Давай убежим

Яд, текущий по венам, который прожигает дикой болью изнутри, оставляя после себя глубокие шрамы, пока нескончаемые страдания убивают душу и надежду на выход. А влекущая свобода уже не имеет какого-либо смысла, только звуки да буквы. Осталась лишь призрачная надежда, к которой руки тянутся всё ближе и ближе, но бездна тянет назад сильнее. Сожаления начинают душить, не давая просвета сжатому горлу, а позже вводят в бесконечную пелену темноты. Гнетущий страх того, что в действительности больше никогда не увидишь истинное сияние колышущихся лепестков. Мысли опять сплетаются узлом, другим, не имея возможности самим развязаться. В таких ситуациях каждый справляется по своему. Кому-то нужна шумная компания, кому-то хочется раствориться в постоянном приятном звучании мелодии в ушах, а кому-то наоборот, нужна лишь тишина и меланхоличное спокойствие. Лёгкий ветерок ударил в лицо как только дверь открылась. Отличный день для того, чтобы зайти за какой-нибудь безлюдный угол и в одиночестве беззаботно закурить сигарету, без всяких доставучих рыжих пареньков, который сегодня по неизвестной причине и без объяснений свалил в какие-то ебеня. Ну и скатертью ему дорожка, главное что свалил, уже счастье. Тёмный уголок в тени общежития — замечательное место препровождения за ароматной сигаретой. Оставалось надеяться на то, чтобы сюда не заявились другие бедные курящие студенты. Скарамучча опёрся спиной о внешнюю стену здания и принялся копаться в кармане в поисках жизненно важной пачки. — Уверен, что не хочешь поговорить? От неожиданности парень подпрыгнул, из-за чего случайно выкинул пачку на землю. Заметив Кадзуху рядом, сердце сжалось и ещё дальше ушло в пятки. Встретить парня так внезапно последнее чего хотел студент. — Тц, да, уверен. Свали с глаз моих. — недовольно цокнув, Скарамучча поднял пачку, отряхнул её от пыли и развернулся, чтобы уйти, но через мгновение он оказался крепко схвачен за запястье. — Скарамучча, прошу тебя, скажи хоть что-нибудь. Я хочу знать, что с тобой произошло после нападения на деревню, — парень с каждой фразой крепче сжимал чужое запястье в своей руке. — Я очень беспокоюсь за тебя. Пусть и спустя столько лет… Чувство безысходности съедало целиком. Шаг влево или шаг вправо. Как поступать, когда выбора вроде как нет, но столько фантазий в голове о том, как было бы лучше, да вот только столько последствий за собой ведёт. Похоже, что кроме страха ничего не осталось. — Сказал же… Ты для меня никто, слышишь! Я не хочу видеть или знать тебя! Просто исчезни уже наконец! — студент резко вырвался из хватки и с мелкой дрожью в голосе, прокричал последние слова, прежде чем оставить Кадзуху одного. Рука медленно опустилась. Звуки вокруг будто приглушились, заставляя слушать внутренний голос, вот только он молчал. Всё вновь стало будто бы иллюзией. Пирамида надежд треснула, но главное, что ещё не рухнула. Слова продолжали отдаваться в ушах эхом. Исчезнуть? Уж кто так просто исчезать не собирался, так это Каэдэхара. Будто бы ему хотелось сложить руки и ничего не предпринимать в этой ситуации. Подумаешь, встретил дорогого человека спустя кучу лет, пустяк. Пусть эти слова звучали крайне больно, Кадзуха уже не тот пугливый мальчик, чтобы так просто сожрать порцию, больно задевающих сердце слов, и сидеть с набитым ртом, не решаясь проглотить. Даже если Скарамучча хочет бежать, пусть бежит, но вытрясти хоть что-то он должен.

