В погоне за тобой

В заброшенном подземном переходе довольно сыро и холодно, все же пробирающий ноябрьский ветер старается на славу, отчего пальцы леденеют со скоростью света. В этой части города по собственному желанию ни один нормальный человек появиться не желает, одновременно зная и не догадываясь о том, какие вещи происходят здесь. Тихая и размеренная жизнь течёт на другом конце, на юге столицы, и если быть честным, то Тэхен не так давно начал присматривать новую квартирку как раз где-то в тех районах. Но присматриваться не равно бросить всё к чертям и сломя голову нестись в лучшую жизнь, в которой не будет убийств, расправ, тяжелого холодного металла в руке и постоянных мольб о прощении. Хотя его жизнь стала бы чуточку лучше, если бы на этой территории он орудовал один со своей бандой. Все пошло, как говорится, по пизде, когда однажды его ребята сказали, что их заказчика переманили и тот отказался от сделки с ними в самый последний, сука, момент, когда уже было почти всё готово. Чон Хосок, главарь той самой теперь уже вражеской группировки, особо-то и не скрывался тогда, отбрасывал едкие шуточки неуместные, да улыбку тянул какую-то слишком широкую и дебильную. Вот и сейчас Ким здесь, чтобы встретиться с этим Чоном, высказать за всё «хорошее». — Опаздывает на десять минут, что за воспитание… — Намджун пинает маленький камушек, а после и вовсе принимается стучать носом чёрных туфлей о стену, явно не зная уже чем себя занять. — Хочешь взяться за его воспитание? Поздновато как-то, — Тэхен тянется за пачкой сигарет в передний карман джинс, старший же сразу отходит в другую сторону от него. — Серьёзно? — Да, серьёзно, — передразнивает Намджун и устало трёт переносицу. — Твой брат меня с ума сведёт. Он хочет основательно взяться за здоровье и родить, — он вздыхает, но улыбается. — Сейчас я под строгим контролем Джина и цитирую: «Я не молодею, пока вы с Тэхеном шляетесь не пойми где постоянно, поэтому либо ты с ним рожаешь, либо со мной». Тэхен смеётся и убирает сигареты, так и не прикурив. Сокджин в своём репертуаре, но и его понять можно. Он старше обоих альф и дал достаточно времени для того, чтобы наладить дела и бизнес, окончательно освоиться. В самом начале омега частенько участвовал то в их потасовках, то ездил с Намджуном на встречи и вот доездился до кольца на безымянном и желания завести ребёнка. Да уж, жуткое начало в жутком месте и разговоры двух жутких парней переходят в совсем другое русло. На самом деле Тэхен подозревал, что рано или поздно эти двое решатся на такой шаг, поэтому уже начинал думать о том, чтобы полностью отвести Кимов от дел и не подвергать их никакого рода опасности. Ну и думать о чём-то более легальном, чем продажа оружия и поиск всего чего (кого) угодно. Их разговор прерывает звук шагов, доносящийся с неосвещенной стороны перехода. Альфы переглядываются, когда понимают, что Чон пришёл не один: сначала по явному стуку не одной пары ботинок по растрескавшемуся асфальту, после по еле слышимым смешкам и шёпоту, а потом и вовсе все внимание сосредоточено на высоком парне рядом с их конкурентом. Интересно, Хосок раньше всегда на такие переговоры приходил один, а Тэхен этого парнишку не видел никогда рядом с Чоном. Они все должны быть начеку, поэтому Ким уверен, что враг знает его банду не хуже своей, как и в принципе он сам. На незнакомце чёрная водолазка и такого же цвета кожанка нараспашку, из-за чего открывается вид на широкие ремешки портупеи, обхватывающей плечи и талию парня, а ещё, мать вашу, кожаные штаны, которые сидят на нем словно это и есть его вторая кожа, выделяя крепкие широкие бёдра, накаченные икры и, Тэхен готов даже поклясться, задницу. Альфа невольно принюхивается и тут же так и застывает, понимая, что перед ним омега. Занимательно. Парочка подходит ближе, останавливаясь напротив на расстоянии вытянутой руки, Ким не сводит глаз с омеги, у того волосы тёмные уложены назад, челка обрамляет лоб по обе стороны небрежными прядями, в ушах по несколько колец, а что ещё бросается – блеск пирсинга в брови и нижней