Начнем с кофе

Взгляд Гэвина не даёт Коннору покоя. Они не друзья, им абсолютно нечего обсуждать и, Коннор абсолютно уверен, между ними нет ничего общего. Но иногда Коннор ловит на себе этот взгляд, и все его приоритетные команды и задачи отходят в фон, систему засыпает ворохом ошибок, а самому Коннору кажется, что ещё немного — и его просто закоротит. В последнее время Гэвин стал намного аккуратнее вести себя с Коннором. Нет, он не перестал быть резким и язвительным, но что-то изменилось. Коннор совершенно точно это знает, просто пока ещё не может понять до конца. Гэвин практически всегда рядом, но стоит Коннору сделать хоть микроскопическое движение в его сторону, как он тут же ощетинивается. Словно защищается. Только Коннор не понимает от кого и зачем. Гэвин вызывает интерес. Жгучее желание подойти и просто поговорить. Тем для разговоров у Коннора хоть отбавляй. Но на любую свою попытку получает лишь язвительный комментарий, фырканье или снисходительное «Чего тебе, жестянка?». А через некоторое время снова ловит на себе долгий и задумчивый взгляд Гэвина. Это иррационально, но в такие моменты Коннор чувствует тепло. Не повышение температуры компонентов, нет, совсем не это. Он чувствует, словно у него в груди разрастается что-то огромное и невероятное. И каждый раз он хмурится и запускает диагностику. Каждая попытка поймать этот взгляд никогда не заканчивается успешно. Гэвин только поджимает губы, щурится и дёргает недовольно плечом, когда понимает, что его заметили. И отворачивается, отвлекается на другие дела, усиленно делая вид, что вовсе не пялился на Коннора несколько минут назад. Это бесит. Настолько, что система Коннора дестабилизируется сама собой. Поднимается раздражение и злость, хочется что-то сделать, например, прижать Гэвина к стенке и выяснить, наконец, что все это значит. Но размышления совершенно невероятным образом сворачивают не туда, куда нужно. Коннор спохватывается на мысли о том, какая, наверное, приятная у Гэвина кожа на ощупь и какими мягкими, возможно, будут волосы под сенсорами на пальцах. Коннор растерянно смотрит на свои руки, пару раз на пробу сжимает и разжимает пальцы, но мысли никуда не исчезают. Как бороться с этим бестолковым занятием, Коннор понятия не имеет. Он на секунду зажмуривается, в тысячный раз запускает диагностику, а когда открывает глаза, снова натыкается на внимательный взгляд. Гэвин стоит у своего стола и не таясь смотрит в упор. Коннор вопросительно приподнимает бровь, и внезапно Гэвин криво улыбается и подмигивает. И вот теперь Коннора это действительно достало! Он хмурится, поджимает губы, решительно делает шаг вперёд, и… у Гэвина звонит телефон. Пара мгновений — и его уже нет в опенспейсе. Коннор снова остаётся один на один с непонятными ему эмоциями. К вечеру Коннор готов уже побиться головой о стену, лишь бы только реконструкции его с Гэвином взаимодействий перестали запускаться сами собой. Несостоявшийся разговор с Гэвином раздражает систему не хуже, чем невыполненная миссия, и, честно, от этого бесит ещё сильнее. Коннор вздыхает, перекатывает монетку по пальцам, подкидывает в воздух в попытке упорядочить эмоциональный хаос внутри и краем уха слышит голос Тины, которая просит кого-то не торчать слишком долго на улице, потому что нужно заполнить ещё один грёбаный отчёт. Коннор прекрасно знает, кому адресованы эти слова. Он молча встаёт со своего места и идёт к выходу. На улице уже стемнело, и на асфальте появились жёлтые островки света от фонарей. Там, куда фонари не достают, в полумраке мелькает огонек сигареты. Гэвин курит, прислонившись к стене департамента. Он явно погружен в свои мысли, потому что приближения Коннора совсем не замечает. Он еле заметно вздрагивает и роняет едва начавшую тлеть сигарету с неразборчивым «Блядь!», когда Коннор окликает его. Пару минут они молча смотрят друг на друга, а потом Коннор протягивает Гэвину стаканчик из кафетерия: — Может, начнем с кофе?