Эксперимент профессора Ходжо

Третью ночь подряд Сефироту снилось совершенное непотребство. Полковник Рапсодос приходил около часа, запирал дверь и начинал раздеваться. Делал это с такими огоньком и задоринкой, что возмущенное: «Как это понимать?» превращалось в неопределенное: «Э-э-э, Генезис?..». Плащ, сапоги, ремни, брюки, водолазка и нижнее белье отправлялись на пол, изящно выстраивались цепочкой, четко обозначая путь от двери до генеральской постели. Луна робко заглядывала в окно, позволяя только увидеть очертания полковничьего профиля (особенно хорошо просматривались длинные ноги и подтянутые ягодицы – взора не отвести). После чего Рапсодос подходил к постели и склонялся на Сефиротом. В голубых глазах слабо искрило мако, а на приоткрытых губах таилось неприличное предложение. Настолько неприличное, что Сефирот, не раздумывая, вплетал пальцы в рыжие пряди и впивался бешеным поцелуем в эти самые губы. Слетали напрочь все установки и правила, что Генезис – боевой товарищ и друг, думать о нем, как о любовнике, в корне неверно. Пусть Сефирот и давно осознал, что, если бы не служба и гроздь прекрасных дам, всегда окружавших Рапсодоса, то что-то могло бы измениться. Подобные мысли, конечно, поначалу ужасали. Но со временем ко всему привыкаешь. Вон, Артур к Ходжо привык же? Привык. Так и тут привыкнешь к чему угодно. А ещё… Ещё совершенно всё вылетало из головы, когда Рапсодос оказывался сверху, медленно насаживаясь на стоявший колом член, откидывал голову со сводящим с ума: «Ах…» и начинал двигаться. Двигаться так, что в итоге Сефирот не выдерживал и опрокидывал рыжего на спину, разгоняя такой дикий темп, что тот мог только стонать, отзываться на ласки и… смотреть. Смотреть так, что крыша Сефирота делала ручкой и улетала к бахамутам. Вместе с ней улетал и контроль Сефирота. Особенно после того, как в его руках билось в оргазме идеальное по всем параметрам тело, а губы благодарно прижимались к шее, где билась жилка. Сефирот касался влажных рыжих прядей и чувствовал, как у самого на губах расцветает совершенно дурацкая, но до багнадран счастливая улыбка. Генезис шумно выдыхал, мягко прихватывал зубами мочку уха и шептал: - Я тебя… Именно в этот момент звонил будильник. Сефирот открывал глаза и понимал, что хочет убивать. Потом, конечно, осознавал, что сначала в холодный душ, но потом – точно убивать. Одно дело, когда эротический сон приснился раз в… несколько месяцев. Но третью, мать её, ночь подряд – это слишком. Во-первых, это вредно для организма. Во-вторых, это неудобно перед товарищем, пусть он и не в курсе. В-третьих… к бахамуту такую теорию, когда нельзя перейти к практике! Прошипев ругательство сквозь зубы, он встал с постели и пошёл в злосчастный душ. *** - Я занят, скоро вылет. Анджил и Генезис озадаченно переглянулись, так и не успев ничего сказать. Сефирот проявил просто вершину мастерства в исчезновении из столовой крабьим маневром по стеночке. Да и во время самого завтрака генерал был ненормально задумчив, практически не слушая, о чем они говорили. Генезис сложил руки на груди, глядя ему вслед. - Напомни мне, Андж, это настолько сложная миссия? Насколько я помню по словам Лазарда, речь шла о задании среднего уровня паршивости. - Возможно, у Сефа дурное предчувствие, - предположил Хьюли. – Ну или дурное настроение с утра. Встал не с той ноги. Ладно, пошли, работа сама себя не поработает. Генезис кивнул, последовав за ним, но всё же весь день странное поведение Сефирота не выходило из головы. Ко всему ещё