Попали в параллельный мир...

Кира проснулась, что на удивление всех нормальных людей, её не обрадовало. Она села на кровать и устало протёрла глаза. Причесавшись, она пошла в ту комнату, где находилась ванная. Да, они смогли сделать такие механизмы. Девушка опёрлась руками о раковину и опустила голову, а отражение зеркала повторило её движения. -какая же я жалкая... Не мне нужна помощь, а я её оказать не в силах... Да что от меня толку? Да, какая-то там девка с кличкой "Холодный художник", да, убивает как киллеры высшего уровня. Но что от меня толку? Я нихера не могу помочь себе, о остальных мне и думать нельзя. Но, значит, забываю свою боль и иду помогать остальным. Нам всем стоит отвлечься. Да, не люблю я алкоголь, но сегодня без него не обойдётся. Пх... Но, это лучше чем ничего. Ладно. План построен. Алгоритм плана. А теперь взяла себя в руки и пошла осуществлять.- Кира не справляясь со своими собственными эмоциями ударила по зеркалу, от её удара всё зеркало пошло трещинами и посыпалось. Лицо девушки не выражало никаких эмоций.

У Сани и Мари.

Саня проснулся, на удивление, раньше Мари. Осторожно встав, он протёр заплаканные глаза. Они не в курсе. Ни Саня, ни Мари не знают о том, что они никогда больше не увидят тех, кого любят. Парень быстро переоделся, а Энтити всё это время в инвизе наблюдал. Мари проснулась чуть позже. Девушка ушла к себе, а парень остался один в комнате. Энтити же реально приревновал его к сестре, ну и к Тому само собой. Саня же взял в руки горсть каких-то таблеток, а рядом стакан воды. -это настольная игра–монополия... В ней чередуются добро и насилие.- парень после этих слов начал выпивать эти лекарства. Всё это было успокоительным. Энтити же став видимым, остановил руку парня. Саня непонимающе посмотрел на алоглазого. -ну и что ты этим хочешь добиться?..- спросил Энтити. -ну не сдохну же я. Не вином запиваю.- твёрдо ответил Саня. -ты всё ещё не понял?..- задал вопрос алоглазый. Ему ответили красиво, смотря в глаза. - "Мы любим тех, кто нас не любит Мы губим тех, кто в нас влюблён. Мы ненавидим, но целуем Мы не стремимся, но живём. Мы позволяем, не желая Мы проклинаем, но берём, Мы говорим и забываем, о том, Что любим–вечно лжём. Мы безгранично созерцаем, На искры глаз не отвечаем Мы грубо чувствами играем И не жалеем ни о чём. Мечтаем быть с любимым рядом Но забываем лишь о том, Что любим тех, кто нас не любит Что губим тех, кто в нас влюблен.", стих Александра Сергеевича Пушкина. Вот именно это я тебе и могу сказать.- парень уже попытался вырваться руку, но её лишь сильнее сжали. -тогда... Я добьюсь тебя!- Энтити сказал это решительно. Но вот, удар по лицу свободной рукой творит чудеса–Саея ушёл из комнаты. Но и тут ему не везёт, а именно не везёт встретить Киру. -Сань.. Ты только это.. Мх... Короче.. Их.. С-стёрли..- было видно–девушка не хочет этого говорить. Парень же смотрел на Киру, внутри пустота. Ещё чуть-чуть, и он заплачет. Но он сдерживается. Спустя пятисекундное молчание, парень собрался с духом. -я.. Понял. Я тебя понял. Мари знает?..- спросил Саня, ведь состояние сестры его и в правду волнует. -да..- ответ Киры был правдой. Мари уже сидела у озера и просто тихо плакала. Когда все успокоились, ребята не сговариваясь предложили одну и ту же идею. И это был план Киры. -пришло время распрощаться с запасами вина.- сказав это, в руках парня появилась бутылка с названным алкоголем. Ребята пили. Мифы же лишь наблюдали. Ну, дошёл черёд и до песен. Они забылось в алкоголе, хотя Кира и не пила. Ей повезло. Но именно она играет. -а давай ту.. Голубую ночь?..