but to her, i taste of nothing at all

Когда Сера возвращалась в Японию, влюбляться в кого-то уж точно не входило в список её дел. И она абсолютно не ожидала, что этим кем-то окажется Ран. Она бы поняла, если бы была влюблена в Кудо-куна: в её детскую любовь и парня, ставшего первым человеком, который заставил её стойкого и, казалось бы, бессердечного брата так громко смеяться. Возможно, это было бы просто изумление и восхищение тем, что он смог это сделать, отсюда и его прозвище: волшебник. Она всегда высоко ценила его, особенно сейчас, когда её брат погиб, и память о нём живет в старом друге, который всегда мог его рассмешить. Но Кудо-кун никогда не заставлял её сердце биться так быстро и хаотично, как Ран. Любой, кто встретил её, и не влюбился или даже не проникся к ней симпатией, нуждается в проверке своих глаз. Ран была абсолютной противоположностью всему в её жизни. Она милая и добрая девушка — так отличается от её холодной, суровой и горькой жизни. Сера никогда не видела своего отца, её старший брат мёртв, и даже её мать была отравлена ​​и уменьшилась в размерах. Так что, на самом деле, ей не следует удивляться, что она влюбилась в Ран, когда она была тем, кто так долго заставлял её чувствовать тепло. Неудивительно, что Кудо-кун так сильно её любит. Какой счастливый ублюдок, ведь Ран тоже любит его. Но видя, как он постоянно причиняет ей боль и пользуется её добротой и пониманием, Сера думает, что он её не заслуживает. Иногда ей хочется дать ему пощёчину, или пинок, или и то, и другое за то, что он ранит Ран своими секретами. Ей всё равно, что он выглядит сейчас как ребёнок. Если бы она и Ран были вместе, она бы заботилась о ней куда больше, чем Кудо-кун. И она никогда не оставила бы её и не причинила бы ей вреда. Но это всё — её воображение. Потому что, как бы сильно Кудо-кун не причинял ей боль, она всё равно любит его. И всё, что Сера могла сделать в этом сценарии, в этой реальности, так это просто наблюдать издалека. Смотреть, как Ран морщит глаза и улыбается, когда она счастлива. Наблюдать, как она краснеет из-за простого сообщения от мужчины, который, по её мнению, далеко от неё, хотя на самом деле он всегда был с ней. И Сера никогда не была эгоистичной, когда дело касалось людей, о которых она заботится. Так что пока Ран счастлива, она будет рада за неё. — Сера-чан, ты слушаешь? — Голос Соноко вырвал её из раздумий. — Хм? Извини, я просто задумалась. — Она извиняется за то, что не обращала внимания на то, что они делали. Ах, верно. Они (вместе с Накамичи и несколькими другими учениками) играли в «Правду или действие», чтобы скоротать время, ожидая, пока их учителя вернутся с собрания. Неужели она настолько отвлеклась, что забыла, чем они занимались? Но учитывая, с кем она сидела рядом, это имеет смысл. Хотя позволять себе так легко отвлекаться было довольно опасно, особенно с её работой детектива. — Теперь твоя очередь. Правда или действие? — спрашивает её Соноко. — Действие. Соноко вдруг выглядит очень удивленной, явно что-то замышляя. И, если честно, это немного пугает. — Знаешь, Сера-чан, я никогда не видела, чтобы ты проявляла интерес к кому-либо. Поэтому я задаю тебе поцеловать кого-нибудь из этой комнаты. — Чего? — Давай же. В конце концов, ты выбрала действие. — Я лучше поцелую Ран-кун, чем кого-либо из здешних парней, — говорит она в шутку, не думая о каких-либо последствиях. Жалобное нытье мальчиков из их группы было заглушено ответом Ран на её слова. — Меня это устраивает. — Прости, что? — спрашивает она, проверяя, правильно ли услышала. — Если ты предпочитаешь поцеловать меня вместо здешних мальчиков, то я не против. Если она не краснела никогда раньше, то сейчас точно покраснела. Слава богу, у неё хорошее бесстрастное выражение лица, иначе все, что приходит ей в голову, было бы написано на её лице. — Но у тебя есть парень! — возражает она. — Это всего лишь игра, Сера-чан! Не говоря уже о том, что ты девушка, так что я сомневаюсь, что Шиничи забеспокоится. И ты одна из моих лучших подруг, так что это правда не имеет значения. Не имеет значения... для неё, может быть, но ведь для Серы это была совсем другая история! Эта девушка. Она действительно понятия не имеет, что Масуми чувствует по отношению к ней. И она даже не может сказать ей об этом. В конце-концов, она не уверена, как Ран начнёт смотреть на неё, когда узнает, что именно Сера чувствует к ней. — А ты бы предпочла поцеловать Накамичи-куна? Кроме того, если ты не согласишься с этим вызовом, Соноко обязательно придумает что-нибудь похуже. — Ран шепчет ей на ухо, думая, что, возможно, то, что она говорит, поможет, хотя на самом деле это была полная противоположность хорошего. Это просто поцелуй. Оно не важно, не так ли? А если нет? Сера правда не хочет узнавать. Но ситуация не оставляла ей выбора. Если она откажется, люди начнут задавать вопросы и пойдут слухи. Более того, Ран могла узнать настоящую причину отказа. Сера винит собственный бестактный рот в том, что втянула её в эту ситуацию. — Отлично. Давай покончим с этим. Они садятся друг перед другом, их лица близки. — Готова? — говорит Ран с милой и невиннейшей улыбкою на лице. Сера тяжело сглатывает, прежде чем ответить. — Да. Ран быстро целует её в губы. Это был всего лишь короткий поцелуй, но, боже, он мог длиться всю жизнь. Её губы такие мягкие на фоне её собственных. И запаха её духов, хотя и тонкого, было достаточно, чтобы подавить эти чувства. «О, чёрт», — думает она. Смотреть издалека было нормально. Немного болезненно, может быть, но нет ничего, с чем она не смогла бы справиться. Но теперь, как ей вернуться к тому, что было раньше, когда она попробовала то, что могло бы быть? И она знает, боже, она знает, как невозможно им быть на самом деле вместе. Особенно, если девушка, которая ей нравится, по уши влюблена в другого человека. Было обидно ещё до того, как всё это произошло. Почему должно быть ещё больнее? Почему она влюбилась в кого-то, кого она не может иметь? Её губы внезапно похолодели, когда Ран отстранилась. Горькая волна разочарования нахлынула на неё с осознанием того, что это больше никогда не повторится. И тот факт, что такой простой жест много значил для неё, когда как для Ран это было просто выполнение задания, тоже разочаровывал. Она смотрит на разворачивающуюся перед ней сцену. Всё больше людей, страдающих от вызовов Соноко и откровения от вопросов правды. Им явно было весело (ну, в этом и есть смысл игры), но не ей. Чтобы не портить настроение, она уходит от них и направляется в уборную. Она умывает лицо, надеясь, что холодная вода поможет ей рационализировать свои мысли. Она должна быть рада за Ран — что она счастлива с человеком, которого любит, независимо от их ситуации. Но как она могла чувствовать себя счастливой, когда ценой счастья Ран было её собственное горе? Сера никогда не была эгоистичной, когда дело касалось людей, о которых она заботится. Но иногда ей хочется.