Элия

52 Титан усмехнулся: — Я вызываю у тебя такой ужас? — Пожалуйста... — взмолился Микэль и в его ясных голубых глазах заблестели слёзы. — Не бойся, я не буду насиловать тебя, — сказал Элиос, прибавив: — если ты будешь слушаться. Мы просто немного поиграем. Опустив голову от безысходности, элиотид снял свои одежды: — Всем нужно от меня только одно... Элиос залюбовался его прозрачной кожей в пламени свечей, казалось, элиотид окружен волшебным ореолом, а линии его тела были такими прекрасными, такими совершенными. — Твоя красота достойна того, чтобы швырнуть к твоим ногам целые миры! — воскликнул Элиос, как завороженный. Он тоже разделся. Глядя на его вставший огромный орган, Микэль похолодел, ему казалось, что вот-вот он свалится в обморок от стресса. Когда титан подошёл к нему и провёл рукой от шеи до живота, он почувствовал, как сильно дрожит элиотид. — Элиос, пожалуйста... — прошептал Микэль и из его глаз брызнули слезы, это была истерика. Элиос обнял его за нежную обнаженную спину. — Не бойся, я же сказал, что не буду делать это с тобой, тебе нужно расслабиться, ты сильно напуган. Титан отхлебнул амброзии, склонился к Микэлю и осторожно, чтобы не пролить, влил напиток изо рта в рот элиотиду. Микэль машинально глотнул. Когда элиотид проглотил амброзию, Элиос повторно потревожил его губы, на этот раз своим языком и медленно поцеловал, осторожно опустив на ложе. По лицу Микэля потекли слёзы, он все время чувствовал этот твёрдый, как гигантский камень, орган где-то рядом. Опустив элиотида на подушки, Элиос склонился над ним, проведя по соску языком. Чувственный элиотид, который легко возбуждался от подобных прикосновений, издал жалобный стон. — Не бойся, я не буду в тебя входить, — прошептал ему на ухо Элиос, легонько прикусив мочку уха. Микэль снова издал стон. Титан вернулся к соскам, играя с каждым поочередно. — Ах... — простонал Микэль и выгнулся, словно дуга. Элиос какое-то время продолжал дразнить его соски, поглаживая гладкие бедра. — Ты такой чувственный, так легко возбуждаешься, — посмотрел на него Элиос, — ты просто создан для наслаждений. Титан пробежался по его груди языком, нырнув в соблазнительную ямку пупка, но самое интересное ждало впереди. Белокурая голова Элиоса расположилась между бедер элиотида. Он помнил, как они предавались подобным ласкам с Аргосом и несколько раз с Калео. Титан не мог похвастаться большим количеством любовников, так как в Элии, с запретами, которые сам же установил, вел жизнь затворника. Он погружал в свой рот естество Микэля, с наслаждением доводя его до экстаза. Элиотид не сдерживал криков, сейчас было самое время заняться с ним любовью, но титан пообещал, что сегодня не сделает этого и решил воспользоваться менее болезненным методом. Его пальцы проникли в самые потаенные глубины элиотида. Микэль ахнул: — Элиос, не надо! Титан замер и с ухмылкой посмотрел на него: — Мне остановиться? — Нет... — прошептал элиотид, находясь в сильном возбуждении. Пальцы титана проникли ещё глубже в него. Микэль издал громкий стон. Губы титана снова разыгрались между его бедер, а пальцы продолжали двигаться. — Ах... — не выдержал Микэль, сотрясаясь в конвульсиях. Элиос поцеловал его гладкое бедро. — Ты создан для любви, Микэль, каждая клетка твоего тела кричит об этом. — Любви нет, — ответил элиотид, отвернувшись. Но не зная, чего ожидать от возбужденного Элиоса, вернулся в положение "лёжа на спине" и плотно сжал ноги. Это позабавило Элиоса и он тихо рассмеялся. — Не бойся, я же сказал, что не стану трогать тебя. Всему своё время. Микэль вздрогнул. — Завтра утром мне нужно будет вернуться в Элию, не советую тебе никуда бежать и скрываться, ведь я смогу отыскать тебя даже