- спросил почти трезвый Люк. Девушка лишь молча кивнула. -В трюмах кораллы, жемчуг, Тонет пиратский бриг. Судно ведет с похмелья Сам капитан старик. Ночь голубая–тайна, Сколько на небе звезд! Сколько в начале мая-ая Пролито горьких слез. Тонет пиратское судно, Некому им помочь. А на востоке тает Та голубая ночь. Ночь голубая–тайна, Сколько на небе звезд! Сколько в начале мая-ая Пролито горьких слез. Ночь голубая–тайна, Сколько на небе звезд! Сколько в начале мая-ая Пролито горьких слез. Море, отдай мне сына, Море, отдай мне дочь! Больше они не увидят Ту голубую ночь. Ночь голубая–тайна, Сколько на небе звезд! Сколько в начале мая-ая Пролито горьких слез. Ночь голубая–тайна, Сколько на небе звезд! Сколько в начале мая-ая Пролито горьких слез.- под музыку Киры, явно не трезвые ребята пели, а мифы лишь были наблюдателями. Кира глянула на Саню. -Наутилус... Крылья...- еле как от опьянения произнёс парень. -хорошо.- Кира начала играть на гитаре, подбирая свои аккорды. -Ты снимаешь вечернее платье, стоя лицом к стене И я вижу свежие шрамы на гладкой как бархат спине Мне хочется плакать от боли или забыться во сне Где твои крылья, которые так нравились мне? Где твои крылья, которые нравились мне? Где твои крылья, которые нравились мне? Когда-то у нас было время - теперь у нас есть дела Доказывать, что сильный жрёт слабых Доказывать, что сажа бела Мы всё потеряли что-то на этой безумной войне Кстати, где твои крылья, которые нравились мне? Где твои крылья, которые нравились мне? Где твои крылья, которые нравились мне? Я не спрашиваю, сколько у тебя денег Не спрашиваю, сколько мужей Я вижу, ты боишься открытых окон И верхних этажей И если завтра начнётся пожар, и всё здание будет в огне Мы погибнем без этих крыльев, которые нравились мне Где твои крылья, которые нравились мне? Где твои крылья, которые нравились мне?- всё та же компания пела, а пели они красиво. Воид, наблюдая за Мари, просто не мог понять, как в ней совмещаются слёзы, смех, счастье и горе, ведь на вид она хрупкая. В то же время компания определилась со следующей песней. -Его глаза холодны, они глядят сквозь стекло. И будто мера длины, по пальцам время стекло. Слабеют все голоса, и в мышцах плещется боль, Когда в ночных небесах летит Воздушный король. Где королевство его, не помнит даже он сам. Он не от мира сего, он верит песням и снам. Он рубит корни у скал, он пляшет в топях болот. Он тот, кто жил и устал. Он убывающий год. Его проклятие–день, его спасение – ночь. Дорожный плащ–его тень. Он до бесед не охоч. В том уголке, где темнее, в несоблюдении доль, В нагромождении камней живет Воздушный король. Его походка быстра, его движенья просты. Он укрощает ветра, он ловит их за хвосты. Считает он в темноте осколки лунных монет, И дарит их пустоте, последней тысяче лет. И не спасёт от него мерцанье тусклое свеч. Он завершенье всего, и он соткёт твою речь Из трепетанья ресниц и сопряжения воль. И душу лапками птиц возьмет Воздушный король. Ты не умел одного–сражаться и проклинать. И ты забудешь его, но он вернется опять. Нальет столетний коньяк, разгонит в снах вороньё, Возьмет в уплату пустяк: лишь вырвет сердце твоё. Ты не умел одного–сражаться и проклинать. И ты забудешь его, но он вернется опять. Нальет столетний коньяк, разгонит в снах вороньё, Возьмет в уплату пустяк: лишь вырвет сердце твоё.- снова послышался голоса компании. -Кир... А расскажи-ка ту историю.. Про плачущую..