Кровавая сказка

      Джисон трясся как осиновый лист на ветру, а мальчишка напротив недоуменно смотрел на него. Скорее всего Хан выглядел психбольным, сбежавшим из клиники. Глаза большие мечутся от одной точки до другой, внешний вид желает лучшего, постоянная готовность бежать дальше, но ноги не выдержат.       Парнишка, немного понаблюдав за Ханом, едва ухмыльнулся, его позабавил испуг незнакомца. -Ты потерялся?       Что подросток забыл в тёмном лесу совсем один?       Всё его внимание теперь было сосредоточено на одном человеке. Картинки смерти в его голове расплываются, не желая оставаться там надолго. Или это его голова не хотела их сохранять. -Да, я-я немного заблудился, — как можно спокойнее попытался сказать Хан, -Ты тут живешь?       Подросток выглядел игриво, явно не чувствуя всего того напряжения парня напротив. Может, когда-нибудь Хан расскажет о том, что случилось там, в глубине тех деревьев. Ему мерещатся жуткие тени, звуки, которые, казалось, раздавались отовсюду и собачий лай, доносившийся где-то вдалеке. -А где еще? Ты видишь здесь другие хижины? — разводя руки и оглядываясь сказал мальчишка, будто вопроса тупее не существует. В этот момент Джисон поймал искру надменности собеседника, не зря говорят, что первое впечатление обманчиво. -Не хочешь зайти на огонек? — усмехнувшись, спросил юноша.       Подросток подошел к Хану, пытаясь установить с ним контакт и тем самым выходя из-под теней, словно обвивавших его. Абсолютно черные глаза поблескивают и такие же смолистые волосы в легком беспорядке. Несколько серебряных колец на пальцах привлекали внимание, но дальше сердце Джисона замерло. Поясная сумка, наполовину промокшая в слякоти с зеленым брелком болталась в руках напротив. По всей видимости Хан явно проявлял свою удивленность. -Это твое? — спросил парень и протянул вещь Джисону, -Я нашёл её неподалеку, знаешь ли, очень странно раскидывать свои вещи по лесу.       И снова эта ненавистная усмешка. Его держат за какого-то придурка? -Спасибо, просто очень спешил и не заметил как обронил, — как с можно большим дружелюбием ответил Хан, забирая из чужих рук сумку, -Кстати, как тебя зовут? -О, неужели вспомнил о правилах приличия? Мы тут так долго, а спрашиваешь только сейчас? — расплываясь в улыбке, дразнил парнишка, спрятав руки в карманы кофты.       Блять. Джисон конечно обладал терпением, но вот только с таким отношением к себе сталкивается впервые. Вроде уже хотелось послать, пройти мимо, специально толкнув плечом посильнее, только вот куда идти он не знал и возвращаться тем более не хотелось. Стоило Хану начать придумывать остроумный ответ на вопросы, как его прервали. -Чонин. -Что? — спросил Джисон на этот раз настраиваясь на то, что собирался сказать собеседник. -Я говорю, что меня зовут Ян Чонин, — раздражённо повторил он.       Наверняка наблюдать со стороны за ними было достаточно забавно. Чем дольше они разговаривали, тем сильнее бесили друг друга. -Я Хан Джисон, приятно познакомиться, — он уже хотел протянуть руку для рукопожатия, но вовремя опомнился.       Казалось, что Чонина не интересовало чужое имя, поэтому даже не обратив внимания он последовал к дому. Хану было хотелось снова начать препираться, только это не имело бы никакого смысла. Они оба устали, а он сам продрог до костей и проголодался. Ночь обещала быть долгой. Видно Хану придётся остаться тут ночевать.       Чем ближе они подходили к постройке, тем сильнее Джисон чувствовал себя неловко. Хоть и со стороны дом выглядел страшной развалюхой, он был обжит. И Хана там точно не ждали. Но у него было всего лишь два выбора: валяться гниющим трупом с разбросанными конечностями, наполовину съеденными животными или провести ночь в доме с незнакомцами. Ответ очевиден.       