Enki's puzzle / Головоломка Энки

Насвистывая, войдя в дом, Фред поставил клюшки для гольфа у двери. Дома пахло чем-то вкусным. «Ты готовишь, Кейт?» «Это не я, дорогой», — крикнула Кейт из столовой. Когда ее муж вошел в комнату, на ее лице была самая расслабленная, томная улыбка. Ведь ее живот был полон пенне Ника с соусом панчетта. А ее зад был полон его семени. Фред действительно был глупцом, оставив ее наедине с таким мужчиной. «Ник приготовил нам обед». Она отпила вина из бокала и откинулась на подушку кресла. Ей совсем не было больно сидеть. Ее тело полностью приспособилось к размеру ее сына. «Ты не дождалась меня?» Фред посмотрел на пустую тарелку перед женой. «Извини, сегодня утром у меня разыгрался аппетит. И было много работы по дому». Улыбнулась она. Кислое выражение лица ее мужа не могло омрачить ее день. «Но на плите еще много осталось». «Где Ник?» Фред подозрительно оглядел кухню, как будто кто-то мог прятаться, готовый подшутить. Даже в отсутствие Ника в комнате Фред чувствовал, что у его жены и сына есть своя какая-то атмосфера. Его плечи напряглись при этой мысли. «Он поехал на автобусе в город. Он навещает Элисон. Не думаю, что он вернется домой рано». Кейт снова отхлебнула вина, наслаждаясь тем, как расслаблено ее тело. В глазах Фреда появился алчный взгляд. «Ну, тогда. Как насчет того, чтобы примерить то новое белье, которое я купил для тебя?» «Ты такое животное, Фред». Кейт рассмеялась. «Мы уже делали это несколько раз на этой неделе». Она подняла бутылку вина и налила ему бокал. «Я думаю, что ты утомил меня в прошлый раз. Мне нужно некоторое время, чтобы прийти в себя. Почему бы нам не пообедать как следует, а потом ты поможешь мне в саду?» Лицо Фреда потемнело от отказа. Он опрокинул только что налитый бокал с вином. Разлитое вино разлетелось веером и закапало со стола на пол. «Может быть, тебе стоит есть и пить немного меньше. Я же собираюсь принять душ». Он быстро вылетел из комнаты. «Ну, кто-то — Сварливый Пес». Кейт встала, достала несколько бумажных полотенец и убрала беспорядок. Несмотря на выходку мужа, улыбка не сходила с ее лица. Жизнь была слишком хороша, чтобы беспокоиться о херне Фреда. Она молча упрекнула себя за использование ненормативной лексики. Ник действительно плохо влиял на нее. ~~ «О, Боже. Я чувствую себя так странно рядом с тобой». Элисон взяла журнал «Нью-Йоркер» и махала им. Но в квартире было прохладно. «Я не могу перестать думать о тебе… и маме… и о том, что мы делали вчера. Я просто одержима этим, Ники». Ник поднял бровь. «Я тоже рад тебя видеть, Элисон». Он сел на диван. «Извини. Я схожу с ума». На ней было платье с глубоким вырезом, которое она купила еще до того, как у нее увеличилась грудь. Одеть ее казалось хорошей идеей, когда она готовилась к приезду брата, но теперь она чувствовала себя нелепо. Она пошла в свою комнату, схватила свитер и натянула его. Она вернулась в комнату и села с другой стороны дивана. «Я не понимаю. Ты мой любовник, мой брат или кто-то еще?» «Я Ник. Тот же Ник, что и всегда». Его лицо стало серьезным. «Это неправда». Элисон нервно хихикнула. «Я полагаю, ты права. Я изменился». Он пожал плечами. «Прежде чем мы перейдем к маме и всему остальному, Энки навещал тебя?» «Ни разу с тех пор, как мы разговаривали в последний раз. — Элисон нахмурилась. — Я полагаю, это означает, что он навещал тебя. Чего он хотел?» Ник рассказал своей сестре об этом визите и угрозе. Когда он закончил, они сидели молча. «Так… ты собираешься оплотворить меня?» Она слабо улыбнулась. В ее животе запорхали бабочки. Ее разум представлял собой хаотичную паутину мыслей и эмоций. Ник рассмеялся. «Очень