губе. Чёрные глаза смотрят в ответ также заинтересованно, но младший отводит взгляд в сторону, начиная рассматривать граффити на стенах, когда Хосок, прочистив горло, здоровается первым. — Перестань так пялиться на моего брата, Ким. Мы здесь не для того, чтобы ты его глазами раздевал. — Кто знает, может он станет платой за то, что ты убил моего должника, — раздраженно хмыкает Тэхен, наконец посмотрев в сторону Хосока. — Какого хрена ты вообще творишь, Чон? Ты в курсе сколько он мне должен? Сможешь возместить и остаться хотя бы с трусами в руках? — Это была безвыходная ситуация, он сам собирался тебя убить, ты знал? — Чон скрещивает руки на груди, отчего его ветровка начинает шелестеть. — И что? Это был акт дружелюбия или что? Волнуешься за меня и мою жизнь? Мне теперь в ноги к тебе падать и благодарить за спасение? — Ким в один шаг вплотную приближается к Хосоку, хватая того за ворот его верхней одежды, с силой отталкивая к стене. — А еще знаешь, к кому первому теперь придёт полиция, разыскивая убийцу? Его дружки по-любому уже дают показания того, как я ему угрожал. — Спокойнее, окей? — альфа пытается отстранить его от себя, но чувствует только как хватка становится сильнее, а он снова бьется головой о стену позади себя. Секунда и Тэхен совершенно не понимает, что происходит и как он оказывается лежащим на сыром асфальте, со сцепленными руками и омегой на бёдрах, который сжимает их своими ногами, не давая и малейшего шанса как-то двинуться с места и чем-то пошевелить. Брат Хосока оказался намного сильнее, чем показался на первый взгляд, хотя по его виду можно с уверенностью сказать, что тот отлично натренирован. Омега держит запястья крепко, те точно уже покраснели и, возможно, даже останутся синяки, да и на самом деле как-то не особо уж и важно, что его смог повалить омега. Даже смешно. Тэхен разглядывает приглянувшийся пирсинг, замечает милейшую родинку под нижней губой, небольшой шрам на щеке и, боже, зачем он вообще посмотрел вниз на их сцепленные руки, татуированные костяшки пальцев. Кожаная куртка обтянула напрягшиеся мышцы плеч, что теперь не залипнуть на это было бы самым опасным преступлением. — Как вы вообще узнали, что Рой собирается убить Тэхена? — Намджун прерывает повисшее молчание, совершенно не обращая внимания на то, как его босса прижимают к земле. — Мы следили за вами в надежде выйти на поставщиков, — признается Чон. Тэхен же наблюдает за тем, как парень на его бёдрах довольно ухмыляется, отводя от него взгляд. — Вау, бесплатная охрана. Я даже польщён, — Ким даже не спешит выбираться и что-то менять в своем положении, в принципе всё устраивает, очень даже приятный вечер получается, кроме одной маленькой детальки в виде убийства Роя и его планируемом покушении. — И давно? — кажется, только Намджун сохраняет относительное спокойствие, задает те вопросы, которые бы и сам Тэхен спросил, чтобы узнать зачем, почему и сколько за ним уже ведется слежка со стороны банды Чона. — Мм, месяца два? — наконец подаёт голос омега, игриво улыбаясь и смотря прямо Тэхену в глаза. — Что?! Два месяца?! — старший Ким заметно оживляется, кто знает, что эти Чоны смогли ещё провернуть за их спинами за это время и остаться незамеченными. — Ну, что сказать, я определенно хорош, — довольно тянет омега, едва заметно подмигивая альфе под собой, продолжая улыбаться. — Чонгук, прекращай, — Хосок одергивает брата, на что тот недовольно куксится, опускает руки Кима и встает. — Нахер вам мои поставщики, вы же вообще не специализируетесь на этом, — Тэхен поднимается, отряхивая одежду от пыли. — Мы увеличиваемся в размерах, Тэхен-а, прямо как чл... — Чонгук! — омегу снова осекают, не давая закончить всем и так понятную мысль. — Что за бусинка, — усмехается Ким, облизывая языком губы. — Собираешься им расплачиваться? — кивает он на Чонгука, обращаясь к Хосоку. — Я здесь не для того, чтобы отплачивать тебе за что-то, Ким. Хотел посоветовать быть осторожнее и осмотрительнее. Полиция не явится к тебе, мы все уладили с этим. А про долг... может стоит требовать его не с