Танец на троих

      Воскресенье стало первым днем тренировок. Девушки договорились встречаться через день, чтобы успеть выучить основные элементы, пристраститься к танцу и дать Максимофф время для отдыха.        После обеда, переодевшись, Ванда сразу же отправилась на нижнее уровни, где обычно у мстителей проходили тренировки. Наташа уже была там, что не было чем-то удивительным. Она почти всегда была там. Тем более, рыжеволосая еще за завтраком случайно подслушала телефонный разговор Стива, который обсуждал с шпионкой план тренировок на сегодня. Для девушки всегда будет секретом, сколько сил, терпения и усидчивости в Романофф, с таким режимом ведьма бы давно сломалась.       Дверь хлопнула, извещая о приходе ученицы, но блондинка даже не предала этому значения. Она стояла напротив зеркала во всю стену, а подушечки пальцев скользили по деревянному материалу хореографического станка. Тело начало неприятно зудеть из-за ярких вспышек в голове, в которых легко можно было узнать красную комнату и уроки балета.       – Любишь балет? – поинтересовалась ведьма, а блондинка как ошпаренная одернула руку и развернулась. – Прости, не хотела напугать.       – Ты и не напугала. Просто старые воспоминания. – Девушка медленно подошла к рыжеволосой, оглядывая лосины и черный спортивный топ. Фигуру Ванда себе точно наколдовала, ведь быть такой идеальной невозможно. – С чего ты хочешь начать?       – Да хоть с чего-то. Я полный ноль.       Романофф лишь усмехнулась:       – Полный ноль, но идешь на танцевальное свидание. Это что, последняя попытка заставить мистера робота почувствовать хоть что-то?       Не нужно быть экстрасенсом чтобы понять, что шутка Максимофф, мягко говоря, не пришлась по вкусу. Девушка тяжело запыхтела, сжала руки в кулаки и выпалила:       – Так и знала, что зря послушала Стива и напросилась. Лучше посмотрю видеоуроки, там точно не будет глупых шутников.       Она уже начала разворачиваться, но остановилась, когда почувствовала одновременно нежную и сильную руку на своем запястье.       – Извини, – шепчет шпионка и немного ослабляет хватку. Сейчас она напоминает нашкодившего ребенка перед родителем. – Больше никаких шуток, я не знала, что ты отреагируешь так.       – Просто...       – Просто, – перебивает Наташа. – Это что-то новое для тебя, и ты боишься облажаться, не понять, ударить в грязь лицом и столкнуться с насмешками. Ты пришла к близким людям с очень интимной, на твой взгляд, просьбой, именно поэтому тебя задела моя шутка. Но еще раз, прости, больше никакого сарказма. – Романофф словно мысли читала, и Ванде не оставалась ничего кроме как кивать на каждое слово. – Начнем?       – Да, начнем. Спасибо за понимание.       Блондинка в ответ лишь кивнула и отправилась к бумбоксу, что стоял в углу рядом с выходом:       – Мне пришлось украсть одну из музыкальных колонок Старка, ради тебя. Но не думаю, что он заметит. А еще я составила плейлист для разминки и подобрала музыку для самого танца. – Ванда не заметила в какой момент начала улыбаться. Кто-то вообще мог предположить какой милой может быть бывшая наемная убийца?       Во время разминки Максимофф все часто сбивалась, путалась в ногах или повторяла совершенно не те движения, которые ей показывала старшая девушка. Дело было не в сложности элементов, или физической подготовке. Суть всех промахов заключалась в шпионке, а вернее – реакции на нее. Стоя напротив зеркала, рыжеволосая не могла отвести взгляда от своего сегодняшнего учителя. Бедра, которые двигались в такт музыке, футболка, что задиралась и оголяла живот, когда Наташа поднимала руки вверх, и ягодицы, которые идеально сидели в спортивном трико. Все это словно провоцировало Ванду. Являлось одной сплошной пыткой.       – Если хочешь, можем передохнуть после разминки. Ты выглядишь какой-то измотанной. – О да, ведьма была измотана своими мыслями. Как вообще можно быть такой сексуальной? Это преступления против всего человеческого рода. Ванда чувствует как трезвеет, вспоминая ради чего они собрались и ей становится стыдно. Совершенно ненормально западать на свою танцевальную наставницу, тренируясь ради свидания с парнем. Максимофф отрицательно качнула головой, они должны продолжать, а она избавиться от эротического контента в голове. – Тогда приступим.       Романофф всегда была решительным активом во всем, и это не могло не нравиться. Но то, как Наташа встала напротив и притянула за руки, лишь усугубляло ситуацию в голове ведьмы. Тыльная сторона рук девушки была шершавая, возможно, от того, что она часто держала холодное оружие. Но Ванда не может думать ни о чем, когда их пальцы сплетаются, она тяжело вздыхает, чувствует волну наслаждения и необъяснимого удовольствия. Сейчас она хотела бы быть ближе, быть в объятиях. Чувствовать руки напарницы, которые скользят по животу, опускаясь на бедра, а самой прикасаться спиной к груди.       – У тебя точно все хорошо? – еще раз поинтересовалась Нат, обеспокоенно осматривая каждый миллиметр лица, спускаясь к телу.       – Да, не переживай. Все под контролем. – По крайней мере пока, но желание прижаться и впиться в губы лишь нарастало. Ее накрывает, но это было так неправильно. Они давно обозначили свои роли, лишь подруги, теперь даже не очень близкие.       – Хорошо. Я должна левой ногой вперед, а ты – правой ногой назад. Немного перекатываясь с ноги на ногу.       Их движения полностью соответствуют словам, и Ванда делает заметку, что пока танцевать совсем не сложно, а даже приятно волнующе. Наташа меняет их расположение рук, беря партнершу за правую руку, а другую ведьма чувствует под лопаткой. Они продолжают шагать, а через несколько шагов кружатся, не отрывая взгляд друг от друга. Романофф улыбается, она возможно и не идеальный учитель, но ученица у нее очень способная. Почему они не танцевали раньше? Ведь это так приятно чувствовать легкие, магические покалывания, что вырываются из рук (хотя блондинка готова поспорить, что ее партнерша так взволнована, что даже не замечает этого), и бегают по всему телу.       Девушки продолжают медленно вырисовывать круги по комнате, попутно изучая новые элементы. Голос Наташи мягкий и тихий, и легкая хрипотца не может не затуманить рассудок. Шпионка более чем терпелива, она объясняет каждое движение подробно, помогает исправить ошибки, вовремя обращает внимание на осанку и интересуется, есть ли у ученицы вопросы. У Максимофф они конечно есть, но совершенно не подходящие к теме их тренировки. Она хочет спросить почему Романофф так резко отдалилась некоторое время назад, где была, есть ли у нее кто-то, и хочет ли снова быть более ближе друг другу.       – Ты такая молодец, Ванда! – комментирует их движения Наташа, попутно вырывая ведьму из собственных мыслей. Шпионка поднимает руку, намекая девушке покружиться. – У тебя точно не было опыта?       –Точно, – улыбается Максимофф. – Просто я гибкая и пластичная.       – Звучит интригующе. – Наташа закусывает губу, делает шаг назад, обрывая танец. – Думаю, для первого раза более чем достаточно, ты не должна слишком перенапрягаться. Устанешь танцевать – перестанешь чувствовать и наслаждаться.       Пока Ванда кивала каждому слову, блондинка успела выключить музыку и направилась в сторону спортивной сумки, собираясь покинуть помещение.       – Слушай, я хотела с тобой поговорить. – Она поежилась от собственных слов. Последнее время ведьма слишком смелая, даже через чур, но только вот допрос подруги она планировала давно. – Раньше мы так много времени проводили вместе. Ходили куда-то, или просто фильмы смотрели, были близки. А потом ты резко пропала, не только физически. Словно закрыла передо мной дверь в свою жизнь, и не хочешь пускать до сих пор. Если я сделала что-то не так...       – Черт, извини, Тони пишет. Хочет срочно встретиться, – врет девушка, смотря в экран телефона. – Мне надо бежать. Похоже, это очень важно.       Вдова хватает свои вещи и исчезает за дверью, даже не слушая слова Максимофф и пожелания удачи. Она снова убегает, оставляя ведьму одну. Ванда воспринимает Романофф как плюшевую игрушку, спрятанную от ребенка, чтобы он научился спать один.       Вечером того же дня, прячась в центральном парке, блондинка думает над словами бывшей лучшей подруги. Ванду действительно волновало резкое отстранение девушки, но иначе быть и не могло, они проводили слишком много времени вместе, что и стало ключевой причиной исчезновения.       Клинт был прав, заковианка нравилась Романофф с самого начала, и совсем не так, как, к примеру, Поттс или другие подруги. Но поначалу это была неосознанная симпатия, что вылилась во что-то большее на последнем киновечере. Когда, тогда еще шатенка уснула на плече у подруги, а вдова могла думать только о губах девушки, и как же хочет их поцеловать. А потом страх накрыл ее от осознания того, что ей кто-то действительно нравится не только, как вариант для удовлетворения потребностей, а что-то более личное. Максимофф стала для нее первой за долгое время влюбленностью, которой невозможно было сопротивляться. Тогда великая черная вдова испугалась своих чувств, возможной реакции на признание, будущего. Не желая сталкиваться с этим, она сбежала, исключила связи по мере возможности, но не резко, не желая травмировать юное серце. Потом их настигло противостояние, разные убеждения, а затем ей удалось покинуть команду без единого следа, исчезнуть с радаров Мстителей, ЩИТа, Ванды Максимофф.       Но от себя не убежать, как оказалось, от чувств тоже.

