Миссия "Найти королеву"

Пробуждение было малость неприятным. С гибелью в зубах водных чудовищ не сравнить, конечно, но всё же. Для начала он всё ещё был в воде, что после произошедшего сильно нервировало. Ко всему прочему, вода была холодной. Чхольчон открыл глаза и поморщился – яркий свет ослепил его. Над головой висел светильник, но он точно был не из тех, к каким привык король. Сколько бы Чхольчон ни всматривался в округлый предмет, не мог найти огня. Он отвлекся от непонятного светильника, решив осмотреться, и впал в ступор. Привыкший к дворцовым просторам, он подзабыл, что существуют такие маленькие комнаты. Конечно, бедные люди не могут позволить себе просторные жилища, но и на дом бедняка комната походила мало. Много позолоченных деталей, зеркала. Сам Чхольчон лежал в чём-то наподобие бадьи для купания, только белоснежной, гладкой и, судя по звуку, явно не деревянной, но и не металлической. Возможно из камня. Оглушительно чихнув, король прервал осмотр и собрался уже вылезти из ледяной воды как, глянув на неё, замер. Вода была окрашена в пронзительно алый цвет, а Чхольчон был обнажён. Подняв руки из воды, он увидел на запястьях порезы. С них ещё капала кровь, но раны заживали на глазах. Через несколько секунд они и вовсе затянулись, оставив после себя только тонкие полоски шрамов. Переведя взгляд с шрамов на сами руки, король нахмурился. Намного тоньше и светлее, чем его. Без единого шрама, не считая только что приобретённых. Через светлую кожу можно даже разглядеть голубые венки. Чхольчон торопливо выбрался из воды, едва не поскользнулся на мокром полу и добрался до зеркала, висевшего на стене. Чтобы остановиться с самым нелепым выражением его нового лица. — Это… я? Из зеркала на него смотрел темноволосый мальчишка лет семнадцати с хитрыми карими глазами и кривой чёлкой, спадающей на лоб. Тонкая длинная шея, чётко различимые ключицы и рёбра… Бывший хозяин тела голодал? Может он от бедственного положения решил умереть? Чхольчон прищурился, неловко закусил губу и всё-таки решился опустить взгляд ниже пояса. Чтобы в следующую секунду с облегчением выдохнуть. — Ну хоть здесь почти не изменился. Стоять бы ему ещё час, так подробно изучая новое приобретение, если бы не стук в дверь, только приглушённый, словно издалека. — Уборка номера. Вздрогнув, Чхольчон начал озираться в поисках путей отступления. Но дверь была одна, и вела она к усталому женскому голосу. Нужно было убираться отсюда. Но как? Да и как уйти незаметно, когда позади него полная бадья воды с кровью, а сам он полностью раздет? Это в любое время наведёт на подозрения. — Уборка номера! — уже нетерпеливо повторили за дверью. — Придите позже. Я совершаю омовение, — выкрикнул первое что пришло на ум Чхольчон. Женщина за дверью почесала затылок и промычала: — Чего? Этот придурок в короля Чосона, что ли, решил поиграть? Покачав головой, она поплелась к следующему номеру, где клиенты посговорчивее. «Ушла?» — Чхольчон выдохнул полный облегчения. Теперь нужно было разобраться со всеми проблемами, что устроил прошлый хозяин тела. Для начала – вода. Как её убрать? Не на пол же вычёрпывать. Спустя долгие минуты тщательного осмотра, показавшиеся часами, Чхольчон нашёл на дне что-то вроде затычки и потянул её. Вода начала уходить, скручиваясь воронкой. Заглянув под бадью, он обнаружил металлические трубки, по которым и уходила вода. — Надо же как удобно придумано. Так вот в каком мире живёт моя королева, — протянул Чхольчон всё ещё изучая водоотводные трубки, искренне восхищаясь качеством задумки. Проблема с водой оказалось улажена, оставалась одежда и кровавые разводы на теле. Немного осмотревшись, он увидел на полке стопку полотенец и, взяв одно, принялся вытирать кровь с тела. Совсем чисто не вышло, но хоть что-то. Где взять чистую воду, он не знал. Решив, что достаточно привёл себя в порядок, король аккуратно выглянул за дверь, логично предположив, что раз в купальне одежды нет, то она вполне может оказаться в другой комнате. Это была личная спальная комната, судя по широкому ложу, на которой как раз лежала одежда – непривычная и странная. Узкие штаны голубого цвета из странного