Good Kiss

      Поцелуй.       Одно только слово возбуждает Дэнджи, но в то же время оно пробуждает воспоминания о прошлой травме. У него мурашки по коже, когда он вспоминает свой первый поцелуй. Потом второй. А потом и третий.       Все они были дерьмом.       Они не были похожи на то, что описывалось в его манге.       Конечно, он почувствовал какую-то небольшую искру. Но она была быстро погашена.       Первый поцелуй Дэнджи, наверное, самый запоминающийся. Это как потерять девственность, но губами. Правда минус это то, что его рот использовали как тазик, чтобы проблеваться — отвратительно.       Его следующий поцелуй, конечно же, прошел не лучше. Кажется, ему всегда не везло с женщинами. Второй поцелуй произошел в течение того же дня. И с той же женщиной.       Бухая Химено обслюнявила лицо Дэнджи, как собака.       Поцелуй был слишком влажным.       Скользкий. Слишком склизкий. С большим количеством слюны.       Дэнджи это не очень понравилось. Еще хуже, что Химено почти ничего не помнила из того, что между ними произошло. Для нее это нормально. Но не для Дэнджи.       Он хотел бы забыть это, прямо как она.       Его третий поцелуй был немного лучше. До определённого момента.       Он разделил свой третий поцелуй с Резе. Их поцелуй, вероятно, был больше всего близок к настоящему поцелую, из всех, которые он получал, если, конечно, забудется та часть, где она откусила ему язык. Их поцелуй был совсем другим, его сердце сильно билось. Или может быть это было из-за фейерверка, но его поцелуй с Резе — нечто запоминающееся. За исключением откушенного языка.       Тем не менее, последствия их поцелуя были отвратительны. Кровь просачивалась ему в рот, избавляя от всего сладкого, и заменяя сладость вкусом меди. Он был очень удивлен тем, что у него получилось произнести фразу с откушенным наполовину языком.       Дэнджи вздрогнул.       Его язык покалывало от фантомной боли.       Блондин оторвался от своих мыслей, когда дверь со скрипом открылась. Дэнджи смог разглядеть фигуру Аки, немного прищурившись, чтобы привыкнуть к темноте. Аки, не заметив Дэнджи, пробрался на кухню. Он поворачивал ручку крана до тех пор, пока небольшая струя воды не наполнила его пустую чашку.       Дэнджи внимательно наблюдал за ним. Луна давала ему достаточно света, чтобы он мог увидеть лицо молодого человека.       Наконец, спустя какое-то время, Аки закрыл кран. Он поднял взгляд в знак подтверждения.       — Что делаешь? — спросил он.       Дэнджи пожал плечами. Он сам не знал, что делал.       Предавался воспоминаниям, может быть.        — Не мог уснуть? — Аки медленно подошел к нему. Чашка звякнула о полированный пол, когда Аки сел рядом с Дэнджи, повернув лицо к маленькому окну в их квартире.       — Наверное. — ответил Дэнджи.       Он вроде привык к этому. Дэнджи будет спать, когда его тело захочет спать, но сейчас оно этого не желало, и почему-то его разум переключился на другое. Девушки. Поцелуи.        — О чем ты думаешь? — Должно быть, у Дэнджи было задумчивое лицо, потому что Аки усмехнулся, отхлебнув воды из чашки, прежде чем продолжить:       — Тебе не обязательно мне говорить.       Дэнджи поменялся в лице.       — Я думал о своем первом поцелуе.       Аки напрягся, слегка морщась.       — Ах да, блевотный поцелуй.       — Я ненавижу его.       — Неудивительно, — ответил Аки с тихим смешком.        — Я не думаю, что кто-то будет с наслаждением вспоминать о поцелуе, особенно когда кого-то стошнило в его рот.       — Почему ты не остановил меня? —Дэнджи фыркнул.        — Потом она снова поцеловала меня.       