смешно». Его смех стих, когда он увидел ее серьезное выражение лица. «Нет, Элисон. Конечно же, нет. Этого никогда не случится». «Правильно… никогда…» Она кивнула и постаралась не думать о том, каково это — вынашивать его ребенка. Она вздрогнула. «План состоит в том, чтобы отговорить Энки от этого. Он уже получил то, что хотел. Ведь ты права, я изменился». Ник жестикулировал, пока говорил. «В следующий раз, когда он появится, я смогу убедить его, что я прошел головоломку». «Ладно, хорошо». Элисон задала ему несколько наводящих вопросов, но ее брат, похоже, действительно знал, что делал. Искренность Ника убедила ее. Наконец, в разговоре наступила пауза. Она посмотрела ему в глаза. «Мы с Крисом присматриваем места для свадьбы в следующие выходные». «Это… мило». Ник сделал глубокий вдох. Для него это было минное поле. «Я уверен, ты найдешь что-нибудь хорошее». «Ты ненавидишь его, не так ли?» Глаза Элисон метнулись, когда она осмотрела его сжатую челюсть и вертикальную линию, обозначившуюся на лбу. «Я… не… ненавижу его». Это была ложь? Может быть, и нет. А может быть, он и правда ненавидел Криса. «Я просто хочу, чтобы ты была счастлива». «Ты такой милый». Элисон придвинулась к нему ближе. «Если бы ты был моей сестрой, я бы попросила тебя быть моей подружкой невесты. Но… Я думаю… если бы ты был моей сестрой, у тебя бы этого не было». Она положила руку ему на колени. «Это из-за меня?» «Да». Ник медленно кивнул. Элисон сжала его член. «Вспоминая о том, что мы с Крисом делали вместе… Мы впервые занялись аналом». «Отвратительно, Элисон. Зачем мне это знать?» Ник сжал губы, но не остановил ее, что гладила его член через штаны. «Потому что я сделала это для тебя, Ники», — прошептала она. «Мы обещали маме, что будем защищаться. И вы с мамой придумали хорошую идею на этот счет. Итак … Я подумала … Мне пора начинать готовиться». «Ты использовала Криса, чтобы подготовиться ко мне?» Ник решил, что это действительно то, что он мог бы принять. «Это потрясающе. Это действительно так. Как все прошло?» «Это было похоже на первый раз, когда мы с тобой занимались сексом. Сначала было больно, но потом … Я не знаю… Все еще больно, но… кажется… мне это понравилось». Она пожала плечами. «Я думаю, Крис был слишком взволнован. Он был немного груб, даже когда я попросила его притормозить». «Ты испытываешь меня, Элисон». Ник использовал каждую унцию силы воли, чтобы не сказать ничего плохого о женихе своей сестры. «Ты не можешь ревновать, Ник. Когда-нибудь я выйду за него замуж, а у тебя есть девушка и мама». «Я не ревную, я злюсь, что он не слушает тебя». Лицо Ника покраснело, когда он представил, как мольбы его сестры остаются без внимания. «О, хорошо. Ну, я не думаю, что он когда-либо делал это раньше. Так что вполне понятно, что он был взволнован. Ты должен дать ему поблажку, Ники. Вам двоим придется научиться ладить друг с другом». Она нахмурилась и посмотрела на свою руку, все еще сжимающую инструмент брата. Предполагалось, что такой разговор должен был проходить совсем не так. «Я… эм… возможно… — Он подумал, что пришло время сменить тему. — Ты не предложила мне ничего поесть или выпить». «Ты хочешь пообедать? У меня сейчас в холодильнике немного еды. Ты голоден или хочешь пить?» Она начала вставать, чтобы принести ему что-нибудь, но он потянул ее обратно на диван. «И то, и другое». Он уткнулся носом в ее грудь через свитер. Элисон хихикнула. «Подростки всегда такие голодные. Ты заметил, какое платье я надела для тебя? Я имею в виду, до того, как я надела свитер». «Трудно не заметить потрясающую грудь, когда ты выставляешь ее вот так. Ты великолепна, Элисон». Ник