Я не голоден

Чимин радостно покружился возле зеркала, поддерживая висящие джинсы, которые совсем недавно плотно облегали его бёдра. На ремне придётся пробить ещё одну дырку. Весы показывают долгожданные минус четыре килограмма, а желудок сковывает привычное чувство лёгкости и невесомости. Пак ощущает крылья за спиной, мгновение – и он вспорхнёт в пушистые облака словно бабочка. Он не смог остановиться. Попросту не захотел. Неделя голодовки не принесла заветных результатов, но безусловно дала правильный старт. Чимин бездумно сжимал рукой хрупкие запястья, словно ребёнок радуясь выпирающей косточке. Он слишком многим пожертвовал и не собирается сдаваться на половине пройденного пути. Пак никогда не относил себя к ряду поехавших на похудении анорексичек, но сейчас, как никто другой понимал это опьяняющее чувство свободы от еды. Его великолепное тело. С точными координатами рёбер, изящными руками, словно прекрасные бутоны цветов. Как же он мечтает однажды увидеть кости. Чтобы ключицы выступали. Чтобы были вечно-холодные руки, чтобы бледная кожа. Ножки спички. И плоский-плоский животик. Без капельки жира. Он сможет. Он справится.

***

Тот день был пасмурным. На небе закружились свинцово-серые тучи, задавливая солнце своей тяжестью. Сверкнула молния, а через несколько секунд невдалеке пророкотал гром, подтверждая своим ворчанием, что вот-вот на землю обрушится ливень. Чимин суетливо перебирал ногами, стараясь не отставать от Юнги, что шёл чуть впереди. Они спешили поскорее спрятаться в ближайшей кофейне от неотвратимо надвигающегося дождя. Первые капли упали на землю, будучи мгновенно  и без следа поглощёнными пересохшей землёй. Но следом за ними уже летят другие, их становится всё больше, они сталкиваются боками, суетятся, теснятся и толкаются – каждая стремится поскорее, желательно самой первой упасть на разгорячённую летом поверхность земли, тротуаров и домов. Пак неотрывно смотрел на хаотичный танец капель воды, так отчётливо выделяющийся в тусклом свете фар проносящихся мимо машин, как вдруг его резко потянули в сторону, от чего он чуть не распластался на уже мокром асфальте. Мимо пронёсся велосипедист, попутно выкрикивая ругательства неосторожному парню. — Чимин-а, ты совсем не смотришь на дорогу, — показательно строгим тоном произнёс Шуга, крепче сжимая руку младшего. — Извини, Юнги-хён, я задумался, — поспешил оправдаться Пак, — Далеко ещё? Мы сейчас полностью промокнем. — Уже совсем рядом, — Шуга задумчиво покосился на руку Чимина, что до сих пор обхватывал пальцами, удивляясь насколько хрупкой она казалась на фоне его собственной, — У тебя очень тонкое запястье… — О, действительно? Спасибо, хён, — Пак смущённо опустил голову в попытке спрятать пунцовые щёки. Слова Мина вызвали неописуемую бурю восторга и радости. Парень не смог сдержать блаженную улыбку, мгновенно расплывшуюся по лицу. — Даже чрезмерно тонкое. Как у миниатюрной девушки. — Оно всегда было таким. — Всегда говоришь? Я не замечал этого раньше, — Юнги нежным касанием провёл от выпирающей косточки до мизинца младшего, вызывая у того стаю мурашек, — Неужели так замёрз? На улице очень душно, а твоя кожа ледяная. — Всё в порядке, хён. Мне не холодно.

***

— Хочешь попробовать? — Мин протягивает ложку с кусочком пирожного сидящему напротив Чимину. Тот кидает беглый взгляд на аппетитный крем, такой нежный на вкус, и судорожно сжимает чашку в руках. — Нет, спасибо, я не голоден. — Но ты же любишь этот десерт, — Шуга непонимающе смотрит на то, как нервно Пак стучит пальцами по столу, стараясь не встречаться с ним глазами, — И с каких пор ты пьёшь кофе? Ты же ненавидел его вкус. — Взгляды меняются со временем. Я был не прав, оно отлично бодрит, — парень делает ещё один глоток горячего напитка. А ещё оно отлично перебивает чувство голода. Юнги прав – Чимин ненавидит этот горький вкус, что обжигает горло, ненавидит этот тошнотворный запах, что забивает ноздри, но вливает его в себя литрами, чтобы на несколько часов отвлечься от болезненного трения стенок желудка внутри. Он думает только о преимуществах выполнения задачи, а не о трудностях, которые потребуются для её достижения. Ему несложно потерпеть. Пак допивает свой кофе, наспех обнимает Юнги и убегает на очередную тренировку, прямо под проливным дождём, не удосужившись даже прикрыться капюшоном. Мин смотрит ему вслед, нехотя ковыряясь ложкой в оставшемся пирожном. Он не любит есть сладкое. Чимин обожает эти пирожные. Или уже нет? «Взгляды меняются со временем». Юнги не может выбросить из головы тоненькое запястье. Такое хрупкое – сожми чуть сильнее и обязательно услышишь хруст. Неужели оно действительно всегда было таким?