***

Каэдэхара заходил в свою комнату в общаге, как заметил активно собирающегося куда-то Итэра. — Чего-то ты рано уходишь. Ты же говорил, что у тебя в семь смена начинается. — Да черта с два я посплю перед сменой, знаешь что? — парень сделал паузу, а Кадзуха лишь вопросительно поднял бровь. — Отец мне позвонил, сказал мол: езжай ко мне, поговорим, все дела и бла-бла-бла. — студен недовольно скинул в рюкзак зарядник от телефона, видимо на пожарный случай. — С чего бы? — Да хуй его знает, ставлю задницу, чтобы опять втирать мне одно и то же по сотому кругу, будто это что-то изменит, ещё и называя это заботой, — Итэр вздохнул, накинув на одно плечо лямку рюкзака, направился к выходу. — А просто не поехать я не могу, видите ли тогда в миг на мне образуется клеймо и без того полного разочарования семьи. Студент какое-то время потупил на месте, смотря вниз, рассматривая свои кеды. — А ты? Опять гонялся за своим стрёмным гопником? — Каэдэхаре взгляд друга показался осуждающим, из-за чего замялся на месте. — В общем, не важно. Не нравится мне этот парень, подозрительный он… Просто постарайся быть с ним по аккуратнее, или в лучшем случае избегай. — Почему ты так считаешь? — Кадзуха заметно нахмурился. — Ну… Вчера мне довелось глянуть его досье, и знал ли ты что в универе, да и в паспорте, он записан как «Руи Какурета»? Что-то не сходится ни с тем как-ты его до этого звал, ни с тем, как по твоим словам, его называют сейчас. — парень заметил то, как друг резко застыл в раздумьях и выдохнул. — Впрочем… я просто сказал, до встречи! Дверь захлопнулась. Кадзуха вновь тонул в очередном не понимании происходящего. Ему и до этого не было ничего понятно, а теперь это.

