Red light

Противная трель будильника вырвала Пита из уютных и крепких объятий сна. Вставать жутко не хотелось, но если он не встанет сейчас, то не успеет собраться вовремя. А он еще и обещал зайти за Поршем в бар. Тот подменял другого парня, тоже студента, у которого встреча со старшекурсниками гораздо раньше, и он должен был выйти на смену как раз тогда, когда Поршу нужно было уходить. С кряхтением и мычанием, вслух высказывая все, что он думает о всяких университетских собраниях и посвящениях, Пит добрался до ванной комнаты. Она, как и их с Поршем арендованная на двоих двухкомнатная квартира, была небольшой, но очень уютной. Вся квартира была в спокойных светлых оттенках, чем нравилась и Питу, и Поршу. У каждого было свое личное пространство в виде отдельных спальных комнат и общие в виде ванной, кухни и маленькой гостевой комнаты, вмещающей в себя лишь маленький диванчик, телевизор, который вечерами иногда смотрел Порш, и пару шкафчиков для одежды. В основном одежды Пита, потому что Порш одевался проще и незамысловатее, да и лишних денег на это у него особо не было. Благо, Пит любил носить свободные вещи, утягивая их при необходимости уже на себе, поэтому Поршу позволялось надевать также и вещи друга. Пит умылся, привел себя в порядок и отправился уплетать завтрак, заботливо оставленный Поршем. Пит не знал, как долго они задержатся в университете, поэтому подкрепиться было бы не лишним. Затем Пит замер у шкафа: вчера он так и не решил, что наденет, поэтому решил действовать экспромтом. Обычно так получалось лучше всего. В первый день существовал строгий дресс-код — обязательно требовалась белая рубашка и черные брюки. Пит хмыкнул и вытащил простую белую рубашку, сидевшую на нем довольно свободно, и надел, свободно закатав рукава, открывая запястья. На левую руку надел часы, на правую пару витых тонких браслетов и колец. Простые черные брюки с высокой талией также были чуть свободными, но эффектно подчеркивали талию и бедра. Пит оглядел себя. Симпатично, но слишком скучно. Он стал перебирать вещи в шкафу, пока не наткнулся на кожаную жилетку. Хотя это была скорее только ее половина, вторую ее часть заменял черный ремешок, обхватывающий со спины и выходящий спереди под грудью, фиксируя полу жилет. В дополнение к ней от верхней пуговицы и за воротник зацепил тонкую серебряную цепочку, за шлейку брюк зацепил цепочку из металлических бусин и колец. Удовлетворённо оглядев себя, принялся укладывать волосы, открывая лицо. Недолго думая, дополнил образ серьгой-каффом в виде молнии на мочке уха. Чуть подвел черным карандашом глаза, делая их выразительнее. С правой стороны рубашку собрал за пояс, открывая цепочку на брюках. Надев блестящие черные ботинки и захватив чёрную сумку с длинным ремешком, двинулся в сторону бара. Выкурив по пути сигарету, Пит наконец пришел в бар, где пока было немноголюдно, так как было довольно рано, в дверях столкнувшись со сменщиком Порша. Порш, увидев друга, приветственно махнул и ушел в подсобку за своими вещами. Он заразительно улыбался, выходя к Питу в своих простых брюках и белой рубашке. Пит в очередной раз поразился красоте своего друга — даже в простых вещах тот всегда выглядел привлекательно. Хотя тут дело скорее в природной красоте Порша, спортивной фигуре и смуглом бронзовом оттенке кожи, эффектно контрастировавшем с белоснежной рубашкой. Порш оглядел друга с ног до головы, задорно присвистнув, на что Пит только смущенно хлопнул его по плечу и вышел на улицу. Они оба по счастливой случайности поступили в один университет, но на разные отделения. Порш хорошо разбирался в двух вещах — спорте и мотоциклах. Но, так как спортом, если он не профессиональный, много не заработаешь, выбор пал на инженерный факультет. Деньги Поршу требовались всегда, он оплачивал вместе с Питом их квартиру и помогал младшему брату, который остался жить на юге с дядей в небольшом островном поселении, откуда они переехали. Порш был для Пита самым близким человеком и единственным другом. Тот поддержал его, когда он потерял родителей и в 12 лет переехал к бабушке на другую часть острова, где в новой школе и познакомился с ним, имевшим похожую историю потери. Вот только Порш до гибели родителей в аварии жил в любящей семье, в отличие от Пита. Отец Пита довольно обеспеченный человек, имевший свою небольшую фирму, был одержим идеей сделать из Пита профессионального боксера. Едва он достиг минимального возраста, необходимого для принятия в секцию, был отдан туда. Было тяжело, изнурительные тренировки и давление со стороны отца, постепенно переросшие из словесных упреков в систематические избиения Пита. Мать то ли поддерживала отца, то ли слишком боялась возразить, поэтому никогда не вмешивалась в воспитательные процессы, поэтому синяки на теле маленького Пита