поднял подол ее свитера через голову. Она подняла руки, чтобы позволить ему снять ее. «Эй … что ты…?» Громкий смех вырвался из нее, когда он начал булькать в ее декольте. Ее брат издавал самые нелепые волнообразные, булькающие звуки. «Хорошо… хорошо… Они тебе нравятся … Я понимаю это. Это щекотно… Ладно… Этого достаточно». Когда он попятился, она быстро спустила платье и расстегнула лифчик. «Эти маленькие голубые вены очаровательны. Из-за них ты кажешься такой уязвимой». Он провел кончиками пальцев по извилистым венам под ее белоснежной кожей, остановившись на толстом темном соске. «Поэтому будь нежен, Ники». Она обхватила его затылок и притянула его рот к своей груди. «Конечно». Ник вцепился и начал пить сладкое молочко, которое она ему предложила. «Ты действительно собираешься попытаться переубедить Энки? Мы не собираемся разгадывать последнюю загадку?» Элисон убрала волосы с его лба, улыбаясь его умиротворенному лицу. Они зашли так далеко с тех пор, как он убедил ее, что петли реальны. «Мммм» Ник кивнул, продолжая пить. «Ты прав …» голос Элисон звучал мягко, мечтательно. «Но Энки до этого исполнял свои слова… Может быть, нам следует просто … Я не знаю …» «Нннннмммммммммм» Ник покачал головой, уткнувшись ей в грудь. Он взял ее за другую грудь и нежно сжал. Затем он отпустил ее грудь и сел. «Есть миллион причин, по которым мы не можем этого сделать». «Это была просто мысль». Она попыталась улыбнуться, ругая себя за то, что увлеклась. Ник был прав. Энки бы понял их аргументы. «У меня наготове немного масла. Хочешь посмотреть, смогу ли я сделать то, что может сделать мама?» Десять минут спустя в своей постели Элисон сидела на своем брате. Она задрожала и прикусила нижнюю губу. Ее лоб был наморщен от боли и решимости. По всему ее телу струился пот. «Он слишком большой … Ники… Насколько он вошел?» Она в отчаянии посмотрела на него сверху вниз. «Трудно разглядеть. Я не уверен, что даже наполовину. — На лице Ника было написано беспокойство. Его сестра реагировала не так, как его мать. — Ты хочешь продолжить?» «Нет… нет … я нет. — Элисон приподнялась и вынула его член из своей задницы. Она упала на кровать рядом с ним на живот и положила руки на ягодицы. — Господи… Это было больно…» «Что тебе нужно?» Ник вскочил с кровати. «Принеси мне… пакет со льдом… из морозилки. Ооо… Мой… Бог … Я думаю, ты порвал меня». Элисон застонала и зарылась лицом в простыни. Ник поспешил за льдом, а его член все еще был твердым и раскачивался, когда он бежал на кухню и вернулся обратно. «Вот». Он протянул ей пакет со льдом и наблюдал, как она прижимает его к ягодицам. «С тобой все будет в порядке? Я имею в виду… мне нужно вызвать скорую или что-то в этом роде?» «Я не думаю, что ты на самом деле порвал меня». Элисон горько рассмеялась, все еще лежа лицом вниз. «Прости, что я такая слабачка. Может быть, это не для меня. Я думаю, что я больше из тех девушек, которые любят только спереди». Она вздохнула и перевернулась на бок. Пакет со льдом хорошо помогал. «Ты как?» «Я люблю тебя, несмотря ни на что, Элисон». Ник улыбнулся и поцеловал ее в лоб. «Я знаю, о чем ты думаешь, — она улыбнулась в ответ. — Ты собираешься рассказать маме, что случилось?» «Не хочу рассказывать твое несчастье, но это довольно сильно возбуждит маму из-за одной из ее фантазий». Ник поднял бровь, увидев шок на лице Элисон. «Ей нравится, когда Мэгги меня не удовлетворяет. Она говорит что-то вроде: «Если твоя девушка не может этого сделать, тогда лучше это сделаю я», или «Думаю, у меня нет выбора, если твоя девушка не может удовлетворить тебя полностью». Братья и сестры вместе рассмеялись. «Когда