меня, а с его приспешников? Не думаю, что этот разговор бы состоялся, если бы Рой не был мертв сейчас. Нам пора, — Хосок забирает Чонгука, направляясь прямиком обратно в темноту. Тэхен еще несколько минут молча смотрит вслед удаляющимся братьям, думая обо всем и одновременно ни о чем. Этот омега... сказать честно, зацепил. Он, получается, следил за ним последние два месяца, а Ким и не заметил даже. Странно, такое он бы не смог пропустить, видимо тот и правда отлично сработал. Интересно, откуда он вообще так резко взялся? Раньше с Хосоком не приходил, на стычках его тоже видно не было, да и вообще Чон про него даже не заикнулся ни разу за эти несколько лет, что они друг друга знают. Чонгук, несмотря на его стиль в одежде, пирсинг и силу, выглядел моложе Тэхена. Сколько ему? Лет двадцать от силы, может и меньше. Очевидно, что только недавно ворвался в дела брата, страсть к этому так и бурлит, все интересно, всё в новинку. Ким и сам таким был лет десять назад, когда только-только начинал. Сейчас же уже, как ни странно, хотелось тоже отойти от всего этого и быть как Намджун с Сокджином, хотелось остепениться что ли?.. — Ты даже не возразил Хосоку, я перестаю узнавать тебя, Ким Тэхен. — Да, — протянул Тэ, наконец возвращаясь в реальность. — Нужно подумать и разобраться со всем этим. А ты, — он переводит взгляд на Намджуна, поворачиваясь к нему, пряча руки в карманы джинсов, — больше не при делах. Оставляй оружие на базе и возвращайся домой. — Увольняешь меня? — старший хмыкает и щурится подозрительно. — Ага, хочу поскорее стать дядей, — бросает альфа, направляясь к выходу из перехода.

***

Нужно было отвлечься. Сидя в машине, Тэхен начал вспоминать все то, о чём был разговор, нужно было всё ещё раз промотать в голове, решить, как поступить с пешками убитого Роя и с самим Хосоком. Он понял, что ослабил хватку и слегка расслабился, ведь всё это время шло как по маслу, должники возвращали деньги вовремя, поставщики прекрасно справлялись, не завышая цен, а сейчас пришло осознание, что одно только "да всё будет нормально" могло стоить не только его жизни. Так что, возможно, Чонов можно было бы и поблагодарить, но они могли и просто предупредить, а не убивать его самостоятельно. И почему только нельзя сказать «я слишком стар для этого дерьма», чтобы все проблемы мигом испарились? В принципе бар был неплохим местом, чтобы не думать о всем том, что сегодня свалилось. Нужно будет что-то определенно поменять в системе, выбрать кого-то на замену Джуну, найти что-то подходящее ему, хоть он смело может и не работать несколько лет уж точно, а если что, то Тэхен определенно поможет. Они знакомы почти с самого начала становления банды Кима, работали вместе, потом притерлись друг к другу, подружились, а после он вообще стал мужем его старшего брата. Эти двое – всегда одна из причин его улыбки, поэтому Тэхен сейчас и сидит с глупой улыбкой за барной стойкой, потягивая виски. Всего один стакан, его хватит, чтобы всё взвесить и расставить по местам. Несколько омег за вечер пытались перетянуть внимание Кима на себя, но тот либо резко отшивал, либо не отвечал вовсе, игнорируя всех. Альфа расплачивается за алкоголь, когда делает последний глоток, понимая, что больше он пить сегодня не будет, и поднимается, направляясь к выходу. Тэхен почти доходит до машины, когда его разворачивают за плечи, сразу хватаясь за горло двумя руками, сжимая его до хруста шейных позвонков. Перед ним три альфы крупного телосложения, немного шире, чем он сам, но явно не уступающий по силе. Ким ухмыляется через силу, дергая бровью, словно спрашивая, мол зачем пожаловали. Хотя он и без их ответов знает: месть. — Слушай ты, раз убил нашего босса теперь думаешь, что все можно? — басит тот, что держит его за глотку. — С чего взял, что я? — хрипит Ким, стараясь не показывать, что воздуха уже почти не хватает. — Ты думаешь мы поверим в ту историю, которую ты сам создал, когда зачищал следы? — второй подходит ближе, сжимая щеки с двух сторон короткими пальцами. — Убрали от него свои руки, — сзади мужчин