материала, достаточно удобного, но не гладкого, а чуть ребристого, они облепляли ноги, как вторая кожа. Непривычно, но другого нет. На грудь пришлось натянуть такую же узкую рубашку, но без пуговиц, петель, вообще без ничего. Одевал её Чхольчон через голову. Рукава до локтей скрывали от чужих глаз остатки разводов. Таким образом, приведя себя в относительный порядок, Чхольчон вышел из комнаты в длинный коридор с рядами дверей по обеим сторонам. И куда идти? К счастью, он заметил лестницу вниз и, озираясь по сторонам, побежал по ней. Тягостное предчувствие беды не оставляло ни на секунду. Он оказался на улице полной до жути непонятных вещей нисколько не знакомых королю. Это точно не Чосон. Всюду камень, металл и стекло. Деревья и растения высажены рядами. И шум. Разговоры, странное рычание пролетающих мимо, очевидно, средств передвижения и общий гул. Чхольчон пошёл в общем потоке людей, сам не зная, куда ему отправиться. В будущее то он попал, а вот что делать дальше, понятия не имел. Честно признаться, эта одежда довольно удобная, хоть и необычная. Чхольчон оттянул ворот своей верхней одежды. Удобная, но она слишком облегающая, слишком открытая, и ее слишком мало по сравнению с его привычными одеяниями. Словно голышом идёт. Но другие люди шли вокруг в похожих одеждах всех цветов радуги и их оттенков, и не обращали на растерянного парня, каким сейчас и был Чхольчон, никакого внимания. Стараясь быть незаметным, король озирался по сторонам и всеми силами сдерживал удивление от различных чудес этого времени. Хотя вид самоходных колесниц самых причудливых форм несколько выбивал из колеи. Настолько, что Чхольчон едва не угодил под колёса одной из них. Но его вовремя оттянули назад, схватив за локоть. — У тебя что, дерьмо в глазах?! Куда на красный прёшь?! Чхольчон обернулся и встретился глазами с высоким, худощавым, даже тощим, парнем отталкивающей наружности. Потрёпанная одежда, бритые виски и иероглифы на шее. Парень резко нахмурился и притянул Чхольчона вплотную. — Не понял. Ты какого хрена по улице шляешься? Иисус что ли? — Я не понимаю о чём вы. Отпустите. Спасибо, что спасли, но сейчас отпустите. Я не хочу причинять вам боль. Парень потёр глаза свободной рукой, а потом резко перевернул руки Чхольчона, чтобы были видны запястья. — Какого… что за чертовщина?! Хватка незнакомца ослабла, и Чхольчон высвободил руки. И помчался в противоположную от него сторону. Этот человек знает его. Точнее хозяина тела. И знает, что он должен быть мёртв. Объяснение этому факту может быть только одно – он приложил руку к его смерти. Будь Чхольчон в своём теле и при титуле короля, схватил бы убийцу… Но он сильно сомневался, что сможет одолеть хоть кого-то в нынешней форме. А также опасался возможных последствий своего поступка. Искать Бон Хвана, сидя в тюрьме, будет трудновато. Он совершенно ничего не знает об этом времени и абсолютно беспомощен! Ощущение не самое приятное. Пожалуй, Чхольчон только в детстве чувствовал себя таким беспомощным. Но это сейчас не главное. Гораздо важнее оторваться от преследования. Люди, что шли по дороге, неохотно расступались перед бегущими. А кто-то говорил в странные тонкие коробочки и вроде как вызывал стражей порядка. — Стой на месте, урод! На себя бы глянул сначала. Чхольчон бежал по широким улицам и, подзабыв о приличиях, расталкивал народ. Было бы отлично спрятаться в безлюдном проулке, вот только Чхольчон опасался, что по незнанию забежит в тупик и подпишет себе смертный приговор. В боку уже кололо. Такими темпами он и без чужой помощи прямо посреди улицы умрёт. До чего же слабое ему тело досталось! В глазах начало темнеть. Чхольчон побежал вдоль дороги в надежде проскочить меж самоходных колесниц и выиграть пару секунд, но услышал визг одной из них, затормозившей рядом. Дверь распахнулась и не успевшего среагировать Чхольчона грубейшим образом втащили внутрь. На рефлексе Чхольчон ударил кулаком в живот парня, что схватил его. — Ты чего творишь? Больно же. Парень согнулся к коленям, но это не помешало ему захлопнуть дверь и тронуть плечо водителя. — Вези нас домой. Побыстрее. Чхольчон в это время пытался разобраться с дверью, открыть