я скажу ей, что мы пробовали анальный секс, но ты не смогла меня принять, предполагаю, что она умрет от экстаза». «А она говорила обо мне во время секса?» Элисон убрала пакет со льдом и осторожно села, скрестив ноги. «Эм… один или два раза… может быть». Улыбка Ника была застенчивой. «О… боже… Наша строгая мать делает и говорит …» Она покачала головой. «Я действительно мокрая, Ник. Как ты думаешь, ты мог бы войти в меня?» «Это меньшее, что я могу сделать после… гм… дискомфорта, который я причинил тебе». «Ты такой джентльмен». Элисон раздвинула ноги и осторожно откинулась назад. «Оххххххххх… это хорошо… да… да… нежно… дааааа». К тому времени, когда она испытала первый оргазм, ее задница совсем не беспокоила ее. Ник получил минет от Элисон после того, как она испытала оргазм несколько раз. Ему нужно было немного расслабиться, и она, вероятно, хотела поразвлечься, так как он не собирался приближаться к ее киске или заднице в будущем. По крайней мере, твердость и решимость, написанные на ее лице, когда она сосала головку его члена и дрочила основание руками, были очаровательны. Она не могла проглотить всю сперму, поэтому он покрыл ее тело им. Это тоже было прекрасное зрелище. Они приняли душ и проверили свои телефоны. Элисон получила несколько сообщений от Криса с просьбой приехать и оценить за него работы. Ник по-прежнему ничего не слышал от Мэгги. Он писал ей сообщения весь день. Но он получил гифку Малыша Йоды от его мамы. Маленький зеленый малыш потягивает напиток. Он понятия не имел, что означало это сообщение. «Я бы предложила подвезти тебя домой, но Крис хочет, чтобы я приехала ему домой и проверяла работы». Элисон подняла плечи в знак извинения. «Нет проблем. Я посмотрю, сможет ли Мэгги забрать меня. Если нет, я поеду на автобусе». Они попрощались, и Ник направился к автобусной остановке. Он рискнул позвонить Мэгги, но она не ответила. Он снова написал ей сообщение, но ответа не было. Он пошел дальше в сгущающихся сумерках. Вокруг него зажглись уличные фонари. Рядом с ним притормозила машина и остановилась у обочины. Он посмотрел и увидел, что Элисон улыбается и машет ему рукой. «Крис может сам оценивать свои работы. Я же хочу сегодня поужинать с семьей. Хочешь, подвезу?» Сердце Элисон потеплело от того, как озарилось лицо ее брата. «По-моему, звучит неплохо! Спасибо, Элисон». Ник запрыгнул в машину. По дороге они обсуждали, каким должен быть их подход, чтобы переубедить Энки. ~~ Они пришли на ужин пораньше, и их родителей не было дома, поэтому Ник и Элисон направились наверх. Ник остановился в холле и протянул руку, чтобы остановить сестру. «Послушай …» Из его комнаты доносился скрипучий смех. Это было похоже на раскачивание ветвей деревьев на сильном ветру. «Энки здесь». «Уже?» Лицо Элисон побледнело. Она протянула руку и крепко сжала руку Ника. «Все в порядке… Все в порядке, если он здесь. Я помогу тебе убедить его. Лучше поскорее покончить с этим». От слабого, сюрреалистичного смеха у нее мурашки побежали по коже. Она молилась, чтобы это был последний раз, когда кто-то из них встречался с шумерским богом. «Правильно». Ник сжал руку сестры, черпая в ней силу. «Я объясню, что я стал намного лучше, и как я счастлив с тобой и мамой». «И как мы счастливы с тобой». Голос Элисон едва был слышен. «И это тоже». Ник сделал несколько глубоких вдохов. «Энки уже получил результат. Нам не нужно узнавать о гнилых фруктах или делать что-то, о чем мы будем в будущем сожалеть. Он это увидит». Он задумался о смехе, доносящемся из-за приоткрытой двери в его комнату. Что бог нашел такого смешного? «Готов?» По спине Элисон пробежали мурашки от дурного