Кровавая сказка

      Он снова по-крупному облажался. Он обещал, что такого больше не повторится и клялся первым молочным зубом, но вот он здесь. Бежит по мокрому асфальту, давя дождевых червей и марая грязью штанины. Вся одежда промокла насквозь, бирюзовая толстовка превратилась в синюю и неприятно прилипала к телу, а волосы давно слиплись. Джисон еле дышал, его моросило от холода, и его чуть не сбила чёртова машина. Это просто ужасное утро.        Джисон влетает в школу, пробегает мимо охранника, яростно призывающего его остановиться. «Не в первый раз», думает Хан и мчится еще быстрее. Крупные капли стекают со штанов, а обувь оставляет за собой размытые следы, словно он является водяным из мифов. Чем ближе Джисон приближается к кабинету, тем медленнее он становится. Он останавливается прямо перед самой дверью, выжимает толстовку по краям. Придумать оправдание он не успеет, да и вряд ли ему поверят. Остается надеяться, что преподаватель сам опоздает или отлучился куда-нибудь. Ему поставили ультиматум за частые прогулы. Либо приходишь вовремя, либо отстранение. Джисон считал это вызовом, хотел показать, что он сможет. Но будильник утром так не считал.        Дверь резко открывается, возможно она могла бы слететь с петель, приложив бы Джисон немного больше силы. Все в классе смотрят на него. Он смотрит вперед, моля не увидеть человека, сидящего за столом и отмечающего студентов. С него все еще течет вода, и его отдышка не прошла. Но не видя никого за столом, победная улыбка сама появляется на лице. Плевать, что он пережил, главное что победил. Хан проходит дальше, к своему месту. К этому моменту все перестали на него смотреть, ничего удивительного они, в принципе, не увидели. Кто-то снова зависал в телефоне, кто-то просто спал в средних рядах. Джисон тоже хотел бы провалиться в сон, поэтому он быстро достает влажную тетрадку, благо она достаточно сухая, чтобы в ней можно было писать. Ручку просит у девочек, сидящих позади, а те и не против. Возможно, Джисон не первый красавчик в их школе, но точно берет харизмой. По его скромному мнению. Он почти начинает дремать, уткнувшись в рукава подсохшей кофты, как его тихо зовут сзади. Подниматься не хочется, кажется, шея затекла и как только он двинется, голова отвалится. В глазах немного плывет, но он видит как ему протягивают шоколад. Джисон переводит взгляд на тянувшую ему руку девушку, подруги которой тихо хихикают по бокам от нее. Он, скорее всего, смотрит слишком долго. -Эммм, если хочешь, то можешь взять его, - чуть смущенно говорит одноклассница. -Ох, э, конечно, спасибо.       Он радуется такой удаче. Преподавателя нет, еда есть. Хан сразу разворачивает пленку, отламывает кусочек, и сует в рот. Лицо немного кривится, шоколад с изюмом, конечно, классный, но не для него. Делать ничего не остается, как продолжать его есть, завтрак он пропустил. Джисон оставляет половину плитки, убирая остальную часть в сумку, как дверь открывается. В проходе появляется преподаватель, все сразу притворяются занятыми. Хотя понимают, что это никому не сдалось, ни им, ни учителю. Слышится шелест тетрадей, и начало урока. -Три, два, один, - считает полушёпотом Джисон.       Привычка с начальных классов. Он всегда смотрел на время, и никогда на доску. Поняв, что в этот раз он не получил замечание за опоздание. Одной рукой придерживая сумку, другой сгребает всё с парты и выбегает из класса, словно его тут и не было. Школа ему не противна, просто она обычная, как рыбы, плавающие в реках или поедание еды за столом. Джисон считает, что в его жизни нет изюминки, он прямо как те самые рыбы. Плывет по течению.       Дорога до дома не занимает много времени. Жить рядом со школой удобно, но Хан бы хотел долгие вечерние прогулки. Может быть, он бы повстречал что-то интересное, может даже опасное. А пока он входит во двор дома, с идеально скошенной травой и парочкой цветов на веранде. Джисон заходит внутрь, разувается и собирается направиться в свою комнату. -Джисон, ты поел сегодня утром? Раздается с кухни, где горит теплый свет.       