Как мне понять тебя?

pov: Кацуки Бакуго И без того ужасную ночь испортил внезапный стук в дверь. Скинув одеяло, парень направился к двери.День выдался на редкость мерзким и бесящим. Да просто блять никаким. Разве он не заслуживает хоть немного покоя? Бакуго лишь хотел поскорее разобраться со всем, но получалось наоборот.Задачи не решались, энергия волшебным образом куда-то испарилась вместе со всеми знаниями. Усталость? Очевидно. Ему нужно было поспать.Просто поспать.Он так много просит?! За день скопилось все: от раздражения до лютого гнева на себя и свою никчемность.Быть не в ресурсе не для него, нет.Он не способен смириться с поражением в схватке против обстоятельств. И сейчас он, кажется, готов разорвать любого, кого увидит перед своей комнатой.Даже если это будет сам учитель Айзава. Парень раздраженно сжал кулаки и уже было придумал сотню ругательств, которыми одарит непрошеного гостя.Рывком открыл дверь, и, набрав в легкие воздух, собирался вылить всё, что накопилось за день. — Деку. — вскинул брови Бакуго, вмиг позабыв, о чем только что думал.Но он ведь не предполагал, что именно это чудо появится у порога. Но «зачем» было бы узнать куда интересней.И чем быстрее, тем лучше… для всех, кто мог услышать едва сдерживаемые эмоции.Скоро эту дамбу терпения (которого, конечно, всегда было в убытке) прорвет. Однако в полутьме все ещё царила тишина.Настолько глубокая, что можно было услышать, как взволнованно бьется сердце Изуку, не издавшего ни звука. Пришел, чтобы помолчать.Блять, скоро он меня окончательно выбесит! Мысленно Кацуки отругал и себя. Он будто… Проглотил язык.Не похоже на него.Очень не похоже. — У тебя есть пластырь? — хрипло протараторил юноша напротив.Сказав это, он даже не посмотрел на блондина. — Пф, разумеется есть.Я кто по-твоему? — автоматически буркнул парень.Зачем ему в такое время какие-то пластыри.Если только он не снова… Ну конечно.Кацуки тяжело вздохнул. — Иди сам выбери, какие нужны.У меня их дохера. Приглашение пройти внутрь было таким же, как и сам Бакуго — резким и неоднозначным.Изуку давно привык к его постоянным недовольствам.И, надо отметить, сейчас очень даже обоснованным. Не стоило ему приходить. Что ж, запасы действительно были внушительных размеров.Под письменным столом проглядывала доверху набитая коробка с необходимыми вещами. Вряд ли приглушенный свет настольной лампы мог помочь разобрать все, что в ней лежало.Раздался тихий щелчок, и в комнате загорелась люстра. На секунду Изуку задумался.Он никогда ранее не видел комнату Каччана после переезда в общагу.Более того, по словам одноклассников, кроме самого хозяина туда ещё никто не заходил.Медленный изучающий взгляд стал проходиться по стенам. Интерьер в стиле минимализм как никогда кстати подходил блондину.Мебель из темного дерева.Все вещи на своих местах. Да в ней будто бы никто не жил.Она же просто идеально убрана! Кажется, кого-то сильно шпыняли за порядок в доме Миссис Бакуго? На секунду ему показалось — нет, это действительно так — что на одной из полок выглядывала часть коллекционной фигурки Всемогущего.Да, не зря Каччан выпрашивал её на свой шестой день рождения — бережет.И даже сохранил коробку. Парень улыбнулся, но вмиг заметил надменный обычный взгляд Кацуки. Одними пластырями тут не отделаешься… Всё тело Изуку было покрыто ссадинами и порезами.Кровь на некоторых из них была ещё свежей.Особенно сильно выделялся красный участок кожи на ноге. — Я, эм, возьму вот эти. — Рука схватила рандомную пачку пластырей.