Ещё один день

      Утро. Антон не горел желанием просыпаться и существовать в этом мире. Ведь сегодня тот самый день, когда он захочет похоронить себя несколько раз, чтобы больше ничего не чувствовать и не мучаться. Но сделать этого не сможет, потому что проблемы никуда не уйдут, а перейдут на мелкого. А его Антон слишком сильно любит.       Сегодня подросток не собирался идти в школу, ибо Макс назначил встречу в два часа, а парень заканчивает только в четыре. А вот брата он должен был отвести. Чувство страха, что мелкого похитят, не отпускало ни на секунду. Поэтому, собравшись, парни вышли из дома и направились на остановку. До школы те доехали быстро, и Антон, доведя Артема до крыльца, развернулся, покинув территорию учреждения.       Домой парень решил дойти пешком. Он достал сигареты и закурил. Вдыхая дым в легкие, Шастун наслаждался моментом. До того, как его, возможно, поломают, оставалось не так уж и много времени…       Идя в легкой ветровке и наступая на лужи, Антону было плевать на все. Плевать, что он прогуливает школу. Плевать, что может заболеть. Плевать, что пропускает репетиции. Все равно он там ничем полезным не занимается. Олю, конечно, жалко. Девочка там одна должна справляться и наверняка не успевает. Но сейчас было важным просто наслаждаться отсутствием ненужных и тревожных мыслей, ведь такое бывает редко.       Шастун вспомнил, что не написал Воле про свое сегодняшнее отсутствие, поэтому, достав телефон, открыл с ним диалог. Шастун: Здравствуйте. Павел Алексеевич, я сегодня не приду в школу. Плохо себя чувствую.

Классрук:

Привет. Хорошо, поправляйся! Пиши если что;)

Шастун: Да, конечно. Спасибо)       Друзьям же он просто написал в группу, что едет к Максу, и в школе его ждать не стоит. Те ответили, чтобы Антон не совершал глупостей и был осторожен.       Выкуривая уже шестую сигарету, Шаст стал подходить к дому. Как бы сильно ему не хотелось сейчас там появляться, выбора особо не было. В наушниках играли «Нервы», а взгляд был устремлен вниз. Поэтому, когда он подошел к подъезду и поднял голову, сердце пропустило несколько ударов. По обе стороны стояли Гриша с Илей. Антон предпринял попытку и резко развернувшись, попытался убежать. Но «монстры» оказались быстрее, успев схватить парня на за ворот и развернуть, грубо прижимая к стене.       — Блять, долго вы еще будете меня у стен зажимать? — Съязвил парень, понимая, что положение у него все равно не очень, так что, терять нечего.       — Дорогой, Антоша, — начал Гриша, — Я надеюсь, ты нашел товар? Или обрадуешь нас деньгами?       — Время у меня еще есть. Нахер вы сюда приперлись, уебки? — Уровень злости зашкаливал и Шаст решил выплеснуть ее хотя бы словами, ведь драться сегодня в его планы не входило.       — Если сегодня не принесешь то, что должен, очень сильно пожалеешь.       «Монстры» проигнорировали вопрос, отпуская парня и показушно расправив на нем ворот кофты, за который держали до этого. Напоследок кинув короткое «не прощаемся», они направились к машине.       — Зачем вы вчера меня искали? — Резко выпалил подросток.       — Все, что надо, мы там увидели.       Антону оставалось только наблюдать за тем, как они садятся в машину и со свистом колес выезжают со двора. Парень не до конца понял смысла брошенной Ильей фразы, но сейчас забивать этим голову совершенно не хотелось. Ему хотелось просто прийти домой, уснуть и никогда не просыпаться. Сегодня у него будет очень тяжелый день. Как морально, так и физически.       Осенний ветер пробирал до костей. Антона резко передернуло от холода, но он решил все же выкурить одну сигарету, стоя у подъезда. Насладиться тишиной и покоем, пока была такая возможность. Костя и Вика наверняка сейчас дома, и подростку оставалось надеяться, чтобы они были одни, без своих дружков-алкашей, которых он не мог выносить. Когда сигарета дотлела до фильтра, а кожа полностью покрылась мурашками от холода, Антон бросил окурок на землю, придавив его мыском ботинка и направился домой.       