***

Небо уже окрашивалось в оранжевые тона, а расплывающиеся облака отливали розовым. Каэдэхара шёл по улице, ища взглядом знакомую фигуру возле кафешки, которая находилась буквально в паре шагов от общаги. Бэй Доу сегодня позвонила, сказав, что планы поменялись, и что хочет встретится сегодня. Но вот только на месте встречи никого нет уже как минут пять. Парень постоянно осматривался по сторонам, в надежде всё-таки увидеть подходящую к нему женщину. Чем дольше он стоял, тем больше начинал волноваться, ни звонков с предубеждениями об опоздании, ни сообщений. Студент уже достал телефон, чтобы набрать нужный номер, как рядом послышались приближающиеся тихие шорохи. Кадзуха старался не отвлекаться от телефона, но лучше бы он это сделал. — Бу! Каэдэхара еле подорвался с места, но заметно дёрнулся, из-за чего смартфон чуть было не полетел камнем вниз об асфальт. В это же мгновение раздался очень громкий и звонкий знакомый хохот. — Ты бы видел своё лицо! — Бэй Доу продолжала заливаться смехом, теребя парня по плечу. — Я бы посмотрел, как бы ты смеялась, если бы я всё-таки опрокинул телефон, купленный на твои деньги, прямо об асфальт, — недовольно пробубнил парень, приходя в себя после испуга. — Ты чего так долго? Я тебя наверное минут 10 жду. — Хах, да ладно тебе, пришла же. — женщина похлопала парня по спине, заводя в помещение кафе. Устроившись за столиком у панорамного окна, официантка тут же принесла обоим меню. Мягкие длинные диваны со столиками, над каждым маленькая люстра со стеклянной формой в виде перевернутой глазурной лилии. С краю стола салфетница, соль, перец и другая лабуда, которую обычно ставят на столики посетителей. Само помещение не сильно просторное, да и чувства пустоты здесь совершенно нет. Наверное довольно приятно было бы сюда ходить после пар с ноутбуком и спокойно себе работать за чашечкой кофе. За окном постоянно туда сюда шли люди, каждый по своим делам. Шумные дети, фриковатые подростки, велосипедисты, бизнесмены с модными чемоданами, на улице в это время вправду было много народу, наблюдать за каждым было довольно увлекательно. Даже как-то странно, ведь у каждого из них есть свои дела, друзья, увлечения, все за чем-то следуют. Людей на земле слишком много, чтобы осознать, что все живут своей жизнью и думать об абсолютно каждом не выйдет. Да и собственно какая разница, когда и у самого себя проблем и забот по горло. Бэй Доу всегда была очень заботливым человеком. Магическим образом она умеет заботится одновременно обо всех, но вот думает только о себе. Вряд-ли ей есть какая-то от этого выгода, женщине свойственно постоянно говорить о себе. Любая её поддержка всегда начнется с «А вот я на твоем месте…» . Далеко не лучший способ поддержать конечно, но в её случае это немного забавно. Бэй Доу как мать, которая постоянно пытается подать пример, полагаясь исключительно на свой опыт. — Ну дак что? Почему решила приехать на день раньше? — начал разговор Кадзуха. — Удочку раньше доделали, вот и поехала её сразу же забирать. — Погоди, ты купила удочку на заказ? Ты раньше не упоминала об этом. — Ага! Ты бы её видел! Теперь сразу видно, что моя! Кажется женщина прям светилась от счастья. Оставалось только надеяться, чтобы срок службы был не две недели. К этому времени официантка уже вернулась, чтобы принять заказ. Мясо «Тяньшу», жаренная лапша с рыбой, мясные рулетки с мятой и разливное светлое пиво — интерсный набор, Бэй Доу не перестаёт удивлять вместимостью своего желудка. — Не много ли тебе? — с ухмылкой спросил парень, услышав то, на сколько мясных блюд решилась раскошелиться его спасительница. — Ха-ха, мне в самый раз, а вот ты чего-то совсем хиленький, уверен что не хочешь заказать чего побольше? Ту же жареную лапшу с рыбой например? — Нет, спасибо, я не на столько голодный. — Хорошо тебе, это я с самого утра почти не ела. Эх, желудок уже просит о пощаде, — женщина опрокинула руку на спинку мягкого дивана. — Ну что, как учёба? — Ну хорошо так-то. — Кадзуха задумался, вспоминая всё что прошло за неделю. — Как-то неуверенно звучит, выкладывай абсолютно всё, мне интересно. — Бэй Доу поставила локти на стол, положив подбородок на сложенные вместе руки. Набрав воздуха в грудь, Каэдэхара постарался рассказать обо всех своих впечатлениях, включая преподавателей, какие скучные, какие просто странные; необычном общежитии, посплетничать обо всех одногруппниках, заодно посмеяться с того как Итэру посчастливилось стать заместителем старосты. К тому моменту, заказы уже аппетитно стояли на столе, ждущие своей участи. — А и ещё… — Кадзуха замялся, бегая глазами по столу. — Я встретил Куникудзуси. Бедная женщина, которая в это время отпивала глоток от желанного пива, чуть не подавилась от такой неожиданной информации. — Погоди… Это тот, о котором я думаю? Ты уверен, что это он? — Бэй Доу потянулась за салфеткой, чтобы вытереть обрызганный алкоголем рот. — Да, уверен. Но похоже он не хочет со мной разговаривать. Женщина замолчала в раздумьях, постукивая ногтем об стол. — Ты прям точно уверен, что это именно он? — Я же сказал, да, я в этом не сомневаюсь. Такой же… — взгляд тут же приобрёл опечаленный вид. На деле Кадзуха довольно сильно скучал по Куникудзуси, иногда перед сном представляя то, как если бы на родную деревню не напали и все бы остались живы. Закончили бы вместе школу, поступили бы в один вуз в центре Инадзумы, да даже если не в один, сильно многого это не изменило бы. А с мамой бы продолжили бесконечные практики в готовке, или на каникулах выбирались бы в поход в глубь страны. После таких мыслей вновь хочется зарыть голову в подушку и тихо плакать. После встречи с ним спустя столь долгое время, появилась мимолётная надежда на то, что можно куда-нибудь далеко убежать и жить так будто всей этой трагедии не было, сидеть вместе где-нибудь на берегу моря и наслаждаться тихими волнами. Но как бы не так. Последняя их встреча заставила парня всё-таки разбить все его надежды и мечтания. Пусть Каэдэхара уже не тот травмированный ребёнок, который станет без остановки рыдать при любом упоминании хотя бы простой Инадзумы, но в связи с последними событиями сдерживать порывы эмоций становится всё сложнее, как бы уверен в себе он не был. На глазах потихоньку уже выделялась влага, которую не шибко хотелось, показывать на людях. — Извините, к сожалению у нас нет мяса «Таньшу». Закажете что-нибудь другое? — Что?! В смысле?! Как-так то?! — женщина подскочила на месте, не аккуратно размахивая руками. — У нас к сожалению на данный момент отсутствуют некоторые ингредиенты, без которых мясо не получится приготовить, приносим свои извинения. Вы можете поменять заказ. — было видно как девушка испугалась реакции Бэй Доу, но из-о всех сил старалась сохранять профессионализм. — Тц, нет спасибо, мясных рулеток и лапши хватит. — женщина огорчённо отвернулась от официантки, приложив руку к щеке. — Хорошо, тогда ожидайте заказ в ближайшее время. — девушка удалилась от столика. — Вот уж надо же невезение, — прорычала женщина, — Я весь день мечтала о мясе «Тяньшу», чтобы его в итоге просто не оказалось?! — Бэй Доу скатилась немного вниз и задрала голову вверх, издавая отчаянные звуки. После этого Бэй Доу довольно ловко перевела тему. Для Кадзухи это было неким облегчением, поговорить о чём-нибудь другом и привести себя в чувство. Вечер прошёл не заметно, за окном уже была темень. А Бэй Доу налопалась вдоволь, что даже поднять её с мягонького дивана было ещё той задачей. — Давай, малой, бывай. Через недельку обязательно еще встретимся! — кричала женщина, отдаляясь задним ходом от Кадзухи, который в знак согласия лишь кивнул. Тёмная пелена уже давно покрыла собой весь город. Путь освещала лишь прибывающая луна и несколько фонарей вдоль дороги. Бэй Доу резко заворачивает за угол и идёт по подворотне, чтобы по итогу выйти неподалёку от задней стороны университета. Перейдя дорогу, женщина пошла вдоль здания. Она внимательно вглядывалась в окна, из которых некоторые всё ещё горели. Кто вообще всё ещё работает в такое время? Женщина внезапно остановилась, заметив фигуру всю в чёрном на крыше общежития рядом. В темноте заметить это было довольно трудно, но зоркий глаз Бэй Доу этого не мог упустить, и пусть только один.

