Услуга за услугу

– Вы не видели здесь синеволосого парня? – в ответ ему, лишь отрицательно кивали.       В последние дни Чун Юнь избегал Син Цю, это было и неудивительно, ведь тот совершенно не стеснялся в выражениях. Откровенное и неестественное для парней проявление его чувств, заставляло волноваться за то, к чему приведет эта странная поведенческая норма. Теперь он спешно искал его по запутанным коридорам школы, не обнаружив его на месте во время школьного обеда. Слова одноклассников и вовсе не обрадовали Чун Юня, он понимал, что здесь пахнет ничем иным, как опасной ситуацией. – Син Цю сколько можно нас игнорировать? Ты же обещал! – высокорослый парень навис над юношей с ехидным выражением лица. – А вы думаете, что заслужили мое доверие? Всего то два раза подачки носили и теперь хотите место под солнцем? Жалкие сопляки! – Нарываешься? – приподняв миловидное личико синеволосого парня, его одноклассник всмотрелся в этот надменный взгляд – Сейчас мы всю твою спесь поубавим.       Не успев и шага сделать, чтобы прижать к стене Син Цю, одноклассник был сбит с ног Чун Юнем, скрутившем его руку до боли. Казалось еще немного и он сломает ему конечность. – Ты! Какого хрена вмешиваешься? – Разве тебе не сказано, что ты не в почете? – Ты что его раб или псинка? – два других одноклассника посторонились, не особо серьезно восприняв с виду не вышедшего ростиком парня с белесыми прядями волос. – Надо же! То игнорируешь меня, то бросаешься спасать – усмехнувшись столь быстрой перемене, Син Цю с неким удовлетворением наблюдал за изменениями Чун Юня. Твердый, холодный голос, взгляд, пронзающий насквозь и быстрые, оточенные движения боя. Пробуждает аппетит. Не вольно захотелось с ним поиграть еще более откровенно. Правда он еще та ледышка! – Придурки! Он мне сейчас руку сломает! – уже сквозь зубы процедил одноклассник своим друзьям.       Один из них попытался скользнуть за спину Чун Юня, однако быстро получил точный удар в грудь, из-за которого на некоторое время потерял способность дышать. Третий поступил более примитивным методом, достав складной нож. Однако несмотря на точность выпадов, рука Чун Юня обтекла лезвие ножа и руку противника, позже выбивая холодное оружие и повторяя захват уже на двоих, натянув их руки до предела и буквально повреждая сухожилия. Недобрая усмешка не сходила с губ Син Цю, который наслаждался моментов расправы над неугодных ему: – Какой хороший мальчик! – говорить о том, что это его перевозбудило во всех возможных смыслах… Он буквально сжал зубами до крови свой указательный палец, пытаясь сдержать свой сумасшедший смех. Щеки на миловидном личике тут же заалели. – Психи! – наконец отпустивший их Чун Юнь наблюдал за тем, как одноклассники скрываются в темных коридорах прихрамывая и хватаясь кто за руки, кто за грудную клетку. – Вы в порядке? – обладатель нежно-голубых глаз подошел к синеволосому парню, придерживая его за локти. Вцепившись в одежду Чун Юня, Син Цю тяжело дыша, едва ли произнес единственное слово: – Нет… – его влажный, юркий язык проник сквозь приоткрытые уста его одноклассника, не успевшего среагировать на странную благодарность.       Сомкнув влажные уста с сахарными губами Чун Юня, Син Цю вцепился еще больше в одежду, но заметив сопротивление со стороны партнера тут же углубил поцелуй, настойчиво прижимаясь к нему. Сбитый с толку обладатель нежно-голубых глаз, пытался остановить неугомонного одноклассника, вцепившегося в него мертвой хваткой, но вместо этого его прижали к стене.       Разорвав, этот рванный, странный и влажный поцелуй, Син Цю обхватывая шею Чун Юня, лизнул его мочку уха, после прошептав: – Ты мой. И всегда будешь моим!       Списывая все на мимолетное помешательство, парень, застывший у стены, дождался момента, когда Син Цю наконец придет в себя. Позже, уже вечером Чун Юнь заметил изменения в поведении синеволосого парня - он ходил кругами, нечто бормотал, но когда его взгляд зацикливался на нем – он буквально готов был "пожрать" его глазами. Теперь так происходило каждый раз, когда обладатель нежно-голубых глаз находился слишком близко с Син Цю. Что именно творилось в голове сына мафиози, оставалось для Чун Юня вопросом.