Нуб в мантии

Проснулись они от криков и топота чужих ног. Вскочив так, словно они проспали всю жизнь, ребята хмуро взглянули на табун служанок. Те причитали над тем, насколько неподобающе ведут себя юные господин и госпожа герои, а еще над тем, что уже давным давно пора собираться к грядущему событию. - Пойдемте, госпожа, вам надлежит быть в своей комнате, - еще не до конца проснувшуюся Аннет взяли под белы рученьки и споро вывели из покоев Киллиана. Парня же подхватили другие, уже знакомые лица служанок и, словно куклу, начали приводить в божеский вид. - А где та девушка, которая должна, ну, - парень смутился, - умывать меня? Почему-то о ней он вспомнил только сейчас, хотя, по сути, с того времени прошло более трех месяцев. И опять же подозрения пали на то, что с ним что-то явно сделали. Брюнет бы никогда не вел бы себя настолько легко и, словно так и надо, принимал различные факты и ситуации в чужом мире, будто он живет здесь всю жизнь. Но это же было не так, он это прекрасно знал. Однако почему-то только со вчерашнего вечера вспомнил об этом важном факте. - А не переживайте, эта неумеха получила свое, - отмахнулась от его вопроса та самая тетушка, которая заправляла служанками. - И все же, что с ней стало? - не унимался юноша, недовольно отбрыкиваясь от каких-то очередных рюшек, которые пытаются нацепить на него девушки. Сейчас ему подбирали из подобранных заранее(!) нарядов тот, который будет более гармонично смотреться на щуплой фигуре брюнета. - Ее выпороли, а после выкинули взашей из замка. Так ей и надо, - не удержалась одна из служанок, злорадно хихикнув. Юноша конкретно выпал в осадок, услышав это. То есть ее слова были правдой..? Он неистово замотал головой, пытаясь отогнать эту мысль подальше. Но она упорно не желала покидать его голову, заставляя все больше и больше чувствовать вину за ту его мимолетную гордость. Ведь что ему стоило просто согласиться и потерпеть? Он бы даже и привык потом, а теперь же по его вине хорошая девушка лишилась работы и, возможно, будущего. Он не обманывался в том, что если ее выкинули из замка, то бывшую служанку ждала бы какая-нибудь неплохая альтернатива. О нет, из уроков истории он четко осознал, что в мире средневековья это считалось неимоверным позором как для самой девушки, так и для ее семьи. И теперь ее путь лежал лишь, максимум, в бордель. Там уж точно не глянут на репутацию будущей работницы, лишь на тело и возраст. Остальное совершенно неважно. - Розали, хочешь быть следующей? - "доброй" тетушке явно не понравилось то, что ее подчиненная не сдержала свой язык за зубами. Им четко дали приказ, чтобы герои не смели даже задумываться о чем-то таком, что может вызвать даже легкий негатив. - Нет, мэм, простите, мэм, - сильно струхнув, пролепетала Розали, ускорив свою работу и опустив взгляд так, чтобы даже случайно не пересечься с начальницей. - Не слушайте ее, господин, - переменившись и в лице, и в голосе, мягко проворковала глава служанок. Несмотря на теплый тон и приятное выражение лица, что-то такое в ее глазах давало понять, что это все фальшь. Брюнет с едва сдерживаемым ужасом пытался осознать, как он мог не замечать этого всего столько времени? Радует хотя бы то, что он это увидел сейчас, а не потом, когда его прикопают где-нибудь в темном лесочке. Виски ударило тупой, легкой болью. Да, это явный намек на то, что он думает в верном направлении. Больше он не поднимал эту тему, да и бессмысленно это. Зачем плодить лишние подозрения? Он и так этим вопросом мог нехило так привлечь к своей тушке лишнего внимания, а оно было бы очень, даже очень нежелательно. - Ну вот и все, ваша милость, теперь остается лишь сверкать своей красотой на балу, - довольно подытожила женщина, с гордостью смотря на работу служанок. И здесь и правда можно было гордиться: и так смазливый парнишка стал еще более красивым и изящным в новом наряде. Юноша скривился. Ему очень не нравился этот факт, но поделать с ним он ничего не мог. Все же, в