Неожиданно ладонь блондина выхватила её и отложила в сторону.И только после этого он обернулся на Кацуки. — Такие не подойдут, — резко перебил Изуку юноша. — Надо обработать это нормально. С трудом поверю, что ты сможешь это сделать в таком состоянии. Дурак, и почему мне вечно нужно приглядывать за тобой… — Я справлюсь. — Конечно. — закатил глаза Бакуго. — Сядь, пока я ищу лёд.И не трогай раны. — донеслось уже за дверью. — Знаю… Тяжело вздохнув, он повалился на кровать.Мягкое одеяло приняло его как родного.Оно пахло детством, уютом и… Бакуго. Изуку смотрел в потолок, пока его ноги свисали с кровати на мягкий ковер.Когда они начали отдаляться? Почему это продолжается и сейчас? Рука дотянулась до края одеяла и поднесла его к лицу.Перевернувшись на бок, он вдыхал в себя каждую крупицу этого сладостного аромата. «Определенно лучший запах во всем мире», — улыбнулся Мидория. Но… Стоп.Что он сейчас делает? Сам же пытался уверить себя, что пришел сюда не за тем. Раздался тихий скрип — дверь снова открылась, и парень нехотя приподнялся на локтях, чтобы сесть. — Эй, не спи! Я обратно тебя не потащу. — возможно, Мидория бы и не возражал.Но точно не сейчас, не в этой ситуации. — М, извини, я… — зевнул Изуку, присаживаясь на край постели — … уста-ал.Я бы сделал все сам… А?! — вскрикнул парень, когда сидящий на коленях Бакуго взял его голень и стал пристально рассматривать поврежденный участок кожи.Коротким взглядом попросил быть тише. Ему все ещё неловко от его прикосновений.Руки Каччана казались такими сильными, но касались его скорее… заботливо? Мидория молча наблюдал, как он потянулся за формой со льдом. — Блять.Нужна ткань. — рядом с кроватью парень нащупал стопку сложенной одежды и подцепил ту, что лежала сверху.Вытащил кубики замороженной воды и обернул их в черную футболку.Начал легонько прикладывать к ушибу. Губы веснушчатого скривились от прохлады и небольших покалывающих ощущений. — Потерпи. — тихо отозвался Кацуки, снизу вверх посмотрев на смутившегося Изуку. Секундная встреча с его глазами цвета алой розы, и юноша испытывает слишком много противоречивых чувств за раз. Ему хочется… Поцеловать его? Оттолкнуть? Каччан сделал ему больно, а он… Сидит тут.И снова… Снова ловит себя на ошибке.Что ему надо сделать, чтобы забыть Бакуго? Очевидно, сидеть напротив него и чувствовать его прикосновения.Супер план.Надежный, как швейцарские часы. Кацуки недоумевал. Я все делал аккуратно.Боли быть не должно, чего он так смотрит на меня? — Болит? — Юноша покачал головой. — Тогда с этим закончили. — Мидория облегченно вздохнул.Такое общество Каччана… обстановка слишком уединенная.Парень ругал себя за появившиеся мысли.Он пришел сюда не за этим! — Теперь остальное. — Остальное? — удивленно повторил он и заёрзал на месте. — Ты себя в зеркало видел? Лицо в царапинах, про ноги вообще молчу.И лучше бы ты сидел смирно… — Блондин снова посмотрел в его зеленые глаза. Он слишком напряжен.Но ссадины не такие болезненные.В чем блять дело?! Предательская мысль, что Деку просто некомфортно, эхом раздалась в его голове. — Я тебе настолько противен? — слова сами сорвались с его уст.Взгляд был также прикован к Изуку. Это же так. Скажи.Скажи, что ненавидишь меня.Оттолкни.Я не понимаю, что не так.Что я… — Ты… Ты бываешь грубым, Каччан.Импульсивным, несправедливым.И мне стоит держаться от тебя подальше. — Правда.Правда должна делать так больно? — Но ты не… Ты не противен мне! — в голосе послышалась грусть.