В квартире были слышны голоса недородителей, и по их связной речи Антон понял, что они трезвые. Это очень его удивило, но проверить все же решил. Тихо разувшись, он прошел на кухню. Мать металась по комнате, ища, видимо, какие-то закуски к водке, которая стояла на столе в закрытом виде. «Вот это я вовремя зашел. Праздник у них еще только начинается.» Костя сидел за столом с выжидающим видом. Руки его придавались легкому тремору из-за терзающей ломки. На появление сына никто не обратил внимания, поэтому подросток решил подать голос первым:       — Илья с Гришей приходили, — спокойный тон отразился эхом в помещении.       Отчим резко развернулся и по широко раскрытым глазам Антон понял: тот испугался. Да, в его глазах явно читался испуг. На трезвую голову он хорошо помнил, что это за люди. Он боялся их и старался избегать. У него здорово получалось. Чего не скажешь о подростке…       — Просят деньги или наркоту, — продолжал ровным тоном, — Тебе адрес подсказать, куда привезти?       Ухмылка озарила его лицо. Шаст смотрел прямо в глаза Косте, и ему явно нравилось видеть спектр эмоций, который тот испытывал. Вика замерла с пустой тарелкой в руках, стоя у окна. Она тоже знала этих людей не понаслышке и, услышав знакомые имена, встала в ступор, переводя взгляд с мужа на сына и обратно. Костя же резко подскочил с места и почти вплотную приблизился к пасынку. Антон, вопреки всем ожиданиям, даже глазом не моргнул. Он остался стоять в прежней позе с наглой ухмылкой на лице, не отводя глаз от этого козла.       — Приходили к тебе, вот ты и разбирайся, — почти выплюнул эту фразу и, отодвинув подростка в сторону, пошел на лестничную площадку, прихватив сигареты.       Такое поведение было ожидаемым. Костя поступил точно так же, как и несколько лет назад. Свалил все на парня, а сам якобы не при делах. Антона это очень разозлило, но виду тот не показывал. Он спокойно развернулся и прошел к себе в комнату, заперевшись на замок.       Стянув с себя ветровку, Шаст завалился на кровать. Голова была забита разными мыслями, которые не особо приносили радость. Поэтому парень решил забыться сном. Вероятно, он ему сейчас нужен как никогда. Будильник был поставлен на час дня, так что царство Морфея могло спокойно забирать его в свои объятия.

***

      Навязчивый звон, доносившийся из-под подушки, заставил парня нехотя открыть глаза и встать с кровати. Нащупав телефон, он выключил будильник и откинул его в сторону. В принципе, Антону не нужно было собирать с собой какие-то вещи, ведь все необходимое уже находилось в рюкзаке. Он решил только переодеть толстовку и снять с себя несколько колец и браслетов, оставив минимум на своих руках. В коридоре Шаст быстро переобулся и выбежал из квартиры. Свою излюбленную ветровку, которая заменяла ему осеннюю куртку, он решил не надевать. Все равно до метро идти недалеко, не успеет замерзнуть.       На улице шел небольшой дождь, но это не заставило парня вернуться за зонтом или хотя бы вызвать такси. Он закурил сигарету, вставил наушники в уши и уверенно направился к метро. Волнение потихоньку овладевало парнем, но он старался подавлять его.       Находясь уже в одном из вагонов, Шастун шумно вздыхал, движения его казались резкими, а руками стал овладевать легкий тремор. Он очень сильно нервничал, потому что предыдущая их встреча закончилась не очень хорошо…       В прошлом году у Антона был друг — Илья Макаров. Они с ним вместе на баскетбол ходили, сдружились хорошо, ну и в свободное время зависать стали вместе. В какой-то день Илья предложил Шасту сходить на вечеринку, которую устраивает его знакомый. Ну тот и согласился. Предложил пойти и Димке с Серым, но они отказались. В общем, в день икс Антон с Макаром оказались на этой вписке вдвоем среди незнакомых им людей. Конечно, там были парочка их одноклассников, но на контакт те выходить не желали. Тогда Шаст взял себе стакан с каким-то спиртным и устроился в уголке, наблюдая за людьми. Он не особо хотел с кем-то разговаривать в этот вечер, поэтому такое расположение ему очень даже нравилось.       