***

Шестикратный прицел высматривал одно из горящих окон университета, поспевая за движущейся фигурой женщины. Тарталья уже было перезарядил установленную винтовку и уверенно приготовился к долгожданному нажатию на курок, как вдруг почувствовал что-то на затылке. — Эй, малыш, пушку отпусти и руки за голову тоже желательно. — голос Бэй Доу в данный момент мог вызвать грозу. Она уверенно держала ствол над рыжей головой. — Упс, ну и ну, вот уж не думал, что всё окажется не так просто. — с насмешкой произнес парень. — Советую поторопиться. — Ладно, ладно, сейчас. — Тарталья медленно поднялся с лежачего положения, подняв руки, отошёл на расстояние. — Лучше расскажи, что здесь делают Фатуи. — женщина четко направила прицел на голову. — Не думаю, что Цинсинь это обязательно знать. Рука, держащая пистолет резко напряглась, прижав палец сильнее к курку. Напряжение нарастало с каждой секундой тишины в таком положении. Лунный свет, освещающий город, что есть силы, медленно гас из-за наплывших прерывистых облаков. — Знаете, моя смерть никоим образом не улучшит наше положение, вы же не хотите разразить целую войну? Или хотите сказать, что сможете укрыть и эти события? А ведь знаете всё-таки у меня тоже есть семья, детей конечно пока нет ха-ха, но поймите близкие люди будут по мне очень горько тосковать, как же они без меня? — на лице красовалась ухмылка, смешанная с наигранной грустью. — Базарил бы поменьше, пацан. А теперь развернись. Тарталья медленно поворачивался, как вдруг резким, но ловким движением достает из кармана пистолет и мгновенно выстреливает, но промахивается, падая без сознания. Пуля чуть не задела плечо женщины, но всё обошлось лишь ощущением пролёта снаряда рядом с собой. — Вот чего я точно не предполагал, так то что мне когда-нибудь пригодятся твои уроки борьбы. — позади упавшего Тартальи показался Кадзуха, который ловким движением руки вырубил угрозу по затылку, но по тяжёлому дыханию можно понять, что у парня знатно поднялся адреналин. — Ха-Ха! Ай да молодца! Сразу видно мой пацан! — Бэй Доу аж засияла при его виде, подойдя к нему, обхватив за шею начала трепать макушку. — Лучше объясни, что здесь происходит. — парень посмотрел на валяющегося без сознания рыжего, которого трудно не узнать, а потом на винтовку направленную прямо на окно кабинета Мисс Нин Гуан. После оглушительного удара у него самого голова закружилась. — Хорошо, только давай этого в подворотню какую-нибудь кинем?