Хочется жмурить глаза.Представить, что он не тут.Не говорит всё это.Нет…

— Понятно. — тяжело вздохнул юноша.Какое гадкое ощущение. Он даже не хочет смотреть на меня. Хотелось сильнее стиснуть зубы от этой невозможной тяжести, бьющей тело блондина где-то изнутри.Там, где леденящим голодом стало ныть в моменты, когда приходится видеть грустные хвойные глаза. — Я закончу.Ладно? И больше не прикоснусь. — мрачновато бормочет Кацуки. Он ещё не остыл. — Нет… — почти шепотом произнес Изуку, открыв глаза. — Ты всегда так. — еле сдерживаемый всхлип.Ну же, не плачь.Не плачь перед ним. — Исчезаешь… Я не понимаю, почему… — Он всегда был таким, Бакуго не исправить.Ты же сам это знаешь. — Пытаюсь, но не могу. — к изумрудным зрачкам начали подступать слезы. Черт. Усталость развязывала язык.Он понимал это, но ничего не предпринимал. — Почему я постоянно отталкиваю тебя? — раздосадованно вздохнул Бакуго.Юноша напротив него медленно кивнул. Это происходило со средней школы.Нет, скорее ещё раньше.Кацуки не подпускал его к себе даже в те моменты, когда, как бы он не хотел признавать, нуждался в нём.Но он ни за что не поверит в это. — Дело в этом придурке. — он жестом показал на себя. — Не знаю, когда я узнал о себе кое-что новое.Возможно, догадывался.Но это… Мне сказали, что это мерзко.Быть как ты.Блять, я даже говорить не могу о таком, меня выворачивает от злости. — стиснул зубы Бакуго. — Как я? — По мальчикам.После того случая в средней школе.Я пришел домой и рассказал родителям. — Каждое слово давалось с трудом.Ему нужно знать.Это было бы справедливо… — Знаешь, насколько осуждающим был взгляд матери? Отец даже ничего не сказал, но я уверен, о чем он думал.Отвратительно.Я стал думать также. — голос переходил на шершавый полушепот. Он сидел перед Мидорией и казался таким… На удивление беззащитным, но одновременно старающимся быть храбрее.Совсем как в детстве. Кажется, это что-то новое в его жизни.Он только встает на путь принятия. Внутри смешалась и злость, и обида.За себя.За Каччана… Мама Изуку была понимающей женщиной.Конечно же она знала, что её сын другой.Но она не осуждала за это. А он… Он не рассказал родителям.Не смог признаться даже себе. — Сам же знаешь, в кого я такой. — Каччан… — Боже, он правда так сказал? Что Бакуго грубый? — Это мой косяк.Я хочу исправить.Так что дай мне уже блять позаботиться о тебе, Деку. Он резко взял полотенце и смочил его в миске с водой, а затем промакнул ссадины на его ногах.Убрал влагу салфетками и принялся наносить на ранки антисептик. Зеленоволосый сморщился, а затем почувствовал горячий воздух возле обрабатываемых мест. Сверху вниз он смотрел, как Каччан дует ему на ушибы.Сосредоточенно, изредка поглядывая на Деку, и затем снова исследуя узоры ссадин.Он будто бы изучал каждую трещинку на его светлой и шершавой коже. Деку нужен крем.Вырос с женщиной в одном доме и так и не открыл для себя мир уходовых штук? Он шутит? Веснушчатые щеки потеплели сами по себе.Не каждый день увидишь его с такой стороны. Эти двое знают друг друга всю жизнь, но Изуку хотел бы, чтобы Кацуки был таким только с ним.Более открытым.Честным. Не Кацуки «Не стой у меня на пути, иначе сдохнешь!» Бакуго.Его другом, его… близким человеком. Эгоистичная, но безумно сладкая мечта. От усталости хочется закрыть глаза, немного погрузиться в это блаженство.В запретные мысли. Постепенно ночной, ещё теплый воздух успокаивал дыхание.Глаза смыкались, и тело юноши повалилось на смятое одеяло чужой постели.И всё это на глазах у Кацуки Бакуго, прошептавшего тихое «Блять» себе под нос.