В какой-то момент к Антону подошел парень. На вид ему можно было дать лет восемнадцать-девятнадцать. Среднего телосложения, невысокий, возможно, на два-три сантиметра выше Шаста. Он встал совсем близко к парню и посмотрел на него с, казалось, дружелюбной улыбкой. В руке находился такой же стаканчик с алкоголем.       — Привет! — Из-за громкой музыки ему пришлось наклониться чуть ближе к подростку и проговорить это на чуть повышенном тоне, — Меня Макс зовут. А тебя, милашка? — Он смотрел прямо в глаза и, лицо его теперь озаряла хищная улыбка.       — Привет, — он очень смутился от того, как его назвали, поэтому опустив взгляд в пол, тихо ответил: — Антон.       — В каком ты классе? — Максим нерасторопно распивал свой напиток, пытаясь разговорить подростка.       — В девятом, — Антон редко поднимал глаза, так как стеснялся. Он и сам не понимал, чем было вызвано такое поведение.       — Так тебе всего пятнадцать лет? Как ты сюда попал? — Максим вскинул брови вверх, удивленно посмотрев на парня.       — Вообще-то не всего, а уже пятнадцать, — обижено проговорил подросток. На второй вопрос он решил не давать ответ, так как был очень возмущен первым.       — Ну конечно «уже», — Макс мило улыбнулся и подцепив двумя пальцами подбородок младшего, приподнял его, заставляя посмотреть на себя. Антон опешил от этих действий. Его щеки залились легким румянцем и он тяжело сглотнул.       — А… А тебе сколько лет? — Очень робко спросил Шаст, не осмеливаясь одернуть голову.       — Мне восемнадцать. Не хочешь выпить за знакомство? — Макс очень быстро сменил тему.       — Д-да, давай. Только мне нужно взять новый стакан. Я уже все выпил, — подросток не мог нормально собраться с мыслями, поэтому говорил отрывками.       — Хорошо, я тебе принесу. Что ты предпочитаешь? — Старший отпустил голову мальчишки, и тот облегченно выдохнул.       — Мне все равно. Бери на свой вкус.       Через некоторое время Максим пришел с двумя стаканами, один из которых протянул Антону. Чокнувшись, они опустошили емкости до дна и продолжили незамысловатую беседу. Спустя несколько минут Антон почувствовал, как по его телу распространяется жар, во рту становится невероятно сухо, а руки начинает немного потряхивать. Он решает дойти до соседнего столика и взять оттуда бутылку воды, но тело будто не слушается и при попытке сделать шаг его ведет в сторону. Максим ловко перехватывает мальчишку за талию и прижимает к себе, чтобы тот не упал.       — Макс, — позвал Шастун, — Дай мне воды, я пить хочу.       — Сейчас, пошли, я отведу тебя в комнату. Тут слишком много людей.       Старший направил парня в сторону спальни, а сам шел рядом, аккуратно придерживая. Зайдя в помещение, он уложил подростка на кровать. Следом, взяв откуда-то графин с водой, налил в стакан и протянул Антону. Тот с жадностью осушил его, отставив на тумбочку. Неожиданно сердцебиение Шаста участилось, и он почувствовал резкую бодрость.       — Что-то мне нехорошо. Что я выпил? Ты мне что-то добавил? — Парень засыпал вопросами Максима.       — Успокойся, солнце. Тебе сейчас станет очень хорошо, — эту фразу он произнес с лукавой улыбкой на лице.       Когда Антон попытался на шатающихся ногах выйти из комнаты, Бочкарев резко развернул его и стал жадно целовать, проталкивая свой язык в рот Шаста и обводя им ряд ровных зубов. Антон пытался сопротивляться, но перед глазами все плыло, а тело не слушалось. Подросток не помнил, как они оказались на кровати, но в его голове ярко отпечатались все прикосновения Макса к его телу. Как старший срывал с него одежду и продолжал целовать каждый доступный ему участок. Все происходило слишком быстро и Антон не успевал соображать. Он не понял, как Бочкарев оказался резко скинутым с кровати и прижатым к стене, а на него самого с большим усердием одевали штаны и поднимали с этой самой кровати.       