которую не получалось от слова совсем. Словно магия. Но его руки накрыли более крупные и сильные ладони. — Что с тобой? Я уже не спрашиваю, почему ты нёсся по улице. И так понятно, что попал в передрягу, но почему отталкиваешь меня? Чхольчон замер. Незнакомец говорил так, словно знал его очень давно. Друг? Родственник? Или более коварный враг? Хотя на врага не похож, ведь выручил. Чхольчон усилием воли прогнал с лица выражение настороженности. Даже попытался слабо улыбнуться. — Прости, я просто испугался. — А уж как родители испугались, когда нашли это в гостиной дома. Чхольчон взял протянутую записку. «Ты не прислушался к нашим словам, председатель. Готовься потерять единственного ребёнка и репутацию». — Отец едва не поседел, когда нашёл это. Чхольчон отвлёкся от бумаги и наконец-то решил рассмотреть своего, судя по всему, союзника. Молодой, но всё же постарше владельца его нового тела. Черты лица красивые, но в то же время немного резковатые. Волосы короткие и тщательно прилизанные, волосок к волоску. Да и одежда отличается от той, что нацепил на себя сам Чхольчон. Более плотная, закрытая, тёмных цветов. Незнакомец оставлял впечатление серьёзного, строгого человека и по атмосфере рядом с ним немного напоминал принца Ён Пхёна. Засмотревшись, Чхольчон не ожидал, что парень притянет его к себе в крепкие, отчасти покровительственные объятия и потреплет по волосам. — Натерпелся, братишка? Ну ничего, я найду тех уродов и заживо их за… — парень странно закашлялся и поправился: — Засуну в тюрьму, хех. По судам затаскаю. Чхольчон поднял голову от груди «брата». Изнутри грызло подозрение. Они ведь непохожи с ним. Разное телосложение, черты лица, да и волосы у Чхольчона светлее. И в записке с угрозами упоминался единственный ребёнок. Но Чхольчон решил пока не выдавать своих подозрений. Целее будет. В повозке воцарилось молчание. Ненадолго. Парень вновь полез к нему и на этот раз принялся ощупывать. — С тобой же всё в порядке? Ты странно молчалив. Даже не спрашиваешь, как я тебя нашёл, а ведь раньше целый допрос бы устроил. У Чхольчона по позвоночнику холодок пробежал. Об этом он не подумал. В его положении друзья и родные люди даже опаснее врагов. Они за считанные часы общения поймут, что с ними говорит совершенно другой человек. И Чхольчон, внутренне содрогаясь от идиотизма своей идеи, заговорил: — Голова немного болит. Когда я убегал, то ударился. Вроде ничего страшного, но тошнит. И мне неловко, но… я не совсем хорошо помню… всё. Даже то, как тебя зовут, хах. Чхольчон скосил глаза на брата, внимательно следя за реакцией. Если он не поверит, то у Чхольчона появятся большие проблемы. Лицо брата застыло словно воск. На секунду оно стало действительно пугающим, а рука его дёрнулась к бедру, но быстро расслабилась. Он нервно усмехнулся: — Серьёзно? Я думал, такое только в дорамах случается. Ты же не разыгрываешь меня? — А похоже? Парень откинулся на сидение и прикусил губу до красноты. Провёл ладонью по лицу, словно хотел стряхнуть с него всё лишние мысли. Получилось не очень. — Так. Давай-ка подробнее. Ты утверждаешь, что тебе отшибло память? — Не понял насчёт отшибло, но я лишился многих воспоминаний, наверняка дорогих сердцу. Что-то в выражении лица парня заставило Чхольчона замолчать. — Ты лишился воспоминаний и, видимо, прошёл курс изящной словесности. Чёрт! И как мне объяснять это председателю? Парень наклонился вперёд и уткнулся в раскрытые ладони. Напряжённые плечи подрагивали. Неожиданно он разогнулся и обратился к водителю. — Поездка к родителям отменяется. Едем в мою квартиру. И молчи обо всём, что услышишь сегодня. Понял? — Как прикажете, босс. Парень вновь сосредоточил всё внимание на Чхольчоне. Его глаза потемнели. — Это создаст уйму проблем. И в такое время… Чёрт! Чхольчон пожевал губу, покосился на водителя и выдавил: — Мне лучше задать вопросы дома, да? — Да. Голос брата словно стал ещё более напряжённым, но Чхольчон списал это на повышенную подозрительность и выглянул в окно. Они мчались с невероятной скоростью и комфортом по широкой дороге, заполненной такими же колесницами. А здания, их окружавшие, были выше всех дворцов, виданных