ПХП - психолог, художник, полицейский

      Началось всё это девять лет назад. Тогда Давиду пришлось, по желанию его родителей, уехать в Россию к сестре.       - Давид, это будет лучше для тебя же! И это не обсуждается! – Уже в который раз повторяла мать. Подросток практически каждый день задавал вопрос, почему ему так будет лучше, но Берта уходила от ответа.       - Я не хочу! – Кричал Давид. – Пока ты не скажешь, зачем мне в Россию, я ни куда не поеду!       Пареньку тогда было всего четырнадцать, а его уже хотели отправить за тысячу километров от дома. Терять здесь ему нечего, кроме родителей, что были, не сильно близки Давиду. Друзей за семь лет обучения в школе, он не нашёл. Его не унижали, не издевались над ним, просто не замечали. Такой человек в классе, который поможет пару раз, поддержит, а потом, ты будешь рассматривать школьные фотографии, и не понимать, кто это. И внешне и по характеру, он был неприметный. Его короткие, вьющиеся на концах, светло-коричневые волосы, чаще всего не уложены. Абсолютно ничем не привлекающие, бездушные, угловатые карие глаза, тонкие губы и немного видны скулы. В людях ходил в просторной, неприлегающей рубашке белого цвета, чёрных брюках или джинсах и в кроссовках чёрного цвета с белой подошвой.       - Мне всё равно на твои протесты. Ты полетишь в Россию послезавтра! – Женщина говорила с яростью. Если бы не стальные нервы, Берта уже орала на ребёнка. – А сейчас, не мешай мне и остальным и иди в свою комнату!       В ответ Давид недовольно фыркнул и ушёл в свою спальню, в которую можно попасть только через комнату двух братьев Льва и Рафаэля, но через два года к ним добавится ещё Захар – самый младший ребёнок в семье. Комната братьев квадратная у правой стены стоит двухэтажная кровать, сделанная из массива сосны и окрашенная в чёрный цвет. К левой стенке примыкает обычная, одноместная кровать. Сделана она из того же материала и окрашенная так же в чёрный цвет. Так же прислоняясь к левой стенке, располагается самый обычный рабочий стол с задвинутым стулом. И точно такой же стол стоит рядом, только уже опирается о стенку с дверью. Примыкая уже к правой стене, около кровати есть дверь, после неё есть огромный шкаф для одежды. Стены с обоями сероватого цвета, отливающего синим. На полу ламинат светло-бежевого цвета.       Подойдя к той двери, он открыл её, и перед Давидом предстала совсем небольшая, прямоугольная комнатка. Кровать была двухместная, но пристроена она слева прямо впритык к стене. Справа стоял такой же рабочий столик, как и в комнате братьев. У стенки, противоположной стене с дверью, стоял комод белого цвета, явно не вписывающийся в интерьер, из-за узоров на корпусе. Сами стены были покрашены в бледно-синий цвет. По всему периметру стен были развешены плакаты и наклейки. Пол был точно такой же, как и в другой спальне.       Закрыв дверь, Давид подошёл к кровати и залез на неё. Привстав, подросток дотянулся до полки с фотографиями и достал одну. Фото сделала старшая сестра Давида – Далия, лет восемь назад. На ней мальчик со своей подружкой. Золотистые волосы девочки блестят, а концы вьются. Голубые, словно алмазы, глаза, светятся от счастья. В тот день, Давид подарил девочке цветочки, которые сам посадил и вырастил. Лишь от одной фотографии у Давида столько ностальгии. Невольные слёзы накатились на глаза, ему так не хватало её. До двенадцати лет он общался с ней. Те детские проблемы, из-за которых мальчик плакал, девочка помогала решить. Белокурая красавица, как только могла, поддерживала его. Но в один момент просто пропала. По словам родителей, она с семьёй переехала. Но было, что-то не так…       Резко постучали в дверь. Давид в своей голове уже подпрыгнул от неожиданности, но в реале же всё так же лежал на кровати и смотрел в потолок, только уже с прижатой к груди фотографией. Открыв дверь, в комнату зашёл Лев – старший брат. Подойдя к кровати, он сел на её край.       - Дав, всё хорошо? - Спросил Лев. – По-моему мама переборщила... Поэтому решил как-то помочь…       - Да, всё хорошо! – Воскликнул Давид, после резкого подскока он уже сидел.       - У тебя слёзы… – Посмотрев прямо в глаза, Лев вытер капли со щёк брата. – Если у тебя есть какие-нибудь переживания, можешь сказать. Я выслушаю. – Доброжелательная улыбка успокоила Давида.       - Не, не! У меня всё отлично сказал же. Не переживай!       - Хорошо… но просто всем показал, что ты слишком грустный… Давид лишь помотал головой. Лев с жалостью посмотрел на брата и встав с кровати покинул комнату.