предчувствия. «Готов». Ник повел сестру в свою комнату. «Я много думал о последней загадке, Энки, и я…» Его голос затих. Массивная, похожая на дерево фигура Энки прислонилась к стене рядом с кроватью Ника. Ник смотрел на него всего секунду, пока не понял, что его кровать тоже занята. Мэгги лежала голая и извивалась на одеяле, а ее глаза закатились. Когда смех Энки затих, Ник услышал, как его девушка стонет и хнычет. «Что … какого хрена ты с ней сделал?» Он отпустил руку сестры и бросился помочь Мэгги, но Энки небрежно сбил его на пол тыльной стороной своей покрытой листьями руки. «Ник!» Элисон опустилась на пол и обняла брата, защищая его. Его губа кровоточила, а глаза были полны ненависти. «А ты не думал, что Великолепный Энки может узнать о твоих планах?» Энки погрозил им скрюченным пальцем, не обращая внимания на корчащуюся рядом с ним девушку. «Я знаю правду. Ты решил не доводить дело до конца. Это неприемлемо. Меня не сумеют убедить аргументы смертных. Ты был глупцом, отказавшись от последней загадки, и теперь ты за это заплатишь». «Что ты с ней сделал?» Элисон съежилась при виде стонущей женщины. «То же самое я сделаю с твоей матерью и со всеми, кто помнил о тебе и Николасе». Энки удовлетворенно потер свою бороду, покрытую лишайником. «Я очистил ее разум в реке моего сознания. У нее больше нет никаких воспоминаний о Добсонах, и она никогда больше не обратит ни на кого из вас никакого внимания. И особенно на тебя, Николас». Энки сосредоточил свое внимание на Нике. «Ты делаешь ей больно.» Ник попытался встать, но сестра удержала его. Он хотел освободиться, но остановился, когда увидел горящие глаза Энки. «Тебе … Нравится … Это». Ника били и раньше. Во рту у него был горький привкус крови. «Я не причинил ей вреда. Я очистил ее от твоей нечистоты. Когда я верну ее к прежней жизни, у нее не останется воспоминаний ни обо мне, ни о тебе, ни обо всем этом». Энки включительно обвел рукой комнату. «О… боже… Ааааах». Мэгги содрогнулась в экстазе. Отталкиваясь бедрами от кровати. Ее сиськи безумно болтались на груди, блестя от пота. «Так… мы… эм… решаем головоломку или это случится с мамой?» Элисон крепче сжала брата. «Но это же невозможно, чтобы она забыла нас». «Я еще не закончил». Энки наклонился к ним поближе. «Сегодняшний день повторится восемнадцать раз. Если вы не разгадаете последнюю загадку к полуночи финального дня, Кейт Добсон потеряет всю память о своих детях. Она не будет помнить вас. Все ваши друзья и родственники будут воспринимать вас незнакомцами. Если вы разгадаете загадку, головоломка закроется и вернется в свое первоначальное состояние. И никаких аргументов. Никаких хитростей. Исполни свое предназначение или стань никем». Ник видел, что он закругляется. «Подожди! Не делай этого. Мэгги ничего не сделала. Она не является частью этого. Не надо…» В мгновение ока Ник обнаружил, что спит, и ему снятся потеря и одиночество. Его вырвал из сна приятный, знакомый голос. «Пора просыпаться, Ники». Кейт поставила бутылочку со смазкой рядом с его телефоном на тумбочку. Она не могла не заметить, что у него были непрочитанные сообщения от его сестры. Она напомнила себе, что доверяет им, и проигнорировала смски. Она села на край кровати, стянула с него одеяло и поцеловала его в щеку. Как и большинство подростков, он спал в самой неудобной позе, наполовину зарывшись лицом в подушку. «Хотела бы я все еще так спать». Вздрогнув, Ник сел. Он дико оглядел комнату. Мэгги, Энки и его сестра исчезли. Но улыбающееся лицо его мамы приветствовало его. На ней была та же одежда, что и в это утро. На окне была цифра восемнадцать, написанная пальцем, словно