***

      Даже при отсутствии часов, Ванда с уверенностью может говорить о том, что с начала тренировки прошло уже около двух часов, но все это время рядом с Наташей Романофф превращается в жалкий, ничтожный миг, который хочется растянуть надолго. За всю свою жизнь девушка впервые оказалась с кем-то на таком близком, интимном расстоянии, которое лишь опьяняло, усугубляя чувство усталости. Несмотря на надоевшую, воющую боль в ногах, она не хотела останавливаться. Максимофф улыбается и краснеет каждый раз, когда агент позволяет себе шептать на ухо партнерши похвалу, чередуя с комплиментами. Ласковые слова обжигали также сильно, как руки на талии, что иногда блуждали по спине и еще реже опускались ниже, и горячее дыхание блондинки.       Романофф нагло, без зазрения совести пользуется своим положением. Вдыхает цветочный аромат кожи, и неосознанно, с каждым разом все сильнее прижимает к себе партнершу. Если бы это было физически возможно, девушки бы давно растворились друг в друге. В этот момент она желает не думать ни о чем, кроме их танца, и если бы Ванда знала об этом, то бы поддержала инициативу. В этом мире только они, только вдвоем, и ничего более.       Несмотря на мысли, что активно плясали в голове, тело не выдерживает, вернее, оно сдается под уровнем напряжения. Их лбы соприкасаются, несмотря на продолжающийся активный танец, и обе забывают, как дышать. Ванда делает маленький шаг назад, нехотя вырывается из объятий и делает поворот вокруг своей оси. Именно он стал роковой ошибкой, пытаясь остановить головокружение рыжеволосая делает шаг в сторону, в глазах продолжает темнеть. Почувствовав что-то неладное, Романофф вовремя притягивает девушку к себе, за несколько секунд до того, как ее тело полностью обмякнет. Инстинктивно прижав партнершу к груди, удерживая, блондинка сокращает расстояние между ними до нескольких миллиметров. В следующий раз, когда зеленые глаза распахиваются, Максимофф осознает какое между ними критическое расстояние. Ведьма обхватывает девушку за шею, а взгляд перемещается с глаз на слегка розоватые губы.       Наташа облизывает пересохшую кожу, а затем немного остраняется, возвращаясь в реальность. Она помогает уверенно встать на ноги, давая несколько дополнительных секунд придти в себя. Рука Ванды все еще продолжает лежать в руке шпионки, когда вторая начинает говорить:       – Это была слишком насыщенная и долгая тренировка. Стоит отдохнуть и восстановить водный баланс, – начинает Наташа, нехотя ослабляя хватку и делает шаг назад. После разочарованного выдоха партнерши, ей кажется, что ни она одна не хотела, чтобы этот момент заканчивался. Нет, это бред, она просто что-то себе напридумывала. – Закончим на сегодня. Ты большая молодец.       – Спасибо. – Щеки Ванды красные, толи от лестной похвалы, толи от мыслей, что могло быть дальше, если бы не умение шпионки вовремя остановить ситуацию.       Ведьма направилась в сторону двери, ей необходимо снять накопившееся напряжение и подумать о многих вещах, например о том, как, учась ради свидания с одним, она чувствует, как чувства нарастают к другой. Девушка дергает за ручку двери, а затем хмурит брови, когда осознает, что металлическая преграда не поддается. В следующий раз она пробует приложив немного больше силы и используя вторую руку, но итог такой же. Максимофф хмурится, проклятия насланные на дверь не помогают, хотя бы потому, что Старк установил блокаторы сил. Теперь она просто хрупкая женщина, которая не может справится с железной дверью.       – Ванда? Что ты делаешь? – интересуется девушка, сдерживая смешок от картины, что она наблюдает. Рыжеволосая держится двумя руками за ручку, а левая нога стоит на статичной стороне двери.       – Ты заперла дверь? Не могу открыть.       – Наверное захлопнулась. – Вдова пожала плечами, развернулась, и присела на корточки, продолжая собирать свои вещи.       Схватив бутылку воды, полотенце и телефон, блондинка приблизилась к ведьме. Она обошла ее, пробуя ввести пароли, но спустя две попытки поняла, что даже это им не поможет. В голову тут же закрались мысли, но Наташа старалась всячески их отрицать. Стив и Клинт, конечно, рисковые и безрассудные в моментах, когда вмешиваются в чужую личную жизнь, но так подставить подругу низко, хотя очень даже смахивает на их стиль.       – Разве ты не можешь открыть ее своей магией? Уверена, что на миссиях ты проделывала и не такие трюки. – Романофф готова начать молиться всем богам, ведь если они останутся с девушкой одни, она подозревает, что это может привести к щекотливым последствиям. Замечая, как ведьма отрицательно машет головой, блондинка понимает, что она в западне. – Ясно, тогда у нас проблемы.       Максимофф внимательно следит за всеми движениями агента, стараясь понять настрой. Когда Наташа зла, лучше молча сесть рядом и ждать перемены настроения или решения проблемы, но сейчас блондинка выглядит скорее озадаченной. Старшая девушка делает несколько шагов, облокачивается о стенку и скользит вниз чтобы сесть. Ванда неловко заправляет выпавшую прядь за ухо и делает медленные шаги навстречу, желая сесть рядом. Романофф словно ее не замечает, все это время она злостно что-то печатает в телефоне.       