Чхольчоном за всю его насыщенную жизнь. И построены они были не из дерева или даже камня, а, казалось, из стекла и стали подобно мифологическим чудовищам, пожирающим людей сотнями. От подобных ассоциаций мурашки пробежали по коже, и Чхольчон поспешил отвернуться. Слишком уж много впечатлений на сегодня. Ещё немного, и его стошнит от круговерти красок и чуждых вещей. Вскоре они остановились у такого же высокого здания, и парень вышел из колесницы, поманив за собой и Чхольчона. Он осторожно вылез и последовал за ним. Шёл его новоиспечённый брат уверенно, и Чхольчон предположил, что характер у него более чем твёрдый. Что, впрочем, можно было понять по его манере поведения и речи. С таким нужно быть настороже. И только в безвыходном положении делать его своим врагом. А потому Чхольчон решил приложить максимум усилий, чтобы построить с ним если не хорошие, то хотя бы нейтральные отношения. Но сначала информация. Она буквально залог выживания сейчас. Они зашли на первый этаж здания. Сдержанные цвета и много естественного света. Они подошли к следующим дверям, которые сами собой распахнулись перед ними. Чхольчону стоило большого труда не вздрогнуть. Он сжал руку так, что ногти впились в кожу, немного отрезвляя его. Он теперь будет жить среди всех технических чудес и должен реагировать на них также, как на чаинки в чашке, то есть никак! С деланным спокойствием Чхольчон зашёл внутрь небольшой комнаты. Дверей в ней больше не было, и он нахмурился. Это же не может оказаться тюремной камерой будущего? Но брат зашёл следом, что опровергало его подозрения. Двери также самостоятельно закрылись и пол под ногами дрогнул. Не ожидавший такого манёвра от с виду твёрдой опоры под ногами, Чхольчон качнулся вперёд в попытке удержать равновесие. И в ту же секунду оказался в крепких объятиях. — Тебе до сих пор плохо? Почему не сказал? Руки брата – вот кто действительно занимался собой в отличие от хозяина нового тела Чхольчона, подхватили его играючи. Как принцессу подхватили. Непривычно как-то. Чхольчон криво улыбнулся и отстранился. — Немного голова закружилась, но ничего серьёзного. Вопреки ожиданиям, брат ещё больше напрягся от вроде бы успокаивающей фразы, и Чхольчон с запозданием, наконец, понял почему его спутник выглядит, как кошка, почуявшая призрака. Всё время с пробуждения он вёл себя, как сам привык. И реакция человека, знавшего прошлого хозяина тела, подсказывала, что характеры и поведение у них разные, если не сказать противоположные. Чхольчон принялся лихорадочно анализировать реакцию брата и краткие обрывки информации, полученной за всё время его пребывания в этом времени. Хозяин тела из богатой и влиятельной семьи, иначе бы не угрожали. Младший, видимо. Кожа ухоженная – явно не трудится. Тело слабое – изнеженный и разбалованный. И, возможно, несамостоятельный, привыкший полагаться на других. Естественно, что такой человек не будет проявлять силу воли и держать свои неудобства от других в секрете. Скорее наоборот, сразу же начнёт жаловаться. Если резко начать вести себя, как привык, то сразу же вызовет подозрения. А потому Чхольчон, чуть напрягшись внутренне, вцепился в руку брата, чуть ли не повисая на нём. — Ты же не против поддержать меня? Голова ещё кружиться. — Конечно. Не мучай себя. Лицо брата разгладилось. Видимо, Чхольчон угадал со своим образом. Он слегка улыбнулся, самыми уголками рта. В конце концов ему не впервой изображать слабого дурачка. Пол под ногами снова дрогнул, и двери раскрылись, открывая вид на совершенно другое место, чем то, в которое они зашли несколько минут назад. Эта была большая комната с несколькими дверями, к одной из которых они подошли. — Потерпи немного. Зайдём домой и сможешь отдохнуть. А я пока поищу таблетки. Чхольчон плохо помнил своего брата, но что-то подсказывало, что даже он не бегал вокруг него, подобно курице наседке. С одной стороны неудобно. С другой же приятно, чего уж отрицать. Эта забота успокоила Чхольчона и расслабила его. А потому он совсем не ожидал, что стоит входной двери позади них захлопнуться, как его прижмут к стене локтем больно впиваясь в ключицы. А другой рукой он задрал верхнюю одежду