на окне был пар. Но она быстро испарилась. «Ты в порядке, Ники? Это был кошмар» Кейт склонила голову набок, ее лоб наморщился от беспокойства. Она положила руку ему на плечо. «Возможно, я смогу отвлечь тебя. Твой отец сейчас играет в гольф. Так что, если мы хотим быть умными во всем этом, мы должны использовать наше время с умом». «Мне очень жаль, мам. Я не могу, не сейчас». Он вскочил с кровати и быстро оделся, борясь со своим утренним стояком. «Мне нужно идти». «Что случилось?» Кейт уставилась на него широко раскрытыми глазами. Это было не то, чего она ожидала. Ни в малейшей степени. «Я не могу говорить об этом сейчас». Ник схватил свой телефон. «Потом поговорим». Он выскочил из своей комнаты, сбежал вниз по лестнице и лихорадочно надел ботинки. С телефоном в руке он открыл входную дверь и выбежал на улицу, направляясь к дому Мэгги. На бегу он позвонил своей сестре. «Возьми трубку… возьми трубку… возьми трубку». Звонок перешел на голосовую почту. Он молился, чтобы она просто спала. Он не знал, застряла ли она в петле вместе с ним или нет. Он написал Мэгги сообщение, что было нелегко сделать во время бега. Когда он не получил ответа, он позвонил ей, но попал на ее голосовую почту. Десять минут спустя он весь вспотел, и, задыхаясь, постучал в парадную дверь Мэгги. Через минуту открыла дверь мама Мэгги. «Да? Что я могу для вас сделать?» «Привет … Меня зовут Ник … Парень Мэгги… Мэгги дома?» Ник тяжело дышал. Выражение замешательства и отвращения появилось на ее лице. «Мэгги, милая, к тебе пришел какой-то парень.» Когда Мэгги подошла, ее мама отступила в холл и стояла, настороженно наблюдая. «Да?» Мэгги озадаченно моргнула, глядя на Ника. «Мэгги!» Ему пришлось сдержаться, чтобы не обнять ее. «Ты помнишь меня?» Мэгги задумчиво посмотрела на него. «Эм … нет. Это розыгрыш или что-то в этом роде?» Она посмотрела мимо Ника на улицу и обвела взглядом кусты. «Я твой парень. Энки что-то сделал с тобой. Но, может быть, я смогу…» Слова, льющиеся из Ника, были внезапно прерваны. «Прекрати». Мэгги отступила назад. «Мама? Я не знаю этого парня». «Мэгги … Я…» пробормотал Ник. «Уходите немедленно, молодой человек». Мама Мэгги схватила дверь. «Это не смешно. Если вы вернетесь, я вызову полицию». Она захлопнула дверь у него перед носом. «Черт». Ник в оцепенении пошел обратно к улице. У него зазвонил телефон, и он быстро ответил на него. «Элисон? Это ты…? О, слава богу. Приедь ко мне… Я буду в парке на улице Папоротника и Вяза». Некоторое время спустя подъехала машина Элисон. Она припарковалась, вышла и пошла туда, где на скамейке ее ждал брат. «Судя по выражению твоего лица, я предполагаю, что ты поговорил с Мэгги?» Ник кивнул, наблюдая, как женщина бросает мяч своей собаке. «И Энки промыл ей мозги, или что он там сделал?» Элисон села рядом с ним и погладила ему спину. Ник снова кивнул. Слезы навернулись у него в глазах. «Мне так жаль, Ники. Я знаю, что у вас двоих была особая связь». Она сделала паузу, чтобы дать ему время что-то сказать. Когда он промолчал, она продолжила: «И, очевидно, сегодня все еще воскресенье. Итак, мы снова во временной петле». Она поцеловала его в щеку. «Мы можем это сделать. Я не возражаю.» «Сделать что?» Элисон сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. «Ты можешь ‘посеять урожай’ вместе со мной. Я просто скажу Крису, что это от него. Это вызовет у меня некоторые проблемы с учебой, но…» Она ждала. По-прежнему ничего. «Ну, мы должны это сделать, верно? Хотя я не знаю, как мы собираемся убедить маму». Они спокойно наблюдали за женщиной и ее собакой. «Я рад, что ты здесь со мной». Его пальцы скользнули и переплелись с