в преисподней с помощью хрустальных шаров. Калео не находил себе места и почти не спал — Элиоса не было уже несколько дней и несколько ночей. Наконец, повелитель появился в хорошем настроении. Юный элиотид бросился к нему, но был встречен холодной улыбкой. — Как дела, Калео? — Элиос, где ты был все это время, я чуть с ума не сошёл! — С каких это пор я обязан отчитываться перед слугами? — спросил титан. Это прозвучало обидно. Хоть Калео и решил служить Элиосу, все же он оставался элиотидом, к тому же, первым из первых. — Я наконец-то счастлив, — сказал повелитель с добродушной улыбкой. — Я с тем, кого я люблю. Калео вытращил глаза: — С кем это?! Аргос давно мёртв, значит... это Микэль, да?! — Что за допрос? Ты считаешь, что имеешь на это право? Знай своё место! — Выходит, что я все это время был для тебя игрушкой?! — в отчаянии воскликнул парень. — Калео, это ты преследовал и домогался меня, а не наоборот. Ты пробирался в мою спальню и сам прыгал ко мне на ложе, или это было не так? Я не любил и не люблю тебя. Да, я тебя хотел, потому что у меня давно не было ни с кем близости, и ничего больше. Ты хотел меня — ты это получил, я тоже удовлетворил с тобой свою нужду и живу дальше, я не хочу зацикливаться на этом. Кристально голубоватые глаза Калео широко раскрылись, будто он увидел перед собой что-то совершенно ужасное. Он чувствовал, как его тело пронзают тысячи болючих, самых острых игл. Все ещё не веря тому, что сказал титан, Калео с диким криком вылетел прочь. Он едва не сбил с ног Кэя, рыдая во весь голос. — Калео, что случилось, дитя? — спросил, испугавшись, элиец. Он никогда не слышал, чтобы кто-нибудь так сильно рыдал. — Элиос, Элиос... — повторял парень. Кэй понял, что между ним и титаном что-то происходит, сомнений быть не могло. Это было похоже на что-то очень личное, интимное, глубокую обиду или предательство. Кэй попытался увести Калео с собой, чтобы напоить успокаивающим отваром. Он будто чувствовал боль элиотида и казалось, что мерзкие невидимые иглы пронзают и его самого. Элиос же, закончив свои дела, снова вернулся к Микэлю. — Здравствуй, Микэль, скучал без меня? — ехидно улыбнулся титан. Элиотид мрачно посмотрел на него. Раньше он не замечал в репликах Элиоса сарказма или издевок. Истерзанный болью неразделенной любви и ревностью, титан обозлился. Он взял Микэля за руку и слегка сжал ладонь. Как же было приятно прикасаться к его бархатистой коже! Элиотид увидел, что зал уже завален подарками. — Я думаю, ты скучаешь по родной планете, эти вещи будут напоминать тебе о ней. Микэль с безразличием разгреб кучу подарков, вытащив свитки. — Жажда к знаниям не угасает, — улыбнулся Элиос, — тебя можно понять. Люди во всем отстают от нас, даже самые умные из них, не говоря уже о большинстве. Тебе, должно быть, скучно на этой планете, на которой с твоим уровнем интеллекта не найдётся ни одного достойного собеседника. Микэль хотел спросить у титана про энергию, которую он как-то раз смог использовать для самозащиты, но потом передумал — если бы Элиос хотел, чтобы они знали об этом, они бы знали. Возможно, в элиотидах скрывался куда более мощный потенциал, чем могло показаться. Неожиданно, Микэль подумал: а что, если Элис способен читать их мысли? И смутился. — Что такое, что-то не так, мой дорогой? — спросил с усмешкой титан. Микэль ничего не ответил. Да, все было не так! Элиотид не знал, как избежать навязчивого внимания Элиоса. Титан привлек его к себе и расцеловал в обе щеки, как маленького ребёнка. Каждого из элиотидов он считал своим детищем, своим прекрасным маленьким миром совершенной красоты и интеллекта. Микэль пытался отвернуться, но титан поймал его за подбородок и заглянул в глаза.