Уже выйдя из комнаты не без помощи, как оказалось, своего друга, до Шаста стало доходить, что только что произошло. Его пытались изнасиловать.       …Голос в вагоне объявил нужную станцию, и Антон выбежал на платформу. По его глазам катились слезы от воспоминаний и понимания того, что сейчас это все продолжится. Он тогда не стал заявлять в полицию, ибо не хотел лишних морок, хотя прекрасно понимал, что Макс мог сесть. Хотя бы за то, что напоил несовершеннолетнего алкогольным напитком с добавлением наркотиков.       За этими раздумьями парень не заметил, как подошел к тому самому дому. Оглянувшись по сторонам, он как будто искал помощи, но улица была совершенно пуста. Антон достал пачку сигарет и трясущимися пальцами вытащил одну, поджигая и делая такую нужную ему сейчас затяжку. В кармане штанов завибрировал телефон, оповещая о входящем звонке. Шастун посмотрел на экран, где высветилось «Костя» и ему это совсем не понравилось.       «Блять, вот только тебя мне сейчас не хватало здесь...» Антон сбросил звонок и отключил телефон. В подъезд попасть было очень легко, но вот в квартиру… Парень несколько минут помялся у двери, а потом неожиданно для самого себя потянулся к звонку и оповестил хозяина о своем прибытии.       — Антоша, дорогой, — слишком слащаво поприветствовал Максим, открывший дверь, — Проходи, не стесняйся.       Антон прошел вглубь квартиры и встал в коридоре как вкопанный. «Мда… С того дня абсолютно ничего не поменялось…» Его сковал страх из-за осознания того, что с ним могут сделать в ближайшие часа два.       — Ты раздевайся и проходи в комнату, — Максим подошел ближе к Антону и, улыбаясь, прошептал на ухо: — Боже, неужели, мы закончим то, что начали год назад? — С этими словами Бочкарев ушел в комнату, оставив парня наедине со своими мыслями.       Пройдя в комнату, Антон услышал звук закрывшейся двери и резко развернулся. Напротив него стоял Макс. Он нежно положил руки на талию Антона и прижал к себе, смотря точно в глаза.       — Твой дружок тогда так невовремя пришел за тобой. Я не успел наиграться, — старший приблизился к уху Шаста и прикусил мочку. Тело Антона не отзывалось на подобные ласки, ведь он чувствовал отвращение к этому человеку.       — По-твоему, я игрушка? Ах, да, скажи лучше спасибо, что я заяву не накатал на тебя, — как яд выплеснул Шастун.       — Солнышко, смени тон, пожалуйста. Тебе же нужен товар, а не мне. Так сделай все для того, чтобы получить его.       Бочкарев резко впился в губы младшего, прижимая ближе к себе. Вмиг оказавшись у кровати, он повалил Антона, нависая сверху. Максим продолжал терзать губы и шею шатена, стараясь быстрее справиться с уже надоевшей одеждой. Наконец, кофта и штаны с нижним бельем полетели на пол, а парень наслаждался открывшимся видом худого тела. Он аккуратно проводил пальцами по бокам мальчишки, считая ребра и следя за тем, как кожа покрывается мурашками. Нежно оглаживал соски, опаляя их своим горячим дыханием. Проходился поцелуями от шеи до самого низа живота и следил за эмоциями парня. Ему это приносило просто дикий кайф.       — Тебе нравится? — Максим прошептал это на ухо, проведя рукой по паху младшего. Антон не смог ничего ответить, а из его рта вырвался неожиданный стон, когда старший сжал член парня, — Отвечай, когда я тебя спрашиваю.       — Нет, сука, ничего мне не нравится, — говоря это, Антон не был уверен, что не соврал. Чисто морально ему это не нравилось от слова совсем. Но физически…       — А твое тело говорит об обратном, — ухмылка с лица Бочкарева не сходила. Он продолжал водить рукой по вставшему органу его пассии.       Взяв откуда-то тюбик со смазкой, Максим выдавил немного себе на пальцы и подставил ко входу младшего.       — Сейчас будет неприятно, но придется потерпеть, — с этими словами старший резко вставил сразу два пальца. Антон закричал настолько громко, что его, кажется, услышал весь подъезд. Из глаз полились горячие слезы от боли, которую он сейчас испытал, — Терпи.       