Ужастики

Куроко: Акаши-кун, ты что, боишься ужастиков? Фурихата понимает, что его сокомандник не смеётся и не провоцирует, а только спрашивает. Хотя, чёрт его знает, это же Куроко, может, как раз это он и делает, под громкий смех Кагами. Как бы там ни было, Коки представляет, в каком бешенстве сейчас находится Акаши. Фурихата вздрогнул, словно его злость передалась его телефону. Акаши: Пора бы запомнить, Тецуя, что я ничего и никогда не боюсь. У меня были запланированы дела на тот вечер, но если получится, я их отменю. Кисе: Акаши-чи, разве мы не выбирали этот вечер так, чтобы он был свободен у всех? Фурихата захлопал глазами. Наверное, Кисе можно переименовывать в «RIP Кисе». Акаши печатал. Минуту, две. И, похоже, все с замиранием сердца только и ждали его ответ. Акаши: Это деловая сделка отца, Рёта. Иностранные партнёры приехали совсем неожиданно, и отец попросил меня присутствовать на этой важной встрече. Кагами печатал. «Никакой ужастик не понадобится, когда Кагами закончит и отправит своё сообщение», — подумал Фурихата. Кагами: А ПО-МОЕМУ ТЫ ПРОСТО СТРУСИЛ АХАХАХАХА Фурихата закрыл глаза. Он был уверен, что сейчас Акаши пришлёт фото отрубленной головы его сокомандника. Мидорима: Перестань, Кагами. Фирма отца Акаши большая, и нет ничего удивительного в том, что иногда происходят подобные заминки. Куроко: Согласен с Мидоримой-куном. Куроко: Ничего страшного, Акаши-кун. Давай выберем другой день. В какой вечер ты свободен? Нет, Куроко однозначно провоцирует. Теперь Фурихата в этом не сомневается, представляя, или даже слыша, как громко смеётся Кагами рядом с ним. Акаши даже не печатает. Зато в чат, впервые с его создания, включается Мурасакибара. И это тоже, по мнению Фурихаты, не закончится хорошо. Мурасакибара: Ака-чин, если дело в ужастиках, давайте сменим фильмы. Я хотел прийти с Муро-чином, он их тоже не очень любит. Довольно забавно, что Мурасакибара ходит на каждую встречу с Химурой. Все вокруг поняли, почему это происходит, причём даже сам Химуро, но только одному блокирующему так и не понятны собственные действия. Акаши: Мы не будем менять фильмы, Ацуши. Я приду. Кагами: А как же сделка отца? Фурихата хлопнул себя по лицу. Акаши печатал. Акаши: Она не отменена. Я имел в виду, в субботу. Отец уедет по делам, и можно будет собраться у меня. Кисе: Отличная идея, Акаши-чи. Куроко: Ты очень гостеприимен, Акаши-кун. Кагами: Уже готовлю Пилу и Астрал. Мурасакибара: У тебя же будут сладости? Фурихате это всё уже очень не нравится. *** Всё началось с того, что Куроко влюбился в Кагами. Нет, правда. Фурихата бы даже не знал о существовании такой группы, как «Поколение Чудес😻🙀🙊», созданной Кисе для их дружеских встреч. Но Куроко хотел приходить с Кагами, но не хотел, чтобы тот догадался (но тот бы всё равно не догадался), что к чему. Так, Фантом попросил Фурихату ходить с ними, чтобы было менее подозрительно. Группа была изначально создана для чата, но Кисе предложил гулять этим летом на максимуме. Так, стали обсуждаться совместные вылазки куда-либо. Идея посмотреть ужастик, как ни странно, принадлежала Куроко. Сам Фурихата был удивлён, когда узнал, что друг так увлекается этим жанром. До того, что зачитал Кинга дыр, а на коллекцию дисков уже не хватало места. Предложение все оценили, однако Акаши с самого начала пытался увильнуть. Конечно, сама мысль, что человек, будто сам сошедший с самого страшного фильма, боится ужастиков, наводила смех. Не было ничего удивительного в том, как яро Акаши доказывал, что не испытывает страха к хоррорам. Настолько, что в вечер субботы Куроко приходит с пачкой фильмов, а все остальные — с закусками. — Акаши, — Такао уже убежал в гостиную восхищаться её размерами. Фурихата снимал обувь, а Мидорима, скорее всего, его не заметил, — Держи. Бомбардир Шутоку протянул Акаши маленький брелок с орущей обезьяной. — Это талисман от страха. Фурихата не смеялся. Наоборот, его это ввело в ступор, да и не очень хотелось присутствовать в таком напряжении. Он чувствовал, как Акаши представлял, куда бы сунуть эту обезьяну, своему заботливому другу. — Спасибо, Шинтаро, — выдавил в итоге Акаши, — Но это мне ни к чему. Мидорима принял брелок назад, однако добавил: — Если что, можешь взять его у меня в любой момент. Он прошёл в гостиную, пока Фурихата делал вид, что развязывает шнурки. По третьему кругу. — Фурихата-кун. Он вздрогнул, со страхом подняв глаза. В