***

      Спустя два дня, Давид в одиночестве летел в самолёте. Из-за отчаяния он не мог уснуть. Провожали его всей семьёй. Не было только отца. Он снова работал.       Спустя несколько часов, самолёт приземлился. Это были худшие часы в жизни мальчика. Расположение его места позволяло смотреть в окно. Пока его глаза метались, будто что-то искали, в голове Давид плакал, ревел, он боялся этой резкой перемены. Ни то чтобы ему не нравилась Россия. Просто не хотелось прощаться с семьёй как следует. Если родители не были ему близки, то братья и сёстры – это его единственная поддержка, после пропавшей подруги. Он утишал себя, тем, что будет жить с Далией. После её переезда в Россию, никто из семьи с ней не виделся. Но мысль о том, что он до сих пор не знает причину, по которой его сюда отправили, очень терзала и заглушала все утешения. «Неужели они просто хотели избавиться от меня?», «Неужели ненавидят меня?!», «Почему они не любят именно меня?», «Я мало старался?», «Я недостаточно хорош?», «Я хуже других?» - от этих мыслей Давид сходил с ума.       Копаясь в своих размышлениях, парень потерял счёт времени, и не заметил, как ему навстречу бежала сестра, параллельно что-то крича.       - Братишка! – Обняв Давида, сказала девушка. – Я так рада тебя видеть! – Мальчик, наконец, опомнился и обнял Далию. – Ты уже забрал вещи?       Разомкнув объятия, парень понял, что не может говорить и просто кинул. Что-то не так. Его размышления завели в яму, не позволяющую произнести и слова. Странная вещь, но случается с мальчиком не первый раз.       - Отлично! Тогда пошли. В машине всё расскажешь!       Давид заметил, что сестра очень рада. В последний раз она была настолько радостной, когда начала встречаться с парнем, потом всё перевернулось. Сев в машину, мальчик осознал, что лучше не портить настроение сестре, поэтому с поддельным энтузиазмом рассказал о том, как его проводили, о полёте, о «настоящих» размышлениях. Сестра на эмоциях поделилась своим одиночеством. За два года проживания в России она, конечно, смогла найти друзей, но ей не хватало какой-то заботы. И жить в квартире одной, ей не нравилось. «Наверное, из-за нашей большой семьи» - предполагала Далия.       - Как у тебя с друзьями? Как поживае… – Не окончив вопрос, сестра перешла к другой теме. – Как Лев? Скоро же школу должен окончить?       - По друзьям никак… – Смотря в окно на деревья и проигнорировав запинку сестры, ответил Давид. – Ты же вроде общаешься со Львом и остальными. Зачем спрашиваешь? – Повернувшись, подросток вопросительно прошёл взглядом сестру.       - Ну, я несколько недель не общалась… – Далия потёрла левой рукой затылок, – к твоему приезду готовилась. Может что-то произойти успело?       - Не, всё так же…