не успевали сходить. Однажды он победил и окрыленный бежал с грамотой домой, но и после этого избиения не закончились. Уже будучи в сознательном возрасте, Пит узнал у бабушки, что его отец и сам когда-то пытался стать боксером, но у того ничего не получилось. Переехав к бабушке после смерти родителей, он сменил бокс на восточные единоборства, а в последствии увлекся еще и танцами. Да так увлекся, что переехал в столицу и с высшими вступительными баллами поступил на факультет искусств. Обсуждая очередную забавную историю из бара, они пришли к университету, где уже собиралась толпа. У входа располагались небольшие шатры с надписями, обозначавшие тот или иной факультет, и друзья разделились, договорившись встретиться у входа после окончания церемоний. Пит двинулся в сторону своего шатра, когда на него налетело нечто цветное и громкое. Пит рефлекторно сжал кулак в защитном жесте, когда наконец понял, что это его старший и чуть расслабился. — Ваа, какой симпатичный милашка — Пита подергали за щеки, и он смущенно улыбнулся. — Я Танкхун. Третий курс, факультет искусств, отделение дизайна. — Пит. Первокурсник, факультет искусств, отделение хореографии. Парень напротив надулся. — Ну вот, такой стильный, я уж думал. Эх, ладно. — Парень повеселел и закинул руку Питу на плечи. — Я в любом случае старший с твоего факультета, а отделение сегодня не столь важно, сегодня будет только обзорная экскурсия и концерт. Поэтому сегодня я буду твоим наставником. Кстати, как тебе? Парень покрутился, демонстрируя модернизированный пиджак, сшитый из тканей нескольких цветов. — Я сам сшил, классный, правда? Форма черно-белая и слишком скучная для меня. Пита взяли под руку и повели ближе к шатру. Он не успевал за ходом мысли старшего, поэтому просто плыл по течению. Танкхун уверенно лавировал между потоком людей, параллельно знакомя с кем-то, чьих лиц и имен Пит попросту не успевал запоминать. Наконец они достигли самого шатра, где сидел миловидный парень, приветливо улыбаясь. — Добрый день. Я Таван, глава студсовета факультета. Впишите свое имя, отделение и курс — вот здесь. — Перед Питом положили бланк и ручку. Он заполнил строчки. — Дальше укажите свои таланты, сильные стороны и то, чем вы увлекаетесь. Пит быстро вписал свои ранги в боксе и единоборствах, указал, что состоял в кавер-команде в школе. Таван кивнул, забирая бланк. — Добро пожаловать на наш факультет. Танкхун тут же потянул Пита в сторону, передразнивая слова Тавана. — В чем дело? — Пит недоуменно уставился на старшего. — Этот Таван редкостная сука, вот что. Мой тебе совет, старайся с ним не конфликтовать, а лучше вообще не пересекайся. Его папаша один крупный бизнесмен, поэтому в университете ему ректорат готов пятки лизать за его спонсорскую помощь. А он этим успешно пользуется, травя жизнь всем, кто ему не нравится. — Что, избивает в подворотнях? — хмыкнул Пит. — О нет, он действует исподтишка. Где-то сдвинет сроки сдачи преподавателю твоей курсовой работы, где-то договорится о том, чтобы тебе дали самое сложное задание или занизили оценку. Ну, и все в таком духе. Вроде бы и предъявить ему нечего, но крови подпить может знатно. Ладно, скоро начнется концерт, нам еще нужно дойти до актового зала и занять места. — Стой. Мне нужно покурить. Тут где-то можно? — Ой, фу, терпеть не могу сигаретный дым. Иди вон туда, обычно курят там — Танкхун махнул за угол здания, удобно скрытый от обзора полными рядами кустарника и деревьями. — Спасибо, я мигом. Пит быстрым шагом дошел до нужного места и прикурил, втягивая дым, когда услышал голоса где-то рядом. — Ну что, Вег, уже заприметил кого-нибудь из новеньких? — Когда бы я успел, я же только что пришел, вместе с тобой. — А, ну да. Я еще не до конца протрезвел, видимо, — хохотнул парень в ответ. — Ну ничего, впереди концерт, там и выберем кого-нибудь. В конце концов, если жертва не знает, что она жертва, так даже интереснее. Пит поморщился, понимая, к чему клонит незнакомец. Кому-то предстояло стать жертвой буллинга. Сам Пит прошел это в детстве из-за отца, поэтому к подобному относился резко негативно. В тот момент, когда Пит в очередной раз затянулся, те самые незнакомцы вышли из-за угла и уставились на Пита, переглянувшись. Пит стоял, прислонившись к стене спиной, согнутой ногой упираясь в стену позади и скрестив руки, заканчивал курить. Вышедшие парни были красивы, даже очень. И если бы не речи, что они мели только что, Пит может быть даже залюбовался. Но не в этот раз. В ответ на такое пристальное внимание к себе со стороны одного из них он лишь дернул бровью, выдохнул дым в последний раз и кинул бычок в урну. — Челюсть прикрой, слюна на рубашку капает. — бросил Пит и пошел туда, где его ждал Танкхун. Глаза оставленного им позади парня опасно потемнели. — А вот и первый кандидат.