Сойти с корабля

      Уён и Сонхва зашли в дом. Возле кровати сидел Минги. Ёсан уже принёс много питьевой воды. — Он ещё не просыпался? — Минги покачал головой, — Отлично. Сонхва, позови Ёсана. Сидите здесь, когда он проснётся, будете держать его. Минги, будешь поить его, а я пойду приготовлю кое-что. — Хорошо, — сказал Сонхва и сел напротив Минги. Уён ушёл. Вместо него пришёл Ёсан и сел на край кровати. — И долго нам так ждать? — спросил у него Сонхва. — Думаю, нет. Уён сказал, что он скоро проснётся. Минги, всё было спокойно? — Ага, — Минги был как никогда молчалив, но Сонхва не придал этому значения.       Через двадцать минут Уён вернулся с баночкой в руке. В баночке была жижа, выглядящая так, будто её уже кто-то пережевал, проглотил, не до конца переварил и выплюнул. Он налил пол стакана воды. — Когда он очнётся, дайте ему это, — Уён показал на стакан и баночку и направился к выходу. — Куда собрался? — окликнул его Сонхва. — Вы дальше и без меня справитесь. Я пойду посплю. — Нет, Уён, ты останешься здесь, — твёрдо сказал Сонхва. — Но я тааак устал. — Уён! — Ладно, ладно, — Уён подошёл к столу и облокотился о него, — не понимаю, в чём смысл, держать меня здесь, — он начал бубнить себе под нос, — Сами что ли не сможете справиться? Зачем меня отвлекают от сна? И вообще… — Уён! Помолчи, пожалуйста, — Сонхва немного прикрикнул.       Уён замолчал, и в тишине стало слышно тихое мычание. Все сразу перевели взгляды на больного. Он жмурил глаза и мотал головой. — Сонхва, посади его и держи за руки. Ёсан, держи ноги. Минги, держи, — Уён передал Минги стакан с водой.       Все исполнили поручения Уёна, и уже в сидячем положении парень поднял слабые веки. Перед его взором престал Уён, он говорил что-то, но парень смог разобрать только последнее «пей». К губам Юнхо поднесли стакан со спасительной водой. Когда он в последний раз пил? Парень, довавший указания отошёл. Перед Юнхо снова появилось знакомое лицо парня, который его нёс. Юнхо с жадностью глотал воду, но у него быстро отняли стакан. Ему хотелось ещё. Он заметил, что его держали за руки и ноги. Зачем? Что с ним хотят сделать? Губ коснулась приятная прохлада стекла, и Юнхо сделал жадный глоток, но это не была вода. От этого вкуса Юнхо сразу начало тошнить. Он был уверен, что в тот момент его поили помоями. Юнхо попытался остановить руку, которая держала стакан, но его самого держали за руки. Он хотел вырваться, но его держали за ноги. Он попытался не глотать этот продукт из отходов жизнедеятельности, и вязкая жидкость потекла по его подбородку. Тогда его схватили за голову и наклонили её. — Минги, лей так, — прозвучал уставший голос парня, который раньше раздовал указания, а теперь держал Юнхо за голову. — Я не могу, — ответил низкий голос, предположительно того парня, который нёс Юнхо. — Не волнуйся, ему же будет лучше. Давай быстрее.       Губ Юнхо снова коснулся стакан. В него насильно влили этот отвратительный напиток. Юнхо думал, что пытка закончилась, но этот стакан лишь заменили другим. Он уже был готов к чему-то более мерзкому, но к его счастью в стакане оказалась простая вода. Он жадно впился в стакан, пытаясь скрыть мерзкое послевкусие, и наконец, утолить жажду, но уже через пару глотков спасительная вода исчезла. Он не мог поверить, что его только дразнили. Всё тело начало тяжелеть. Юнхо упал без сил. Его конечности освободили из плена, от сильной хватки они немного болели. Юнхо было плохо. Слабость опять начала брать своё и Юнхо снова потерял сознание. — Обязательно было насильно его поить? — спросил довольного Уёна Минги. — Конечно. У нас нет времени объяснять, почему ему необходимо выпить эту мерзость, — ответил Уён, посмотрев на банку с его «зельем» и скривившись в отвращении. — Что это вообще такое? — Ему лучше пока не есть, поэтому я перемешал то, что мы обычно едим на обед, — Уён лучезарно улыбнулся. — И это поможет? — Не знаю, увидем через пару дней.       Сонхва закрыл лицо рукой. — Ну ты чего? Через пару дней будем давать ему суп. Сонхва тяжело вздохнул. — Сколько нам ещё придётся насильно его поить? — спросил Ёсан. — Пока он не перестанет падать в обморок. Можете пойти отдохнуть. Оставьте кого-нибудь, чтобы следил за ним. Если что, зовите, — Уён направился к выходу. — Куда собрался? Иди помоги нам его переодеть, — сказал Сонхва. — Ну мамочка! — Не называй меня так, — Сонхва задумался, — мы решли, кто будет за ним следить. — Ну и отлично, можно я пойду? — Нет. За ним будешь следить ты, — отрезал Сонхва. — Почему я? — Потому что. — Но Сонхва! — Я с ним посижу, — сказал Минги. Все тут же посмотрели на него. — Спасибо! Спаситель! — Уён накинулся на друга. — Уён, будь потише, — попросил Ёсан. — Да, да, конечно, — шёпотом сказал Уён, наконец открыл дверь и ушёл.       Сонхва, Ёсан и Минги переодели больного. Всё его тело было покрыто мелкими шрамами, и Минги было сложно на это смотреть. Первые двое ушли, и опять оставили Минги наедине с этим парнем.       Минги хотел заботиться о нём, хотел посвятить ему всего себя, ведь он был единственным человеком, которого они спасли с того ужасного корабля. И, раз уж так случилось, он должен был быть полностью здоровым и счастливым. Для Минги он стал заменой сотни, и вся забота с них перешла ему одному.