У Шаста было не особо много вариантов, так что оставалось только проглотить все те чувства и эмоции, которые он испытывал и терпеть. Было похоже на то, что парня не растягивают, а буквально трахают пальцами.       — Стой! Пожалуйста, хватит! — Не вытерпев этого, крикнул Антон.       — Хорошо, раз ты просишь прекратить тебя растягивать, то приступим к делу.       Максим выдавил еще немного смазки на свой член и на сжавшееся колечко мышц парня. Подождав, пока Антон немного расслабится, Бочкарев резко вошел по самое основание. Ему сносило голову от того, насколько Шаст узкий, и поэтому, выждав, пока младший перестанет выгибаться и кричать от боли, начал входить в него, постепенно наращивая темп. Антон понял, что его, вероятно, порвали, потому что боль была адской. Но что бы он ни говорил, Максим просто не слышал. Он и не хотел слушать. Сейчас парень был как животное, которое поддалось своим инстинктам. Он вбивался и вбивался в Антона, пока не почувствовал, что ближется разрядка. Положив руку на член младшего, он стал дрочить ему в такт своих толчков. Когда оргазм настиг обоих, Шастун кончил себе на живот, а Макс глубоко в парня.       Бочкарев упал на тело Антона, пытаясь отдышаться. А Антон, кажется, вовсе не дышал. Через какое-то время старший нежно поцеловал парня в губы и встав с кровати, направился в душ, бросив напоследок:       — То, что тебе надо, на столе.       Антон чувствовал, как из него вытекает чужая сперма, вероятно, вперемешку с кровью. Ему было очень больно пошевелиться, но оставаться в этом душном помещении, пропитанном ненавистью и отвращением, он больше не мог. Поэтому, встав с кровати, корчась и издавая непонятные звуки, Шаст оделся, забрал свой пакет с порошком и поспешил убраться из квартиры. Из его глаз текли горячие слезы. Он ненавидел себя и свою жизнь. Хотелось прямо сейчас вскрыть вены. На улице люди странно смотрели на такого раскрасневшегося и заплаканного парня, но ему не было до них никакого дела. Сейчас главной целью было — добраться домой.

***

      Придя домой, парень сразу направился в душ. Ему хотелось смыть с себя последствия сделанного с ним. В голове стояло слишком много мыслей, от которых хотелось лезть на стену. Да, он понимал, что другого выхода по сути и не было, но лучше от этого не становилось.       «Сука, как же я вас всех блять ненавижу! Гребанный Костя! Это все из-за тебя, сука! Из-за тебя я сейчас чувствую себя грязным, использованным и нахуй никому не всравшимся уебком! Ненавижу!!!»       В своих мыслях Антон прямо кричал на виновника всего этого. Из глаз продолжали течь горячие слезы, а злость, накопившаяся внутри, вырвалась наружу. Антон со всей силы треснул кулаком в стену, из-за чего на его костяшках мгновенно образовались ссадины. Ему хотелось заглушить всю моральную боль физической, поэтому, взяв лезвие в руки, которое он прихватил с собой в душ, начал проводить по ногам. Он вводил острие настолько глубоко, что пришлось зажимать рот рукой, чтобы не заорать. Но это сейчас именно то, чего хотелось. Кричать. Кричать так, чтобы его все услышали. Однако, сделать этого парень не мог. Слишком много проблем создаст другим людям. Именно поэтому старается никого к себе близко не подпускать.       На ногах появилось четыре новых шрама. Из них сочилась кровь, а кожу обжигала горячая вода. Антон сидел на полу, вжав голову в колени, и тихо плакал. Он не мог совладать с эмоциями, что добивало еще больше.       Спустя какое-то время вода перестала шуметь. Шаст вышел из ванной и направился к себе в комнату. Сейчас были силы только на то, чтобы переодеться в чистую одежду и завалиться на кровать. Он не стал обрабатывать ноги. Не стал искать телефон, который до сих пор валялся выключенным где-то в рюкзаке. Не было сил даже на то, чтобы покурить. Парень просто лег на кровать и закрыл глаза. После выпущенных эмоций хотелось спать.