Мать Хана была педантом, всегда следила за временем и его манерами. Во сколько Джисон пошел спать, во сколько поел, как сидит за столом и все это сводило Джисона с ума, в то же время, кажется, он начинает на нее походить. Единственные моменты, когда он не был под контролем, это время вне дома. Да, Хан вставал вовремя в школу, ему бы и 15 минут хватило, чтобы дойти. Но он шел все 40, наслаждаясь природой и людьми вокруг, часто задумываясь, у кого какая жизнь и как он выглядит в их глазах. -Да, мам, - коротко и лживо.       У них никогда не завязывалось долгих разговоров, если это не касалось опозданий. Но даже тогда Джисон просто сбегал к себе и игнорировал. Похоже, на сегодня они закончили.       Комната Хана была на втором этаже. Зайдя туда и увидев свою кровать, он вздохнул с облегчением. Свалился на нее, прямо так, в одежде. Взгляд бросился в окно, закрытое жалюзи, которые были почти всегда такими, не пропускавших ни одного солнечного луча в его комнату. Но сейчас хотелось посмотреть на небо. Что по-настоящему Джисон считал волшебным, так это ночное небо, с той тьмой, которую оно дарило и со всеми этими звездами, блекло светящими свысока. Они были той самой частью в небе, придавали ему ту самую красоту, изящность, которую, Джисон надеялся, он тоже скоро найдет.       Внезапно заиграла противная мелодия на телефоне, напоминание, что Хану надо еще сделать домашку. Он хоть и не казался примерным учеником, но фактически был таковым. Как ему им не быть, когда он живет с четко поставленными задачами, прописанными, кажется, уже в его личной книге под названием «Будущее». Отойдя наконец от окна, Джисон почувствовал легкую прохладу, напоминавшую, что ему все еще надо переодеться в удобную одежду. Та, что была на нем, все еще была грязной, но уже чувствовалась более высохшей от ветра. Он скинул толстовку и джинсы, оставляя валятся их на полу, и подходя к шкафу. Хан обычно носил что-то темное и оверсайз, пока находился дома, но не в те случаи, когда к ним заглядывали гости. Боже, одно упоминание о той рубашке идеально небесного цвета, с двумя застегнутыми верхними пуговицами, что давили на горло и не позволяющие нормально дышать. Хотелось послать всех, встать из-за стола и пойти прогуляться. Но Джисон этого, конечно же, не делал. надев на себя черную футболку, с какой-то яркой надписью на груди и черные шорты до колен, Хан взял свою сумку возле двери, куда он ее кинул.       Обычно, домашние задание не занимало более трех с половиной часов, после чего Джисон шел в душ на 15 минут, а дальше спал. И так каждый день. У Хана не было друзей, были только знакомые, так, парочка из параллели. Он понятия не имел, почему так получается, он недостаточно болтлив? Или может это из-за того, что он не проявляет инициативу? Должен ли он был предложить той девчонке встречаться, почти не зная ее? Его мысли приведут его только в тупик, состоящий из огромной серой стены. Джисон понял, что он сидит и смотрит в потолок с откинутой назад головой, с ручкой зависшей над листом бумаги, и слабо освещающей комнату лампой, такого же цвета, что была и на кухне. Ему захотелось есть. Идиотская история подождет со своей революцией.       Спустившись вниз, Хан заметил, что на кухне все еще горит свет, его это обычно не сильно волновало. Завтра суббота, а значит родитель не работает, ей не нужно вставать рано, хотя она все равно это делает. Во все таком же свете он увидел как его мать с кем-то говорила по телефону, она звучала довольно сконцентрированной на разговоре. Он же просто открыл холодильник, с оставшейся там едой с обеда. Она уже не была такой привлекательной, как будто ее приготовили лучшие шеф повара и дали им, потому что они выглядели опрятно и любезно. Что ж, его мать умела готовить, с этим не поспоришь. -Джисон, - донеслось со спины, он и не заметил как разговор по телефону прекратился, -Завтра я уезжаю ненадолго, меня не будет 4 дня.       