- попросила Мари. -Как-то давно на земле жила девушка. Первая красавица на селе. Да только вот никому из села она не досталась. Любила свято одного, и он в ответ. Наступило время войны, и возлюбленный её отправился в бой. Он сражался смело, но пал в неравном бою. Но вот по этому красавица та и осталась жива. Девушка не в курсе была, что возлюбленный мёртв. Тут она и решила погадать. Её верная подруга в этом помогла. Да, подруга была белой ведьмой. Они погадали, и наяву девушка увидела своего парня. Он только напевал тихо, а кто-то ещё подпевал в какие-то моменты: "На поле танки грохотали, солдаты шли в последний бой А молодого командира несли с пробитой головой А молодого командира несли с пробитой головой По танку вдарила болванка, прощай родимый экипаж Четыре трупа возле танка дополнят утренний пейзаж Четыре трупа возле танка дополнят утренний пейзаж Машина пламенем объята, вот-вот рванёт боекомплект А жить так хочется ребята и вылезать уж мочи нет А жить так хочется ребята и вылезать уж мочи нет Нас извлекут из под обломков, поднимут на руки каркас И залпы башенных орудий в последний путь проводят нас И залпы башенных орудий в последний путь проводят нас И полетят тут телеграммы родных и близких известить Что сын Ваш больше не вернётся и не приедет погостить Что сын Ваш больше не вернётся и не приедет погостить В углу заплачет мать старушка, слезу смахнет старик отец И молодая не узнает, каков танкиста был конец И молодая не узнает, каков танкиста был конец И будет карточка пылиться на полке пожелтевших книг В военной форме, при погонах и ей он больше не жених В военной форме, при погонах и ей он больше не жених.". Девушка зарыдала, а дух парня ушёл. После этой ночи девушку никто и никогда не видел. Лишь та подруга говорила: "она сама выбрала свою судьбу.", а ту девушку в чёрной одежде и белым платком видели много раз у старых домов и просто мест. Прозвали её Плачкой, ведь она всегда горько плакала. Правда люди считали по две мысли. Первая: это нехорошая весть. Вторая: оплакивает золото, показывая где оно. Был в селе одном старец, и говорил он: "Плачка оплакивает то, что забыли мы. И мы за это поплатимся сполна.". Его все не любили. Один раз подкинули ему змей. Да только Плачка появилась, и змеи стали золотом. Она сказала: "половину забери себе, а половину раздай убогим.", после чего исчезла. Старец так и сделал. Дальше некоторые люди пытались раскопать то самое сокровище, да ничего не находили, лишь скелеты. Зачастую те деяния сопровождалась наваждением, а иногда и смертью. До сих пор Плачка блуждает по земле и оплакивает людей.- закончив рассказ, Кира осмотрела спящих друзей. Девушка, чуть подумав, взяла Саню на руки и перенесла в его комнату. Воид же сказал что дотащит Мари. Он выполнил сказанное, Кира же перенесла Люка и Ятто. Вернувшись на место, она взяла гитару и пошла в свою комнату. Зайдя и закрыв за собой дверь, она, поставив гитару, сползла спиной по стене на пол. Она снова вспомнила своего возлюбленного. Она не плакала, хоть и хотелось. Она вновь пришла на крышу. -и снова я тут... Ничего нового... Почему я просто не могу им помочь?.. Забрать их боль себе.. Меня не жалко...- Кира задала именно этот вопрос пустоте ночи, зная, что ответа не получит. Обняв свои колени она сидела. Херобрин появился рядом и тихо сел рядом. -что случилось?..- задал вопрос парень. -а разве тебе есть до меня дело?- она явно дала понять что ничего не скажет. Поняв это, парень выдохнул и обнял девушку, а та лишь попыталась выбраться. -я не отстану...- на удивление спокойно сказал Херобрин. -я тебе нихера не скажу, понял?- Кира сказала это спокойно, но вот сама же была беспокойным морем. -свою позицию я сказал.- твёрдо ответил парень. Девушка попыталась встать, на что её усадили обратно. Нервы у Киры долго держались, но сейчас время выплеснуть боль. Она ударила Херобрина, а от неожиданности тот её отпустил. Девушка быстро убежала, но не к себе, как ожидает её "друг", а в ванну. Там он её будет искать в последнюю очередь, и та об этом знала. Вздохнув, Кира осмотрела комнату. Она нашла место где спрятаться, это была тумбочка, за ней было место. Там просто, так сказать, столешница больше самого предмета мебели, да и накрыто тканью. Девушка быстро залезла туда, там она и уснула, а парень её не нашёл.