Доски гнутся и скрипят под их весом, деревянные балки держащие навес заросли плесенью, единственным источником света была настенная лампа, что привлекала внимание мотыльков, слепо летящих к ней. Несмотря на всю обстановку вокруг, стоя на пороге чувствовалось некое спокойствие, будто Джисон пришел в свой дом. Казалось, его место здесь. Сам факт существования таких мыслей бросает небольшую дрожь по телу.       Давно потерянный.       Чонин копошиться подле двери, кажется, пытаясь отварить заевшую дверь, стоя на поблекшем коврике с надписью «WELCOME». Хан приметил для себя несколько царапин на ней, в которых можно отличить круги, треугольники, ломаные линии, ничего не обычного для такого места. Обычные потертости. Только больно с аккуратностью они были выведены. Дверь открывается со соответствующим ей скрипом, пропуская в хижину. -Проходи и садись, счастливчик, — Чонин уже успел пройти внутрь. Джисон последовал его примеру.       Свет не был зажжён, и только светильник снаружи помог не запнуться. Переступив порог, Хан замечает обувь небрежно брошенную в углу. Кончено, Ян с кем-то жил, дом был достаточно большим для проживания в нем нескольким людям. -Я ничего не вижу, — сказал Джисон, идя на ощупь. Но наткнувшись на, по всей видимости, тумбочку с кучей предметов на ней и скидывая несколько из них, из-за чего послышались характерные звуки, решил остановиться на месте. -Ой, прости, забыл что ты здесь не живешь, — саркастично сказал Чонин, -Закрой глаза.       Просьба поставила Хана в тупик. Он и так ничего не видит, кроме собственного носа, зачем еще глаза закрывать? Его огреют битой по голове, упакуют в мешок из-под картошки и похоронят на заднем дворе. -Ты глухой идиот? Или просто идиот? — раздалось возле лица.       Чонин стоял впритык к нему. Еле освещенный и видимый, смотрел угрожающе глазами чёрными, не моргая. До этого казался странным эгоистичным школьником, а сейчас на человека не был похож. Моргнешь — голова с плеч спадёт, глухим стуком об пол ударившись. -Страшно? — ему всё время удавалось понять, что чувствует человек напротив, -Просто закрой свои глазёнки слабо мыслящий.       Джисон злобно фыркнул, впервые он удосужился получить столько оскорблений от одного человека в свой адрес. С недовольным лицом, якобы переступая через свою гордость, все же закрывает глаза. Всё погружается в полный мрак. Слышно как мотыльки подлетая слишком близко к своему Солнцу, умирают, издавая предсмертный писк, как ветер задувает во внутрь жилища из-за приоткрытой двери, и слышно как пол скрепит от шагов Чонина, отходящего от него. Вдруг темнота под веками сменяется на оранжевый, так бывает, когда смотришь на что-то яркое. Не дожидаясь Хан открывает глаза.       В разных углах комнаты расположены старые настольные лампы, отдающие последние крупицы света. Множество свеч горят везде, где удалось их поставить. Справа от входа стоял большой обеденный стол с несколькими стульями, полупустые шкафчики с посудой и огромный ковер на полу грязно-бардового цвета со множеством пятен, некоторые еле заметные, слово их пытались оттереть, а другие блистали новизной. На потолке болталась люстра, пара лампочек на ней было разбито, похоже она не работала. По всей комнате раскиданы пожелтевшие бумажки, парочка книг уместилось на комодах, остальные валялись возле. Где-то можно было заметить пыль, лежащую толстым слоем, неубранную паутину по углам с противными мошками. Из раковины выползло небольшое черное пятно с тоненькими, длинными лапками, Джисон думает, что почудилось. -Садись и жди.       