Хан так и стоял, смотря на нее с остывшей куриной грудкой в руках. Ее не будет целых 4 дня? Что означало, что он полностью может распоряжаться своим временем сам. Без графиков, без напоминаний, без постоянных упреков, что он опаздывает. Он просто может гулять весь день или всю ночь. Похоже, его фантазии успели слишком увеличиться в количестве, что вселенная не выдержала такого груза. -Я позвонила твоей тёте, она присмотрит за тобой, пока меня нет.       В ушах послышался треск льда. Или это были его надежды? Она говорила это все в той же манере, словно для нее это большая ответственность, оставлять Джисона на кого-то. Иногда он думает, что его мать видит в нем десятилетку, с дефицитом внимания и пытается как можно больше занять его. -Хорошо, - единственное, что выпаливает он в ответ.       Мать уходит с кухни, что успела немного захватить парфюм женщины, оставляя легкий шлейф с нотками цитрусов и строгости. Хан все-таки смог разогреть половину контейнера, оставляя надежды, что завтра доест вторую половину. Его безумно клонило в сон, а домашнее задание по истории так и не выполнено, хотелось разочаровано простонать на весь дом. Просто почему она не может сделать себя сама? Джисон решил пойти в душ, он не был уверен, останутся ли у него силы, чтобы просто дойти до стола, а не упасть кирпичом на кровать, стоящую гораздо ближе и так манящую своей мягкостью.       Волосы мокрые, Джисон решает, что таким образом он сделает себе укладку на утро. Быть похожим на странного паренька тоже надо уметь, как бы проговаривает себе в голове. А домашку он решил оставить на завтра, не исчезнет же она, в конце концов.

***

      Вокруг одни деревья, с темными длинными стволами и постоянно шелестящей листвой от ветра, слово они что-то говорят ему. Джисон пытается прислушаться к звукам в этом мрачном лесу, куда не взгляни — везде кромешная темнота, только луна пронизывалась сквозь листья, давая хоть какую-то видимость. Ему было страшно, ни одной живой души, но Хан все же чувствовал, как на него смотрят издалека. Кто-то прячется среди крон деревьев, не сводя с него взгляда, не издавая ни звука. Как ему, черт побери, отсюда выбраться? Чувство паники лишь нарастало. Ноги подкашивались, дыхание сбивается, словно его топили и не давали вздохнуть те жалкие крупицы кислорода. Он спешно пытается оглядеться, ища выход.        И он его нашел.       Дверь, появившаяся из неоткуда позади него, была чуть приоткрыта. Со стороны казалось, что она вела в никуда, но из щели виднелся слабый свет. Не раздумывая, Джисон бросился к выходу, он наконец покинет это странное и слишком гнетущие место.        Быстрее, быстрее, еще быстрее       Дверь была прямо перед ним, но даже несмотря на это, казалось неприкасаемой. Чем ближе он был, тем дальше она становилась. Хан сумел взяться за ручку и потянуть на себя. И вправду, все, что там было — яркий белый свет, который был таким притягательным и успокаивающем. Он было хотел войти, как только кто-то закричал позади. -Остановись!       Слишком отчаянно, слишком печально.       Может, Джисон машинально повернулся на крик, а может из-за страха, не за себя, а за человека, говорящего ему не двигаться. Но как только он повернул голову, оказался по щиколотку в небольшом ручейке. Джисон все еще пытался найти взглядом того парня, но быстро осознал, что его тут нет. Это довольно обескураживало. Холодная вода давала немного прийти в чувство. Оглядевшись, он заметил дряхлый деревянный мост, ведущий с одной возвышенности на более низкую другую. Похоже им долго не пользовались. Вокруг все так же был лес, но окружение было другим. Здесь атмосфера старых фильмов, и книжек с пожелтевшими страницами. Все пахло древесиной и прохладой из-за воды под ногами. Отсюда не хотелось уходить. Хан было задумал прогуляться, как в дали послышалась мелодия. Она становилась все громче и громче. Джисон открывает глаза, лежа на кровати с наполовину скинутым одеялом.        Он проснулся.       