доносится едва знакомый рык, те моментально оборачиваются, но видя перед собой омегу даже расслабляются, и смеяться начинают. — Иди куда шёл, сосунок. Трасса в другом месте, там твое место, — усмехается один из пешек Роя. — Но если очень хочешь, то так уж и быть, подожди немного и мы заберём тебя с собой. — Че ты сказал, — Тэхен напрягается, впечатывая кулак прямиком в скулу держащего его альфы, отчего тот опускает руки, отшатываясь в сторону. Чонгук тем временем укладывает на лопатки мужчину, который насмехался над ним, в одно движение вырубая его, марая костяшки татуированных пальцев в крови. Он без куртки сверху, хотя на улице стало ещё холоднее, смахивает челку с глаз и кидает взгляд на Кима, который в очередной раз завороженно смотрит на него. Точнее на его руку, у водолазки Чона нет одного рукава, что тем самым открывает рукав с чернильными рисунками. Он этой самой рукой вырубает ещё одного альфу, разбивая тому нос и верхнюю губу. Омега наклоняется, вытирает кровь о чужую рубашку, на его губах снова эта довольная ухмылка, аж светится весь. Глаза уж точно блестят, этого нельзя не заметить. Тэхен окидывает взглядом лежащих в отключке альф, размазывает выступившие капли крови по руке и оглядывается по сторонам: камер нет, нужно уходить. — Слушай, Чонгук, я не нанимал себе телохранителя, — Ким направляется к своей машине, поправляя на ходу задранный воротник. — А хочешь? — парень появляется прямо перед ним, не давая пройти дальше, наклоняет чуть голову в бок и кусает нижнюю губу. От его взгляда становится не по себе. Не по себе хорошо. Он будто бы смотрит куда-то глубоко в тебя, пробирает вплоть до самого сердца, затрагивая душу. У Тэхена то ли от вопроса, то ли просто от Чонгука дыхание перехватывает, губы вмиг становятся сухими. — Чего? — Меня. — Да. Да тут в принципе и не стыдно будет сказать – влюбился. Вот так быстро и просто понял, принял, осознал. И раз есть видимый интерес и с другой стороны, то… почему бы и нет, собственно говоря? Существует же эта мифическая любовь с первого взгляда, так почему нет, если да? Кто говорит, что отвлечься лучше всего помогает бар и выпивка, серьезно заблуждается. Кому нужна эта непринужденная атмосфера, горы бутылок, музыка? Лучший способ освежить мысли – прижимать одного фантастического омегу к стене в своей квартире. Чем, в принципе, Тэхен и занимается. Стоило только двери закрыться, как Чонгук оказался прижат сильным телом, его руки сцеплены над головой, а на шее уже вовсю проворно орудуют чужие губы и язык. Парень поднимает подбородок выше, доверчиво открывая ещё больший доступ к самой важной части его тела, за что получает одобряющий рокот и дорожку из поцелуев прямо по запаховой железе. — Руки, пожалуйста, — тихо бормочет Чон, подрагивая, когда по нежной коже мажут клыки. — Хочу тебя трогать. Тэхен опускает ладони, тут же принимаясь расстегивать кожаные ремешки портупеи, снимать водолазку с парня, и, блять, снова зависает, когда видит обнаженную грудь. С проколотыми сосками. Две штанги блестят точно также как и в брови и на губе. У Чонгука мышцы заметно перекатываются от напряжения, он уже давно ждал и предвкушал такое развитие событий, что теперь готов дрожать от любого прикосновения. Это ведь он следил за Кимом все эти два месяца, он пускал на него слюни все это время, отгоняя одним лишь только взглядом половину всех похотливых сук, когда альфа куда-то выбирался. Тэхен сразу понравился, несмотря на все то, что (и кто) его окружает. И это он узнал о покушении, он предотвратил все это, он зачистил все следы, чтобы полиция не пришла ни к одному из них. Поэтому точно имеет право на такого рода благодарность. Да ведь? Чонгук ведёт пальцами по его плечам, которые все еще скрыты несколькими слоями одежды, гладит шею, пробираясь к загривку, и царапает его короткими ноготками. — Бусинка, ты так красив, — мужчина проводит широкой ладонью от пресса до груди, зажимая сосок с пирсингом между пальцев, оттягивая его. — Что же ещё ты можешь скрывать, м? — он наклоняется, втягивая второй в рот, прикусывает его, тут же