конце концов, он присутствовал при этой… Интересной сцене. — Я рад, что ты пришёл, — слегка улыбнулся он, на что Фурихата вспыхнул, — Проходи. В гостиной Акаши просторно. Огромный телевизор и новейшие дивиди проигрыватели: мечта каждого киномана. Фурихата непроизвольно ахнул. Куроко и Такао спорили, выбирая фильм. Первый настаивал на «Пиле» для разогрева, второй предлагал начать с самого жаркого, с «Заклятия». В итоге они сыграли в камень-ножницы- бумагу, и победил фильм Такао. Химуро прижался к Мурасакибаре, на что тот довольно хмыкнул. Куроко удобно устроился, облокотившись на Кагами, а Аомине скучающе трепал Кисе по волосам. Мидорима и Такао соприкосались коленками. — Фурихата-кун, выключи, пожалуйста, свет, — попросил Куроко, — Ужасы лучше всего смотреть в темноте. Акаши на долю секунды взглянул на Химуро, но тот молча уткнулся в экран. Фурихата долго искал по комнате выключатель. — Садись, Фурихата-кун, я сам, — улыбнулся Акаши. Он кивнул и устроился на полу, облокотившись на софу. Акаши сел рядом, что немного смутило. Фурихата не заметил, как на первом скримере рука Акаши смяла его колено. Пальцы у капитана Ракузан весьма накаченные, из-за чего, Фурихата чуть не вскрикнул. Вообще, на фильме сосредоточится весьма тяжёло, когда кто-то сжимает твою ногу. А особенно, если этот кто-то — Акаши Сейджуро. После третьего щипка у Фурихаты не осталось никаких сомнений в том, что его оппонент по игре, до чёртиков боится ужастиков. Наверное, в другой ситуации он бы тихо посмеялся, но сейчас он почти не чувствовал ноги, потому ему очень нужно было выйти. — Я на кухню за водичкой, — разнеслось в тишине, — Кому-нибудь что-нибудь принести? Никто не ответил, тогда Фурихата встал и направился к выходу. — Я покажу, где здесь кухня, — сказал Акаши, к которому сразу прилетели все взгляды. Насмешливый взгляд Куроко, выраженный в едва заметной улыбке, прошёлся мурашками по телу Фурихаты. — Хорошо, только не задерживайтесь, — он снова уткнулся в экран, — Впереди все самое интересное. Фурихата, слегка прихрамывая, вышел. Акаши следом, обогнав. Кухня располагалась на том же этаже. Фурихата шёл следом за Акаши, едва поспевая. Когда они добрались, Акаши быстро налил Фурихате стакан воды. Тот робко поблагодарил, тихо сделав глоток. — Спасибо тебе, Фурихата-кун, — сказал Акаши, смотря на него в упор, — И прости за твою ногу. Фурихата, едва не подавившись, поставил стакан на стол. — Всё в порядке… Они оба замолчали. Фурихата не решился перевести на Акаши взгляд. Возвращаться Фурихата не хотел, да и Акаши, видимо, тоже. Конечно, он мог его понять. Поколение Чудес, что видит в нём несгибаемого капитана, на деле боится фильмов ужасов — это не просто комично, это будет смешить каждый раз, как об этом подумаешь. Фурихата задумался. — Я не боюсь этих фильмов, — вывел его из мыслей, словно прочитав их, Акаши, — Меня просто начинает… — он сжал нижнюю губу, подбирая слово, — Тошнить. Фурихата перевёл на него взгляд. — У меня так с пауками, — признался он. Акаши слегка улыбнулся. Какое-то время они продолжали стоять в тишине. — Может, — Фурихате это казалось отличной идеей, пока он не начал говорить вслух, — Может… Сделаешь мне экскурсию по дому? Акаши слегка приподнял брови. — Если хочешь, — смутился Фурихата. Однако Акаши кивнул и прошёл вперёд. Фурихата, удивившись, последовал за ним. — Начнём со второго этажа, — поднимаясь, сказал он. Невинная идея, чтобы пропустить фильм, обернулась для Фурихаты действительно интересным открытием. Дом напоминал музей, Мидорима как-то говорил, что род Акаши один из древнейших в Японии. Все эти семейные реликвии, так или иначе мелькавшие в коридоре, вызывали в Фурихате неподдельный интерес. Особенно, когда красивый голос рассказывал историю каждого из них. Фурихата покраснел, поняв, что ему очень нравится этот голос. — …Здесь моя комната. Фурихата резко вышел из своих мыслей и с любопытством заглянул в открывшуюся дверь. Акаши зашагал, жестом приглашая Фурихату войти. Тот неуверенно оглянулся, но всё же зашёл. Помимо ожиданий Фурихаты, об ослепляющих хоромах, комната Акаши выглядела (почти) обычно. Кровать, пусть и превосходящая в размерах раза в два, шкаф (ручной работы, разумеется), прикроватная тумба с ночником и несколькими книгами на ней. Фурихата сразу подлетел к ним. — «Джейн Эйр», — он листал томик, вдыхая запах страниц, — «Гордость и предубеждение», «Унесённые