***

      Весь путь после разговоров с сестрой, Давид слушал музыку в наушниках и смотрел на бесконечные леса. Подъехав к дому, Далия дала брату ключи, достала из багажника чемодан и отправила его на третий этаж в квартиру с номером 23. А сама сказала, что ей нужно съездить по работе. В пятиэтажке не было лифта, что не удивительно, по этой причине чемодан пришлось тащить по лестнице. С этим Давид замотался, но всё-таки добрался. Открыв дверь, подросток удивился. Квартира была двухкомнатная и небольшая. Для него это непривычно. Всю свою недолгую жизнь, он жил в огромной квартире (огромной по меркам парня). Более четырёх спален располагалось в его старом месте проживания, а здесь всего две…. В мыслях Давид уже понял, что к этому ему придётся привыкать. Но это не проблема.       Сняв обувь, подросток прошёл в дальнюю комнату, что должна быть его спальней. Открыв дверь, он поставил чемодан, снял портфель и стал разглядывать простенький интерьер комнаты. Кровать чёрная, заправлена пушистым пледом, небесного цвета. Того же цвета и шторы, сделанные из плотного материала. Не один лунный лучик сквозь них, ночью, не пройдёт. На рабочем столе пара тройка книжек. Судя по всему он сделан из того же материал, что и кровать. Шкаф-купе такого же материала, тоже чёрный, как и всё в этой комнате. На полу ковролин темно-бежевого цвета. Если верить Далии, то она сама клеила обои в этой комнате. Если это правда, то она удивительно ровно их поклеила. Цвет у них бежевый. Так, они ничем не примечательны. На потолке люстра в виде трёх цветочков, внутри которых лампочки. В общем и целом, комната опрятная, красивая и уютная.       Выйдя из своей новой спальни, Давид пошёл на кухню. Там ничего интересного. Стол, холодильник, раковина, шкафчики и снизу и сверху. Но из-за низкого роста, Давид, открыв верхние шкафы, дотянется на носочках только до второй полки. Спальня сестры находилась рядом с кухней. Поэтому подростку не пришлось далеко идти. Открыв дверь, он всё разглядел. Телевизор, двухместная кровать, письменный стол и шкаф – это все вещи, которые здесь были. «Ничего интересного» подумал Давид и закрыл дверь. Вернувшись в новую спальню. Парень сел на кровать и задумался:       «Сейчас середина лета, но, родители сказали, что уже подали документы в русскую школу. Надеюсь, что там будет хотя бы, так же как и в прошлой школе, но не хуже. Пусть лучше не замечают, чем унижают. А то помню, как один парень покинул школу из-за травли. А это сейчас ещё страна другая» Давид очень много размышляет и часто теряется в своих мыслях «Интересно, злые ли здесь люди? А могут ли меня унижать за низкий рост? Или за что-то другое?» Множество идей, за что его могут затравить, крутились и перемешивались.       Иногда, из-за бесконечных мыслей, он думал, что сходит с ума. Об этом Давид рассказывал той девочке, она же отвечала: «Ты просто ни кому не рассказываешь об этом. Но если я скажу высказаться кому-нибудь, ты это не сделаешь. Так что попробуй записывать их. Должно помочь!». Давид пытался записывать, но не выходило. Что-то шло не так, и он забрасывал это. Но попробовав записывать мысли с начала лета, всё было отлично, и чувствовал он себя свободнее. 5 самых обычных зелёных тетрадок, были исписаны полностью. От корки до корки. Не единого свободного места. Мелкий и аккуратный почерк позволял Давиду не пропускать одну строчку. Поэтому парень решил, что остальное лето будет записывать мысли в тетрадки, а с начала восьмого класса, заведёт дневник. Достав телефон, он набрал номер и позвонил сестре. Через пару гудков       Далия ответила:       - Да?       - Дали, можешь купить пять зелёных тетрадок?       Давид очень стеснялся, прося кого-то о чём-то. Скорее всего, это из-за родителей, вечно на просьбы парня отвечающих: «А ты не обнаглел, зачем тебе это?!», «Денег нет, покупать ваши молодёжные вещички» или «Деньги на расходы есть? Есть! Вот на них иди и купи!».       - Конечно, могу! – По голосу было слышно, что девушка улыбается. – Только я вернусь минут через 30-40, ничего страшного?       - Нет! – Замахал рукой парень, из-за переживаний забыв, что разговаривает по телефону. – Мне не срочно…       - Ну, хорошо! Если что, в холодильнике есть еда, можешь кушать!