размашисто зализывая. — Поцелуй меня и узнаешь, — раскрасневшийся омега толкает язык за щеку, наблюдая за Тэхеном, который все еще находится на уровне его груди. Альфа целует сразу с напором, проталкивая свой язык в чужой рот, и сжимает его задницу, прижимая вплотную к себе, когда чувствует, как металлический шарик проходится по нёбу. Чонгук обнимает его за шею, зарываясь пальцами в густых прядях, старается успеть за темпом Тэхена, но в какой-то момент просто сдаётся, позволяя ему играться с пирсингом на языке своим. Ким упирается коленом между ног парня, когда понимает, что тот начинает дрожать, что ещё немного и он свалится, будучи не в силах держаться на ногах. — Держу тебя, — Тэхен немного давит на его бёдра, заставляя сесть на подставленную ногу, затем снова берётся за ягодицы, чтобы плавно притянуть к себе, буквально вынуждая проехаться вставшим членом по ней. Чонгук от такой стимуляции жмурится, откидывая голову назад, губы раскрывает в немом стоне, сам начинает тереться об него, сжимая волосы у корней альфы. Тэхен ведёт губами от скулы до уха, прикусывает мочку и спускается обратно к шее, начиная по новой вылизывать её, уделяя особое внимание пульсирующей венке на ней. Оставляет россыпь засосов, кусая нежную кожу, сжимает в своих руках невероятно тонкую талию, контрастирующую на фоне широких бёдер, а затем, в какой-то момент, видя, как Чонгук заламывает брови и стонет громче, убирает свою ногу и накрывает его пах, нежно проводя пальцами по ткани. — Бусинка, ты что, хочешь кончить от этого? Парень приоткрывает глаза, смотрит поплывшим взглядом, пытаясь хотя бы поймать фокус, чтобы альфа перед ним не расплывался. Сам тянется к губам, проводит по ним своим языком и выдыхает хриплое: — Может ты тогда уже сделаешь хоть что-то? — Обязательно, бусинка, — Тэхен коротко целует губы и подхватывает его под ягодицами, направляясь к спальне. Опустив омегу на кровать, начинает раздеваться сам и наблюдает, как парень дрожащими руками принимается стягивать с себя кожаные джинсы, прилипшие к телу от возбуждения, которое накалило его до предела. Горячо, очень горячо. Все поцелуи обжигают, каждое прикосновение заставляет кожу пылать от жара. Обнаженный Чонгук на его кровати смотрится так правильно, обнаженный Чонгук в его руках – идеально. Чон опирается руками позади себя, расставляя ноги в стороны, полностью открываясь перед альфой. Тэхен смотрит жадно, губы облизывает, проводит пару раз по своему члену, чтобы после опуститься к чужому паху и провести языком по бедру в опасной близости от блестящей дырочки. Он берет чужой член в руку, размазывая выделившийся предэякулят по всей длине, дует на покрасневшую головку и берёт её в рот, обильно смачивая слюной. Чонгук стонет несдержанно, откидываясь назад на подушки, толкается бёдрами вверх, чтобы получить ещё больше. Тэхен толкает член за щеку, массирует яички, наслаждаясь тихими стонами. Губы сами расползаются в хищном оскале, когда вновь чувствует пальцы в своих волосах. Чонгук только сильнее хватается и буквально сам насаживает Кима на свой член, заставляя взять до основания. Отстраняясь, Тэхен коротко целует головку, позволяя омежьему члену прижаться обратно к животу, пачкая медовую кожу собственными выделениями вперемешку со слюной альфы. Он поднимает его ноги, сгибая в коленях у груди, мягко прося несколько раз, потому что Чонгук сейчас где-то не здесь, подержать самого себя. Один палец свободно скользит во влажную дырочку, Тэхен целует левую ягодицу, наблюдая из-под опущенных ресниц, как омега то кусает, то облизывает свои губы, и снова улыбается, когда тот хрипит тихое «ещё». Глядя на разнеженного парня не получается не улыбаться, приятно видеть, как он мечется по кровати, когда в него входят два пальца, приятно слышать его стоны, приятно слышать своё имя и знать, что так хорошо ему сейчас из-за него. Тэхен раздвигает пальцы на манер ножниц и толкается внутрь своим языком, оглаживая им мягкие стенки внутри. И если до этого Чонгук был где-то не здесь, то теперь он ещё и не в себе. От горячего языка внутри