Без неё

Драко уже забыл как выглядит смерть. Он проживал спокойную жизнь после смерти смерти Лорда. Поначалу было сложно поверить, что этот кошмар закончился. Он просто сидел в дальнем крыле поместья, куда пожиратели никогда не совались, и пытался привыкнуть к тишине и спокойствию. Фамилия первое время вызывала только презрение, но все же он Малфой, один из некогда самых уважаемых родов Англии. Так что после года затворничества появились силы и желание что-то менять. Общество относилось к нему уже в разы спокойнее, начало было положено. Не смотря на все сложности и явное нежелание некогда друзей отца помочь, он вернул семейный бизнес. На это потребовалось почти шесть лет, бесконечное количество фальшивых улыбок, бессонных ночей и нервов, но благодаря фирменной хватке Малфоев все получилось. Конечно былого престижа уже не было, но его снова уважали. Настала спокойная жизнь, никаких больше смертей, постоянного страха за себя и мать. Наконец-то получилось начать новую жизнь. Но теперь он снова увидел смерть, вернее он был тем, кто стоял перед ней. Смерть — это бледная, бескровная кожа и синие губы; смерть — это дубовый гроб, с глянцевой поверхностью; смерть — это закрытые глаза, что уже никогда не откроются; смерть — это могильная плита с выгравированной надписью «Гермиона Джин Грейнджер «. Смерть — это его Гермиона, лежавшая в деревянной коробке, с бледной кожей, голубыми губами и навсегда потухшими глазами, что теперь спрятаны под землей. Она была в кроваво красном платье, что невероятно оттеняло ее бледное тело. Они выбрали самое отдаленное место, чтоб никто чужой не посмел нарушить ее покой. Ее вечный сон. Время остановилось, словно это он умер, а не она. Драко чувствовал, как его сердце больно стучит о грудную клетку, как будто с каждым ударом внутренности выжигают раскаленным ножом. Тело онемело настолько, что он давно перестал чувствовать морозный холод февраля. Он не знал сколько уже тут стоит после конца похорон, но вроде пару часов назад ушли Поттеры и Уизли. Он помнит ее. Слишком отчетливо. С розовыми пухлыми губами, кончики которых были приподняты в едва заметной, но такой искренней улыбке. Обращенной только к нему, в такие моменты он чувствовал себя особенным, остальной мир на несколько мгновений становился совсем не стоящим внимания. Ее кожа была светлая, с очаровательным румянцем на щеках, и с ямочками, которые появлялись только когда она искренне смеялась над очередной его шуткой, или кого-то из ее друзей. Как она забавно морщила нос, когда что-то не нравилось. Ее глаза, цвета молочного шоколада, казалось могли ослепить и влюбить в себя всех вокруг, окрасить всё в недостающие цвета, поделится своим теплом. Он помнит ее энергичной и неугомонной, иногда даже дикой, но всегда яркой, как и подобает истинным представителям ее факультета. Она притягивала всех к себе, заражая этим буйным огнем внутри, что всегда освещал и согревал, но обжигал тех, кто хотел навредить. Он помнит ее живой. Помнит ее мягкие манящие прикоснуться губы, поцелуи, что всегда сводили с ума. Помнит тепло ее тела, когда они соприкасались, бешеный стук своего сердца в эти моменты. Ее сладкий цветочный запах, хотя она почти не пользовалась духами. Он помнит чувство, когда они становились одним целым, ее возбужденный взгляд, наполненный любовью, что был важнее тысячи слов. Он помнит момент, когда наступало освобождение, это чувство экстаза, что омывало их, накрывая с головой, заставляя забыть обо всем, кроме друг друга. Он не мог узнать ее в том теле. Потому что, Гермиона Грейнджер не может быть ею. Она не может быть мертва. «Драко» Он слышал как она зовет его, голос уверенный и мягкий, смущенный, нежный или умоляющий. Она всегда звала его по имени особенным способом, так не мог никто. Только ее голос хотелось слушать часами. Сейчас он готов был на все, чтоб еще хоть раз его услышать. Ему хотелось придушить себя, как он мог это допустить. Как он мог не быть рядом, даже не иметь возможности спасти ее. Он всегда переживал за нее во время крупных операций, нетерпеливо ждал ее дома. Но однажды не дождался. Драко покинул кладбище только на рассвете. В их квартире было тихо, слишком тихо. Точнее теперь уже в его квартире. Эта квартира была чем-то особенным и памятным, хотя он никогда не считал себя сентиментальным. Драко остался там жить. Первым желанием было избавится от всех вещей, что хоть как-то напоминали о ней. Но он быстро понял, что это глупо и оставил все на своих местах. Ее любимые книги на полках, одежду в шкафах, немногочисленную косметику и украшения на туалетном столике. Он продолжал вставать каждый день ожидая запах свежесваренного кофе, который она так любила пить перед работой, всегда вставая раньше него. Он по привычке оставлял плед на кресле, где она читала по вечерам. Он продолжал готовить ее любимые блюда на двоих, покупать ее кофе. Он пытался привыкнуть к новому образу жизни, без разговоров после работы, свиданий по выходным, без ее поцелуев и присутствия. Драко все чаще стал оставаться допоздна на работе или встречах, не желая возвращаться в пустую квартиру. Ходил на всевозможные приемы и пытался себя хоть чем-то занять в свободное время. Получалось плохо. Эту пустоту невозможно заполнить. Он долго игнорировал это желание, ведь она бы этого не хотела, максимально загружал себя, но все же в один день не смог. На работе был чертовски удачный день, они подписали крупный контракт на ближайший год. Забини даже прыгал от счастья. И вот Драко возвращается домой в прекрасном настроении и с желанием поделится с любимой хорошими новостями, как обычно. Но ее больше нет. Он как будто все не мог осознать это. Настроение сходит на ноль и появляется желание выпить, вернее напиться до беспамятства. И сегодня он не будет его подавлять. Тихое "акцио", бутылка огневиски быстро оказывается в руках и стремительно пустеет. Он пьет прямо из горла, расположившись на полу в прихожей, даже не разуваясь. Приятное тепло быстро окутывает тело и он проваливается в сон. Яркий источник света ударил в глаза, заставляя поморщится и ощутить невероятную головную боль. Пару секунд потребовалось для осознания, в каком положении он находился. Драко все ещё полулежал в коридоре, облокотившись спиной о стену. Первые попытки подняться принесли очередную порцию головной боли, теперь уже смешанной с болью в спине. Поза для сна была не самой удобной. Драко скинул обувь и пальто прямо там, направившись на кухню в поисках антипохмельного зелья. Тишина была оглушающей, даже не смотря на головную боль. Полки были абсолютно пустыми, словно напоминая, что теперь он такой же. Уже без особой надежды найти что-либо Драко потянулся к самой верхней. Но там его ждала лишь упаковка кофе. Ее кофе…