Решаясь не снимать обувь, Хан проходит к одному из стульев, отодвигает его и присаживается. Он кладет сумку на стол, руки давно онемели, то ли от держания её, то ли от холода и страха. Чонин стоя возле лестницы ведущей на второй этаж, кидает быстро Джисону: -Я щас вернусь с Сынмином, — чуть позже добавив, -Он тут пока что за главного и решит что с тобой делать.       И убегает.       Хана оставили наедине с самим собой. Крошечная свечка, горящая неподалеку от него, потрескивала, испуская слабые искорки, привлекая его внимание. Её пламя было таким притягательным, изящным, невероятно красивым.       Обжигающе прекрасным.       Он и не заметил, как рука сама потянулась к огоньку. Хотелось почувствовать насколько он аккуратен, достаточно ли горяч, чтобы согреть его. Джисон не заметил, как стал одним из мотыльков. На лестнице послышались шаги. Хан отдернул руку, не успев обжечься. -Я тебе говорю, это она, — что-то доказывал Чонин, яростно показывая свою правоту лицом. -Чонин, ты в курсе что это сказка? — голос незнакомца звучал твердо, -Ты просто притащил какого-то несчастного с собой.       В лестничном проеме показался парень в домашней теплой одежде, хотя казалось что внутри гораздо теплее, чем снаружи. Но во чтобы тот не был одет, выглядел серьезным. Он точно старше Джисона. Как его там? Сынмин? Не проходит и секунды как следом появляется Ян. Они как младший и старший братья. -Ты забыл добавить, что сказка основана на реальных событиях, — как бы между прочим напоминает Чонин, -Просто проверь. Я не прошу тебя крысу в слона превратить.       Старший бросает косой взгляд на Яна, их борьба была предопределена, потому Сынмин закатывает глаза с тяжелым вздох и переводит их на Хана. Изучает его. -Как тебя зовут? — вспомнили что он живой. -Хан Джисон, мне семнадцать.       Тишина между ними затянулась, что Джисон невольно начал наблюдать за расплавленным воском свечи, стекающим на деревянный стол. Ситуация не из лучших. Он сидел на еле стоящем стуле, как мусорный кот, которого заметил глупый мальчик и притащил домой. Затем родители отчитывали его и думали куда деть измученное животное. Очевидно, либо в приют, либо туда, где взяли. -Ты будешь жить с Чонином, в комнате наверху, я позову вас позже.       Может быть, если Хан сыграл в лотерею, то выиграл бы какую-нибудь жалкую сумму денег. Но выиграл. Он еще не успел переварить полученную информацию, поэтому тупо пялился на этих двоих. Сынмин, не дожидаясь от них хоть какой-то реакции, шепчет что-то Чонину и уходит обратно наверх. Ян смотрит в след тому не смея спорить, голову поворачивает и с улыбкой произносит, как будто только для себя: -Добро пожаловать, наша Герона.       Джисон пропускает мимо ушей чужое имя, единственное что его сейчас волнует — он не спит на улице. Чонин разворачивается спиной, собираясь уходить. -Пошевеливайся или хочешь у порога ночевать?       Хан уже и забыл, каким был Ян на самом деле. Эгоистичный кретин, нашедший его и приютивший. Джисон забывается, он в чужом жилище. Ему нужно просто сожрать свою гордость по крайней мере хотя бы сейчас.       Встав со стула и прихватив сумку с потрепанным зеленым брелком он следует за Чонином.       Третий этаж был совсем маленьким, с двумя комнатами, одна из которых являлась чуланом. На полу стояло засохшее растение с длинными коричневыми листами. Дверь, в теперь уже их комнату, была приоткрыта и слегка поскрипывала. В дверном проеме сверкнула пара янтарных глаз, сразу скрывшись в глубине. Чонин заходит первым, включая старинную лампу, что давала приглушенный свет из-за неубранной пыли на ней. Хан замечает как чья-то тень скользнула под кровать. -Ты спишь там, — кивнув в сторону одной из кровати сказал Ян.       