У Сани

Парень мирно спал. После того количества алкоголя, которое он выпил–оно и не удивительно. Но вино Саня любит. Сейчас у него эльфийские ушки, что подрагивали во сне. Да, вы можете сказать: "ну и что тут такого интересного?". Из интересного то, что сейчас Энтити смотрел на парня, что спал лицом к стене. Он гладил голову, запуская пальцы в мягкие, для алоглазого, волосы. Иногда ощупывал ушки, на что получал мычание, похожие на стоны. В один момент он взял ушко в рот, получая более громкие звуки такого вида, но в один момент Саня накрылся с головой одеялом, и играм Энтити пришёл конец. Он вновь стал невидимым, и просто наблюдал за парнем. Тот проснулся от ощущения слежки и сел на кровати. -м-да... Перепил... Хотя, чего жалуюсь... Легче стало... Хотя бы я его отпустил... Не мазохист я, чтобы страдать... Хотя, кто знает, кто знает...- Саня продолжает сидеть на кровати. Тут он увидел существо в углу, и поняв, что существо тьмы больше не тайна, начало подходить. -ну привет.. Изумруд...- сказано это было с издёвкой. Энтити еле сдержался, дабы не вломить этому существу. -В темпе вальса, в ритме скерцо. Кажется, что бьётся сердце. Ночь меня избавит от моих оков–кандалов. Как атлант расправил плечи. Просыпается вся нечисть! Улицы города во власти мертвецов! На меня красиво падал лунный свет, лунный свет. Рассыпался над домами фейерверк, фейерверк. Я не отражался в окнах—в чём секрет, в чём секрет? Солнце село—я уже не человек. Мне рассвет подрезал крылья. Было явью, стало пылью. Только губы помнят этот сладкий вкус, сладкий вкус.. Ото всех скрывают стены. У меня нет даже тени! Как всегда сгинет день и я опять вернусь! Во сколько сегодня закат? Я чую, пора убивать. Если отходишь ко сну Я в твою дверь постучу. На меня красиво падал лунный свет, лунный свет. Рассыпался над домами фейерверк, фейерверк. Я не отражался в окнах—в чём секрет, в чём секрет? Солнце село—я уже не человек.- Саня это говорил безэмоционально. -О, фейерверк. На тебя красиво падал лунный свет, лунный свет! А в глазах не отражался фейерверк, фейерверк! На твоих ресницах таял красный снег, красный снег! И на них красиво падал лунный свет, лунный свет, лунный свет, лунный свет, лунный свет...- существо же эти строки напело. -ой, харе прикидываться. С какой целью пришёл?- спросил Саня. -сам знаешь.- сказало существо из тени. -понял. Забирай–и вали.- сказав это, беловолосый спокойно передал половину своей магии, а первый исчез. Энтити с непониманием смотрел на них всё это время. Будто его это удивило. Ни капельки. Саня же встал и побрёл к шкафу. Найдя там тёмно-зелёное худи, он переодел своё, так как своё он заляпал вином. Сняв заляпанное, взору невидимого наблюдателя открылась спина, покрытая шрамами. На руках та же история. Становясь видимым, Энтити тихо подошёл и обнял за талию Саню. Парень же пнул его ногой, отталкиваясь, параллельно надевая худи. Но алоглазому не понравилось такое обращение, и тот начал подходить всё ближе. -отошёл от меня!- чуть прикрикнув сказал Саня. Его уже прижимали к стене. -а не то что?..- вопрос был задан Энтити, но огоньки в глазах заиграли. Руки парня он держит крепко, да только он не из простых, он придумал один очень интересный план. -я ведь сильнее тебя, и лишь не хочу разнести тут всё к чёртовой бабушке...- Саня это сказал не громко, но и не совсем тихо. Тут же беловолосый исчез, появившись возле озера. Энтити не додумался осмотреть то место.

У Мари

Мари сидела на обрыве и болтала ногами. Она смотрела вниз. -"Когда на душе тяжело– Мы молчим. Когда кому-то плохо– Мы помогаем. Почему мы страдаем, А себе не помогаем? Почему кто-то страдает– И мы помогаем? Так почему же на душе буря, А на словах всё отлично? Так почему же мы помогаем, Когда не помогают нам? Почему мы боимся осуждений? Разве не плевать всем? Так почему бы не придти домой, И не залезть под одеяло С головой? Так иди и залезь, Наплевав на ненужное мнение Окружающих.", м-да. Стих и вправду хорош. Люблю такие стихи. Они лучшие, не то что те, кто меня оставил. Нет, я не про Фиму, тьма. Я про отца, про тех детей... Они могли с нами поступить лучше. Но они решили по другому. Эх... Жизнерадостная скотина ноет. Снова. Ну, не привыкать мне ныть.- Мари говорила сама с собой. Ей больше ничего не остаётся. Она растворилась без остатка. Воид появился рядом и обнял. Девушка всегда была рада отдать что-то, а зачастую это были обычные объятья. Воид отнёс Мари в её комнату и уложил на кровать, а затем ушёл. Мари, в отличие от Сани, принимает ухаживания, но лишь в здоровом виде. Вот, девушка спит. Все где-то спят. А что завтра–не знаю.