Заклинатель змей

Кроули встречает мальчишку в 1938 году, в деревушке неподалеку от Литтл Хэнглтона. В нем — разрушительный хаос. В шипящих мыслях ребенка, в резких поворотах его разума Кроули узнает себя — человека с душой демона и какой-то демонической силой. Он — волшебник. Волшебники как вид появились много веков назад, когда падший ангел впервые осмелился возлечь с человеческой женщиной, впервые осмелился произвести на свет человеческого ребенка... Том — именно так зовут ребенка. Простое имя. Маггловское имя. И Риддл — не такой уж и простой и не такой уж маггловский, несмотря на своего отца. В мальчишке чувствуется огромный потенциал. И все же Кроули немного удивляется, когда скользит к нему по теплой траве, а Том приветствует его на парселтанге. Ребенок вежливый, неестественно вежливый. Он сидит на краю игровой площадки, спокойно наблюдает за игрой других детей и едва шевелит губами, разговаривая с Кроули. Кроули, слыша его шипящую речь, радостно сворачивается кольцами и тоже преподносит ребенку дар — рассказывает истории, которые тот хочет услышать, которые ему нужно услышать, о том, как прекрасна власть, и о том, как ее обрести. Такой рьяный юный ученик. Они сидят под ярким небом и разговаривают, как и положено змеям, о всяких темных делах — Кроули обернулся вокруг теплой шеи мальчишки, а Том прислонился спиной к дереву и слушает. Плод познания не так уж важен. Мальчишка умен и найдет знания везде. Нет. Задача Кроули — соблазнить его властью, что он и делает, мягко разрывая и без того тонкие цепи совести, знакомит его с прелестями логики. Нелогичная логика. Стремление к свободе, несмотря на тот факт, что свободы не существует (а Кроули знает об этом лучше всех, не так ли?). Тем не менее Том не попадет туда, где сможет использовать свои силы и погрузить мир в хаос, пока не разбудит в себе магию. Кроули приходит ему на помощь — обвивается вокруг руки мальчишки, когда тот сжимает самодельную палочку из ветки, и направляет силу Тома через эту грубую промежуточную материю, помогая ребенку постичь свою природу задолго до того, как это получается даже у самых маленьких магглокровок. Когда Том наконец-то поступит в Хогвартс, он будет куда лучше одноклассников — будет готов к тому, чтобы, несмотря на свои юные годы, выжать максимум из Слизерина. Чтобы быстро подняться на вершину власти. Змея карабкается по лестнице. Забавно, магглы никогда не умели играть в эту игру[1]. — Я знаю, ты совсем не тот, кем кажешься, — произносит однажды Том и целует его в морду, не выказывая ни капли страха, и лишь влажная змеиная кожа отделяет его лицо от клыков Кроули. Том улыбается — спокойно, невозмутимо, и Кроули с удивлением чувствует рябь на поверхности своего разума, будто от ветра над водой, а потом Том указывает лежащее на дереве перо и говорит «Гори» — перо осыпается на землю пеплом. Что ж. Через месяц Том получает письмо из Хогвартса, и Кроули испытывает нечто похожее на отцовскую гордость. Когда Том в их последнюю встречу касается теплой рукой его кожи, Кроули не чувствует в этом прикосновении никакого сожаления — лишь готовность попрощаться. Он знает, что не нужно желать мальчику удачи. Змеи — хладнокровные. Они не нуждаются в ни тепле, ни в ласке. — Будь здоров, — напоследок говорит Том и покидает Литтл Хэнглтон. Три десятилетия спустя Кроули видит Метку, зависшую над маггловским домом, на руке ее создателя красуется еще одна темная змея. Кроули понимает, что это значит. Так Том приветствует этот мир. Так Том приветствует Кроули, отдает ему дань уважения. Кроули смотрит на залитое ярко-зеленым светом небо и улыбается. Конец