Тени

      На территории лоскута Майгор Кайа бывает только второй раз. И не может сказать, что это место вызывает хоть какие-то эмоции.       Она не чувствует ровным счётом ничего. Ни плохого, ни хорошего. Хотя, быть может, это из-за того, что теперь она и ощущает только пустоту. Лишь желание, чтобы все, кто причастен к смерти Лаока, получили по заслугам.       Кайа закутывает лицо на манер своих соотечественниц, не желая сейчас использовать Книгу. Почему-то кажется, что и не сработает, и может даже привлечь лишнее внимание. Так что лучше уж поберечься. Они идёт медленно — за те пару десятков дней, что прошли с момента, когда она отдала тела караванщиков Пустыне, тело так и не восстановилось, напоминая о себе болью всякий раз, когда Кайе приходится ходить. Даже в пределах дома, который она всё это время не покидала. И ладно бы боль — это ерунда! — но ноги так и норовят подогнуться в самый неподходящий момент.       Кайа идёт по тихой улочке, пытаясь вспомнить, в котором из домов живёт Рийса. Как жаль, что она совершенно не знает, где именно находится поместье правящей семьи Майгора. Было бы значительно проще переговорить с теми, кто проживает там… Кайа покрепче прижимает к себе Книгу, пытаясь найти в ней успокоение.       Кайт…       Нет. Всё правильно. Если бы он не помешал ей тогда, она могла бы спасти Лаока! Но Кайт… предпочёл навязать ей своё виденье ситуации, даже не посчитав нужным узнать, что она думает по этому поводу!       Кайа кривится.       Всё правильно. Нужно показать ему, что…       Пусть усвоит урок и никогда более не пытается управлять её судьбой!       Кайа замирает, узнав, наконец, нужный дом.       Поразмыслив, она приоткрывает дверь и проходит по зелёному лабиринту к крыльцу. Тихо. Несмотря на достаточно ранний вечер — вокруг очень тихо. Кайа замирает, пытаясь понять, в чём причина? Насколько она помнит по прошлому посещению… даже если не брать в расчёт то, что их искали… люди в лоскуте Майгор спокойно гуляют даже глубокой ночью, не опасаясь того, что на них может кто-то напасть. Сейчас же — тихо настолько, что можно представить, будто бы она на улицах Исверы, а все жители попрятались из-за своих нелепых предрассудков.       Кайа зажмуривается, пытаясь отогнать образ Исверы и тел караванщиков… похоже, что сама Исвера теперь навсегда будет у неё ассоциироваться именно со смертью…       Кайа встряхивает головой и тянет на себя дверь. Та поддаётся без скрипа… Кайа протискивается в образовавшуюся щель, как только та становится достаточно широкой, чтобы можно было это сделать.       Длинный белый коридор, увитый растениями, напрочь отбивает уверенность в том, что здесь могут жить потомственные исверцы. Пусть они и отказники… Кайа вздыхает и качает головой. Ладно ещё коренные жители лоскута — с ними всё понятно — но как исверцы могут терпеть в собственных домах такую мешанину красок?! Это же… Кайа с тоской вспоминает пейзажи Пустыни и собственный дом на границе Нэйнне, в котором она оставила минимум растений и полностью убрала даже намёк на яркие краски.       Она торопливо пересекает коридор, вслушиваясь в то, что происходит за плотно прикрытыми дверями… Пусть Кайт и сказал, что она утратила зверя, но слух у неё всё ещё в достаточной степени острый, чтобы не нужно было стоять у двери, прижавшись к ней ухом!       Голоса, голоса… Люди за дверями о чём-то переговариваются, но Кайе нет особого до этого дела. Ей и нужно-то всего лишь… Она улыбается, отыскав нужную комнату. Убедившись, что никто не заметит, она приоткрывает дверь и проскальзывает внутрь, больно ударившись при этом локтем о косяк. С шумом втягивает в себя воздух.       И замирает, наткнувшись на две пары глаз.       Рийса и… этого мужчину с обезображенным шрамами лицом Кайа знает. Один из братьев Йо! Тот самый, что когда-то оставил Кайту клеймо… В душе поднимается злость, которая, впрочем, тут же затихает, сворачиваясь клубком где-то на дне сознания… Не время сейчас. Кайа спросит потом с него за то, что он сделал с её братом, но пока…       Пока было бы неплохо и самого брата поставить на место.       — Доброго вечера, Рийса, — произносит она, снимая с головы платок. И с некоторым удивлением видит, как девушка в испуге отшатывается. Что?.. — Что-то не так?       — Вы не представитесь? — спрашивает брат Йо, обнимая при этом Рийсу за плечи и чуть поглаживая ладонь. Кайа приподнимает брови. То есть? Он её не помнит?! Не может быть, чтобы Кайа за несколько лет так уж сильно изменилась, чтобы…       — Было бы ещё понятно, если бы это я вас не узнала, хаг Майгор, — произносит Кайа, от чего Рийса только сильнее вжимается в тело мужчины. — Всё же с того дня, когда я видела вас в последний раз… в Нахоше, кажется… вы ещё не обзавелись этими шрамами. Кайа Тэлэ. Сестра того, кого Йошша обвинила в изнасиловании, а потом вы сослали на каторгу и заклеймили.       — И который не так давно отомстил за это сполна, — мрачно произносит брат Йо, что-то делая рукой. Вероятно — чары. Кайа покрепче прижимает к груди Книгу, надеясь, что та не даст ей попасть под их действие. — Пришли закончить начатое?       — Пришла поговорить. — Кайа занимает довольно-таки жёсткий стул, стараясь не выдавать этим двоим, насколько ей сейчас… неприятно. — Мой брат… в последние дни был несколько… не в себе. И я сильно о нём беспокоилась. Тем более, что последнее место, куда он собирался отправиться, был как раз лоскут Майгор. И я…       — Вы так сильно беспокоились, что вспомнили об этом лишь спустя двадцать дней?! — фыркает брат Йо, заставляя Кайу сдерживаться, чтобы не вцепиться ему в лицо. За ту боль, что он причинил брату. За всё, что эта семья… — Поздновато спохватились. Уже всё сделано.       — Я не вполне понимаю… — Кайа сжимает ладонь, комкая ткань юбки, чтобы заставить себя не сорваться. Всё же эта семейка не заслуживает того, чтобы жить! — Не так давно я потеряла любимого человека и находилась всё это время в отдалении от людей. И, признаться, во время последнего разговора с братом, после которого он и собрался… сюда… наговорила немного лишнего. Так что сейчас я хочу… — преподать ему урок, который он запомнит на всю свою жизнь! — убедиться в том, что он не сделал ничего, что…       — Он убил моего племянника на глазах его матери, — перебивает её брат Йо, так сжав плечо Рийсы, что та вскрикивает. Но никак более не пытается принять участие в разговоре. Убил? То есть… — И спровоцировал выкидыш у моей сестры… Так что Йошша теперь потеряла обоих детей и не сможет больше родить. И — надругался над этой девушкой.       — Что?! Кайт?! — Кайа привстаёт на стуле и тут же падает обратно. Как это?! Он же… Да, конечно, он вполне мог бы убить в сражении… и как-то говорил, что занимался пытками в компании Дайла. Но — убить маленького ребёнка? И… как бы Кайа не ненавидела Йо… сделать такое с женщиной? И причём тут Рийса? — Как это вообще может быть? Кайт бы никогда… Рийса?       — Он… я не знаю, почему это произошло, — шёпотом произносит Рийса. Она выворачивается из объятия и сама обхватывает себя за плечи. И даже немного отодвигается от брата Йо, отсаживаясь к дальнему краю кровати. — Он пришёл днём и спросил, где находится Небесный Сад. И я не знаю, почему рассказала ему об этом! А потом… он вернулся ночью — весь в крови, и…       — Вот уж не думала, что он сделает с тобой такое, — качает головой Кайа. Теперь и в самом деле нужно сделать что-то, чтобы проучить брата! Он не имел права так поступать с девушкой… — Он — чистокровный исверец. Пусть и не… а любой, у кого в душе есть зверь, может запросто подчинить волю таких как ты — отказников. Которые исверцы уже только по происхождению… Мне жаль. Если я могу что-то сделать для тебя…       Она осекается, перехватив взгляд брата Йо.       Это, вероятно, будет предательством по отношению к брату, но… она же и пришла сюда именно за этим. Чтобы навсегда донести до Кайта, в чём именно он ошибся.       Значит…       Кайа выпрямляется, кладёт руки на колени и улыбается.       — Чего конкретно вы хотите?

