let me die in your arms today/позволь мне умереть в твоих объятиях сегодня.

Таблетка действует не сразу, до неё приходится пройти собственные мысли и чувства. Бесит. Джонатан смотрит в потолок. Сегодняшний день был неудачным с начала до конца. Кто бы мог подумать, что Нэнси в кого-то влюблена.. Стив? Нет. Харрингтон может и хуёвый любовный интерес, но он хороший друг. Он не мог бы растоптать чувства Джонатана вот так.. Правда? Парень хочет в это верить. Но глубоко в душе Байерс чувствует обиду. Если честно больше всего сейчас хочется вскрыть вены к хуям. И Джонатан встаёт с кровати в неясном порыве. Он не знает как «правильно совершать суицид», но рука чисто машинально тянется к лезвию. Глупо, не правда ли? Очень. Но Джонатана не волнует. Он прислоняет лезвие к запястью, чувствуя холодное лезвие. Сначала коротко проводит по вене, чувствуя дискомфорт, а затем понимает, что не сделает этого. Потому что не может оставить Уилла и Стива одних. И эта глупая попытка ничего не значит. Ничего не изменит. Джонатан слаб. Кровь начинает сочиться из раны тонкой струёй, но Джонатан откладывает лезвие. Зажимает рукой рану. М-да замечательный вечер. Лезвие отправляется в шкаф. Что делать дальше парень не знает. От такого лёгкого пореза не умрёшь само собой.. Но.. Стоит ли замотать чем-нибудь рану? Тяжело вздыхает и тянется в тумбочку за бинтом. Пара ловких движений и порез скрывается из виду. Не в первые. Джонатан привык. Уснуть с таким количеством мыслей не просто, но в этом нет ничего невозможного. Конечно, засыпает Байерс только под утро, но поспать хотя бы два часа – уже неплохо. Хотя бы не сдох. Джонатану не снится ничего. Абсолютная пустота. Да и проснувшись, парню кажется что он не спал вовсе. Открывает глаза и видит перед собой потолок. Просто потолок. Ничего особенного, никаких сравнений, никаких описаний. Потому что для Джонатана это всё больше не имеет смысла. Ничего не важно теперь. Поднимается с кровати и идёт готовить завтрак. Не смотря на данное вчера обещание, даже не пытается говорить с Джойс. Просто готовит, ест и идёт в школу. Всё это полная хуйня. Всё это не играет значения. Что чувствует Уилл по этому поводу? Джонатана сейчас это не заботит. Да, конечно, он любит младшего брата и переживает о его чувствах, но сейчас.. Сейчас всё по-другому. Сейчас Джонатан другой. А Джойс? С ней Джонатан поговорит когда будет готов. Но не сейчас. Потому что сейчас всё, чего хочется Байерсу, это спать и избавиться от навязчивых мыслей. Школа.. Снова. Если честно, парень и сам не может объяснить свои чувства и эмоции, что тут уже говорить об их выражении. Именно по этой причине ведёт себя странно и глупо. По началу снуëт по кабинетам, словно приведение, не особо слушая учителей. Джонатан думает. Ему это нужно. Возможно всё не так плохо? Нет, правда. Кто виноват в том что он не нравится Нэнси? Виноватых нет. И Байерс может жить дальше. Может попытаться жить дальше. Точнее, нет. Обязательно справится. Это всего лишь глупая влюблённость. Не конец жизни. И Джонатан прощает. Прощает всех и вся, исключая конечно себя. Парень думает, что сможет справиться с этим. Он готов как никогда. Думает так, пока не наступает время обеда. Время обеда, когда Джонатан с новыми силами садится за стол к Робин и Эдди. Он даст этой жизни ещё шанс. Один единственный шанс. Она его не проебёт. Не должна. Мансон и Бакли мило болтают, Джонатан слушает их и улыбается. Как же повезло ему с друзьями. На лице появляется улыбка. Ровно до того момента, как Байерс, вслушиваясь в очередную фразу не слышит. «я и Нэнси.. Мы.. Я её поцеловала. И она была не против.» И тогда, блять, он готов убить всех. И себя. Сразу. Обида нарастает внутри. Потому что Джонатан слабый. Он херовый друг. Просто ужасный. Ревнивый, обидчивый и жутко эмоциональный. Он не заслуживает Робин и Эдди. Но терпеть больше не может. Потому что двух самых дорогих ему людей забрали. Просто забрали. Любовь такая штука. Несправедливая и жестокая. Бьющая прямо в сердце. Заставляющая бабочек в животе сгнить заживо. А затем ты чувствуешь как твоя кожа начинает слезать, А грудная клетка лопается. От любви. Возможно, не очень нормальной любви. Ненужной никому любви. Но Джонатан чувствует себя преданным. Поэтому встаёт из-за стола и уходит. Эдди и Робин только пялят в след. Они глупые. Они, должно быть, не понимают. Ничего не понимают. А Джонатана выедают изнутри эмоции. Он не плачет. Нет. Просто эмоции в нём погибают в один момент. Погибают, словно сгорают заживо. Холод берёт верх и вдруг Джонатан решается на один поступок. На самый ужасный поступок его жизни. Сейчас знают всего пара человек, но на следующее утро про отношения Робин и Нэнси будут знать все. Почему? Это ведь несправедливо? Кто даёт нам право решать что справедливо а что нет? Мы просто наблюдатели. Наблюдатели их печальной, но интересной жизни. Потому что это то чего мы заслужили. Настоящее шоу! Изначально Джонатан ничего не испытывает абсолютно. И это страшно. Потому что ни одна эмоция не пробивает разум. Словно Байерс и не живой вовсе. Весь этот день он просто словно призрак. Невидимый, никому не нужный и неинтересный. Им нужны только слухи, которые он распустил. Только сплетни. И всё это не волнует. Абсолютно не волнует. Весь день и дорогу домой Джонатану наплевать. Но потом всё меняется. Потому что, заходя домой, он видит Уилла. Видит младшего братика, грустного, словно в отчаянии, и готов разрыдаться. Отвращение за свой поступок поступает к сознанию. Насколько всё это противно. Слезы сами опускаются на щеки. Джонатан застывает на пороге, глядя на младшего брата. Сожаление проедает червями изнутри. Он просто подходит, опускается на корточки и плачет, уткнувшись в плечо. А Уилл не глупый в отличие от остальных. Он всё понимает. Поэтому прижимает Джонатана к себе и слушает. — мне так жаль.. Так жаль.. Я не хотел. Не хотел. Всё это глупо.. Мне так жаль.. Прости.. — Джонатан захлёбывается в слезах. — хэй, всё хорошо. Что бы не случилось, всё будет хорошо. — эти слова заставляют Джонатана ещё больше потерять. Надежду. С этого самого дня ничего не будет хорошо.