теперь добавились и переживания за… монстров. Когда Сеф в таком настроении, никто легко не отделается. К вечеру Генезис валился с ног от усталости. Мечты уставшего от совещаний и беготни за «Лавиной» солджера все активнее лежали в сторону алкоголя и какой-то закуси, например, крылышек в специях и соусе – жутко вредно для организма, но потрясающе полезно для настроения. Поэтому, когда на пути в свои апартаменты появился Анджил с двумя бутылочками запотевшего «Корельского тёмного», Генезис решил, что готов расширить божественный пантеон и втулить туда Хьюли. Конечно, до Миневры далеко, но всё равно неплохо. По телевизору шёл боевик про боевых чокобо и инопланетян. Пива оказалось мало, поэтому Анджил набрал своего Щенка и уболтал притащить ещё. Зак никогда не отвергал вкусные и понятные перспективы (присоседиться к пиву и крылышкам), поэтому сумел организовать продукты в лучшем виде. К тому времени началась вторая серия боевика. Пропустив часть сюжета, никто не понимал, о чем речь, поэтому фильм определяли, как «нихрена не понятно, но очень интересно». К концу алкоголь и дневная круговерть сделали своё дело, из-за чего Генезис практически рухнул носом в подушку, лишь на краю сознания отмечая, что товарищи тихонько вышли и даже погасили свет. Снился сон с теми же чокобо, которые внезапно пришли на совещание, вытолкали папашу Арти со стула и заявили: «Всем оставаться на месте, это погром!». Генезис повернулся на бок и вздрогнул, сообразив, что в комнате не один. - Ан… джил? – хрипло шепнул он, глядя на него. Что произошло? Почему он вернулся? Собиравшиеся сорваться с губ слова застыли, когда пальцы Хьюли скользнули по щеке, переходя на шею. Генезиса бросило в жар только от одного взгляда голубых глаз напротив. Внизу живота наливалось что-то горячее и сумасшедшее, зато в голове зазвенело от пустоты, когда Анджил прижался к его губам в диком, каком-то сумасшедшем поцелуе. «Всё в порядке, - подсказал внутренний голос. – В голове всегда так, потому что мозги утекают вниз, укрепляя член». Генезис пытался ухватиться за ускользающие мысли о возмущении и «Анджил, ты сдурел?». Но поцелуй становился всё жарче, что в итоге руки сами обвили шею друга. Он слабо соображал, что происходило потом. Только глухо вскрикнул и вцепился в простыни, когда головка члена оказалась во рту Хьюли. О… богиня… Анджил, где ты этому научился? И где он сам научился так стонать, что встанет у мёртвого? Оргазм словно удар, полностью выбил весь воздух из лёгких и швырнул не постель, не давая прийти в себя. Только дышать часто-часто, пытаясь вспомнить, как это делать. Пошевелиться не получалось, даже мысли замерли на месте. Только губы тянулись в улыбке, которой ещё никто не видел у полковника Рапсодоса. А потом Генезис ощутил, как его сгребли в объятия, уткнулся носом в шею, прикрывая глаза. Хотелось мурлыкать как самой настоящей кошке. Волос коснулось дыхание Анджила: - Рыжий, я тебя… Звонок будильника заставил Генезиса подпрыгнуть на месте. Озираясь по сторонам и пытаясь прийти в чувство, он отыскал зловредный механизм и хлопнул его крышке. Будильник оскорбленно заткнулся. Генезис провел ладонями по лицу. - Определенно эти фильмы про чокобо до добра не доведут, - пробормотал он, поднимаясь с постели. Хоть и прекрасно понимал: дело совсем не в этом. *** Анджил мрачно смотрел на Генезиса, который, стараясь слиться со стеной, пытался проскользнуть мимо него. Ещё вчера пришибло неведомым науке бзыком Сефиротом, теперь и Генезису. А два пришибленных солджера