Наверняка каждый фанат супергероев хоть когда-то задавался вопросом – есть ли у мстителей чат в социальной сети, где они могут общаться не используя штатные радиосигналы? Конечно же есть, причем далеко не один. Например, Наташа состояла сразу в нескольких, как истинный двойной агент. Она никогда не скучала вечерами, читая сообщения или пересылаемые приколы от фанатов. Самым скучным чатом несомненно была беседа сторонников Стива, под кодовым названием «Команда Кепа», это был просто образец нравственности, другое дело «Нахуй Роджерса», кто был создателем долго выяснять не придется. «Вот он», – шепчет девушка, когда открывает беседу, где были только она, Клинт и Стив. Наташа: Я уверена, что виновники того, что мы с Вандой заперты, – именно вы двое. Но я буду более лояльна, ЕСЛИ ВЫ ВЫПУСТИТЕ НАС СЕЙЧАС ЖЕ.       В ожидании ответа блондинка подняла голову и посмотрела на ведьму, что присела напротив. Взгляд Ванды блуждал по комнате, от скуки и в ожидании пока освободится Романофф, внимательно осматривая даже самую пустяковую деталь. И пока Максимофф летала в своих мыслях, шпионка тем временем блуждала по каждой клеточки лица девушки, передвигаясь от родинки к родинке. Единственное о чем могла думать Наташа, так это о том, насколько красива была рыжеволосая. Сердце затрепетало, когда Романофф представила как касается лица мстительницы, проводя большим пальцем по щеке, приближается к ней, чувствует запах лаванды, а затем... телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении. Клинт: Тебе стоит перестать винить нас во всем, что касается тебя и ведьмочки, и понять, что это судьба ;) Наташа: ХА-ХА, Бартон. Судьба точно не могла заблокировать дверь. Стив: Как и мы. Вытащим вас, когда вернемся.       После текстового сообщения от Роджерса на телефон приходит новое уведомление, и в чате всплывает фотография. Изображение немного расплывчатое, некое подтверждение того, что Стив фотографировал самостоятельно. На снимке был изображен Сэм, что сидел посреди Баки и Клинта, обнимая парней за плечи. Сам Роджерс был с краю, на лице капитана сияла улыбка, когда он делал селфи. Надо же, мамонты научились и этому. Романофф пыхтит и немного обижается, когда узнает место. Подумать только! Ее лучшие друзья не только заперли ее, обрекая девушку на несколько часов в компании Максимофф, но и отправились в любимый бар без нее. Наташа уверена, что месть ее будет жестока, вот закроет она Стива и Барнса в каком-то чулане, и посмотрит, как запоет влюбленный блондин.       – Раз мы оказались в такой ситуации, и нам придется ждать помощи, может, поболтаем? Или ты предпочтешь сидеть в своем мобильнике? – бархатный голос вырывает Романофф из размышлений. Девушка отвечает лишь кивком, откладывая телефон куда-то подальше. – Чем ты занималась с нашей последней встречи?       – Наша последняя встреча, – повторила Наташа, проговаривая каждое слово, пытаясь вспомнить на чем остановились их былые отношения. Ухмылка поселилась на её лице. – А, та самая встреча, в аэропорту, когда при помощи магии ты отшвырнула меня от Клинта. Знаешь, было немного необычно и больно. – Шпионка замечает, как лицо напротив становится озабоченным и более грустным, виноватым, чем секундами ранее. – Это шутка, не переживай, ведьмочка. Наше внутрикомандное противостояние давно в прошлом. Я была в России, скажем так: восстанавливала прогнившие несколько лет назад семейные узы.       – И как все прошло? – спросила Ванда более оживленно после комментариев девушки. Рыжеволосая повернула ноги под себя, села в позу лотоса и приготовилась к рассказу.       – Незабываемо. Первым делом я подралась с младшей сестрой, а потом мы убегали от наемных убийц. Помогли отцу сбежать из тюрьмы и поехали на ферму к маме, где она генетически совершенствует свиней. Выпили немного водочки, закусили картошечкой с селедочкой, а потом Алексей с трудом влез в свой старый костюм и начал выпендриваться. Перед ужином мы освободили оставшихся черных вдов, уничтожили секретную базу генерала Дрейкова и на последок убили его дочь, что он превратил в киборга. – Романофф ухмыльнулась, когда заметила, что с каждым ее словом глаза девушки напротив становятся все шире. – Обычные русские выходные, потом еще всей семьей на рыбалку ходили. Помню, как один из поросят Мелины скинул отца в воду, Елена от смеха чуть с лодки не упала.       