***

      Пока сестры не было, Давид успел разобрать чемодан и рюкзак. Одежду аккуратно разложил на полочках. Книжки расставил на полках, присоединённой к рабочему столу. Письменные принадлежности разложил по выдвижным шкафчикам стола. Свой ноутбук поставил посередине рабочей зоны. Мелочевку по типу расчёски, Давид так же разложил по выдвижным шкафчикам.       Когда же приехала сестра, она отдала тетрадки брату.       - Будешь кушать?       - Нет, спасибо. – Сказала Давид с грустным лицом.       - Всё хорошо? – Наклонившись на высоту головы подростка, Далия посмотрела ему прямо в глаза.       - Да, а что?       - Ты какой-то… грустный?       - У меня всё отлично. – Сказал парень и отвернулся. Собравшись идти в новую комнату, сказал: – Спасибо за тетради.       Далия что-то ответила, но Давид не расслышал. У него не было желания общаться с людьми, и не важно, насколько они ему близки. Пройдя в спальню, парень сел за стол. Достал наушники, ручку, открыл новую тетрадку и стал писать:       « День 1. Полёт прошёл нормально. Жаль, что не было возможности писать. Опять было ощущение, что схожу с ума. Уж слишком много мыслей. Нужен ли я родителям? Если бы нужен был, не отправили в Россию. До сих пор помню, что сказала «пропавшая». Если я записываю свои мысли это личный дневник? Или личный дневник, когда записываешь, как прошёл день? Или и то и то? Наверное, и то и то. Попробую записывать то, как прошёл день, а не сидеть дома и всё время писать. Может так будет лучше. Я в Златоусте. Город маленький. Нет ни аэропорта, ни торговых центров. Пока ехали, Далия сказала, что здесь можно, куда сходить, но только первое время, потом всё приедается. Ещё сказала, здесь есть красивые горы. Также рассказала, что нашла классного паренька, но он живёт далеко отсюда. Ну, это не так интересно. Думаю, когда завтра проснусь, то испугаюсь, так всегда после пребывания на новом месте. Просто нужно время. Хотелось бы рассмотреть весь город. Попрошу чуть позже об этом сестру. Честно сказать, когда летел, уже скучал по братьям и сёстрам. Но с другой стороны здесь есть хоть кто-то близкий. Да и не виделся я с Далией два года. Я удивлён, что она здесь так хорошо устроилась. Правда, её слова об одиночестве… Пока летел я, понял, что по родителям скучать я не буду. Так же размышлял, как начинать дружбу в реальном мире, да и в интернете тоже. Из друзей у меня была только «пропавшая». Мы выросли так сказать «в одной песочнице». А как знакомиться, если не росли вместе? Может этому учиться нужно? Или «талант» нужно иметь? Видел статью или пост, уже не помню, где говорилось, что таланта не существует. Что всему нужно учиться. Возможно это правда. Возможно, нет. Не знаю верить или нет. У многих есть хобби. А у меня нет. Единственное, что я умею – это выращивать цветочки. Не думаю, что это хобби. Да и если хобби, то девчачье. Комната смотрится пустовато. Кстати, по размеру она больше моей старой спальни. Но тоже прямоугольная. Может для уюта тоже нужно время? Наверное, да. Всё-таки всё решает время. Странно, что у меня нет никакой соцсети. Но пока не знаю, для чего они мне. Просто, у каждого свои причины. Кто-то фотографии любит выкладывать. Кто-то общается с интернет друзьями. Кто-то выкладывает огромные посты, рассказывая в них о своих чувствах и эмоциях. Кто-то заводит и ничего там не выкладывает, ни с кем не общается, так сказать «для галочки». Что-то носит меня с темы на тему, как обычно, в принципе. На счёт друзей. Мне бы хотелось завести их. Ну, то есть подружиться с кем-то, завести – не правильное слово. Завести можно домашнее животное. И зачем я это пишу эти пояснения? Будущему себе. Почитать что будет. Школа. Сестра говорила, что родители подали документы в школу в этом городе. Значит, за пол лета мне нужно +/- выучить русский. Но Далия должна помочь. Что у меня не выходит из головы так это вопрос, по какой причине меня отправили в Россию? А могли они отправить не меня, а кого-то другого, Рафаэля к примеру? Родителям рано или поздно всё-таки придётся рассказать причину».       Поставив точку, Давид решил пройти прогуляться вдоль дома и поблизости. Подойдя к сестре, он спросил:       - Даль, а я могу там прогуляться сходить? Не далеко.       - Конечно! Зачем спрашивать!

