What kind of heroes are you? / Да что вы за герои такие?

Сознание возвращалось к Изуку. Его руки горели от боли. Что ж, в этом был смысл. Он буквально сломал их сам себе в битве с Тодороки. Что угодно, лишь бы убедить последнего использовать огонь. Пусть это было безрассудно и импульсивно. Но когда он увидел, что его одноклассник буквально заперт в клетке страха и ненависти, то не мог не броситься на прутья. Он протягивал руку всегда и несмотря ни на что. В палату вошла Исцеляющая Девочка. Она повернула телевизор экраном к нему и сказала, что церемония награждения начнется с минуты на минуту. Бакуго выиграл финальный бой. Изуку был рад за друга детства. Как-никак, быть первым в UA было его главной мечтой. Только так — всё лучшее, чтобы стать Номером Один. Он не сомневается: Каччану будут рукоплескать все. Несмотря на его скверный характер, он превосходен во всем, за что бы ни взялся. Это та причина, по которой Изуку с детства и по сей день смотрел на него во все глаза. Так что, когда выдвижная платформа поднялась из ниши, эти глаза застлала красная пелена. Его друг детства стоял там в цепях и наморднике как животное. Никто не говорил ничего, словно всё было в порядке, будто так и надо. Никто не пытался помочь ему. Камера приблизилась к победителю, и Изуку мог видеть дым, поднимающийся над тяжелыми глухими наручниками. То горел избыток нитроглицерина — в эти наручники он мог стекать с ладоней как в колбы. Как долго они держал его в них, в таком случае? Исцеляющая Девочка смотрит на изображение с видом глубокого ужаса. Изуку солидарен, и ещё его тошнит. Он не глядя хватает ближайший острый предмет и бросается к выходу из лазарета так быстро, как позволяет ему его разбитое изнуренное тело. Он уже вышел за все свои физические пределы сегодня, его мускулы кричат в ответ на каждое маленькое действие, всё его тело умоляет прекратить движение. Но он не может. В спину ему ударяет оклик Исцеляющей девочки. Но он был и вполовину не таким серьёзным и суровым, каким одаривала своих пациентов Девочка обычно. На мгновение Изуку ослепляет яркий свет, когда он, наконец, находит выход на стадион. Толпа молчит и смотрит, как он, изнуренный и черный лицом, движется к пьедесталу со скальпелем в руках. Учителя замечают его и делают попытку остановить. Они замирают в движении перед самым жестоким выражением глаз, которое только видели у этого всегда позитивного ребенка. В этих глазах ничего, кроме неразбавленной белой ярости. Всё его тело источает ту же эмоцию — одна чистая ярость — пока он минует ошеломленных Токоями и Темную Тень, поднимаясь на «тумбочку» первого места. Бакуго явно расслабляется, замечая Изуку, хотя он и окружен почти осязаемой аурой смертельной ярости. Тодороки смотрит на всё с нейтральным выражением, но затем останавливает двинувшихся было учителей ледяным взглядом. Даже Всемогущий не осмеливается вмешаться. Он смотрит молча, сжав челюсти, на происходящее: как его ученик трясущимися от боли руками освобождает одноклассника от наручников-колодок. Когда Изуку наконец это удается, он роняет скальпель и неуклюжим слабым движением хватается за ближайшую твердую вещь, чтобы не упасть от боли. Запах жженой карамели забивается в ноздри, когда его прижимают к себе мозолистые руки. Бакуго ничего не говорит, просто продолжает удерживать его стоящим вертикально, когда Изуку разворачивается лицом к учителям. Губы сжаты с тонкую жесткую линию, глаза буквально горят зеленым, отражая дневное солнце. Гнев не покинул его тело, даже когда Бакуго больше не в цепях. По бинтам на руках расползаются пятна крови, хоть он и не замечает. Он смотрит только на учителей — на его лице смесь ужаса, страха и разочарования. — Да что вы за герои такие? Всего шесть слов, но тон, которым эти слова произнесены, заставляет вздрогнуть и даже отступить на шаг. Всё перед глазами у Изуку застилает черным, и он заваливается назад. Бакуго ловит его, на его лице выражение сдержанного уважения. И затем в прямом эфире национального телевидения под прицелом всех камер Бакуго, аккуратно подстраивая свой шаг под хромоту Изуку, уводит его с подиума. — Юный– — Всемогущий. Я не ожидал от тебя этого, — осуждающий тон Тодороки режет под стать ледяному ветру. Никто не пытается догнать Изуку и Бакуго. Погруженный в молчание стадион смотрит, как они двое удаляются.