жар по телу расползается ещё сильнее и быстрее, он толкается все глубже, убирает пальцы, чтобы сцепить их на его члене и сжать у самого основания. — Тэ… — Чонгук сильнее впивается ногтями в нежную кожу, оставляя на ней отпечатки, которые через пару часов точно кровью нальются. Но ему так хорошо сейчас, что на остальное плевать. — Я так скоро… — Я ещё даже не вошёл в тебя, а ты уже опять собираешься кончить, бусинка? — Тэхен приподнимается и смотрит на омегу, который пытается хотя бы немного приоткрыть глаза, чтобы взглянуть на альфу. — Потерпи, тебя нужно ещё немного растянуть, а я не могу не целовать тебя везде. У того вся нижняя часть лица блестит, губы расползлись в этой дебильно-прекрасной усмешке, так и хочется их поцеловать, он облизывается, будто сытый кот, а потом выдыхает мучительное: — Такая сладкая бусинка, — пальцы снова погружаются в обжигающую узость, на этот раз их уже три, чтобы уже точно покончить с необходимой растяжкой. — Какой там ваш слоган? — Чонгук дышит тяжело, но взгляд старается не отводить, смотрит пристально своими невообразимыми агатовыми глазами. — Найдём… — Найдём что угодно, кого угодно и где угодно, — Ким перебивает его, договаривая зазубренную фразу, не останавливаясь. — Так, блять, найди, наконец, мою проста… — Тэхен толкает пальцы дальше на всю длину, упираясь кончиками в набухший комок нервов, отчего омегу буквально подбрасывает на кровати, а вместо слов доносится громкий протяжный стон. — Какая прелесть, бусинка внутри бусинки. Ты этого хотел? — альфа продолжает массировать простату, с ухмылкой наблюдая, как дергается парнишка от каждого касания и его член на животе, ещё немного и он точно кончит от одного лишь петтинга. — Перестань меня так… — он делает глубокий вдох, но от очередного толчка получается только глухо промычать, — называть. Тэхен тянется к тумбочке возле кровати, вытаскивая оттуда сразу несколько презервативов, и бросает их на кровать рядом с собой. Один из них тут же рвётся и раскатывается по напряжённому члену, сил терпеть больше не осталось. Он подтягивает омегу ближе к себе за бёдра, закидывает его ноги себе на талию и наклоняется ближе. Зарывается носом во влажную от испарины шею, лижет её и входит одним плавным толчком, заполняя маленькую дырочку до основания. Ким рычит чувствуя, как плотно облегают его податливые стеночки, как ближе жмётся к нему разгоряченный Чонгук, как сам снова обнажает перед ним свою шею. Он почти сразу переходит на быстрый темп, стискивая в руках тонкую омежью талию, наслаждается всеми его изгибами. И почему-то, смотря в эти горящие глаза напротив, понимает, что это не просто одноразовый секс, что оба нуждаются в чём-то большем, чем просто одна эта ночь. Пальцы правой руки скользят вверх, накрывая сосок, сжимая и скручивая его, получает новый высокий стон и упивается его звучанием. Ким мажет своими губами по чужим, немного замедляясь, целуя быстрее и глубже, засасывает его язык, немного царапая его зубами, и с громким чмоком отстраняется. — Ты нереальный, бусинка, — альфа выходит из него, проезжается несколько раз членом по его, отчего глаза Чонгука закатываются. — Я хочу тебя сзади, очень хочу. Младший кивает быстро в ответ и переворачивается на живот на негнущихся ногах, пытается встать на колени, но он на таком пределе, что весь дрожит. Тэхен шепчет на ухо: «Давай же, умница, ещё немного», помогает принять нужную позу, лижет такую просящую дырочку пару раз и резко входит до упора, утыкаясь головкой в простату. Чонгук откидывает голову назад, хватается за простынь, сжимая и комкая ее в своих руках, между стонами просит «быстрее», «глубже» и «сильнее». Хлюпанье смазки и звук того, как рьяно толкается в него Тэхен, ударяясь своими потяжелевшими яйцами о него, только стимулируют приближающийся оргазм. Ким шлепает омегу несколько раз по заднице, оставляя розовые следы, разводит в сторону ягодицы, чтобы войти ещё глубже, ещё ближе. Альфа поднимает парня, облокачивая на свою грудь, берётся двумя руками за его шею, слегка надавливая на неё. Он входит резче, раскачивая обоих