Наташа закончила свой рассказ, но в голове до сих пор блуждали воспоминания. Несмотря на все сложности, чокнутый характер каждого они были семьей, самой обычной семьей, если конечно откинуть свыше тысячи трупов в сумме. Удивительно, что во второй раз из России, помимо шрамов, она привезла положительные эмоции и такие ценные моменты, которые она будет вспоминать до конца своих дней. Пока Романофф была погружена в собственные мысли, пришла очередь Ванды наблюдать за девушкой. Рыжеволосая замечает несколько маленьких шрамов, и допускает мысль, что хотела бы целовать каждый, чтобы хозяйка позабыла об этом. Максимофф легко машет головой, стирая намерения, что вызывали что-то теплое в груди. Нет, это все невозможно, они лишь подруги, были конечно когда-то более близки, но сейчас между ними грань. Да и сидят они здесь не просто так, а из-за того, что ведьма идет на свидание с другим.       – Никогда не подумала бы, что у тебя есть сестра, – желая полностью оградиться от желаний, что изначально невозможны, рыжеволосая продолжает разговор. – Вы похожи?       – Мы не родные, изображали семью с самого раннего детства, – объясняет шпионка. Ванда поджимает губы, и неосознанно вспоминает Пьетро. Время с ним было самым лучшим в жизнь, и она бы желала чтобы у Нат тоже был такой человек. – Мы похожи характером и стилем убийства... – девушка делает паузу, это не совсем то, что принято рассказывать о братьях или сестрах в нормальном обществе, но разве они могут себя считать нормальными? – Елена более открыта к миру, людям, она хочет наверстать упущенное, узнать как можно больше нового. Сейчас она на Коста-Рике, отдыхает с одной из своих новых подруг, тоже из бывших вдов. Но не думаю, что она долго продержится. Один раз черная вдова, всегда черная вдова. Поэтому я уверена, что она станет одним из лучших агентов ЩИТа, будет бороться за свободу и правду, помогать людям. Возможно, когда-то встанет на мое место, когда я окончательно устану от этого дерьма.       – Тебя будет сложно заменить.       – Уверена, что она справится и будет еще лучше. Знаешь, младшие чаще всего более одаренные. – Романофф снова тянется к своему телефону, открывает галерею и пролистывает пару фотографий, пока не находит одну из своих самых любимых. Девушка протягивает телефон Ванде. – Посмотри, это одна из наших первых фотографий. Вернее первая настоящая, а не очередная постановочная для прикрытия.       Максимофф не может сдержать улыбку, когда видит на фото двух искренне улыбающихся девушек. Наташа и Елена сидели за столом в доме Мелины, и по спящему виду первой, не трудно было догадаться, что их сфотографировали за завтраком. Рука Беловой лежала на плече старшей сестры. Волосы Романофф были намного длиннее чем сейчас, и имели привычный рыжий оттенок. Вдове конечно с любой прической хорошо, но Ванда ловит себя на мысли, что скучала по рыжей копне, скучала по тому, как во время просмотра фильма ей разрешалось бродить в волосах шпионки. Улыбка у девушки слишком искренняя и прекрасная, Ванда были одной из немногих, кому повезло ее видеть. Ведьма ловит себя на мысли, что завидует младшей сестре Нат. Она бы с удовольствием оказалась бы на ее месте, приобнимала девушку, желала приятного аппетита и завтракала вместе с ней.       – Ты очень красивая, – на выдохе вырывается у рыжеволосой, и она не может поверить, что сказала это вслух. Щеки предательский начинают наливаться кровью.       – Спасибо. – Наташа забирает телефон, который лениво возвращают. Между девушки нависает молчание. Максимофф продолжает думать о фотографии и своих словах, а шпионка закусывает губу, перед тем как задать интересующий вопрос. – Я многое пропустила за то время, что меня не было. Ты и Вижен, у вас все очень серьезно? Просто когда я уезжала, вы были в максимально дружеских отношениях, хоть и близких.       – Да, вроде как серьезно. – Ванда подтверждает очевидное, закусывает губу и складывает руки на груди, принимая закрытую позу. Романофф сразу понимает, что девушка не особенно горит желанием говорить о своей личной жизнь. И на какой ответ вообще надеялась шпионка? «Нет, ты чего? Он мне как брат, мы просто так мило кокетничаем, а его рука чисто по-братски задерживается на моей талии. Как тебе такое в голову пришло?». – Виж очень славный, добрый, внимательный, понимающий, милый. Для не живого человека, конечно, но иногда он слишком робот. Думаю, это именно то, что мне нужно, мне спокойно с ним. Знаю, что он всегда будет рядом, и он менее хрупкий чем человек. После родителей и Пьетро... ну, ты понимаешь, к чему я.       – Да, я понимаю. Я рада за вас. – Ох, Наташа, ты можешь врать хотя бы не самой себе? Ты рада меньше всех, но сама виновата, что все сложилась именно так. Не вела бы себя как маленькая девочка, что испугалась ответственности и чувств, было бы все иначе. Пожинай плоды. – Но все равно не думала, что вы когда-то начнете встречаться. Все думали, что вы, как я и Клинт, лучшие друзья и почти семья.       Максимофф усмехнулась собственным мыслям, она и сама не думала, что дойдет до такого. Когда они только начали общаться с синтезоидом, девушка уже смотрела глупыми глазами-сердечками на другого человека: – Я тоже, если говорить откровенно. До того как мы с Виженом так сильно сблизились я была влюблена в другого человека, но по иронии судьбы мы оказались по разные стороны баррикад. Разные принципы, разные цели, разные люди.       – Ого, наша ведьмочка была влюблена, а я думала, что ты слишком недоступная. Кто это? Хотя нет, не говори, я угадаю. – Романофф заерзала, ее глаза загорелись. Девушка напоминала ребенка, который жаждет сорвать пленку и открыть новогодний подарок. – Тони? Хотя, не думаю, что хоть какая-то женщина, кроме Поттс, может вытерпеть его скверный характер. Тогда, может, это паучок? Питер Паркер, он как раз был в команде Старка во времена нашей гражданской войны. Но ты не похожа на любительницу помоложе. – Ванда смеется и отрицательно качает головой на каждое слово, что вылетает с уст напротив. Иногда Нат слишком глупышка, особенно, когда в ее глазах прыгают языки азарта. – Точно! Я знаю, кто это! Клинт! Он был очень мил и добр к тебе с самого начала, а это здорово подкупает, даже меня в самом начале не оставило равнодушной.       – Точно никто из них, – девушка не может сдержать улыбку и качает головой. Максимофф даже и представить не может, какое развитие событий лучше. Она хочет посмотреть на шпионку, когда она доберется до правильного варианта ответа, но и боится посмотреть на нее по этой же причине, опасаясь реакции. Ванда чувствует, что их отношения становятся все ближе, и она не хочет отпускать Наташу снова. Ведьма хочет видеть ее в своей жизни, пусть даже как подругу, но очень близкую. – Оставим это в секрете, все равно не сможешь отгадать.       – Что? Нет, ты не можешь со мной так поступить, Ванда. Во-первых, это нарушает одно из самых важных правил женских разговоров – никаких секретов. Во-вторых, ты даже не дала мне подсказку!       – Хорошо. Скажем так, этот человек с чистой душой и добрым сердцем, хоть и так часто прячет его ото всех. Никогда не сдается, всегда придет на помощь. Хриплый смех, милые родинки на лице, заразительная улыбка. Любит эксперименты с волосами и зовет меня ведьмочка, – рыжеволосая закусила губу, смотря на Романофф, она описала ее слишком подробно, тут только какая-то дурочка не догадается, не то что первоклассная шпионка. Ванда сдала себя с потрохами.       – Это слишком расплывчато. – Все-таки дурочка, проносится в голове у Ванды, а тело облегченно расслабляется. – Половина агентов ЩИТа зовут тебя так, благодаря мне... и агенту Хилл. – Шпионка быстро смекнула и как ни в чем не бывало, изображая глупышку, добавила имя Марии.       Девушка хочет отшутиться, перевести разговор в другое русло, но сердце бешено стучит, Наташа так близко и одновременно кажется далеко для того, чтобы раскрыть тайну, что Максимофф еще никому не раскрывала. Ящик пандоры так и не был открыт, и все это благодаря пьяному Сэму, что пришел на спасение с другими мужчинами, что посещали бар.       – Дамы, ваши рыцари прямо перед вами! – самодовольно начал Сокол, ставя руки на талию и приподнимая подбородок, поза более чем геройская. Тело мужчины шатает, и это вызывает лишь хихиканье.       – Для рыцарей вы слишком долго, – вставая с места, комментирует ведьма. – Хотя в таком состоянии на коне галопом лучше не скакать.       – А мы вам, случайно, не помешали? Вы, наверное, секретничали или что-то более интимное. – Клинт лукаво улыбается, ища признаки чего-то романтичного, остальные члены команды, помимо Роджерса, воспринимают это как очередную шутку. Вместо желаемого ответа он получает лишь грозный взгляд от подруги.       – Не помешали, – шипит Романофф и легонько выталкивает парня с прохода, чтобы как можно быстрее покинуть помещение. – Еще немного, и я бы скисла.       – Обязательно передадим Старку, что дверь барахлит, – как ни в чем не бывало говорит Роджерс.       Всей толпой они направились к лифту, желая как можно быстрее уложить пьяного Уилсона спать, пока тот не начал петь песни с более грязном смыслом, да и на ногах он стоял хуже всех. Вечно не пьянеющие Баки и Стив и малопьющий Бартон напоминали родителей подростка, который впервые напился. Ванда и Наташа шли впереди, они переглянулись пару раз, но не решались заговорить снова, каждая оставаясь при своих мыслях.       Максимофф была немного опечалена невнимательности подруги, веря в то, что шпионка и не подумала на себя. Задаваясь вопросом о том, что было, если бы правда раскрылась, ведьма и не заметила как в лифте они встали рядом, слишком близко прижимаясь к друг другу из-за тесноты. Их руки пару раз соприкоснулись заставляя сердце подпрыгнуть. Когда двери лифта открыли на этаже Ванды, кабину покинули сразу трое. Барнс и Роджерс держали Сэма под руки, что жил на этом же этаже. Мило улыбаясь Наташа на прощание помахала девушке ручкой.       – Спокойной ночи, ведьмочка. – прошептала шпионка в уже закрытые двери. Романофф подняла свою голову на друга, с лица которого не сходила самодовольная улыбка. – Спасибо.       – Да не за что, Нат. Теория-то фактом оказалась.       Шпионка улыбнулась краешком губ и утвердительно кивнула. Действительно, Бартон редко когда оказывалась не прав, но это имело лишь самое малое значение в данной ситуации. Сейчас перед девушкой стоит задача, превратить тайный факт влюбленности, причем обоюдной влюбленности, в общеизвестный.