Страшно было представить, что могло быть под или над ними. Джисон все еще не отошел от паука в раковине. Оставалось надеется, что это единичный случай, но вопреки себе же Хан не смотрел на углы комнат. -У нас тут есть кот, так что не пугайся странных шорохов ночью, — язвительно произнес Ян, -Хотя вдруг, однажды, эти шорохи издаст мужчина с топором пробравшийся через разбитое окно.       Сука, таким был подросток напротив. Подобными темпами Джисон не то, что спать не будет, он два глаза сомкнуть не сможет. А вот Чонина рассмешило поведение нового соседа и то, как Хан метнул взгляд на окно, дабы проверить не разбито ли оно случайно. -Это шутка, никто сюда не вломиться, — сказал Ян и с улыбкой продолжая -Можешь осмотреться, — угрожающе добавив, -Но не лезь на мою сторону.       Джисон не теряя времени подходит к небольшому книжному шкафу, который был почти пуст. Он подумал, что раз он тут, то смог бы прочитать парочку книг, тем более что их тут так много. Но единственное, что лежит на этих полка — две школьные тетради, книга по кулинарии и парочка древних книг со странными названиями. Эти книжки напомнили Хану его подругу, похоже Чонин увлекался тем же. -Это твои книги? — обернувшись спросил Джисон. -Ага, я взял их почитать, но там написан полный бред, — Чонин закатил глаза, -А ведь кто-то в это верит.       Хотелось сказать, что не всё это выдумки, может что-то такое да существует. Вот только это были бы не его слова и тем более не то, что он на самом деле думал. Хан решил промолчать. Его заинтересовали тетради лежащие на верхней полке. Открыв одну из них и пролистав пару страниц исписанных синими чернилами, Джисон взглянул на корочку, чтобы узнать чья она. Это тетрадь Яна. -Ты ходишь в школу? В каком ты классе? — незамедлительно поинтересовался Хан. -В 10, но я перестал в нее ходить.       Он был младше Джисона на год. -Почему? -Потому, что появились дела поважнее, да и в принципе она была бесполезной тратой времени, — говорил Чонин, болтая ногами и смотря в потолок.       Хан положил тетрадь обратно и сел за стол, на котором валялся чей-то плеер с наушниками, клочки бумаги, карандаши и ручка. Младший говорил так, как Джисон думал года 2 назад. -Ты просто маленький ребенок, — Хан не знает в какой момент мысли покинули пределы его головы, он надеется, что Ян этого не услышал. -Я бы поспорил кто из нас ребенок.       Все таки услышал. -Ты еще ничего не знаешь обо всём что сейчас происходит, так что это ты маленький ребенок с розовыми очками, — прозвучало довольно грубо.       Джисона напрягали его слова и одновременно раздражали. Он был старше и его гордость прямо сейчас втаптывали в пол. Время, что он дал себе не злиться истекло. И какие к чёрту розовые очки имел в виду Чонин? -Во-первых я не наивный дурак, ты даже не знаешь меня толком, — начал Хан, -Во-вторых и чего же я, по твоему не скромному мнению, не знаю?       Атмосфера в комнате быстро сменилась на удушающую, между ними двумя будто искры сверкали, вот-вот и всё здесь взорвётся, разорвется на мелкие клочки. Но если Джисон был на взводе, то Ян вел себя более сдержанно. -Сынмин сказал мне не рассказывать, пока он не позовет нас, — вот о чем они шептались тогда, -И мне по большей части все равно что с тобой там случилось, умер там кто-то или что, так что давай не будем продолжать эту щепетильную тему для тебя и сменим её.       