кладёт свою руку на обжигающий и толстый член учителя и двигает ею в быстром темпе. Стук в дверь повторяется оглушающе громко. Сердце Антона начинает стучать быстрее от страха, дыхание становится прерывистым. Кто-то за дверью дергает ручку, и у парня падает сердце в пятки. Он точно закрыл дверь? Да, заперта. Кто бы там за дверью не стоял, явно уходит, не добившись ничего. — Ведите себя тише, Арсений Сергеевич, — шепчет Антон. Арс замечает пляшущих чёртиков в зелёных глазах парня. Тот усмехается и снова встаёт на колени. В этот раз он не балуется и не тянет, а сразу берет член глубоко, до самого горла. Арсений смотрит на парня, на то, как по блядски его большие и пухлые губы обхватывают член, как щеки втягиваются, и не может сдержать тихого стона. Как тут вообще быть тише? Ощущение, что Антон чёртов пылесос, только мощность, идеально подобранная под него. В Антоне вообще для Арса всё идеально: и нос с еле заметной родинкой, и короткие волосы, что колются, если по ним провести рукой, и острые ключицы, что выступают из-под рубашки. Черт, сколько раз он кусал их, оставлял засосы, но все следы проходили. Словно парень вновь и вновь стирал с себя любую принадлежность к нему. И от этого Арсению хотелось сделать его своим. Парень двигает губами сильнее, и ощущение давления становится невыносимым. Арс более не может себя сдерживать и с тихим "А-анто-он", кончает парню прямо в горло. Горячая сперма ударяет по горлу небольшой струёй. Шастун давится, кашляет, но всё проглатывает. У Арсения голова ватой набита и в ушах шумит, но, видя, как Антон своим широким языком облизывается, словно довольный кот, понимает, что готов продолжить прямо тут. Благо, парень оказывается куда благоразумнее учителя. Он развязывает его руки, и Арсений наконец-то их разминает. А ещё встаёт, чтобы размять ноги. Но ему так хорошо, что держится он с трудом. Антон облокачивается на стол учителя. — Знаете, Арсений Сергеевич, я тут понял, что не уверен, что смогу без подготовки принять Вас всего, — парень даже не краснеет, глядя на учителя, — Я, конечно, практиковался, но всё равно сомневаюсь. — И с кем же ты практиковался, Шастун? — Попов прижимает парня к столу, ставя свои руки по бокам. — Дома. Один. Пихал в себя пальцы, — начинает оправдываться парень, наконец-то краснея, — А вы что, ревнуете? Антон так быстро разворачивает ситуацию в свою сторону, что учитель теряется. — Я выше ревности, Шастун, А растянуть тебя здесь я не смогу. У меня даже смазки нет. Так что как-нибудь в другой раз, поехали домой. Арсений собирает вещи, и парню остаётся только следовать за ним. Когда учитель открывает дверь, он нос к носу сталкивается с заведующей. — Анастасия Петровна, чем обязан? — ласково улыбается мужчина. Антон чувствует, как от этого у него в животе завязывается тугой узел. Она всё слышала? Она всё знает? — Арсений Сергеевич, а я к вам приходила, только у вас заперто было. Звуки какие-то были, но было заперто, — женщина настороженно сощурилась. — Наверное, Вы Шаста слышали. Я его запер, чтобы он уроки делал, а сам в столовой был, ─ с лёгкой улыбкой ответил Арсений. — А вот как, понятно. Вы уже домой? — Да, надо этого негодника отвезти родителям, что бы по заброшкам не ходил. — Ясно. Ну, хорошей вам дороги, ─ женщина отступает, и Арсений проходит мимо. — До свидания, — нервно бросает Антон и спешит за учителем. — Ну что, мелкий, у меня дома для тебя есть подарок. Зайдёшь ко мне или до завтра потерпишь? — спрашивает Арс, выезжая с парковки.