Пленник

Сознание возвращалось к Кадзухе вместе со слабой ноющей болью в затёкших конечностях и спине — прежде чем он понял, где оказался, Кадзуха ощутил, что его руки связаны за спиной. Он медленно разлепил веки, чтобы осмотреться, и убедился, что это место ранее ему уже доводилось посещать. То была капитанская каюта «Верного мнения» — корабля, принадлежащего… — Уже очнулся? — подал голос капитан «Верного мнения». Обтянутый строгим тёмно-фиолетовым камзолом, он стоял, прислонившись спиной к стене, и от скуки игрался со своим кинжалом — то подбрасывал в воздух, то просто вертел в руках. При виде этого человека сердце Кадзухи пропустило удар, но вовсе не от страха.  Он ничего не ответил. Ему было, что сказать, однако Кадзуха полагал, что не эти слова Хэйдзо хочет в данный момент услышать.  Хэйдзо тихо хмыкнул. Лёгким движением он оттолкнулся от стены, спрятал кинжал в ножны и, заведя руки за спину, медленным шагом приблизился к Кадзухе. Остановившись на расстоянии пары метров от него, Хэйдзо с наигранным удивлением произнёс: — Я думал, что такой разыскиваемый и знаменитый своими злоключениями преступник, как вы, господин Каэдэхара, окажется поразговорчивее. Снизу-вверх глядя в ясные и лишённые всяческих чувств, за исключением азартного огонька, глаза Хэйдзо, Кадзуха невольно усмехнулся. Он знал, к чему тот клонит и чего добивается, но никогда не представлял, что окажется на этом месте. Вот уж точно — злобная насмешка судьбы. — Вам смешно, господин Каэдэхара? — Хэйдзо выгнул бровь. — Отнюдь, — ответил, наконец, Кадзуха. — Просто я не совсем понимаю, что именно вы хотите от меня услышать, Капитан. Мне не о чем особо рассказывать. — Как же так? — ахнул Хэйдзо. — У вас-то уж точно должна найтись парочка интересных историй. — Я думаю, все они и так вам знакомы, Капитан, — в тон ему произнёс Кадзуха. — Слава обо мне опережает мои подвиги, — не без иронии добавил он. Хэйдзо недовольно прищёлкнул языком. — Вы же знаете, господин Каэдэхара, что я люблю узнавать обо всём из первых уст.  — Тогда просветите меня, какая история вам интересна, — предложил Кадзуха. — Быть может, мне удастся поведать вам что-то новое, — в чём он искренне сомневался. Зная Хэйдзо, Кадзуха мог с уверенностью предположить, что тот уже давно сам докопался до истины и наверняка имеет неопровержимые доказательства на руках. Но Кадзуха знал также и то, какое удовольствие доставляет Хэйдзо, когда преступник сам признаёт свою вину.  Раз уж других вариантов всё равно не остаётся, почему бы не сыграть в его игру?  — Мне любопытно, как наследник клана Каэдэхара затесался в пираты, — произнёс Хэйдзо. — Неужто на суше ему наскучило? От Кадзухи не укрылось то, как потемнел на этих словах взгляд Хэйдзо и как едва заметно сжались его губы. Вина тотчас захлестнула Кадзуху, удушливым комом оседая у него под горлом. Он готов был смириться с тем, что Хэйдзо его ненавидит, но не с тем, что причинил ему боль — то была, несомненно, она, как бы тщательно Хэйдзо ни старался её спрятать. Кадзуха не мог ошибиться. — Он бы предпочёл, чтобы ему просто наскучило, — тихим голосом начал Кадзуха. — Но, к сожалению, на суше разгорелась смута, в которой он потерял кое-кого важного, — Кадзуха проглотил ком в горле, чтобы продолжить: — Он понял, что не готов смириться с новыми правилами, а потому единственным вариантом для него оставался побег.  Хэйдзо молчал, казалось, серьёзно задумавшись над его историей. Он сделал пару шагов вперёд и, прямо перед Кадзухой присев на корточки, слегка склонил голову вбок. — Нелегко принять такое решение, — заметил Хэйдзо. — Выходит, там, откуда ты бежал, не осталось больше никого, кем бы ты дорожил и кто захотел бы помочь тебе? Вопрос Хэйдзо, точно удар под дых, выбил из него весь воздух. Кадзуха не мог подобрать слов — все они казались неподходящими, неправильными, — а Хэйдзо всё не сводил с него взгляда. Болезненного, полного невысказанных страданий и до зубовного скрежета упрямого взгляда. — Можешь не отвечать, — Хэйдзо на секунду растянул губы в горькой усмешке. — Однако, — его голос вдруг стал отрешённым и строгим, — ты должен понимать, что за твою поимку мне полагается награда. И её я намерен забрать прямо сейчас.  — Что ты имеешь в виду? — Кадзуха насторожился. Он точно знал, что как бы долго он ни пробыл в отключке, за это время корабль не успел бы достигнуть суши. Вместо ответа Хэйдзо протянул ладонь к затылку Кадзухи, а сам подался вперёд, впиваясь поцелуем в его губы. Пальцы Хэйдзо крепко вплелись в белокурые волосы, не позволяя Кадзухе отстранить голову, а его поцелуй был напористым, глубоким и жёстким. Эти прикосновения ощущались чужими, словно и не принадлежали Хэйдзо вовсе, но Кадзуха другого не ждал. Он знал, что Хэйдзо начнёт презирать его за то, какой путь он выбрал, и считал, что подготовился к этому. Был убеждён, что реальность не застанет его врасплох. Однако Кадзуха глубоко ошибался — обмануть себя самого ему не удалось. Прямо сейчас Хэйдзо целовал его в последний раз, и больше всего Кадзухе хотелось продлить этот миг хоть ненадолго. Он отвечал на поцелуй с отчаяньем и застарелой тоской, с раскаяньем и невысказанной просьбой о прощении. Кадзуха не надеялся, что Хэйдзо простит его на самом деле, но искренне желал, чтобы тот сумел его забыть.  Хэйдзо разорвал поцелуй, а следом Кадзуха ощутил, как тепло чужой ладони покидает его затылок. Когда же он открыл глаза, то обнаружил, что Хэйдзо смотрел на него со странным замешательством. — Почему… — прошептал Хэйдзо одними губами, — ты плачешь?.. — Что?.. — вырвалось у Кадзухи прежде, чем он успел понять — Хэйдзо прав. До этого момента Кадзуха совершенно не замечал, что его глаза застилают слёзы, и сейчас это казалось таким нелепым, что ему захотелось рассмеяться. Но отчего-то вместе со смехом слёзы заструились только сильнее. — Почему ты смеёшься? — Хэйдзо задал очередной вопрос, который остался без ответа. Он нахмурился, опускаясь на колени перед Кадзухой, и обеими руками накрыл его щёки, принявшись бережно стирать с них слёзы. — Ты должен ненавидеть меня, — негромко добавил Хэйдзо, но Кадзуха всё равно услышал его. — Разве тебе не мерзко находиться рядом со мной? — Почему я должен ненавидеть тебя? — Кадзуха в недоумении уставился на Хэйдзо. — Это я предал тебя. Это я стал частью того, против чего ты сражаешься всю свою жизнь. Это я решил пойти против закона, на страже которого ты стоишь, — его голос дрогнул, отчего продолжить ему пришлось шёпотом: — Разве не тебе должно быть мерзко от меня?  Хэйдзо, опешив, медленно опустил руки.  — Ты пошёл против закона, который действительно несправедлив, — возразил Хэйдзо. В его глазах расцветал крохотный, несмелый огонёк надежды. — Я же остался на его стороне. Я думал… — Хэйдзо нахмурился сильнее, — что ты ненавидишь меня так же, как и Сёгуна.  Вопреки ожиданиям Хэйдзо, Кадзуха рассмеялся вновь. Он смотрел на Хэйдзо так, словно никак не мог ему поверить, но при этом отчаянно желал, чтобы его слова были правдой.  Опасаясь, что их разговор окажется сном, который развеется через минуту, Кадзуха наклонился вперёд и накрыл своими губами чужие, а Хэйдзо с лёгкостью позволил утянуть себя в поцелуй. Кадзуха услышал звон кинжала, вынимаемого из ножен, и через пару секунд ощутил, что с запястий спали верёвки — только его рукам дали свободу, он тут же обвил ими спину Хэйдзо, обнимая его так крепко, как никогда в жизни не обнимал. Сам же Хэйдзо одной рукой прижал к себе Кадзуху за талию, а вторую вновь положил ему на затылок. На сей раз Хэйдзо не пытался его удержать. Он прикасался к волосам Кадзухи практически невесомо, словно те были дороже и ценнее любых сокровищ, которые когда-либо видел этот мир. Когда их поцелуй прекратился, Хэйдзо аккуратно прижался своим лбом ко лбу Кадзухи и закрыл глаза.  — Я скучал по тебе, — прошептал он. — Я тоже, — ответил Кадзуха. Его губы сами собой расползлись в лёгкой улыбке, наполненной счастьем, которое он уже не надеялся испытать. Придя к негласному единодушию, они позволили себе ненадолго забыть обо всём, что находилось за пределами этой каюты. Не существовало никого, кроме них двоих, и ничто не могло их потревожить. Кадзуха предпочёл попросту раствориться в Хэйдзо, в его нежных поглаживаниях по голове и тёплых объятиях.  Он уже давно не видел родных краёв, но в этот самый момент Кадзуха чувствовал, что находится дома. — И всё же мне интересно, — протянул он спустя время, которому потерял счёт. Кончиком большого пальца Кадзуха дотронулся до родинки под глазом Хэйдзо и аккуратно погладил по ней. — Как ты меня выследил?  — Кое-кто в порту обратил внимание на то, как юноша в красных одеждах поднимался на борт «Алькора», — с охотой поделился Хэйдзо, будто только и ждал, когда его спросят. — И хотя это мог быть кто угодно, интуиция подсказывала мне, что я движусь по верному следу, — усмехнулся он. — Оставалось только дождаться подходящего момента для того, чтобы взять «Алькор» на абордаж.  — Не боишься навлечь на себя гнев Дракона Морей? — так люди звали Бэй Доу. Мало кто осмеливался обращаться к ней по имени, но Кадзуха был одним из таких людей.  — О, не переживай обо мне, — улыбка Хэйдзо засверкала коварством, и Кадзуха был совершенно очарован ею. — Разве ты не знаешь меня? Мои планы всегда продуманы далеко наперёд.  — Разве твой план не должен закончиться на том, что ты поймаешь меня и отвезёшь на суд к Сёгуну?.. — Кадзуха в удивлении приподнял брови. Хэйдзо почти с искренней обидой взглянул на него.  — Неужели ты до сих пор считаешь, что я собираюсь вверить тебя в руки правосудия? — Хэйдзо вздохнул, покачав головой. — Может, я и думал, что ты ненавидишь меня, но я всё ещё люблю тебя. Кадзуха не сдержал улыбки в ответ на это заявления, но затем смысл сказанного дошёл до него.  — Постой… — он нахмурился. — Ты собираешься вернуться с пустыми руками, хотя все на борту уже наверняка знают о том, что ты схватил меня? Хэйдзо, я не могу позволить тебе так рисковать собственной безопасностью, — тон Кадзухи вмиг посерьёзнел. — Ты и сам знаешь, что Сёгун не даст тебе второго шанса.  — У неё не останется выбора, — хмыкнул Хэйдзо, — если пленник скончается раньше, чем дождётся суда.  Кадзуха не выглядел убеждённым. — Вот так, значит, ты решил избавиться от меня?  — Не торопись с выводами, — рассмеялся Хэйдзо. — Обращал ли ты сегодня внимание на форму облаков? — Я думаю, что был немного занят, — напомнил Кадзуха. — Как жаль! А ведь они говорят о том, что сегодня ближе к полуночи море накроет таким густым туманом, что ты едва ли сможешь разглядеть свою вытянутую руку, — объяснил Хэйдзо. — К сожалению, именно в такой час мой дорогой пленник решит сбежать, подняв на уши весь корабль. Однако я не был бы капитаном, если бы не попытался остановить беглеца, — в глазах у Хэйдзо зажёгся лукавый огонёк. — Итак, мой экипаж станет свидетелем тому, как их отважный капитан будет противостоять опасному преступнику в дуэли. И, конечно же, моё мастерство не вызывает сомнений, а потому мне удастся загнать его в угол, оттеснив к борту корабля. Вот тут в дело вмешается коварная случайность! Беглец не рассчитает своих сил и, совершив неудачный манёвр, свалится за борт. А поскольку в ходе дуэли мне удалось его ранить, не остаётся никаких сомнений, что в скором временем он пойдёт акулам на корм.  — Что ж, полагаю, сама Сёгун не придумала бы более оригинального способа, чтобы убить меня, — резюмировал Кадзуха, однако он не был похож на человека, который верил в свою скорую смерть. — Не торопи события, — Хэйдзо недовольно прищёлкнул языком. — Помнишь, я говорил о непроглядном тумане, что опустится на море? В нём с лёгкостью можно проглядеть, например… — постучав указательным пальцем по нижней губе, Хэйдзо изобразил задумчивость. — Например, лодку. — Возможно, в тумане — да, но когда он рассеется, экипаж обязательно обнаружит пропажу с корабля целой лодки, — Кадзуха нахмурился вновь. — Кто сказал, что это будет лодка с моего судна? — Хэйдзо ухмыльнулся, довольный замешательством на лице Кадзухи. — Ты же не… — В лодке тебя будет поджидать какой-нибудь наверняка знакомый тебе пират. Да, я хочу сказать, что тебя доставят прямиком к «Алькору». Кадзуха со смесью шока и восхищения уставился на Хэйдзо. — Но как тебе удалось?.. — Договориться с Бэй Доу? — предположил Хэйдзо. — Не скажу, что это было просто, но иначе бы она не допустила, чтобы ты сейчас находился здесь со мной. Должен отдать ей должное — она хороша в своём деле.  — Получается, — задумался Кадзуха, — если всё пройдёт так, как ты сказал, то люди сочтут меня мертвым, и экипаж целого корабля сможет это подтвердить… — За мёртвыми не ведут охоту, — продолжил его мысль Хэйдзо. — А это значит, что о тебе забудут. По крайней мере, до тех пор, пока ты сам не раскроешь себя, — пожал он плечами. — К сожалению, такого человека, как ты, невозможно спутать с кем-то. Кадзуха покачал головой, однако против воли его губы расползлись в совершенно глупой и по уши влюблённой улыбке. — Ты невозможен, — прошептал он. — Только ты мог придумать настолько безрассудный план.  — Приму за комплимент, — хмыкнул Хэйдзо. — К слову, до полуночи у нас остаётся ещё несколько часов… — он провёл ладонью по груди Кадзухи, после чего мягко надавил на неё, вынуждая Кадзуху лечь на спину, и навис над ним. — Предлагаю провести их с пользой.  Не тратя времени на лишние слова, Кадзуха оплёл руками шею Хэйдзо, притягивая его к себе для нового поцелуя.