***

Уже привычная комната общежития и шумящий рядом чайник. Бэй Доу сидела на кровати, пока Кадзуха заваривал чай. Женщина нервно теребила пальцы и дёргала ногой. Позже парень передал чашку женщине и сам уселся на кровать напротив. — Ну что? У меня очень много вопросов. — Каэдэхара отпил глоток, серьёзно просматривая на Бэй Доу. — Задавай. — Хорошо. Первое — как ты оказалась на крыше? — Ну-у, мимо проходила. — взгляд парня описывал то, насколько тупо звучала эта фраза. — Серьёзно? Просто проходила мимо и решила вдруг забраться на крышу? Учитывая ещё то, что ты уходила совершенно в другую сторону. Повисло молчание, пока женщина отпивала глоток, осматриваясь по сторонам, явно тянув лишь время, не желая оправдываться и отвечать на вопрос. — Эх, ладно, допустим. Второе — откуда у тебя был пистолет? — Да так, там валялся. Нужно же было чем-то защищаться от этого дикого! Каэдэхара посмотрел на Бэй Доу с ещё большим недовольством. — Хорошо, а теперь ты можешь сказать, что-нибудь из правды? Ответа вновь не последовало. — Бэй Доу, я не понимаю… — Послушай, малой, не воспринимай эту ситуацию в серьёз или лучше просто забудь про неё. И да, держись от Куникудзуси и естественно от вот этого рыжего подальше, как видишь добра они не солят. — Да вы издеваетесь… Мне хоть кто-нибудь объяснит, что вообще происходит и чем Куникудзуси так опасен?! — Кадзуха, я не могу сказать… — Почему?! — парень к неожиданности для самого себя начал повышать голос. — Как я по твоему должен закрывать глаза на то, как мой одногруппник пытался пристрелить нашего куратора, так ещё и тебя чуть не убил?! Думаешь я смогу безразлично просто сидеть, когда я встретил дорого мне человека спустя кучу лет, который теперь ещё и шлёт меня куда подальше по хуй пойми какой причине?! Прошу, скажи мне хоть что-нибудь, если ты что-то знаешь! — Я не знаю... Кадзуху разрывало от наплыва эмоций, которые уже не хотели подаваться его власти. Каждая недосказанная фраза и блеклая ложь начинали злить и раздражать. Магическим образом чашка Бэй Доу уже была пуста, в отличии от Кадзухи, к которой он притронулся лишь раз. — Хорошо. Можешь идти. — парень опустил взгляд на полную чашку, рассматривая переливы света в ней, пока женщина шла к выходу. — Спокойной ночи. — постояв пару секунд перед дверью, она захлопнулась. Каэдэхара сидел неподвижно. Хотелось разбить эту чашку к чертям или ещё что-нибудь, но вместо этого, по щекам начали стекать слёзы, которые уже было невозможно остановить, а капли падали прямо в чай. Казалось, что вокруг всё обман и безысходность пожирала изнутри. Что делать дальше, стало не ясно. Всё намекало на то, что нужно оставить Скарамуччу в покое, но возможно ли это для него? Будто бы просто, как по щелчку пальца взять и забыть это легко. Осознание того, что теперь есть секреты не только у Скарамуччи, но и у Бэй Доу сильно закапывало ещё глубже в яму лжи и обмана. Кадзуха не понимал, что она могла скрывать и каковы должны быть для этого причины. В голову лезли лишь негативные мысли того, что возможно его уже долгое время обманывают, а он доверяет каждому попавшемуся. Сил уже никаких не было, оставалось лишь завернуться в одеяло, отложив подостывший чай, и вновь реветь до отключки.