Хану не послышалось ведь? -Ты сказал, что кто-то умер? Кто? — в голосе читалось только волнение и интерес, никакой желчи.       Он просто накручивал себя, ухватился за одно слово, которое так точно подходило под его ситуацию. Джисон смотрел на него с широко открытыми глазами и ждал ответа. Младший же как будто пришел в себя, быстро проморгался и уставился на Хана. -Что? — Чонин явно не ожидал настолько быстрой смены разговора, -Я просто привел это как пример.       Между ними наступила тишина. Хан лишь вздохнул и двинулся в сторону своей временной кровати. Он сильно вымотался за этот день и похоже начал сходить с ума, даже продолжать спор не было сил. Позже он попросит Яна всё рассказать и показать здесь. Когда голова немного охладилась в неё начали поступать мысли об учебе. Завтра ему в школу. Завтра ему придется объяснять что произошло с Джесси. Уткнувшись лицом в подушку и сжав её Джисон тяжело выдохнул. -Хочешь домой? — тихо спросил Ян. -Хочу, — Хан оторвал голову от подушки и взглянул на сидящего Чонина, -Я бы сейчас наверное ел что-нибудь сладкое, валяясь на кровати, и смотрел какой-нибудь сериал.       Под кроватью Яна что-то зашуршало, Джисон помнил про кота, и скорее всего это он. Через мгновение из-подкроватной темноты выходит чёрное пушистое животное. Оно трётся об ногу Чонина, мурча, но заметив Хана прекращает. Смотрит на него своими большими глазами, изучая. Будто узнав его медленно приближается к нему и садится подле, помахивая мягким хвостом. Они смотрят друг на друга достаточно времени, чтобы Джисон всё же решился погладить животное. Он протягивает руку не спеша, чтобы не спугнуть, и прикасается к шерстке. Кот подставляется под ладонь, льнёт к ней, довольно закрывая глаза. Хан расслабляется и забывает о чем думал пару секунд назад. -У него есть имя? — спрашивает Джисон всё еще гладя питомца. -Нет, он вообще сам к нам пришел и живет теперь тут, — добавляя, -Кое на кого похож.       Ян усердно над чем-то раздумывал и наконец спросил: -Ты знаешь кто ты? -Ты о чем? — Хан не понимал к чему этот вопрос. -Ну, — Чонин замешкался, -Неважно.       Вдруг снизу послышались шаги по деревянному полу и кот, высвободившись из рук, быстро нырнул обратно под кровать. Он был настолько черным, что если бы Джисон заглянул вниз, то увидел только пару светящихся глаз и, может быть, пару дохлых крыс. -Чонин, спускайтесь! — прокричал Сынмин.       Ян сразу вскочил с кровати и направился к двери, подзывая Хана идти следом. Они выходят из комнаты и спускаются к обеденному столу, где их ждал Ким. Он сидит на одном из стульев и просматривает какую-то тоненькую книжонку с пожелтевшими страницами. Вокруг горят лишь несколько ламп, а свечи давно потухли, пахнет сыростью и прохладой. Увидев их, он откладывает книгу загибая уголок. -Садись, — говорит Сынмин Джисону, указывая на стул напротив, -Сейчас будет довольно не типичный для тебя разговор.       Хан оглядывается на Чонина с озадаченным лицом, но тот лишь подходит к Киму, что-то шепчет и смотрит выжидающе. Он садится за стол, уже придумывая причину столь внезапного разговора. Может сейчас ему скажут, что он обязан заплатить за проживание или заменить пол, может просто приготовить еды, но с этим будут небольшие проблемы, так как единственное, что он мог приготовить это яичница. Вполне возможно, что сейчас ему скажут идти куда глаза глядят, потому что взвесив всё, Ким понял, что незнакомцев так-то в дом не пускают и тем более не дают им остаться на ночь. -Джисон, — прозвучал серьезный тон, приводящий в чувство, -Ты ведьма.