***

      Поудобнее расположившись на бархатном пуфике, Ванда ещё долго не могла оторвать взгляд от отражения в трюмо, она никогда не думала, что будет заниматься самолюбованием так долго. Девушка с трудом могла узнать в отражении себя. Легкий, натуральный макияж, блеск на губах и завитые локоны, падающие на грудь. Лазурное, блестящее платье с декольте идеально подчеркивало фигуру, хотя по мнению ведьмы, вырез на ноге выглядел пошло, но Пеппер ее убедила, что она просто создана для таких нарядов. «Эталон женственности» – утверждала блондинка во время примерки.       Кто-либо с трудом мог назвать Максимофф шопоголиком, она была более чем практична, выбирала более удобную одежду базовых цветов. Например, самая яркая вещь в гардеробе – красная кожаная куртка и вовсе принадлежала Романофф. Поэтому, когда она вчера вернулась с лёгкого шоппинга с мисс Поттс (если конечно его можно назвать лёгким. они обошли больше половины бутиков Нью-Йорка, почти в каждом покупая хоть что-то), все были мягко говоря шокированы увидеть огромное количество пакетов в руках девушек, и ровно столько в руках плетущегося за ними Хэппи. Но самое удивительное было в том, что все вещи были куплены для Ванды. Когда Поттс помогала с выбором ее глаза светились от счастья, и ведьма не посмела ее остановить.       Сейчас же большинство вещей были небрежно разбросаны по комнате. Несколько минуту назад ее комната напоминала хаос, а дорогие наряды летали в воздухе. Ванда с ума сходила от волнения, все должно было пройти идеально. Сегодня будут существовать только они вдвоем.       Последняя тренировка перед настоящим свиданием не напоминала ни одну другую, и как это было обговорено заранее, была направлена скорее на общий курс по предмету – свидание, чем просто урок танцев. Сегодня, в их последнюю встречу они договорились воссоздать симуляцию идеального свидания, чтобы в пятницу Ванда чувствовала себя более чем комфортно. Девушка и представить не может каких усилий стояло Романофф не только украсить и немного изменить общий этаж, но и выгнать каждого мстителя и работника за пределы башни.       Когда двери лифта открылись и Максимофф сделала шаг вперед, она мягко говоря удивилась. Этаж, где часто обитали мстители напоминал холостяцкую квартиру, но сейчас его было не узнать. Горели светильники, тусклый свет создавал романтичную обстановку и не мешал любоваться сумрачным Нью-Йорком. Играла музыка. Единственная мебель, котрая попалась Ванде на глаза были стулья, что стояли у стола, украшенного белой скатертью и цветочной композицией посередине. Она никогда не догадывалась каким романтиком может быть ее подруга. Сотворить такое, ради тренировочного свидания.., хотя зная как Нат относится к тренировкам.       – Ты пришла, – ведьма повернула голову и встретилась взглядом с шпионкой, которая взяла два фужера с барной стойки, и направилась на встречу девушки. Пузырики шампанского бились о стеклянные стенки. Ведьма с трудом противостоит своим чувствам, увидя Наташу в черном брючном костюме. Приталенный пиджак идеально подчеркивал фигуру, а не застегнутые верхние пуговицы заставляли закусить губу. – Привет.       Романофф здоровается шепотом, ее тембр заставляет рыжеволосую дрожать. Мурашки пробежались по всему телу, а в груди застряло чувство, что вот-вот что-то взорвется и опьянит тело приятным теплом: – Здравствуй. Ты выглядишь словно королева.       – Спасибо, – отвечает шпионка перед тем как перед фужер Ванде. Она хватает девушку за свободную руку и поднимает ее вверх, намекая, что ведьма должна покрутиться. – Черт, но ты... самое красивое зрелище, что я только могла видеть в своей жизни.       Краснота стремительно расползается по щекам, и Максимофф с трудом может поднять взгляд чтобы посмотреть в зеленые глаза напротив. Они стоят так еще несколько минут, держась за руки, рассматривая каждую деталь наряда и мысленно восхищаются друг другом. Ведьма не может остановиться, взгляд заблудился где-то между пуговиц, а в голове уже слишком неприличные мысли. Она желает расстегнуть рубашку Наташи прямо сейчас, оставляя на своем пути дорожку поцелуев. Прижаться к ней, целовать светло розовые губы, запутаться в блондинистых локонах и чувствовать горячие руки на теле. То, какие мысли вызывает женщина напротив, никто больше вызвать не сможет. Ванда не успела сделать и глотка, но чувствует себя пьяной.       – Обычно, на свиданиях, люди после приветствия садятся за столик и болтают, но я не могу отвести от тебя глаз. – Романофф не была специалистом, но она была на пере свиданий, даже не в качестве заданий. Девушка осознает, что слишком долго и неприлично пялится, но чувствует, что умрет, если отведет глаза.       – Мы можем присесть, поболтать, но дело в том, что я не желаю отпускать твою руку.       – Тогда могу предложить потанцевать, если не боишься, что шампанское выдохнется.       – А не все ли равно? – Максимофф задает вопрос, и каждая воспринимает его как риторический. Наташа улыбается, даже если самолет влетит в это чертово здание им будет все равно.       После того как они ставят фужеры и делают несколько шагов в центр комнаты, подальше от столика, блондинка становится напротив ведьмы и протягивает руку, приглашая на танец. Ванда кладет руку в руку партнерши, делает шаг навстречу и становится ближе. Движения медленные, словно они танцуют впервые, узнавая тела друг друга, получая удовольствие от каждого момента. Шпионка не может контролировать себя, левая рука, которая должна лежать в районе лопатки, скользит, и останавливается чуть ниже талии. С каждым шагом дышать тяжелее, воздух становится разряженным, кислорода критически не хватает. Наташа делает широкий шаг вперед, крепко прижимает партнершу к своей груди и заставляет их тела наклонится так низко, что Максимофф готова поклясться, что чувствует как кончики волос достают пола.       – Ты лучшая, с кем я танцевала, ведьмочка. – Блондинка делает акцент на последнем слове и смотрит в зеленые глаза в поисках реакции.       Они вновь возвращаются в диагональное положение, руки Максимофф запутаны в волосах партнерши, а ее дыхание раздражает алые губы ведьмы:       – У меня был слишком хороший учитель – шпионка, которая умеет изображать ничего не понимающую дурочку.       Слова, что отсылают к их последнему разговору были встречены улыбкой. Карты вскрыты, бежать уже некуда, да и нет необходимости. Если Ванда все поняла, если их чувства взаимны, то Наташа не может представить более идеального момента чтобы рискнуть. Девушка закрывает глаза и тянется к желанным губам. Сердце бешено колотиться, но не только у нее, когда губы соединяются в поцелуи.       Ведьма целует нежно и медленно, смакуя происходящее, молясь чтобы это был не очередной романтический сон с эротическим продолжением. Романофф растворяется в ощущениях и готова поспорить, что эта девушка забирает не только самый лучший танец, но и поцелуй. Максимофф чувствует как язык шпионки скользит по губам, заставляя их приоткрыться. Она хочет чтобы это продолжалось вечно, но поцелуй обрывается слишком резко, заставляя желать еще.       В следующий раз, когда глаза девушек открываются вновь, они чувствуют электрическое напряжение, что спустя столько времени вырвалось на свободу и теперь летают в воздухе, проходя сквозь тела. Ванда скользит костяшками от затылка по виску, и останавливается на щеке, действия ведьмы заставляют блондинку в удовольствии закатить глаза. Наташа прислоняется к ведьме лбом, она не может видеть ее глаза боясь реакции на свою речь:       – Я была такой дурой, когда безуспешно пыталась убежать от тебя и своих чувств. Потеряла так много прикосновений, танцев, поцелуев. – Наташа шепчет, боится говорить в полную силу. – Прошу, если такое возможно, не ходи с ним завтра на свидание. Не хочу, и не могу тебя отпустить.       – Ты и представить не можешь, сколько я ждала этих слов.       Их глаза снова встречаются, изумрудный смешивается с болотным. Они не могут поверить что это происходит с ними, когда вновь соединяются в поцелуе. Движение губ нежное, глубокое. Девушки изучают и получают удовольствие, когда чувствуют друг друга. Губы, дыхание, руки. Сейчас каждая клеточка тела одной принадлежит другой. Ведьма ласково посасывает нижнюю губу, а затем стонет, когда руки вдовы сжимают талию.       Завтра предстоит серьезный разговор с Виженом, тысячи извинений, понимающая улыбка синтезоида и чувство, что Ванда поступает правильно. Романофф завтра столкнется с ликованием лучших друзей, и признанием их вечно правыми, да и вообще лучшими свахами. Все это будет завтра, но сегодняшней ночью они полностью предоставлены друг другу. Девушки будут еще долго танцевать, держаться за руки, пить шампанское, наслаждаться звездным небом мегаполиса и конечно же тонуть в объятиях и поцелуях.       Они есть друг у друга, и все это чертовски правильно.