***

      Открыв глаза, Антон автоматически потянулся рукой под подушку, пытаясь найти телефон. Только потом он вспомнил, что не доставал его. Встав с кровати, парень ощутил резкую боль, но старался всячески ее игнорировать. Пошарившись в рюкзаке и найдя там нужную вещь, он посмотрел на время.       — Блять! Уже пять вечера! Надо позвонить Теме, — слишком громко рассуждал вслух парень. Только он собирался набрать номер брата, как услышал тихий стук в дверь, а потом оттуда просунулась голова мелкого.       — Антош, ты уже проснулся? — Артем зашел в комнату и закрыл за собой дверь.       — Боже, прости, я забыл тебя сегодня забрать из школы, — Шастун-старший подошел к брату и обнял его, — Ты как? Все хорошо?       — Да, все хорошо. Меня Димка с Сережей проводили домой.       — Ну и отлично. Ты кушал уже?       — Не-а. Там родители… Они… — Артем начал говорить прерывисто, но Антон понял о чем хотел сказать брат.       — Хорошо, иди к себе в комнату, я сейчас принесу покушать тебе, — Шаст открыл дверь и направился на кухню.       За столом сидели в хлам бухие родители. У Антона неожиданно возникла ужасная ярость. В мыслях стали проноситься картинки того, как Костю избивают до полусмерти, а потом насилуют. Да, Шастун хотел, чтобы отчиму было так же больно, как парню. Он все смотрел и смотрел, а глаза, кажется, уже покраснели от злости. Но в кухню резко вбежал Артем, и старший будто вернулся обратно в реальность.       — Тош, а у нас есть суп?       — Суп… Сейчас посмотрим, — Антон открыл холодильник, в котором стояла всего одна кастрюля с уже, видимо, протухшими макаронами. Он брезгливо поморщился и поспешил избавиться от них, — Нет, Тем, супа нет. Какой ты хочешь? Я завтра зайду в магазин и днем приготовлю, хорошо?       — Ладно, — мальчишка заметно погрустнел, — Я картофельный хочу. Ты умеешь его варить?       — Картофельный, так картофельный, — старший улыбнулся, — А пока давай я тебе яичницу сделаю?       Мелкий кивнул и побежал в свою комнату. Антон же начал быстро готовить ужин своему брату, стараясь не обращать внимания на бухих родаков сзади. «Да уж… Не было в моих планах завтра супы готовить…»       — Держи, Темка, — Шаст поставил тарелку с едой на маленький столик, за которым сейчас читал брат, — Слушай, мне надо уйти ненадолго. Посидишь один?       — Да, конечно. Спасибо, кстати, — улыбка озарила его лицо.       — Отлично. Ты звони, если что, и лучше закройся в комнате, — Артем же снова сдержанно кивнул и принялся уплетать свой ужин, а Антон тем временем направился в свою комнату, чтобы собраться и пойти на нужный адрес.       Выбежав из квартиры, он взял с собой излюбленный рюкзак, в который закинул пачку сигарет, наушники и деньги. По дороге он выкуривал сигарету за сигаретой, потому что волнение и страх накатывали с ужасной силой — все-таки не каждый день таскаешь с собой в рюкзаке наркоту.       Дойдя до нужного места, он облокотился о стену и пытался выравнять дыхание. Минуты через две подъехала машина, из которой вышел Гриша.       — Принес?       — Нет, блять, думал над самоубийством и решил выбрать самый надежный способ, — съязвил Антон, выплескиваю свою злость.       — Ты кому дерзить вздумал, щенок? — Мужчина прижал парня к стене, угрожающе нависая над ним. Антон даже не шелохнулся, а лишь издевательски улыбнулся.       — Руки от меня убрал, — выплевывая каждое слово, проговорил Шаст.       — Долго вы там еще трепаться будете? — Раздался голос из машины. Это был Илья.       — Давай уже сюда все и расходимся как в море корабли.       Антон достал из своего рюкзака несколько пачек, обернутых в черный пакет, и отдал Грише. Тот сделал надрез ножиком и, подцепив немного пальцем, проверил товар.       — Мы на этом прощаемся, я надеюсь? Знаете, как-то не горю желанием больше вас видеть в своей жизни, — продолжал дерзить Антон.       — Думаю, найдется повод еще свидеться, — хмыкнул Гриша, — Гуляй, пацан, пока можешь.       Мужчина потрепал парня по голове и стал удаляться к своей машине, которая в ту же секунду с громким свистом выехала со двора заброшенного здания и уехала в неизвестном направлении.       «Сука, если бы ты знал, сколько мне пришлось пережить за это время… Подонки, блять. Надеюсь, вы разобьетесь на своей чертовой машине.»       