лишь один день (если бы мы только смогли быть вместе)

Когда Беннет проснулся, всё было ярко-белым. Слишком белым, из-за чего ему пришлось прищуриться. Сквозь белое пробивались чьи-то очертания, и он задался вопросом, не ангел ли это. Он слышал разговоры и шёпот, но не мог разобрать ни слова, для этого нужны были силы и энергия. Голоса становились всё чётче и чётче, и в конце концов он начал их узнавать. Беннет ожидал услышать голоса своих ушедших из жизни пап, но вместо этого раздался пронзительный писк: — Надо что-то делать!.. На ангела силуэт мало чем походил, не хватало крыльев и нимба. А ещё «ангел» был слишком дёрганным. — Лиза сказала, что нужно просто подождать. Голос второй фигуры был более глубоким, но ненамного. Приспособившись к потоку света, Беннет понял, что это был не ангел, а… — Паймон?.. — он не узнавал собственный голос. Да и ситуацию плохо понимал. Слишком много событий происходило за считанные секунды. Паймон нырнула ближе к его лицу. Из-за её визгов боль в голове и теле Беннета только усиливалась. Он только сейчас осознал, что не знает, где находится, хотя место казалось очень знакомым. Группа, окружавшая его, как будто поняла его дискомфорт, и расступилась, дав шанс увидеть всех присутствующих. Рядом были… все. Лица Барбары и Син Цю сияли, прямо как солнечный свет, проникающий из окна позади. Кэйа улыбался, прислонившись к стене, и подтолкнул локтем своего брата, чтобы подбодрить его, хотя он тоже был заметно рад. Джинн и Лиза переглянулись, а затем одновременно посмотрели на Беннета. Итэр стоял под дверным косяком, а рядом парила Паймон. Чун Юнь сидел возле них на кровати. Эмбер подбежала к Беннету справа и начала тискать, тем самым успокаивая боль. Только взглянув на неё можно было заметить мокрые следы на щеках. Беннет чувствовал, что она до сих пор плачет — её холодные слёзы всё ещё падали на него. — Бенни, прости меня… — В-всё в порядке! — заговорил он, на этот раз не болезненно, а печально. — Надеюсь, я не причинил вам много неудобств… Одного человека в толпе так и не было. — Где Рэйзор? Чун Юнь заговорил с широкой улыбкой на лице: — А ты не заметил? Не заметил, что он вовсю пускает слюни на твои простыни? — Беннет слегка повернул голову. Рэйзор сопел рядом с ним. — Наконец-то он тоже заснул. Он сказал, что хочет быть первым человеком, которого ты увидишь, когда проснёшься. Эмбер отстранилась от Беннета, чтобы погладить Рэйзора по волосам: — Вы сейчас в винокурне Дилюка. Мы не хотели вас мотать, потому что некоторым ранам требуется больше времени для заживления. — Всё в порядке, — в голову Беннета забралась мысль. — А как же маг цицинов? Она увиделась с сестрой? Все замерли, глядя куда угодно, но не на оптимистичное выражение лица Беннета. Джинн взяла свою девушку за руку и пробормотала: — Да, теперь они вместе, Беннет. Он прищурил глаза, широко улыбаясь в ответ: — Наконец-то они снова вместе! — он открыл глаза, смахивая накатившие слезинки. — Я тоже очень рад снова видеть вас, ребята. Все они были счастливы, их глаза блестели, а улыбки были искренними и чистыми. Вдруг вмешалась Лиза, стараясь сохранить радостную атмосферу: — Беннету нужно отдохнуть. Пока я всё ему расскажу, а вы оставьте нас наедине, — отпустив руку Джинн, она подошла ближе и прошептала искателю приключений на ухо: — А ещё Рэйзор очень хочет узнать, почему кое-кто произнёс заветные три слова. Все выходили медленно, но организованно, прощаясь с Беннетом и обещая навестить его позже. Всё это время в глубине души Беннет хотел убедиться, что не разрушил дружбу своим признанием при смерти.

***

Пока они спускались на первый этаж винокурни, Чун Юнь задал вопрос, о котором в это время думали почти все: — А он правда думает, что она и её сестра?.. — Мне кажется, он всё прекрасно понимает, просто… хочет верить в счастливый конец для всех, — сказала Барбара. Когда она, наконец, спустилась, она обратилась к остальным с грацией, присущей только настоящей певице: — Разве мы все не хотим хорошего финала?