ветром»… — Люблю зарубежную классику. — Я тоже, — улыбнулся Фурихата. Он пролистывал страницы, вчитываясь в заметки. Акаши внимательно наблюдал за ним. В тот момент, Фурихата не думал, что заглядывает в нечто сокровенное, грубо говоря, в чужие мысли. Ведь они во многом совпадали — читая эти романы, Фурихата подчёркивал те же цитаты, потому, ему казалось, что он листает свои книги. — Ты читал ещё что-нибудь из английской классики? Может, «Грозовой перевал»? — Читал, но «Джейн Эйр» мне нравится больше. — Мне тоже. Фурихата улыбался, узнавая любимых героев. — Мы можем пойти в библиотеку, — раздался позади голос Акаши, — Она на третьем этаже. Уговаривать дважды даже не приходится: Фурихата с нетерпением следует за Акаши, попутно рассказывая, чем ему не нравился «Грозовой перевал». Акаши кивал, дополняя его ответы. Фурихата улыбнулся. Немногие понимают его недовольство этой книгой — приятно найти единомышленника, которому можно пожаловаться. Когда они зашли в библиотеку, Фурихата замер. Она была огромной, и даже слишком огромной для домашней библиотеки. — Здесь… Здесь так здорово, — дрогнувшим голосом произнёс Фурихата, быстро осматривая одну полку за другой. Акаши наблюдал за ним, как за светлячком в банке: это заставило его улыбнуться. Фурихата радовался, как ребёнок. Брал в руки то один томик, то другой, то читая одни цитаты, то говоря, что он очень хочет прочитать. — Я бы хотел жить здесь, — улыбнулся он, взглянув на Акаши. Щёки Акаши порозовели, хотя его лицо оставалось столь же невозмутимым. Когда до Фурихаты дошёл смысл сказанного, он и сам покраснел, пробубнив извинения. Тупо уставившись на сто двенадцатую страницу «Преступления и наказания», Фурихата думал, что делать в этой неловкой ситуации, которую он сам и создал. Он не заметил, как Акаши подошёл ближе (слишком близко: Фурихата слышал его дыхание). — Ты можешь приходить в любое время, — сказал Акаши, глядя ему в глаза, отчего Фурихата почувствовал разряд тока по телу. — С-спаси… Акаши запустил пальцы в его затылок, отчего в грудной клетке странно потянуло, а жар прилил к щекам. Но так и не смог оторвать взгляд от приближающихся губ. Он поцеловал его. Фурихата чувствует его пальцы, мягко поглаживающие затылок, а также свои губы, которые не знают, как правильно ответить на поцелуй. Когда Акаши прервал поцелуй, Фурихата невольно потянулся, а затем смущённо на него уставился. — Прости, — сказал Акаши, нисколько не выглядя смущённым, — Просто очень захотелось это сделать. Фурихата прошёлся большим пальцем по уголкам страниц. — Книги… Всегда были моими единственными друзьями. Странная реплика после поцелуя. Но за последний час происходило много странного, потому Фурихата даже расслабился, позволив сказать себе то, что сказал. — В детстве у меня не было друзей. А если были, то мы не были близки, — он опустил голову в страницы, — И все эти персонажи, все эти истории — они были моими друзьями. Фурихата закусил губу, обдумывая формулировку следующей мысли. Акаши терпеливо ждал. — Теперь… Теперь я рад, что они свели меня с новым другом, — улыбнулся он, снова взглянув на Акаши. — Я могу понять тебя. Они какое-то время молчали, пока Акаши не достал с полки «Джейн Эйр». — Это мой любимый роман. Прочитаешь мне какой-нибудь отрывок? Фурихата смущённо смотрел на серьёзное лицо Акаши, после чего кивнул. Он открыл свою любимую главу: встречу Джейн с ослепшим Рочестером. Акаши продолжал перебирать его волосы. Когда Фурихата закончил, Акаши некоторое время разглядывал его лицо. Затем, потянувшись к нему, снова поцеловал. На этот раз Фурихата ответил. Смято и неловко, но ответил. — Спасибо, Фурихата-кун, — тихо произнёс Акаши, всё также поглаживая его голову. Некоторое время посидев в тишине, Акаши предложил спуститься: вдруг, фильм уже закончился. Фурихата кивнул. «Заклятие» заменил «Астрал», но ребята так громко спорили о событиях предыдущего фильма, что сам хоррор уже не имел никакого значения. Акаши улыбнулся, и предложил Фурихате вернуться в библиотеку. И, конечно, не получил отказ. *** «Поколение Чудес онли Тейко😍🥰🤩🥳🙉🙊» Акаши: Спасибо, всё прошло по плану. Я перед вами в долгу. Кисе: Не за что, Акаши-чи❤❤❤ Куроко: Это было даже приятно. Акаши: Я заметил, Тецуя. Мурасакибара: А? Получается, Ака-чин не боится ужастиков? Мидорима: Конечно нет, идиот! Акаши улыбнулся, убрав телефон в карман. А забытый Кагами фильм — «Пилу», выкинул в мусор.