Чхольчона до груди. — Надо же, даже шрам на боку есть. Либо ты действительно мой незадачливый братик, откопавший амнезию, либо очень качественная подделка. Лицо парня словно окаменело, а глаза сверкнули по-звериному. Но Чхольчон решил играть до конца. — Мне больно, вообще-то. Ты что, решил завершить работу, начатую убийцами? То ли голос у его нового тела высокий, то ли он всё же испугался, но вышло громче и резче, чем планировалось. Но зато это сработала, как команда на служебную собаку. Руки брата тут же отпустили его. — Прости. Я должен был проверить. Это слишком подозрительно, понимаешь? — Настолько подозрительно, что ты настроился организовывать мои похороны, — возмущение было отнюдь не наигранным, а потому звучало весьма убедительно. Уже через двадцать минут Чхольчон сидел в гостиной на мягкой кушетке, в свежей, хоть и великоватой одежде и с чистой кожей. Для этого пришлось минуты три воевать с так называемым душем, но это того стоило. А ещё чувствующий вину братец принёс ему банановое молоко, которое, по его словам, Чхольчон обожал в детстве. Точнее не Чхольчон, а хозяин тела. Но стоит привыкать считать его прошлое и своим тоже. Кстати, оно оказалось действительно вкусным. Брат сидел рядом и показывал фотографии – гладкие и чрезвычайно детализированные картины. По ним он узнал, как выглядят его родители. Строгий даже на вид мужчина с сединой на висках оказался его отцом. Мать была хрупкой и жизнерадостной женщиной средних лет с очень красивой улыбкой. И, кажется, теперь Чхольчон знал, от кого унаследовал внешность. Их семья действительно была влиятельной и связанной со строительством многих значимых районов города, да что там города, страны. А он единственный наследник. Чхольчон на этом моменте нахмурился. И вопросительно глянул на брата. — Единственный? Но как же ты? Брат замер. Медленно поднял глаза. — Ты правда не помнишь? Я ведь не их родной сын. Меня усыновили просто потому что родители долго не могли завести родного ребёнка. Поэтому взяли меня и воспитывали, как преемника. А потом родился ты и, честно говоря, первое время мне хотелось тебя придушить. Было ощущение, что меня обокрали. Но потом… Чхольчон почувствовал шутливый тычок под рёбра. — Ты был такой беспомощный и милый, а временами такой дурак, что ненавидеть тебя просто не получалось. К тому же каждый раз, когда ты малявкой был – мне едва до пояса, пытался защищать меня… это было очень круто и смешно. Мы играли вместе. И ты всегда ходил за мной хвостиком. Так что ты взял меня измором. Чхольчон невольно застыл, увидев мягкую улыбку брата. В груди потяжелело. Он действительно любит своего братишку, которого уже и в живых нет. Только оболочка с душой Чхольчона внутри. Вот кто действительно вор. И пусть цель у него в некотором роде высокая – поиск единственной любви, всё равно кошки на душе скребут. Впрочем, вряд ли было бы лучше, если бы Чхольчон не оказался здесь. Тогда этот парень сидел бы у трупа любимого брата. Лучше уж пусть не знает правды. — Скоро приедет доктор и осмотрит тебя. С травмами головы не шутят. Заодно и объяснит, что делать с твоей амнезией. Она совсем не вовремя. Отец ведь начинает вводить тебя в семейные дела. Ты нужен ему в трезвом уме. Да и мне нужен. — Может не надо? — Не беспокойся, — брат приобнял его за плечо. — Пока я с тобой рядом, всё будет в порядке. Упадёшь, и я тебя подыму. Не поймёшь чего-то – объясню. Возникнут проблемы, и я их решу. Прорвёмся, братишка. Чхольчон неловко кашлянул. — Немного неудобно спрашивать такое после столь трогательных слов, но напомни мне наши имена, пожалуйста. — Ты даже своё забыл?! — Не совсем. Оно словно плавает на поверхности памяти, но пока не назовут, не вспомню. — Ладно, в любом случае врач объяснит, почему так вышло. Я Ким Юн Хо. А ты Ким Сон Хён. Чхольчон вскинул брови. Ким. Кто бы мог подумать, что придётся носить именно эту ненавистную ему фамилию. Впрочем, неважно. Главное, что у него вышло переместиться во времени, и где-то совсем рядом ходит его Бон Хван. Они близко, и как только Чхольчон обустроиться в этом новом для него мире, то бросит все силы на поиски Бон Хвана. Миссия «Найти королеву» отныне выполнима.