У смерти и любви один и тот же нрав

      Кэйя умирает. Вот так просто, иногда с пафосной речью, иногда в теплых объятиях и славной историей. Он умирает на войне за Мондшдтат и Кхаэнри'ах, в битве с похитителями сокровищ или элементарными монстрами. Дело вот в чем. Из раза в раз Кэйю убивает любовь.

***

      Однажды, вспоминает маленький принц, - сотканные из звездных нитей шелка и пуховые одеяла, тюлевые занавеси и объятия - когда отражение острым краем по золоту, он умер от руки своей матери. Хотя, конечно, это не совсем правда. (Павлинье перо смеется. «Мне можно верить только на половину в лучшем случае, да, Люк?» - улыбается он. Мудрая сова улыбается в ответ. Но все это потом, всего этого еще пока не случилось - отблеск восходящего над морями солнца.)       Маленький принц - звездное сияние во впадинах глаз и бесконечные сказки о грядущем - с теплой улыбкой берет из рук матушки королевы - тоскливая нежность и любовь, которой не суждено остаться в веках - пиалу с водой. В воде яд того цветка, который избегают даже проклятые чудища Бездны. Об этом Кэйя узнает задыхаясь от крови во рту, обожженный слезами и оглушенный плачем ужаса. Королева, матушка, не помня себя от горя прижимает его к себе - мертвого, убитого ее рукой и незнанием.

***

      Звезды помнят еще одну историю в том краю, где солнце не встает, а звезды высечены в душах, о том, как верный рыцарь - краткое безумие и вечность осуждения - в приступе ненавистной боли, пустой и вечной, убивает юного принца. Кэйя помнит о том, как милый друг, единственный воспитатель, (почти отец), пронзает его слабое тело проклятым мечом, проклятой рукой, бессмысленно глядя проклятым глазом.       Дайнслейф к их общему, великому горю, тоже. Он помнит труп возлюбленного принца, помнит кровавое месиво его груди, помнит, как молил о смерти. Но так же Дайнслейф помнит, что этого никогда не происходило, потому что из раза в раз, когда любовь лишает маленького принца жизни, звезды, ведомые той же любовью, возвращают ему ее.

***

      Чайльд Тарталья, одиннадцатый предвестник Фатуи не помнит, но знает, перерожденное в бездне несчастное дитя, о том, как убил своего прекрасного звездного принца. Умирающий из раза в раз в Бездне и возвращаемый ею к жизни в извращенной форме безумной любви, маленький Аякс желал лишь крови на ладонях и ржавом отцовском клинке.       А Кэйя лишь навестил милого друга.       В конце концов из раза в раз Кэйю убивает любовь. В конце концов из раза в раз именно любовь дает ему еще один шанс.

***

      Однажды, вспоминает юный воспитанник семьи Рагнвиндр, его названный милый брат - нахохолившаяся синица в ладонях, безудержность пламени в отражении привязанности - убивает его. Случайно. Так, совсем неловко, по детски, Дилюк Рагнвиндр тринадцати лет отроду сталкивает найденыша и названного брата с лестницы. (-Не плачь. Этого ведь не было - сколом во льдах, окровавленная рука сжимающая осколки витража, шепчет Кэйя. Дилюк лишь крепче прижимает его к себе. -Но ты помнишь об этом,- отзывается он несчастно.)

***

      Потом была девочка - пустая горькая темнота в глазах оттенка запекшейся на цветах крови - безродная и одинокая. Дитя разбойников, дитя кровавых снов, дитя без надежды на счастье. (-Я убила своего отца однажды,- чуть пьяно, шелковой тишиной, шепчет Розария - несчастье в терновом венце, с улыбкой холодной в наряде цвета крови. -Я убил свою мать однажды, - в ответ раздается ей, и лед сковывает океан невыносимой вины.) (Ты и меня однажды убила, милая Роза, но я никогда тебе об этом не скажу.)

***

      В следующий раз, Кэйя не умирал. В следующий раз Кэйя разрушил свою жизнь, уничтожил все дорогое своему сердцу, но не умер. (По секрету: Кэйя возненавидел себя, за то что не умер.)       На руках Дилюка умирал их отец, - закат в осенний вечер, яркая краска в алом разливе - затухал пламенем огонь его жизни, и Кэйя чувствовал себя свободным. (За это он тоже себя возненавидит.)       Когда начнется правда, а жизнь посыпется градом витражных осколков, Кэйя не умрет от клекота огненной птицы, но разобьёт себе сердце.       А Дилюк уйдет из Мондшдтата, их милого дома, на четыре года.       И Кэйя будет зол.