Аки поднял бровь, показывая свою заинтересованность.       Дэнджи продолжил:       — Но это было ужасно. Так мокро и скользко. Она пускала слюни мне в рот.       Небольшая пауза.       Затем Аки засмеялся, звук был низким и мягким. Это жалкая попытка заглушить вырывающийся смех, чтобы не разбудить Пауэр. Дэнджи ценил его усилия, потому что ему не хотелось, чтобы Пауэр просыпалась и плакала, прося Дэнджи вернуться в постель.       Он еще не хотел спать.       И он предпочел бы не лежать в постели, уставившись в потолок. Луна в любом случае выглядит интереснее.        — Тебе понравился поцелуй? — спрашивает Аки, поворачивая голову и глядя на Дэнджи.       Ему понравилось?       Ему должно было понравиться.       Дэнджи поцеловал девушку. Двух девушек, если быть точным. Это была его цель. Его мечта.        Но это было ужасно. На самом деле, было слишком много слюны и слишком мало действий. И это не было похоже на то, что ему показывала манга о поцелуях. Через некоторое время Дэнджи наконец покачал головой, слегка надув губы.       — Нет. Это слишком напоминало то чувство, когда тебя облизывает собака.       — Ой. У тебя была собака?       — Да, бродяга. — ответил Дэнджи.       — Я уверен, что ты получишь поцелуй, который тебе в конце концов понравится.       — Я поцеловал кое-кого в третий раз, — начинает Дэнджи, плюхаясь на пол. Аки не пытается следовать за ним. Не показывает никаких признаков того, что последует за ним. Это, вероятно, самое интимное, что они когда-либо обсуждали.       — Девушку. Она тоже была очень хорошенькой.       — А как же Макима - сан?       — Она мне все еще нравится, — говорит Дэнджи.       — Но эта девушка заставила меня хотеть вернуться к ней.       Аки мычит, показывая, что он слушает. Дэнджи закрывает глаза, вспоминая губы Резе. Они были мягкими и красивыми и… все было хорошо. Их поцелуй был приятным, на пару секунд. А потом стал дерьмом. Должно быть, прошло какое-то время, прежде чем Дэнджи открыл глаза, уставившись в потолок, как будто это он был виноват в том, что его поцелуй с Резе сорвался.       — Она откусила мне язык.       Пауза.       За ней последовал фыркающий смех.       Дэнджи толкнул Аки ногой, старший легко схватил его за лодыжку одной рукой. Дэнджи издал тихий стон, когда Аки тащил младшего, его спина терлась о пол. Прежде чем он осознал происходящее, Аки успел перетащить его себе на колени, поставив ноги блондина по обе стороны от своей талии. По сути, заставив Дэнджи оседлать себя.       — Что? — Дэнджи смотрит на старшего парня, совершенно не беспокоясь об их положении. Должно быть, на него распространилось безразличие Аки.       — Тебе не понравилось это? — спрашивает Аки, постукивая пальцами по нижней части спины Денджи.       Это действие заставило Дэнджи вздрогнуть, он даже не знал, что чувствителен там. Он немного извивается, переворачиваясь на коленях Аки. Он оглянулся через плечо, и сильно ударил Аки по руке. Старший довольствовался тем, что держит Дэнджи за талию.       — Да. Ну, нет… но это было нехорошо.       — Хочешь узнать, как ощущается хороший поцелуй? — рассеянно спрашивает Аки.       Он спрашивает так небрежно, что Дэнджи требуется больше времени, чем обычно, чтобы обработать его слова. Его собственные щеки вспыхнули от этого предложения, но выражение лица Аки не изменилось. Он продолжает наблюдать за ним. Губы Дэнджи перекосились, лицо скривилось в отвратительную гримасу, которая должна была показать, как сильно ему не нравится эта идея.       — Фу. Нет. Зачем мне целовать парня? Я люблю девушек. Бубсы.       — Я не говорил, что это должно быть с мужчиной , — возражает Аки. Лицо Дэнджи стало красным, наполовину смущенным и раздраженным.       — Если ты этого не хочешь. И у мужчин тоже есть сиськи.       — Нет... не знаю, — огрызается Дэнджи, уголки его губ приподнимаются. Аки тупой в конце концов.       — Тебе следует вернуться в школу, если ты думаешь, что у них есть сиськи.       — Да, есть, — отвечает Аки, беря Дэнджи за грудь.        — Смотри, прямо здесь.       — Это не сиськи.       Аки не отвечает, вместо этого он начинает ощупывать их, белая рубашка сделана из тонкого материала, так что она не особо защищает. Дэнджи вздрагивает, откидываясь назад, чтобы уйти от прикосновений рук Аки, но старший настойчив и начинает щипать Дэнджи за грудь.       — Хорошо, я понял! — Дэнджи вскрикивает, отбрасывая руки Аки. Он скрестил руки, защищая свою грудь.        — У мужчин есть сиськи. Так что ты имел в виду?       — Твои поцелуи с девушками не приносили тебе удовольствия. Хочешь, чтобы тебе было хорошо?       Дэнджи морщится, закатывая глаза.       — Конечно. Так сказано в манге. Поцелуи должны приносить удовольствие.       — Должен ли я научить тебя, как сделать так, чтобы тебе было хорошо? — спрашивает Аки.       На этот раз старший поднес руку к уху Дэнджи, он играл с его мочкой. Дэнджи снова закатил глаза из-за тупого Аки и его неспособности держать руки при себе. Должно быть, это результат использования меча.       — Как?       — Вот так.       Дэнджи не был готов к тому, что Аки наклонится и поцелует его, захватив его нижнюю губу. Губы Аки не такие, как у других девушек. Они тоньше. Не такие мягкие. И это ощущается так неправильно, поэтому Дэнджи нужно оттолкнуть его.       Но он этого не делает.       Поцелуй не похож на другие, с языком и всем остальным. Аки просто плотно прижимается своими губами к губам Дэнджи. На таком расстоянии он может разглядеть лицо Аки. Его кожа безупречна. Он невероятно приятно пахнет. Одна его бровь кажется короче другой и...       ...Дэнджи вздрагивает, когда прохладная рука касается его щеки. Начинает тереть ухо.       И вроде, он хорошо себя чувствует.       Он разочарованно вздыхает, когда Аки отстраняется, уголки его губ изгибаются в улыбке.       — Закрой глаза, Дэнджи.       — Зачем?       — Выглядишь странно, когда они у тебя открыты. — отвечает Аки.       Темноволосый парень нежно трет нижнюю губу Дэнджи. Этот поступок заставляет Денджи высунуть язык, чтобы убрать палец. Аки приподнимает лицо Дэнджи вверх, притягивая его ближе. Дэнджи чувствует запах мяты, исходящий от старшего.       — Закрой глаза. Открой рот, когда я буду облизывать твою нижнюю губу. И наслаждайся этим.       Слишком много требований, думает Дэнджи.       Но он не против, когда Аки целует его во второй раз, встречая старшего на полпути. На этот раз их губы красиво соединились. Тем не менее, это не так мягко, как с девушками, но целовать Аки лучше. Определенно лучше. Внезапная влажность на его нижней губе, вероятно, свидетельствует о том, что Аки хочет, чтобы Дэнджи открыл рот.       Дэнджи не уверен, что хочет.       Целоваться с мужчиной — это уже что-то из ряда вон.       Но целоваться, используя свой язык с мужчиной? Дэнджи не мог опуститься ниже этого. Что скажет Макима?       Ощущение жжения в груди вынуждает Дэнджи громко вздохнуть, звук быстро проглатывается Аки. Это не так грязно и странно, как думал Дэнджи.       Но определенно есть поразительная разница.        Язык Аки толстый. Длинный. Намного больше, чем у Резе. Гораздо грубее, чем у Химено.       