какие-нибудь бесформленные обноски, в которых он бы с удовольствием замотался, его никто не оденет. - Любой господин или госпожа, увидев вас, будут поражены до глубины души, - все продолжала восхищаться тетушка, а девушки, которые также лучились довольством из-за проделанной работы, молча поддерживали ее. - Да, спасибо, - чувствуя себя не в своей тарелке, ответил Киллиан, внутренне сдерживаясь, чтобы не съязвить что-то в ответ на эти охи и вздохи. Но он понимал, что глупому ребячеству здесь не место и не время. - За мной кто-то придет? - Конечно-конечно, - спохватилась женщина, став потихоньку выгонять своих девушек из комнаты, - за вами через полчаса прибудет слуга, который проведет на завтрак с королем. После него же будет объявлен бал. - Еще раз спасибо, - скупо попытался улыбнуться он, но женщина уже скрылась за дверьми. Почувствовав легкую свободу, тот, не задумываясь о сохранении своего внешнего вида, развалился на идеально заправленной кровати, тупо уставившись в потолок. Думать не хотелось совершенно. Было желание лишь спрятаться куда-нибудь подальше ото всех этих сумасшедших варваров и, уснув, проснуться в своем старом-добром мире, где ждали бы его скучные уроки, назойливая со своей заботой мать и даже пьяный бывший зек-отец, который временами захаживает проведать своего сына. Тоска, которая была спрятана глубоко в сердце мальчишки, накрыла того с головой. Слезы дорожками стекали с его лица вниз, на легкую ткань постели. Он не сдержался. Безумно было обидно за себя, за Аню, за то, что их закинули хрен пойми кто и хрен пойми куда. И ожидать, что их какой-нибудь добрый волшебник вернет обратно, было глупо. Но эта детская наивная надежда слабо теплилась в сердце бывшего школьника, раня его еще сильнее. - Почему я? - вырвался всхлип вместе со словами у парня, когда слезы с новой силой вырвались из глаз. Проносившиеся картинки прошлого из его мира усугубляли ситуацию с каждой секундой еще больше, погружая в настоящую депрессию. Приступы, которые иногда возникали от хаотичных мыслей, проносящихся с неимоверной скоростью в голове у юноши, лишь еще сильнее вгоняли в это тяжелое состояние. В таком состоянии его нашла Аня. Не долго думая, она подошла к скрючившемуся в позе эмбриона брату, тяжело вздохнув. Она уже почти забыла, каково это. В последний раз подобное было, когда его мучали кошмары. Тогда она сильно паниковала и боялась сделать что-то не так. Но, слава всем богам, прочитанная кипа книг на почве популярности психологии помогла ей хоть как-то, но вывести бывшего одноклассника из преддепрессивного состояния. Конечно, это нельзя было сравнить с тем, что сейчас лавиной упало на хрупкие плечи юноши, но Аннет точно знала, что раз такое случилось, то теперь, как тогда, снова могла помочь лишь она одна. Увы, здесь бы подошел хороший психотерапевт, но таких в этом мире не наблюдается и наблюдаться еще долго не будут. И сейчас она, едва сдерживая слезы, старалась какими-то глупостями утешить хозяина комнаты. Она и сама понимала, что та ситуация, в которой они оказались, были и правда очень пугающими даже для взрослого и опытного человека, а для них так тем более. Да и мелькнувшая боль в висках, как и у Киллиана, изрядно взволновала ее. Она, конечно, верила словам своего брата, но когда ты получаешь дополнительное подтверждение его слов в виде порции неожиданной боли, то проникаешься ситуацией до самой глубины души. Такими их застал сопровождающий. Мальчишка, явно паж, возможно, даже самого короля, неловко стучал в комнату. Но, не дождавшись хоть какого-то вразумительного ответа или даже звука, он встревоженно влетел в помещение, испуганными глазами оглядывая его. И, наткнувшись взглядом на две фигуры на кровати, покраснел и неловко закашлял. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке в такой ситуации. - Нижайше прошу меня простить, но вам пора выходить, - немного запинаясь, проблеял мальчонка, упрямо стараясь не поднимать взгляд на ребят. Его дело лишь сопроводить, так что он вовсю пытался сконцентрироваться лишь на этом своем задании. А что уж происходит во время него, это не должно его волновать. Хотя, конечно, доложить кому надо все равно нужно. Возможно, за это ему даже дадут награду. Или, чем черт не шутит, вручат шпоры рыцаря? Начинающие маги вскочили, быстро растирая слезы по лицу так, чтобы никто не увидел этого мокрого блеска. Впрочем, красные носы и припухшие глаза сдавали их с потрохами. - У нас будет возможность на минут десять зайти в уборную? - Аннет не хотелось появляться в таком виде перед самим королем. Все же, спустя столько времени они впервые увидятся, поэтому не хотелось ударить лицом в грязь перед правителем этого королевства. Пажонок засомневался, но нехотя кивнул. Его, конечно, по головке не погладят за опоздание, но желание дамы - закон. Аннет поблагодарила мальчика и утащила вялого Киллиана в его ванную комнату. Не было желания бежать в свою комнату ради того, чтобы его оставить, да и времени на такие церемонии у нее не было. Пусть этот слуга думает, что хочет. Глубже себе яму вырыть они в принципе не могут, слухи и так начали плодиться вокруг них. - Ну же, нам надо хотя бы умыться, - возмущенно пыхтела девушка, аккуратно вытирая лицо парня. Тот лишь не сопротивлялся действиям, молча, словно тряпичная кукла, принимая все, что с ним делают. - Какой смысл, если нас все равной используют, а потом убьют, - пессимистично проговорил Киллиан, даже не думая, ЧТО и КОМУ он такое говорит, полностью поддавшись негативным эмоциям. Раздражение волной накатили на Аню. Она ведь, черт возьми, тоже не железная. И тоже в такой же заднице, что и он, но она себе не позволяет так низко и позорно сбегать из этой реальности. - Так не пойдет, - жестко встряхнув за плечи брюнета, девушка посмотрела в пустые глаза юноши. Те не выражали ничего, кроме покорности к судьбе. - Ты, сукин сын, забыл, что ты мне говорил? Что мы справимся, что ты меня защитишь, - слезы невольно скатывались по лицу девушки, но она упрямо делала вид, что их нет, а голос не звучит так предательски слабо и захлебывающееся, - и теперь я вижу, что ты позорно, как последний трус, сдался. Сдался перед важным событием, сдался тогда, когда появилась надежда спастись. Слова лились и лились сплошным потоком, словно те самые слезы, которые так не хотели покидать личико Аннет. Грубости сменялись обвинениями, а те снова грубостями, пока девушка вовсе не выдохлась. Ее громкие всхлипы эхом разносились по ванной комнате, отдаваясь где-то глубоко внутри болью. Очередной болью, которую так не взлюбил Киллиан. Однако, как бы то ни было, но именно она встряхнула едва не сломавшегося окончательно подростка, возвращая осознанность. Он с ужасом увидел, как его прекрасная названная сестра плачет. Плачет навзрыд, тяжело и глухо, так, как плачут в последний раз перед тем, как сломаться. Боль в груди снова кольнула жгучим кнутом, будто насмехаясь над его чувствами и ситуацией в целом. Однако, вместо того, чтобы поддаться ей, он со все более крепнувшей ненавистью обратился против нее, став сражаться. Сражаться не за себя, а за то, чтобы девушка в его руках не плакала. А для этого надо было убить эту боль на корню. - Я не отступлюсь от своих слов. Мы скоро выберемся, - хрипло, но твердо произнес Киллиан, ощущая, что нечто на затворках сознания разбилось. Стало легче не только думать, но даже дышать. Но сейчас он об этом, так как времени катастрофически не хватало. Так что, взяв себя в руки, он привел Аннет и свою тушку в порядок, после чего вышел из ванной, крепко держа за руку свою сестру. На косой взгляд пажонка он нахмурился и крепче сжал руку девушки. - Пойдемте, мы уже значительно опаздываем, - с легким неудовольствием решил не комментировать ситуацию мальчишка, быстрым шагом скрываясь за дверью. - Ты готова? - шепнул Киллиан Ане, с беспокойством смотря на ее заплаканное лицо. Юная магесса кивнула, слабо улыбнувшись. Да, со вновь появившейся уверенностью она была готова.