***

      Смерть от рук Кли, его милой, обреченной на одиночество, но не ведающей этого малышки Кли, была болезненна, полная ужаса и волнений, потому что единственная мысль - вечное желание, раздробленное в крошево сердце - была спасти ее. Кэйя смеется, сидя утром в кровати, ожидая ее прихода. Его никогда раньше не разрывало на части взрывом.       Сияющее солнце приходит к нему, весело хихикает, и показывает новое сокровище. Кэйя предлагает оставить его сегодня дома, и Кли соглашается.

***

      А потом случается война. Случается смерть Варки, смерть трех из предвестников, смерть семьи Аякса и смертьсмертьсмерть. Кхаэнри'ах переворачивает мир вверх дном, Монд горит пожарищем. Кэйя умирает почти каждый день, когда принимает на себя удар предназначенный Джин, когда прикрывает отступающих рыцарей, когда вытаскивает Альбедо, полуживого с поля боя. Но чаще всего Кэйя умирает из-за Дилюка. Не обвинение, просто факт - на каждый день по смерти Дилюка, по смерти Кэйи.       Война длится семь лет для всех и в два раза дольше для Кэйи. День сурка среди кровавых од, что воспевает себе павшая нация.

***

      Маленький принц возвращается в Кхаэнри'ах, и, о поразительно, снова умирает и снова просыпается. Маленький принц ставит у своего трона верных соратников. Создание мела с теплом в глазах живым и человечным, проклятое дитя, - изломы коридоров Бездны - преданный рыцарь, о проклятии тысячи воспоминаний, у дерева мирового склоненная голова. (Павлинье перо заливается смехом, когда Небесный кит и Мудрая сова рычат и злятся друг на друга. Меловой принцепс рядом с ним улыбается мягко и иронично, а потом самодовольно произносит: «Какая разница, если единственный, кто никогда его не убивал - я?». Властелин камня мягко прижимает Небесного кита ближе к себе и ласково смеется.)       Они остаются в рухнувшем королевстве, - в истории память золотом о звездах и свободе, в настоящем кровь черной пеленой, ненависть ожогами на сердце - которое пошло против мира, чтоб закончить начатое тысячелетием за их рождения. Звезды мягко мерцают, благословение на крестовый поход во имя света бесконечного.       В конце концов все вновь заканчивается смертью. Верный рыцарь, самопровозглашённый пророк, безмолвное страдание позволяет своему принцу - слезы и смех, беспечность на плечах которой долг - умереть от рук Дилюка вновь, потому что это то, чего он - засвеченное звездным сиянием в отражении рек - со скорбной улыбкой просил.       А потом рухнувшее королевство исчезает, как исчезают сказки и легенды из памяти людей, и Кэйя Альберих возвращается домой.

***

      Он больше не умирает много-много лет. На его глазах заново отстраивают Мондшдтат. Вечно молодой бард поет об этом песню, о кровавой войне, о принце и рассвете, о друзьях и жизни. Кэйя застает как вырастают принцесса осуждения, невезучий искатель приключений и мальчик волк. Как маленькое ускользающее солнце становится полноценным рыцарем, не нуждается больше ни в обеспокоенных переглядках, ни в сказках на ночь. Только в любви бесконечной, которую во век хранить будет в своем сердце.       В конце концов, все меняется, все растет, все оборачивается воспоминанием. Милая Эмбер - неутомимостью полыхающей в глазах, верная огню и стрелам дочь - становится сначала капитаном, а после - когда рыцарь одуванчиков и пурпурная ведьма оставляют орден и Мондшдтат в поисках мира светом засвеченного - становится Великим Магистром.       Один только бард - белые цветы в волосах, песни ветра на кончиках пальцев - не меняясь, песней колышет цветы на могилах детей Мондшдтата, война из Снежной и его возлюбленного бога.       Кэйя с Дилюком живут на Винокурне в нежностях и перебранках, любящие и спокойные. Они каждую неделю зовут Альбедо и Венти на обед, ухаживают за виноградниками, гуляют вдоль озер и среди деревьев.       Кэйя умирает в последний раз, когда его волосы окрашиваются пеплом и серебром, когда звезды готовы принять его в свои объятия - тихие и безмятежные.       Кэйя умирает глубоким стариком, дожив остаток лет так, как желали того для него королева матушка и звезды.