***

Когда Беннет узнал, что произошло после того, как он погрузился в полную темноту, он был шокирован и поражён. Очевидно, при любых других обстоятельствах удар привёл бы к летальному исходу. Но его кровотечение вскоре остановилось. Было множество теорий, но одна из них особенно интересовала Беннета. Предположительно, в каждом заклинании были свои хитрости, и то, которое сотворил маг цицинов, не стало исключением. При повторном просмотре пергаментов и книг заклинаний, Беннету удалось прочитать:

«Если случится история, рассказанная от чистого сердца, заклинание прекратит своё действие, поскольку любовь живёт вечно и залечивает все раны».

Кажется, мольбы о помощи Рэйзора правда уберегли его от смерти, хотя это была лишь теория. Лиза, будучи безнадёжным романтиком, была полной сторонницей этого предположения. Вред от магии был настолько сильным, что Беннет проспал целый день. Лиза ожидала, что он придёт в сознание в течение двух дней, но Рэйзор был убеждён, что Беннет проснётся сегодня. Рэйзор плохо спал ночью, пока Беннета преследовали события минувшего дня даже во сне. К счастью, сон одолел его, пока он ждал друга около его кровати. Рэйзор встрепенулся, и Беннет заметил в его руках свой Глаз Бога, теперь яркий и насыщенный. Лиза быстро встала, вежливо попрощалась и сказала, что зайдёт к ним позже. Рэйзор поднял голову и увидел улыбающегося Беннета прямо перед собой. Как только волчонок понял, что не спит, он обнял его, долгое время не говоря ни слова. А может, это длилось не так уж и долго. После петли Беннет плохо разбирался во времени. Поглаживая Рэйзора по спине, он вздохнул: — Привет. Давно не виделись. Когда они, наконец, отстранились друг от друга, никто из них не понял, когда по лицу Беннета начали течь слёзы. Рэйзор вытер его щёки тканью своего плаща и мягким тоном произнёс: — Если Рэйзору нельзя плакать из-за Беннета, то Беннету нельзя плакать из-за Рэйзора. Беннет кивнул в ответ и опустил взгляд на голубую ниточку, торчащую из одеяла. Он взял её между пальцами и покрутил. — Насчёт признания… мы можем забыть об этом. Е-если ты хочешь. У меня в голове тогда была каша, а сейчас ты наконец-то со мной, и я… не хочу терять тебя снова из-за своего безрассудства… — Это была правда? Беннет вздрогнул и повернулся к Рэйзору: — Что? Он не мог прочитать эмоции на лице волчонка. Многие бы не смогли, но Беннет был рядом с ним достаточно долго, чтобы различать его чувства. На этот раз он не мог или, скорее, предпочёл этого не делать. — Бенни сказал правду? Когда Беннет сглотнул, его горло вдруг будто натёрли наждачной бумагой. — Да… — Рэйзор тоже любит Беннета, — его лицо вспыхнуло, и он расправил плечи, словно защищаясь. — Не как друга. Потянувшись к ладони Рэйзора, Беннет перевернул её и слегка прикоснулся к коже губами. — Хорошо, тогда я спрошу официально… ты будешь моим парнем? Рэйзор наклонился вперёд и чмокнул Беннета в лоб, случайно поцеловав при этом несколько прядей волос. Он отстранился, всё ещё держа Беннета за руку, и тепло ответил: — С удовольствием. Они смотрели друг другу в глаза, а потом рассмеялись, чувствуя прилив счастья. Когда они смогли отдышаться, а их сердца забились в ровном ритме, Рэйзор задал логичный вопрос: — Что Беннет хочет делать дальше? Беннет не понял вопрос, из-за чего ему пришлось его мысленно перефразировать: «Какое у нас следующее приключение?..» — Я думаю, может, возьмём небольшой перерыв? Мне этого квеста на всю жизнь хватило. Беннет сжал руку своего парня, отчего тот кивнул и улыбнулся в знак согласия. — Но когда мы пустимся навстречу новым приключениям, всё будет хорошо. Потому что я уверен, мы всегда будем рядом, а это — наше приключение на всю жизнь.