***

-Представь если бы я была ведьмой, — восторженно сказала девушка, лёжа на постели с кучей полупустых пачек из-под мармелада. -Ты была бы просто ужасна, — с улыбкой, откинув голову на кровать проговорил Хан, -Превратила бы меня в лягушку. -Эй! — выкрикнула подруга, -Я вообще-то не люблю лягушек, мне легче будет превратить тебя в морскую свинку, они помилее будут.       Джисону нравилось как они вдвоём объедались сладостями, шутили друг над другом и поливали давно увядшие цветы на самых дальних клумбах. -Ну, а если серьезно? Только представь, что я смогла бы сделать!       Девушка взметнула руки к потолку, воображая свои подвиги и приключения, на которые она была бы способна. Это было довольно мило со стороны, его подруга часто вела себя как ребенок. Однажды Хану даже пришлось отговаривать ее покупать, какую-то дешёвую магическую мантию на одном из сайтов. -Разговаривать с животными, лечить неизлечимые болезни и колдовать, — на одном дыхании проговорила она. -А что на счет меня? — беря из очередной пачки мармелад сказал Джисон. -А что на счет тебя? — задумчиво повторила девушка, -Ты бы тоже хотел стать ведьмой? Мы бы тогда тусовались вместе и делали всякие прикольные штуки, как тебе? -То есть ты хочешь сказать, что бросила бы меня одного? — плаксиво жаловался Хан. -Не надо приписывать мне того, чего я не говорила ХанДжи! — она слезла с кровати и уселась рядом с ним, -Я бы тебя не оставила, и ты не ответил на мой вопрос, — указывая пальцем ему в грудь.       Чтобы Джисон сделал будь он ведьмой. Скорее всего ничего, ему было бы лень учить какие-то там заклинания, разговаривать с животными слишком муторно, особенно когда с людьми не получается, за лечение болезней не хотелось брать ответственности. Он был бы просто никуда не годным. -Я не хочу становиться нежитью, — он отвернул голову, чтобы его подруга не увидела румянец на щеках, -Но если бы мы были вместе, то я бы подумал.       Девушка успокаивающе просмеялась с его слов, но ни как не надсмехаясь над ним. -Хочешь чая? Бабушка напекла много новых вкусностей. - перевела тему.       Хан повернул к ней голову, слегка кивая в знак согласия. Подруга тут же встает, отряхивая с себя сахарные крошки от мармелада, и протягивает руку Джисону. Её рука была такой теплой и гладкой, что Хану не хотелось отпускать её. -Она точно цветы продает? — саркастично проговорил Джисон, -Может она все-таки работает в пекарни? -Очень смешно ХанДжи, — слабо толкая его в плечо, -Кто последний, тот убирает крошки.       Хан ничего не успел сказать в ответ, как девушка уже неслась вниз по лестнице. Джисон не теряя времени погнался следом.

***

      Это была довольно плохая первоапрельская шутка, хотя на дворе далеко не апрель. Ким никак не поменялся в эмоциях, а вот с лица Яна не уходила легкая улыбка. Похоже над ним захотели посмеяться, но вот только из Сынмина просто ужасный шутник. -Вы издеваетесь да? , — всё, что он смог выдавить из себя.       Чонин прыскает смехом, хватаясь за плечо Кима, который в свою очередь закрывает лицо рукой, вздыхая. -Так и знал, что он не воспримет нас всерьез, — вытирая еле выступившие слезы сказал Ян, -Но его реакция просто нечто.       Хан ничего не понимал, не людей напротив, не себя, не ситуации в целом. Может он просто спит и ему приснился кошмар. Он так и сидел с ничего не выражающим лицом, но с крутящимися шестерёнками в своем мозгу. -Вы сейчас ведете себя максимально странно, вы знаете это? — он попытался улыбнуться сквозь неловкость. -Давай я попробую объяснить? — Чонин неспеша подходит, нависая над ним, -Ты здесь не просто на ночь, ты здесь на всю жизнь.       