Сrystal butterfly

Лёгкий ветерок из окна приносил сотни запахов с улицы. Все они переплетались, создавая один неповторимый аромат вечерней свежести, в котором содержится непонятная таинственность и загадочность. Это полностью дополняло своеобразную симфонию в комнате, где единственным источником звука являются настенные часы. Время. Движение стрелки часов в равномерном отсчёте секунд, минут и часов. Оно ведь совершенно безжалостно продолжает идти вперёд, растворяя прошлое и давая надежду на будущее. Но сейчас равномерные звуки раздаются, словно приговор. - Господин, Вам не холодно? Может, закрыть окно? – робкий голос С.С. нарушает это убийственное молчание, разрушая хрупкий мир ожидания. Только вот чего? Непонятно. - Нет, мне не холодно, - впервые Лелуш выглядит таким разбитым. Нет, не то слово. Больше отчаявшимся что ли. Мысли мятежного принца не заняты новыми планами, стратегиями и расчётами. Всё это стало не важно. Наннали нет с ним, а теперь его постоянная опора и поддержка тоже начала исчезать. Всё медленно изменяло свой ход с течением времени, не поддаваясь никакому влиянию, ведь мир живёт только по своим правилам. Но именно этот мир и ненавидел сейчас ви Британия. Зачем нужны были восстания, смерти множества невинных людей, если всё в итоге обернулось против него? Но никто не поймёт. Каждый видит что-то своё в этом хаосе, что сотворил Зеро. - Господин, Вам плохо? С.С. Она и была самой главной его ошибкой. Он просто не верил, что её можно потерять. А теперь… у лидера террористов опускаются руки, а надежды рассыпаются, словно белый снег. Та, что всегда была с ним, потерялась в своём собственном сознании, забыв всё, кроме той крохотной частицы, что была в ней действительно живой, но забытой за много сотен лет. Эта девушка. Она абсолютно другая. Ламперуж бы отдал всё, чтобы снова увидеть ту, которую всё же смог полюбить. Самостоятельная, циничная, высокомерная, способная вывести его из отчаяния – такую ведьму и полюбил Лелуш. А сейчас она просто ушла, оставив вместо себя хрупкую оболочку, которая боится всего мира, боится что-то сделать не так, боится… его. Отрицательно мотнул головой. Получив, наконец, ответ, зеленоволосая продолжает изучать пол, боясь сказать лишнее слово. Она всегда так делает, когда получает ответ «нет». И неважно, каким был вопрос. Такая хрупкая, нежная, она напоминает будущему императору хрустальную бабочку. Вечную и прекрасную, но такую хрупкую, которая разобьётся при неосторожном движении, разлетевшись на миллионы несвязанных осколков. Мысль, что прежняя ведьма не вернётся, вселяла страх и печаль. Мысль, что её сознание разбито навсегда на эти самые осколки... Что он тогда будет делать с этой бесполезной девчонкой, которую не может полюбить, но которая тянет его вниз к самому началу? - Господин, - рабыня своего сознания снова нарушает тишину в этой комнате, казалось, отделённой от всего остального мира за её пределами. - Что? – Лелуш поднимает голову, смотря на кусающую губы сообщницу. Она всегда так делает, когда стесняется. - Господин, а что такое любовь? – вопрос ставит принца в тупик. В такие моменты и задумываешься над значением таких слов. Привычные, всегда на слуху, они не требуют объяснения. Ты просто знаешь их смысл, чтобы понять. Но как объяснить человеку, который не знает? Зеро, тем более, не может ответить. Он сам не знает, что такое любовь по своей сути. Чувство. На этом определение заканчивается. - Это… - полный надежды и внимания взгляд. Она хочет услышать ответ на свой вопрос, верит, что её «господин» знает. - Почему ты хочешь узнать? – в итоге отвечает вопросом на вопрос ви Британия. В голове всплывают воспоминания, оставленные прогулкой по галерее Вечности, куда отправила его С.