на кровати, что аж та начинает стучаться о стену и поскрипывать. Член омеги бьется о живот от быстрых и рваных толчков, ещё чуть-чуть и из глаз точно брызнут слёзы. Тэхен немного сильнее сдавливает горло, зная пределы, не делает больно. — Бусинка точно сможет кончить без рук, давай. Вместе, — мужчина прикусывает мочку уха младшего, ни на секунду не замедляя свой темп. Пламя разливается по всему телу, скапливаясь в самом низу живота, пара точных ударов головкой члена по изнывающей простате и Чонгук выгибается до хруста позвонков, кончая на постель и живот. Стонет громче и цепляется пальцами за руки на своей шее, впиваясь в них ногтями, когда Тэхен продолжает вбиваться в его пульсирующую дырочку. От сверхстимуляции голову сносит, голос срывает полностью, остаётся только хрипеть обессилено. Альфа изливается в презерватив, продолжая сквозь пелену оргазма медленно толкаться вперёд. Он укладывает их обоих на постель, не выходя из омеги, позволяет произойти сцепке и набухнуть узлу. Когда через несколько минут Чонгук приходит в себя, наконец, чувствуя поцелуи-бабочки, что оставляет Тэхен на его плече, осознаёт, что сейчас происходит и хочет было дернуться, но сильная рука на талии не даёт пошевелиться. — Что за сцепка, Ким, — недовольно бормочет омега, стараясь игнорировать ласку и то, как растягиваются его стенки из-за формирующегося узла. — Увидел тебя и понял, что хочу детишек, бусинка, — на такое заявление в ответ слышится шипение, Чон поворачивает к нему голову и скалится. — Презервативы специально для сцепки, не переживай, — он целует в сморщенный носик и улыбается. — Тебе понравится, просто доверься мне. Чонгук ещё немного щурится на альфу подозрительно, в итоге принимая своё полное поражение, лежит, плавясь под горячими поцелуями и касаниями Тэхена. Ким же периодически трогает его живот, надавливая там, где сейчас набух узел, вызывая новые стоны своего волшебного омеги. Ночь только начинается, да и они только начали. Когда Тэхен начинает медленно просыпаться, и чувствовать приятно-правильную тяжесть на своих бёдрах, хочется невольно улыбнуться. Сжать упругую задницу в своих руках, поцеловать манящие губы и снова и снова слушать его молящие стоны. Они смогли оторваться друг от друга и уснуть ближе к рассвету, так что сейчас уже, наверное, время близится к обеду. Может быть Чонгук будет не против ещё поваляться в постели, чтобы после вернуться к более важным делам? Все мысли о том, как провести первое идеальное утро, прерываются, когда альфа чувствует холодное лезвие на своей шее. Он тут же открывает глаза, выхватывает нож и меняет их местами, прижимая руки Чона к кровати. Смотрит в эти злые чёрные глаза, которые ещё ночью блестели от возбуждения, и не может понять, что случилось за то время, пока они спали. — Ты привёз меня в пустую квартиру, — Чонгук начинает первым, пыхтит, пытаясь вырваться из хватки, но все безрезультатно, — в которой реально ровным счетом нихуя нет, зато есть целая, блять, тумбочка смазки и презервативов. Я убью тебя и глазом не моргнув, Ким. Тэхен ухмыляется, когда понимает, в чем же всё-таки дело. Эта квартира была ближе всего, а ждать и ехать долго не хотелось. Да и после такого заявления идея о новой квартире где-то в центре, в нормальном районе, становится все более желаннее. — Бусинка злится, как мило, — мужчина обворожительно улыбается, опуская его руки и начинает целовать лицо и шею. — Дай мне перерезать твою глотку и уйти, — последняя попытка дерзости пресекается глубоким поцелуем и касанием пальцев, что спускаются всё ниже и ниже. — Эта бусинка теперь только моя, не отпущу и не отдам, — Тэхен накрывает ладонью пах омеги, начиная томительно медленно его поглаживать. — Дай мне неделю и у нас будет новая квартира с нашей личной тумбочкой смазки, презервативов и всяких игрушек, м? — Долго, — бурчит Чонгук, полностью отдаваясь во власть этого наглого Кима. — Пару дней и всё будет, бусинка, — Тэхен смотрит в его глаза, теряясь в чёрной мгле, касается своим носом его и нежно гладит по щеке. — Никому не отдам. Ты только мой.