Джисон много смотрел сериалов про похищение и удерживание жертв на долгие года, до того как их найдут, но никогда не мог подумать, что это может случится с ним. Его приковало к дряхлой табуретке и он не сводил глаз с Яна, будто ожидая, что тот продолжит раскрывать свой коварный план, как делают злодеи в мультсериалах. -Похоже ты не понял, — Чонин тяжело вздыхает, выражая свое разочарование в нем, кидает взгляд на Сынмина, проверяя может ли он продолжить, -Ты та самая ведьма из тех самых тупых сказок, которые ты когда-либо читал, поэтому ты здесь, и именно поэтому ты никуда от сюда не уйдешь, потому, что это твой дом Джисон и твоя судьба, — он настырно тыкал в него пальцем.       Ян замолчал и наблюдал за реакцией. Но как бы сейчас себя не корил за глупость Хан, он правда не мог ничего сопоставить, все шестеренки рассыпались. -Ты был довольно груб, — подал свой голос Ким, -Но если честно, тебя здесь никто не держит, можешь уйти. -Сынмин!       Громкий крик Чонина привел в чувство и наконец сказанные слова Кима дошли до его пустой головы. Он мог сбежать из этого дурдома. Ему дали выбор. И каким бы он не был доверчивым, даже если его все равно ждал конец, он должен был победить.       Он отодвинулся на стуле, ровно настолько, чтобы Ян не стоял возле него, не мог схватить. Джисон медленно, пытаясь не создавать много шуму двинулся к входной двери. Но этот ебанный дом буквально ненавидел его. Сразу после скрипа досок под ногами, шум стих. Хан обернулся, чтобы проверить действительно ли он привлек их внимание. Две пары глаз были устремлены на него, пожирали с костями, но ничего не предпринимали. Сердце ускоряло кровообращение в десятки раз, дыхание сбивалось, глаза метались с одного места до другого.       «Бежать.»       «Бежать»       «Бежать!» -Ну, я тогда пошел, — сквозь ком в горле проскулил Джисон, и как можно скорей выбрался наружу.       Он не знает зачем сказал что-то настолько не вписывающиеся в ситуацию, почему просто молча не ушел. Ему попросту надо было бежать как можно быстрее, не оглядываясь, потому, что боялся увидеть погоню или темные глаза наблюдающие за каждым его действием, смотрящие из окон. -Какого хера Сынмин! , — кричал Чонин, -Ты дал ему просто убежать? -Успокойся, ты же сам сказал, что он никуда не уйдет, — Ким встал из-за стола, подходя к Яну и кладя свою руку ему на плечо, -Не хочешь снова поиграть в догонялки?       По тому как агрессивно пыхтел Чонин, его явно не устраивало произошедшее, но спорить с Сынмином он не мог. В их доме именно Ким отвечает за все мозговые решения, если он так сказал, значит так нужно. Яну оставалось лишь глотать то, что дают и не привередничать. -Как скажешь зазнайка, — обреченно вздохнув, -Но в следующий раз предупреждай!       Чонин в два шага дошел до двери, останавливаясь, чтобы поправить обувь. -Ты идешь? -Конечно, — усмехнулся Сынмин, -Я же за старшего.

***

      Хан успел отбежать от хижины на приличное расстояние, забежать в лес, где его будет трудно догнать. Быстрый пульс отдавал в виски и создавал шум в ушах, единственное, что Джисон мог слышать — собственное дыхание и ломающиеся ветки под собой. Дежавю.       Неужели он настолько неудачник, что его собственный ангел хранитель пытается его убить. Сколько раз за эту ночь происходило такое? Шесть?       Хан не успевает понять, в какое время его нога перестает касаться земли, но успевает схватиться за одну из хлипких веток, царапая ладонь в кровь и морщась от неприятных ощущений. Он не помнил, чтобы в лесу был овраг, вероятно он снова заблудился. Быстро оглянувшись, в поисках того, что помогло бы ему выбраться отсюда, он заметил мост неподалёку. Сооружение было таким же старым и гниющем, словно построено несколько десятков веков назад. Джисон корил себя за невнимательность, пытаясь подтянуть себя своими же силами, но их явно было не достаточно.       Ветка хрустнула.       