С., стараясь защитить. А ведь любовь и была её желанием. Это самое прекрасное чувство, которое практически воплощает все мечты той девочки-рабыни, которую он видел на картинах в золотых рамах. - Мне говорили, что любовь окрыляет. За спиной появляются крылья, и ты можешь улететь высоко к облакам, - она говорила всё это с искренней улыбкой, что Чёрному принцу было больно рушить её мечты и веру. Бабочка доверилась ему впервые, позволив приблизиться к себе, но не настолько близко. Одно неловкое слово, и она упорхнёт, а он будет винить себя за то, что не смог удержать её. Хрупкую часть своей любимой. Поэтому британец лишь внимательно слушал робкую речь С.С. Конечно, всё это было для девушки слишком чуждо. В жизни рабыни не было места такой роскоши, с которой никогда не будут стоять рядом изысканная жизнь и благополучие. Ведьма так увлеклась своими рассказами, которые вызвали невольную улыбку у Лелуша, что совершенно забыла, что до этого спрашивала. Далёкая и непонятная раньше, но такая искренняя в своих словах - принцу нравилось наблюдать за ней. - Господин, - она смутилась, заметив его улыбку. – Я недавно видела, как люди… обнимали друг друга, говорили ласковые слова и… С.С. снова задумалась. Видимо, не могла подобрать слова к обычному поцелую, как догадался Зеро. Ведьма, ставшая рабыней, которая не способна не то, чтобы разобраться в своих чувствах, не может даже понять их. А он? Принц, способный только убивать и неспособный оберегать. Две полярные противоположности друг другу. - Он прикоснулся к её губам и… Не отдавая себе отчёта в действиях, ви Британия обнял сидящую на полу сообщницу, зарывшись пальцами в необычного цвета волосы и вдыхая тот неповторимый аромат вечера, который, соединяясь с её собственным, кружил голову, опьянял. Та сразу замолчала и притихла, удивлённая поведением «господина». Она чувствовала его тепло, вспоминая тот маленький отрывок из увиденного ею фильма. Не зная, что делать, она осторожно обвила руками шею юноши. Это было незнакомо и чуждо ей. Чувствовать чьё-то тепло, чью-то нежность по отношению к ней. Естественно, рабыня воспоминаний не могла знать, сколько девушек хотели бы оказаться на её месте. Не могла знать обо всех разбитых Чёрным принцем сердцах и безответной любви. Для неё не существовало этих понятий. - Прости меня, С.С., – Ламперуж даже не надеялся, что девушка услышит. Это было больше извинением перед той ведьмой, которую он знал. Маленькое желание, чтобы она услышала и простила за его просчёт, за самую главную свою ошибку. - Вы что-то сказали, Господин? Она не понимает. Даже если и поймёт, то будет думать, что виновата она, ведь в её глазах Лелуш не может совершать ошибки. Он слишком идеален для рабыни, а на руках принца слишком много крови, чтобы касаться такой невинной души. Парадокс. - Ты бы хотела быть любима? – Зеро всё ещё надеется прикоснуться к этой хрупкой бабочке. Получить её доверие. Немного не тот вопрос, но девушка робко кивает. Концы невидимых линий соединяются в общую картину. Он хочет оберегать её, защищать, как она его в самом начале и до последнего момента. Юноша осторожно берёт её за подбородок, встречаясь с ней взглядом. Она краснеет, но не отводит взгляда, тем самым делая шаг ему навстречу. Лёгкое прикосновение к губам, словно к хрупким крыльям бабочки. Он не может её напугать, хочет показать свою привязанность и желание укрыть, сохранить от жуткой реальности. Но при этом уколы вины становятся сильнее. От себя он не сможет её спасти и уберечь. Сейчас это больше похоже на забвение в поцелуе. Спасение от неизбежного. Чувства перемешались в один непонятный калейдоскоп, где картинки слишком разные, чтобы их отличить друг от друга. Ведьма отвечает. Робко, совсем не так, как та С.С., а осторожно и мягко. Этот поцелуй совершенно другой. Как изливание души друг другу, проникновение в чужие тайны. - Господин? – девушка не понимает, почему он отстранился. – Я что-то сделала не так? Только потом принц понимает свою ошибку. Слишком резко и неправильно. Фальшь в плавной мелодии, не та нота. - Спасибо, С.С, – нужно загладить свою вину. Может быть, она никогда не поймёт, почему он так сказал, хотя мило улыбнулась в ответ. А где-то там, среди многочисленных картин в галерее Вечности, запертая в своих же воспоминаниях С.С. прикоснулась пальчиком к губам и счастливо улыбнулась.