Мой любимый психолог

***

— Тём, а тебе не кажется, что Галина Николаевна сегодня странно себя ведёт? — я заметил её нервозность, особенно если она находилась рядом с мужчинами. — У неё ПТСР — Что у неё? — не поняв, спросил я. — Посттравматический синдром у неё! — зло крикнул Артём. — Тихо, тихо, не кипятись. А откуда он у неё появился? — Вань, ты что ли не слышал?! — в наш разговор вклинился Холодов. — А что я должен был слышать? — Её Михаил Колосов изнасиловал и избил. Теперь она наверное всех мужчин боится — шепнул мне Артём. — Вот оно что.. — я очень удивился. — Да, поэтому лучше не давать ей повода волноваться за свою безопасность, когда ты рядом. Сегодня ей конечно не повезло.. Одна Рита из женщин.. — с досадой сказал Тукаев. — Надо её поддержать и помочь ей снова доверять мужчинам! — подумал я и принялся обдумывать план действий, параллельно занимаясь работой.

***

— Галина Николаевна! — крикнул я, когда увидел её в коридоре и сразу же пожалел об этом — Я похоже её напугал — пролетело в моей голове. — Иван! Зачем же так пугать?! — она выглядела почти спокойной, но это значило, что внутри неё бушуют эмоции. — Пойдёмте со мной. — Л-ладно, только куда и зачем? — спросила Рогозина с недоверием. — Потом всё узнаете! — я взял её за рукав пиджака и повёл в подвал. — А зачем ты вцепился в мой пиджак? — Галина Николаевна прервала тишину ФЭСовского коридора. — Если бы вы не были моей начальницей, я бы взял вас за руку — на самом деле я не хотел чтобы она «сбежала от разговора», как она всегда делает по словам Вали. Но при этом я не хотел доставлять ей неудобств, поэтому взял её за рукав пиджака, а не за руку. — И что мы тут делаем? — спросила она, когда мы оказались в «месте назначения». — Я хотел сказать, что.. — не найдя слов, я просто обнял её. Она открыла рот в попытке что-то сказать, но после этого жеста потеряла дар речи. Я ощутил, что она расслабилась в моих объятиях и, вроде бы, даже обняла меня в ответ. Я услышал непонятные звуки и понял, что она.. плачет? Да, Галина Николаевна плакала у меня на плече. Я повёл её в сторону стульев, усадил на один из них и сам сел на другой. — Успокойтесь пожалуйста. Всё же хорошо, верно? — она слабо кивнула, но потом резко начала мотать головой и ещё больше расплакалась. — Понимаешь.. — говорила Рогозина сквозь слёзы — вроде бы всё уже прошло, но.. я не могу находиться рядом с мужчинами! Мне морально тяжело, хоть вы этого не видите! — Я всё вижу. За годы вл.. За эти годы — поправился я — я научился читать ваши эмоции.. — Правда? — по-детски спросила она. — Да, я понял, что вам нужно выплеснуть все эмоции, поэтому и повёл вас сюда. Здесь нет камер, никто нас не увидит. — Спасибо тебе — Галина улыбнулась сквозь слёзы и потрепала меня по голове. — Обращайтесь. Я готов выслушать всё. Кстати, как вы теперь ко мне относитесь? — Давай здесь, только здесь, будем на «ты»? — я кивнул — Ну теперь ты, как бы, мой «психолог».. Ну и наверное друг, если это можно так назвать.. — Понятно. Как ты теперь относишься к мужчинам? — мне было непривычно называть её на «ты». — Колосов урод. Круглов в принципе тоже. С тобой всё понятно.. — Стоп! А почему Круглов урод? — Когда они с Майским меня спасли, я обняла Круглова, а он практически оттолкнул меня и брезгливо сказал: «Прикройся!» — она выглядела так, будто сейчас расплачется. — Реально, урод.. — я взял её за руку и начал поглаживать большим пальцем тыльную сторону ладони — Он не стоит твоих слёз! — я сам удивился от, того как я романтично это сказал. — Что это было? — Сам не знаю, как это получилось.. Мы рассмеялись. Мы сидели и разговаривали так около часа, пока ей не позвонила Рита. — О, меня похоже потеряли! — сказала она с усмешкой и ответила на звонок — ... — Да так.. Но меня точно не похитили! Скажи всем, чтобы выбросили это из головы и дальше занимались работой! Мы.. Я скоро приду! — ... — Всё равно тебе потом Валя всё расскажет! Жди сарафанное радио! — ... — Да, едьте. Улики через участкового к нам. — ... — Давай — она закончила звонок. — И что это было? — в недоумении спросил я. — Ты про что? — Про «сарафанное радио» — А, это? Смотри, ты знаешь, что я и Валя — подруги. Валя и Рита такие же подруги. И когда я что-то рассказываю Вале, это «магическим» образом узнаёт Рита. Я нечаянно сказала «мы», поэтому Рита скорее всего расскажет об этом Вале, и они будут гадать кто такие «мы». А когда я расскажу Вале о нашем с тобой разговоре, они всё поймут и начнут обсуждать наши «отношения», которых и в помине нет.. Женская дружба, что сказать.. — А я бы хотел.. нет.. — Договаривай — Да ничего особенного.. — Стоп! Я кажется поняла.. Ты в меня влюблён? — Ну.. в общем да. Но это не взаимно, ведь так?.. — я заметно погрустнел. — Было, но теперь это не так.. — В смысле? — До той ситуации я была влюблена в Круглова, но поняла, что он использует меня и мои чувства. До данного момента моё сердце было свободно, но теперь оно навсегда занято одним пареньком, который помог мне лучше, чем помог бы любой психолог.. — Вы.. ты так красиво это говоришь.. Блин, прости, никак не могу привыкнуть.. — Ничего, привыкнешь — она поцеловала меня. Этот поцелуй был таким нежным, чувственным и благодарным, что я просто растаял — Кстати, а как у тебя получается быть «психологом»? — сказала она после поцелуя. — А?. — я был немного растерян после такого шага с её стороны — Да сам не знаю. Может быть это из-за того, что после смерти сестры мне не смог помочь ни один психолог. Тогда я решил сам копаться в себе. Однажды мне всё это надоело, и я рассказал это первому попавшемуся человеку, которым оказалась ты. После этого я понял, что если поделишься с кем-то своей проблемой, то она перестанет быть такой проблемой. Вот и вывел тебя сначала на эмоции, а потом на разговор. Тебе ведь уже легче думать о той ситуации? — Ну.. Да! Вот это ты конечно даёшь! Это реально лучше любого психолога! — за этими восторженными фразами последовал ещё один поцелуй. — Пойдём уже! А то нас опять потеряют! — Ладно, идём!