рядом – это уже чересчур. - Стоять, - тихо уронил он и шагнул к стене, закрывая рыжему проход. Генезис замер. Пусть на лице практически ничего не отразилось, но Анджил прекрасно понимал: Рапсодос ищет возможность обходного пути. Желательно так, чтобы друг детства даже не заметил, что его обошли. - Что происходит? Вы с Сефиротом… - Анджил! – раздался голос директора Лазарда. – Подожди минуту. Хьюли скрипнул зубами. - Тебя зовут, - услужливо подсказал Генезис и даже развернул его за плечи навстречу начальству. – Встретимся позже, у меня гора дел. И смылся так быстро, что Анджил не успел ему ничего ответить. Только скрипнуть зубами и направиться к Лазарду. Как же вы не вовремя, товарищ директор. Вот совсем не вовремя… День пронесся на такой скорости, что Хьюли не успел сообразить, как наступил вечер, стремительно клонящийся к ночи. Генезис нигде не появлялся, идти к нему Анджил посчитал слишком. Завтра отловит где-то и вытрясет правду. А там, гляди, и Сефирот вернется. Хоть кто-то да пойдет на контакт. Хоть оба временами упертые засранцы. Пока багриск не укусит – не заговорят. То, что багриска придется отыгрывать самому, он уже смирился. Бывает и хуже. После душа и ужина Анджил добрался до постели, часы давно показывали за полночь. Всё же Лазард что-то разошелся, и правда накидал кучу всякого, так, что можно было зарыться с головой. Анджил заложил руки за голову и прикрыл глаза. Ладно, не смертельно. Он сам не заметил, как провалился в сон. И тут же чуть не подскочил, сообразив, что находится в постели не один. В смысле, не один? Он никого сюда не приглашал, точно помнит! Распахнув глаза, встретился с сияющим зеленью взглядом напротив. Серебряный шёлк длинных волос касался его шеи и груди. Тяжесть тела сверху вышибала все мысли. - Сефи… рот… - хрипло выдохнул Анджил, пытаясь собрать мысли в кучу. Что он тут делает? Что он тут делает в таком виде? На генерале из одежды было аж ничего, а вот чего… «Чего» бодро упиралось Анджилу в бедро, демонстрируя, что Сефирот здесь оказался не для того, чтобы спросить: «Как пройти в библиотеку?». - Ты… - начал было Хьюли, но мягкие губы накрыли его собственные в требовательном поцелуе. Целовать Сефирота – это что-то невероятное, не вписывающееся в рамки привычного. Да ещё такого, что сходишь с ума, позабыв обо всем на Гайе. Руки сами потянулись обнять, стиснуть бока, не дать исчезнуть. Сефирот обхватил ладонью оба члена, и от этого перед глазами практически вспыхнула молния. Анджил впился в губы, перехватывая инициативу в поцелуе и чувствуя, как горит всё тело. Ещё, ещё, ещё – только не останавливаться. От хриплых, еле слышных стонов Сефирота, по коже пробежал мороз. Слишком невероятно. Слишком неправильно? Он умеет издавать такие звуки? Сефирот откинул голову, серебристый водопад волос хлынул на спину, Анджил зафиксировать его затылок и снова прижался к губам. Изнутри рвалось совершенно звериное рычание. Моё. Не отдам. Оргазм ослепил так, что нужно было вспомнить, как дышать. Грудь рвано поднималась, кожа стала влажной, у Сефирота она такая же. С ума сойти. Он тяжело дышал, уткнувшись лбом в плечо Анджила, а потом вдруг произнес: - Я тебя… Звонок телефона вырвал из сладкого сна, прямо примятой физиономией швырнув в реальность. Определитель высвечивал имя Зака Фэйра. Анджил вздохнул и поднял глаза к потолку: - Хорошо, что ещё не научились подглядывать в сны, - пробормотал он, протягивая руку за телефоном. Но теперь Хьюли понимал, что не знает, как себя вести при встрече с другом…