ее. «Я не знаю, смогу ли я это сделать. Я имею в виду, даже если бы мы смогли убедить маму. Я не знаю …» Элисон положила свободную руку ему на подбородок и медленно повернула его лицо к себе. «Посмотри на меня. Посмотри на меня, Ники». Ее пристальный взгляд встретился с его. «Я хочу этого. Ты самый добрый, самый заботливый … самый горячий парень, которого я когда-либо встречала». Она опустила руку с его лица к своему животу и потерла. «Когда мы занимались сексом без презерватива … Я думаю, что … Я хотела этого тогда. Я двигала себя в том направлении… нарочно… может быть». «Не может быть». Опешил Ник. «Держу пари, мама чувствует то же самое. Или, по крайней мере, что-то похожее. Должно быть, именно поэтому Энки так поступает. Мы — два человека, которые знают тебя лучше всех и любят тебя больше всех. У нас есть шанс начать новую жизнь». Она кивнула вниз на палатку, образующуюся в его штанах. «Видишь… Тебе нравится эта идея. Когда мы с мамой говорили… вчера … Я имею в виду субботу …» Элисон попыталась вспомнить, обозначение дней в петлях. Это может привести к путанице. «Когда мы разговаривали в моей комнате, она беспокоилась обо мне. Но особенно она беспокоилась о твоем будущем. Но если она знает, что папа поможет вырастить ребенка, может быть…» «Я не хочу, чтобы папа растил еще детей». У Ника появилась в голосе убежденность, которой ему так не хватало. «Хорошо, конечно. Мы во всем разберемся». Элисон встала и подняла его на ноги. «Давай вернемся ко мне домой, и мы сможем повеселиться сегодня. Мы можем покончить с моей частью головоломки и сосредоточиться на маме в течение оставшихся семнадцати дней». Она повернулась и потащила его обратно к своей машине. «Я не думаю, что это сработает так». Ник постепенно обдумывал этот вариант. Элисон была права. Его сестра и мать знали и любили его больше всех. Его кровь забурлила сильнее, думая о создании новой жизни с ними. У его сестры всегда была убедительная манера разговаривать. «Допустим, … Я смогу. Но тогда мне нужно сделать это с тобой и мамой в один и тот же день. В противном случае день повторится вновь». Элисон села на водительское сиденье и завела двигатель. Она никогда не была более влажной. Он собирается оплотворить ее. Она выровняла дыхание, пытаясь контролировать сердцебиение, когда выезжала со стоянки. «Ты правильно подметил. Но давай потренируемся сегодня. Это поможет нам отвлечься от всего этого. А потом мы можем устроить мозговой штурм по поводу мамы». «Ты действительно хочешь этого?» Он посмотрел на нее с благоговением. Это была его удивительная старшая сестра. С ней он мог отбросить осторожность на ветер. И он отбрасывал осторожность на ветер. «Я верю, Ники». Она серьезно кивнула. «А как насчет Криса? Ты планировала найти места для свадьбы и все такое». «Ему придется делить меня с тобой». Она немного нахмурилась из-за этого. «То, чего он не знает, не причинит ему вреда». «Правильно». Ник не собирался этого говорить, но Крис ни в коем случае не должен был растить его ребенка. Ник содрогнулся при мысли о том, что его собственный отец или Крис воспитывают невинных детей. И тут его осенило, как гром среди ясного неба. Плоды ядовитого дерева гниют. Добродетельное дерево несет амброзию. Срежьте сорняки и посейте урожай, достойный Энки. Крис и Фред были ядовитыми людьми. Ядовитые деревья. Они были сорняками, которые нужно было убрать вокруг женщин, которых любил Ник. Ему не только нужно было бы обрюхатить свою мать и сестру, но и помочь им освободиться от их мужчин. Ник вздрогнул. Энки поставил перед ним почти невыполнимую задачу. И у него было всего восемнадцать дней, чтобы все исполнить.