Антон тоже поспешил ретироваться с этого двора. Он достал телефон и написал друзьям в группу с просьбой встретиться на их месте через двадцать минут. Те, конечно же, согласились, а парень направился в магазин. Зайдя в ближайший ларек, он хотел купить какой-нибудь дешманский коньяк или что-то похожее, но продавщица без паспорта не продавала, поэтому Антон стал ждать кого-нибудь, чтобы ему купили. Через минут пять в его сторону двигался какой-то мужчина, и Шаст, набравшись смелости и побольше надежды, попросил его. А незнакомцу, видимо, было все равно на все, так что он взял деньги и через несколько минут вернулся к парню с бутылкой коньяка. Шастун быстро спрятал ее в рюкзак и поплелся на старую заброшку, где они с друзьями постоянно зависали.       Парни пришли почти одновременно, поэтому поднимались на самый последний этаж уже о чем-то разговаривая. Наконец, поднявшись и сев на бетонную основу оконного проема, они достали пластиковые стаканчики и разлили коньяк. В общем молчании друзья одновременно их опустошили и поморщились.       — Ну что, расскажешь, как к Максу съездил? — Начал такой непростой разговор Дима.       — Отлично съездил, — грустно усмехнулся Антон, — Так отлично, что аж сидеть сейчас больно.       — Боже… Что он с тобой сделал? — Лицо Серого исказила гримаса ужаса.       — А сам как думаешь? — Парень говорил это без эмоций. Кажется, пришло время стадии принятия, — То, что и хотел год назад.       — Блять, Антош… Ты же знал, — не спрашивал, а утверждал друг, — Знал?       —Ну знал, блять, и что теперь? Думаете, у меня вариантов дохуя было? — Он потянулся за бутылкой и разлил по второй порции каждому. Не дожидаясь друзей, парень опрокинул в себя жидкость. Тепло разлилось по всей груди, и от этого было так хорошо, что, казалось, все проблемы уходят на задний план.       Дима с Сережей переглянулись между собой и молча выпили содержимое стаканчика. Им было жалко друга. Жизнь подкидывала нового дерьма, и Антон в нем тонул.       — Ребят, пожалуйста, не берите в голову это. Было и было. Сейчас же я с Вами, — Шаст попытался развеять обстановку, — Кстати, спасибо, что сегодня Темку отвели домой. Я пришел и вырубился сразу.       — Да без вопросов, чувак. Мы понимаем…       — А с монстрами виделся сегодня? — Включился в разговор Серый.       — Да, встретились. Тут, слава Богу, без происшествий, — Антон как-то облегченно выдохнул и достал пачку сигарет, закуривая одну.       — Думаешь, теперь они оставят тебя?       — Цитирую: «Думаю, найдется повод еще свидеться» — слова Гриши, — очередная затяжка наполнила легкие парня.       — Что же им блять неймется все, — рассержено выразился Серый.       — А давайте нахуй все проблемы сегодня? Выпьем? — Предложил Шаст, и они втроем подняли стаканы вверх, — Расскажите лучше, что сегодня в школе интересненького было?       Дима с Сережей принялись увлеченно рассказывать об уроках и происшествиях на них. Как в столовой Анохин опрокинул на себя весь поднос с едой, а также умудрился испачкать учителя математики. Рассказали то, что было на репетиции и после нее. Ну и как они сходили в кафе после школы и поболтали там с Окс. За этими разговорами парни не заметили, как опустошили больше половины бутылки.       — Кстати, тебя Попов искал сегодня, — неожиданно выдал Серый.       — Че блять? Нахуя я ему сдался? Он не говорил? — Антон сразу полез за телефоном, чтобы посмотреть, пытался ли Арсений с ним связаться. Пропущенных не было, но зато на экране высвечивались куча сообщений от Попова, группы класса, несколько пропущенных от Кости и одно сообщение от Максима: «Классно провели время) Не против повторить)», — Да пошел ты, — тихо выругался Шаст.       — Он хотел с тобой о чем-то поговорить вроде, — ответил Поз пьяным голосом с заплетающимся языком.       — Что вы ему сказали? — Парень очень нервничал. В голове начали роиться мысли о том, что Попов мог узнать о родителях или монстрах, или наркоте. Или обо всем вместе. И тогда суицид ему обеспечен.       — Что ты болеешь. Он хотел поехать навестить тебя, но мы отговорили. Сказали, что к тебе бабушка приехала.       — Боже, ребят, вы лучшие! Спасибо большое!       Это было засчитано как повод выпить, так что очередная порция алкоголя направилась прямиком в организм. Друзья просидели на заброшке еще где-то часа два и стали расходиться по домам. Антон предупредил, что завтра в школу не придет, но Темку заберет сам. Дойдя до развилки такой веселой компанией, каждый повернул в сторону своего дома и, пожелав спокойной ночи, разошлись.