Джедайские баллады

Стремительно приближающаяся посадочная площадка Храма джедаев на Корусанте вызвала у Энакина очередной приступ подступающей тошноты. Кое-как проглотив горький комок и слегка коснувшись лба, он взглянул на свои пальцы, в тусклом аварийном освещении корабля казавшиеся размытыми. На фарфорово-белой коже остались алые пятна крови, проступившей сквозь наспех наложенную повязку на голове. Его учитель выглядел немногим лучше. Оби-Ван упрямо смотрел перед собой, полный решимости посадить транспорт, несмотря ни на что. Его руки, судорожно сжимавшие штурвал, были покрыты ожогами и порезами, из которых сочилась желтоватая сукровица. Знал Энакин также и о том, что его наставник всеми силами старался скрыть обугленную дыру от бластера прямо под рёбрами, как будто бы игнорирование жестокой раны магическим образом её исцелит. С грохотом и скрежетом их корабль, державшийся на честном слове, специальной механической клейкой ленте Энакина и искусном владении Силой его учителя, выпустил шасси и почти мягко приземлился, с неприятным визгом проехавшись днищем по бетону. С удивлением Скайуокер отметил, что их встречали, причём по высшему разряду: помимо Йоды, Мейса Винду и ещё нескольких членов Совета, прямо на посадочной платформе уже дежурила бригада джедаев-целителей. Что оказалось как нельзя кстати, поскольку и без того порядком истощённой бравады Оби-Вана хватило только на подобающие приветствия магистров. После этого он безо всяких предупреждений потерял сознание, и славящаяся своей мгновенной реакцией целитель Бент Эйрин едва успела подхватить рыцаря-джедая прежде, чем он пересчитал головой все выступы и вмятины трапа их корабля. Энакин, как и всегда, ожидал почувствовать холод и осуждение от членов Совета, а потому был крайне удивлён, когда Мейс Винду положил руку ему на плечо и сочувственно произнёс: — Нам очень жаль, что ваша миссия пошла не по плану. — Нужды нет переживать, юный Скайуокер, поправится учитель твой, — проскрипел Йода, стукнув своим посохом, — а сейчас ступай к целителям, отдохнуть постарайся. — Магистры, я… это я… я хотел только… — о нет, только не слёзы, и только не перед главными сухарями Галактики! — Ты всё сделал правильно, Энакин, — жёстко отрезал магистр Винду, — а дальнейшие обстоятельства надлежит обсуждать не здесь и не сейчас. Ступай, пусть наши братья и сёстры позаботятся и о твоих ранах тоже. Ему как рабу практически не было знакомо чувство безопасности. Но сейчас, хоть всё в этом дне складывалось против Энакина, по телу разлилось необычное тепло. Хромая, он поспешил догнать гравиносилки, на которых везли в лазарет его учителя, и прищурил не заплывший от ушиба глаз, поймав на лице лучик заходящего солнца. Как бы там ни было, они вернулись домой и, даст Сила, всегда будут возвращаться впредь.