***

      Парень обошёл весь дом снаружи. Ничего интересного. Однотипные окна, балконы. Изредка встречались небольшие граффити. Дети, лет 7, ходили вокруг куста, искали на нём ещё не съеденные ягоды.       Давид решил обойти дом ещё раз, рассмотреть поподробнее. Повернув за угол дома, парень увидел компанию мальчиков, примерно его же возраста. Резко развернувшись, он чуть ли не впился в кирпичную стену. «Я боюсь? Нахера я это сделал?!» подумал Давид, «Дурак» подросток ударил себя по лицу. «А они меня заметили? Вряд ли, они были далеко. Может попробовать подружиться? Не, рано. Да и страшно». Открыв глаза, он отряхнулся от пыли на спине. Подняв взгляд, Давид испугался. Перед ним стоял мальчишка из той кампании. У него золотистые волосы, голубые глаза. Вообще, это «потерянная» только в мужском обличии. Серые шорты, светло-синяя футболка, чёрные с белыми вставками кеды – ничего так не бросалось в глаза, как его глаза.       - Привет! – С искренней улыбкой поздоровался паренёк.       - Привет… - Давид незаметно отпрыгнул.       И тишина. Секунд тридцать, парни просто смотрели друг на друга. Мальчик рассматривал Давида, а после сказал:       - Ты за нами подглядывал или что?       - Нет! – Неожиданно, даже для себя, воскликнул подросток. – П-просто… – «Почему я так нервничаю!» - Просто, я сюда только переехал и решил рассмотреть м-местность… - На своём корявом русском, сказал Давид       Парень с облегчением выдохнул.       - Ясно. – Он отвёл свой взгляд на траву, а после резко снова на Давида. – Слушай, раз уж так встретились, давай знакомиться? Никита. – Паренёк протянул руку.       - Давид. – Кивнув, протянул руку.       После рукопожатия, Никита стал более «открытым».       - Ты не русский?       - Ну, да…       - Так и думал! – Парень скрестил руки на груди и улыбнулся белоснежными зубами. – Может тебя познакомить с моими друзьями? Раз ты только переехал, думаю иметь хотя бы каких-то знакомых, лучше, чем вообще не кого.       - Ну, давай… - «Может, нужно было отказать? Страшно как-то».       Никита схватил Давид за запястье и побежал в сторону своих друзей. Подбежав к компании, кареглазый стеснительно встал перед кучей глаз.       - Пацаны, знакомьтесь – это Давид! – Представил Никита нового друга. – Возьмём в компанию?       Шесть парней задумались и, отвернувшись, обсудили. После обернулись и закивали.