Мир закружился перед глазами, в буквальном смысле. Хан полетел кубарем вниз в жалком стремлении остановить себя, сдирая кожу с рук и загоняя туда грязь. Всё случилось мгновенно, и вот он уже лежит на дне оврага. Джисон предпринял попытку встать, и к счастью, она увенчалась успехом. Только рука больно саднила и он немного прихрамывал. Собравшись с духом, Хан решил идти дальше, когда-нибудь он выйдет отсюда. Здесь должен быть конец.       Холодно.       Джисон опустил глаза и увидел небольшой ручеёк, в который случайно наступил. Здесь пахло древесиной и прохладой из-за воды под ногами. Отсюда не хотелось уходить. Хан неспешно поднял голову, отказываясь верить. Дряхлый деревянный мост, ведущий с одной возвышенности на более низкую другую.       Он точно стал психом, раз сейчас стоит по щиколотку в ледяной воде, скорее всего с вывихом, погоней и смеётся. Не от радости конечно, от отчаяния.       Джисон почувствовал на себе пристальный взгляд, не такой как был от тех двоих, не пугающий. Стирая еле выступившие слезы, он посмотрел туда, ему нечего терять. Хана трогает легкое удивление, когда он натыкается на человека с размытыми гранями, абсолютно безликого. Джисон мог видеть деревья сквозь него. -Чего тебе? - прокричал Хан, -Тоже хочешь убить? Так вперед!       Но фигура ничего не сделала, оставаясь стоять в том же положении и месте. У Джисона не было столько времени, чтобы свободно бездействовать. -Х-хочешь, чтобы я пошел за тобой?- решаясь снова заговорить.       Человек пропал, оставляя после себя нетронутую траву и слабый ветерок. Хан огляделся в поисках призрака, но никого не нашел. -Иди. - донеслось возле уха, -Иди туда, где ветер завывает, молит пойти за ним.       Джисона пробрал холод с головы до ног, он тяжело сглотнул, но последовал тихому голосу.       Бежать было невозможно, Хан еле ковылял, держась за одну руку и постоянно жаловался, когда приходилось переступать через коряги или пробираться через слишком заросшие кусты. Вопреки этому он продолжал слепо следовать шуму в ушах.       Джисон не знает сколько прошел, но достаточно чтобы ничего не слышать. Вообще ничего. Должно быть здесь его путь заканчивается, последняя надежда была утеряна. Хан стоял возле старой, заросшей мхом каменной плиты. Присев, чтобы ближе рассмотреть её, можно увидеть вырезанные буквы. -Ты привел меня к могиле? Серьезно? - очевидно спрашивая пустоту.       Джисону ничего не оставалось, как узнать чья она. Принадлежало ли это надгробие тому призраку? Если это так, то здесь должно быть его имя. Хан рукавом и так уже грязной толстовки, успевшей пережить с ним многое, оттирает плиту.       "Киль. 17.6.1689-15.6.1713" -Воу, ну и далеко же ты забрался, - прозвучал звонкий голос позади.        Джисон мог точно узнать его, высокомерный и ребячливый. Чонин. -Нашел что-то интересное?, - подходя ближе и нагибаясь, дабы посмотреть на что уставился Хан, -Сынмин! Он нашёл его.       Значит Ким тоже был здесь? Джисону следовало догадаться, такой исход был предопределён. Неважно сколько бы миль он преодолел, похоже эти двое не оставили бы его в покое. -Разберемся с этим позже, - махает рукой Сынмин, -Делай то, что должен, я устал.       Не проходит и секунды, как Ян хватает его изуродованную ладонь, закатывая рукава. -Будет немного больно, - предупреждает Чонин.       Хан замечает что-то серебряное в другой руке Яна, точно так же блестел кинжал в лесу, черная рукоятка отпечаталась в сознании. Он застыл в страхе перед скорой смертью. Джисон ничего не сделал, когда тонкий наконечник полоснул по предплечью. Было не больно, скорее жгуче неприятно, будто коснулся огня. Хан просто смотрел, как одинокая капля крови стекает по руке. -Когда подействует? - спрашивает Чонин у Кима. -Сейчас.       Джисон падает на землю мертвым грузом. Глаза не хотят открываться, а тело не слушается. Ему все еще хочется увидеть звезды из своей комнаты.