Он настолько большой, что Дэнджи не знает, куда положить свой язык, он даже не уверен, есть ли место во рту, чтобы вместить язык и его, и Аки.       Тем не менее, каким-то образом язык Аки проскальзывает внутрь.       Так сильно заполняет рот Дэнджи.       Блокирует все дыхательные пути, из-за чего разум Дэнджи начинает затуманиваться. Его глаза слегка приоткрылись, но его видение Аки — не более чем нечеткая версия. Слюна стекает по уголку рта Дэнджи, чавканье звучит противно, но в то же время эротично. Кровь приливает прямо к паху Дэнджи, делая его штаны тугими, а ощущения болезненными.       Дэнджи хватается за рубашку Аки.       Пытается повернуть голову, чтобы прервать поцелуй, но рука за головой не дает ему убежать.       — А - Аки! — Ему удается глотнуть воздуха во время грубого поцелуя.       Он наполовину уверен, что, должно быть, прикусил язык Аки. Но старший не показывает боли. Рубашка Денджи становится влажной от смеси его слюны и слюны Аки. Это заставляет мокрую рубашку прилепать к его груди.       Этот поцелуй нечто.       Он не отвратителен, как его первый поцелуй с Химено. Он также, не такой скользкий и грязный, как его второй поцелуй с Химено. Он определенно не такой болезненный, как его поцелуй с Резе.        Это странная смесь неприятного и болезненного в хорошем смысле.       Поцелуй заставляет его чувствовать себя единым целым с Аки.       Как будто они оба устраивают хаос, хотя ясно как день, что толстый язык Аки виноват в этом хаосе.       Чем больше Денджи не может дышать, тем более заманчивой становится идея откусить Аки язык.       Когда становится понятно, что он вот-вот потеряет сознание, Аки отстраняется. Нить слюны тянется между их губами. Это должно вызвать у него отвращение, но вместо этого его член твердеет. То как Аки реагирует на это, не успокаивает Дэнджи. Будь он проклят, его взлохмаченные волосы, глупые глаза и эта проклятая ухмылка.       Дэнджи задается вопросом, выглядит ли он также. Или лучше. Возможно, хуже. Словно мертвец, который умер от удушья.       — Как тебе ощущения? — спрашивает Аки, проводя пальцем по губе Дэнджи.       Дыхание Дэнджи становится затруднённым. Он пытается вернуться в реальность. Было чувство, будто он сражался с сотней демонов.       — Э… это было… что-то.       — Что-то? — повторяет Аки, наклонив голову. Его черные волосы наклоняются в ту же сторону, обычного высокого хвостика нигде не видно.        — Что-то хорошее или что-то плохое?       Он не уверен, хорошо это или плохо.       Это его первый поцелуй с парнем. Именно такого поцелуя Дэнджи хотел с девушкой. Вместо этого он получил его от парня. От Аки, черт возьми.       Аки какое-то время смотрит на него, прежде чем сбросить с колен. Дэнджи с ворчанием плюхается на пол, садится и смотрит на старшего.        — Это было грубо!       — Как скажешь. — отвечает Аки, ставя чашку в раковину.       Дэнджи внимательно смотрит на него, нахмурившись. Говорит только тогда, когда рука Аки зависает над дверной ручкой.       — Слушай...       — Что?       — Можем ли мы сделать это когда-нибудь снова? — спрашивает Дэнджи, его щеки горят.       Ему не нравилось просить, если только он не просил что-то от женщин. Но хотеть этого снова, довольно странно.       — Возможно. — отвечает Аки, закрывая за собой дверь.       Дэнджи снова плюхается на пол, уставившись в потолок. Это не совсем отказ. И ему это нравится. Аки приятный на вкус. Как мята. Вроде… вроде… вроде… все хорошо.       — Почита, это поцелуй. — говорит Дэнджи, свернувшись в клубок. Его собственная грудь гудит от волнения.