Любовь с первого похищения

Комната пропитанная мраком. Холод жжёт кожу. Том устало прикрыл глаза, ему было страшно спать. Он боялся Джека. И он боялся не только боли, Том боялся самого Джека, его взгляда, непонятную одержимость. Его взгляд каждый раз с жадностью съедал его. Морковке становилось жутко от этого и хотелось сбежать, спрятаться, но не было возможности. Он, несмотря на своё не желание, начал медленно засыпать. Сжавшись, он прижал свои ноги к животу и обхватил их руками. Джек пришёл с работы. Его руки были немного в крови и первым, что он захотел сделать было - увидеть Тома. Не помыть руки, не переодеться, не поесть, а увидеть своего ангела. Он сразу же пошёл в комнату к Тому. Но перед этим надо было открыть дверь. Большой замок висел на двери, ещё несколько замков чуть меньше и щеколда. Он очень не хотел, что бы Том сбежал. Том проснулся сразу, как услышал скрип двери. Ему страшно. Он сел на кровать и начал всматриваться темноту. Джек вошёл в комнату и встретил чужой взгляд, следящий за каждым его действием. Ему это безумно понравилось. Всё внимание Тома было обращено ему, что может быть лучше. От счастья, он скривил губы в улыбке. Эта улыбка пугала Тома, он не помнит моментов, когда после неё шло что-то хорошое. Джек подошёл к Тому, аккуратно взял его прекрасное лицо в свои руки. Кровь испачкала лицо и захотелось немедленно бежать. Джек склонился и поцеловал его. Мягко и нежно. Он легонько коснулся его губ, и, не почувствовав сопротивления, осторожно просунул язык в сжатые губы. Если бы не страх, Том бы что-то сделал. Но он боялся Джека больше чем смерти, больше чем боли, больше чего либо. Органы выворачивало от страха. Том просто молится всем богам, что бы Эндрю поскорее его нашёл. Он хочет домой к своему парню, в тёплую кровать и тесную квартиру. Казалось время проведённое вместе бесконечно, но вот оно закончилось. Теперь он здесь. Джек любил очень жутко, он был зависим от Тома. Джек боготворил Тома, это было его новой, ненормальной религией. И несмотря на всю огромную любовь он спокойно избивал его, когда Том не соответствовал его, построенному в голове, образу. Тома пугала эта неопределённость, он мог восхвалять его, выцелововать руки, но через секунду ударить его и стать холодным. Резкая смена лица и холод. Это очень пугало, и поэтому он постоянно находился в напряжении, настроение Джека менялось за секунду, и он не понимал почему. В любой момент его могли избить, а через секунду слёзно молить о прощении. Парень с рыжими волосами дремал, он свернулся калачиком на кровати и наслаждался одиночеством. За последнее время ему стало сложно нормально поспать. Каждый раз когда он засыпал, то просыпаясь он натыкался на глаза Джека, которые следили за его лицом, а когда тот просыпался расцветал от радости. Иногда, после особенно тяжёлого дня, Джек не дожидался пока Том проснётся. Зачем? Прямо сейчас Том безраздельно принадлежал ему, только ему. Ах, от последних слов Джека просто распирало счастье. Только его. Прекрасный факт. Этот прелестный ангел принадлежал только ему. Только он имел такую честь, как быть подле него. И может Джек позволял себе немного грубое отношение к этому прекрасному ангелу, его личному богу, но это определённо можно было простить. Ведь Джек делал это лишь из огромной любви и значит в этом нет ничего плохого. Может он и держит Тома в заперти, но иначе не достойные его люди посмели бы смотреть на него. О, нет. Такого допустить нельзя. Это прекрасное создание нужно ценить. И Джек определённо подходит под роль его слуги. Он со всей любовью позаботиться о нём. И так Том продолжал жить, утопая в немного странной любви Джека. Но кто из нас не без греха, так что Джеку можно простить его небольшие проступки. Всё таки Джек оставался нежно любящим человеком.