Спать было невыносимо душно, его футболка неприятно липла к телу, а волосы были в полном беспорядке. Сон мгновенно забылся, конечно, он был странным и не имел абсолютно никакого смысла. На часах 6:32 и это значит, что скоро приедет сестра его матери. Они мало чем отличались, обе строгие, обе развелись. Но в пользу его тети хотелось сказать, что та относится к нему снисходительно, позволяла недолго гулять по ночам и часто спрашивала как у него дела. В такие моменты, Джисон иногда думал, что она относится так к нему из-за того, что не имеет собственного ребенка, и не за кем было приглядывать.       Хан быстро принял душ и переоделся в другу одежду, выглядевшую точно так же, как была на нем до. С волосами ничего не хотелось делать, хоть они и лезли в глаза. Возможно ему надо было убраться в доме, встречать с приготовленным завтраком и всё в таком духе. Хан обходил этого как мог, убирался только в своей комнате, готовил только себе. Да, вероятно, он эгоист и его это ничуть не смущало. Снаружи послышался звук колес, машина остановилась подле забора. Из темно-серого автомобиля вышла женщина, с большой сумкой, а следом за ней выскочил золотистый ретривер, показывающий язык и яростно махающий хвостом. Похоже, Джисону следовало поторопиться спуститься вниз.       Возле ворот его ждала тетя, выглядела она так, словно только прилетела с деловой встречи, не важно что работала она на дому. Как только юноша открыл калитку, он и слова не успел сказать, как собака активнее завиляла хвостом и начала прыгать на него, пытаясь съесть его лицо своей слюнявой пастью. Отбиться не было шансов, по крайней мере, ретривер бы точно не отстал от него. Поэтому женщина, все еще стоявшая возле открытой калитки, подозвала питомца. -Джесси, ко мне, - спокойно проговорила хозяйка.       И собака, так рьяно пытавшаяся завалить Джисона, отошла от него. Теперь она находилась возле её ног. -Привет, - сказал Хан, стараясь стряхнуть следы лап на его домашней одежде. -Привет, - с улыбкой на лице проговорила женщина -Не поможешь донести вещи?       Джисон оторвался от своих бесполезных попытках убрать остатки грязи и перевел взгляд на свою тетю, все еще держащую сумку. Он молча кивнул ей и взял багаж из её рук. Поспешив в дом, так как на улице было прохладно находиться, пёс последовал за ними. Мать отдала свою комнату на распоряжение сестре, поэтому он туда и отнес вещи. Собачья лежанка так же была размещена у подножья кровати, что немного усложняло перемещение по комнате. Хотя Джисон редко туда заходил.       В доме тепло и комфортно. Весь оставшийся день Хан иногда болтал с тётей, залипал в телефон внутри своей комнаты или играл с собакой в гостиной, с которой он все же подружился. Ближе к вечеру они собираются за ужином, что приготовила женщина несколько минут назад. Всё выглядело аппетитно, впрочем, как всегда. Приступив к трапезе и мучаясь с поимкой самого вкусного и сочного куска говядины, единственное отличие от того, как они обычно ужинали было то, что ощущение одиночества не приходило. Он не чувствовал себя единственным находящимся за столом. -Джисон, пойдешь завтра утром на прогулку с Джесси.       Она точно не задавала вопрос, это звучало, как его обязательство, от которого он бы даже не смог отказаться. Он заметил, как ретривер позади завилял хвостом. -А ты? -Мне нужно будет работать, представляешь, какие-то придурки перепутали верификационный номер в каких-то там документах, я за них даже не отвечаю! И знаешь кому поручили решить это? Мне! - ее действительно раздражала эта ситуация. -Ладно, я понял.       Слушать рассказы о работе, пожалуй, самое не любимое его дело, -Говоришь, завтра утром? -Да, может в 5 или 6 утра, спасибо, что выручил.       Они продолжили доедать свой ужин и к этому моменту Джисон почувствовал себя достаточно сонным, чтобы повалиться спать. Вернувшись в свою комнату, где все еще горела его настольная лампа, пока он читал мангу с телефона, он вдруг вспомнил, что оставил домашку по истории недоделанной. Смотрит на стол, тот в свою очередь отвечает пустотой. Хан на сонную голову думает, что успел доделать доклад и положил в сумку или еще куда-то, думать об этом совершенно лень. Поэтому он прыгает на синее одеяло, проваливаясь в него, да так и засыпает, не забыв поставить будильник на утро. Чтобы снова услышать ту музыку, прервавшую его сон.