***

      Берна прикрывает дверь в детскую и кивает магу, который теперь постоянно присутствует где-то неподалёку. Хотя Берна не думает, что конкретно ей может сейчас что-то угрожать. Всё же Кайт… Насколько Берна помнит, он не имел неприязни к Теннери. Пусть её братья и пытались захватить его с сестрой той зимой в Нахоше.       Но, если бы это было иначе — вероятно, он пришёл бы ещё в ту же самую ночь, когда Йо… Берна передёргивает плечами, сгоняя мурашки. До сих пор не верится в то, что это произошло под самым носом, и никто даже не почувствовал ничего! Как вообще такое могло случиться?!       Берна стягивает на груди шаль и направляется на верхний балкон… Пусть она никогда не любила Йо, но оставлять её сейчас одну — после того, что бедняжка пережила — просто бесчеловечно.       Берна взбегает по лестнице, думая, что следовало для начала зайти к себе и выпустить Ру. Тот, как ни странно, привык к Саду и всегда возвращается обратно к рассвету… Впрочем, время ещё не настолько позднее, чтобы… Она сделает это перед тем, как отправиться спать. Берна кивает собственным мыслям и выходит на балкон. Пробегается взглядом по собравшимся, выхватывая и забившуюся в самый дальний угол Йо, которая остановившимся взглядом смотрит на что-то перед собой, и на свекровь, то и дело бросающую на Йо тревожные взгляды, и на Леа, которая сидит на перилах и кажется совершенно незаинтересованной тем, что происходит вокруг. Но Берна прекрасно знает, что на самом деле Леа прекрасно подмечает всё, что есть на балконе и за его пределами.       Берна кивает собравшимся и занимает кресло рядом с Леа, посчитав, что у Йо и так есть, кому её утешать. Да и не уверена Берна, что её присутствие вообще нужно Йо, которая и раньше относилась к ней со смесью пренебрежения и страха — за последнее стоит отдельно поблагодарить Шая, вероятно... Она чуть искривляет губы и быстро подносит к ним чашку с охлаждённым чаем, чтобы скрыть это от окружающих. Смотрит на серебряную кайму на чашке, думая, что стоило бы обновить сервизы. Всё же не дело совсем уж игнорировать моду. Особенно, если учесть, что ближе к зиме Майгор собирается посетить его величество… Берна отпивает, ощущая, как прохладная волна прокатывается по телу… Она так и не привыкла называть Сойлара его титулом...       — Не ожидала тебя сегодня увидеть, — вполголоса произносит Берна.       — Йер попросил составить сбор из трав, что растут в закрытой части сада, для Йо, — Леа прокручивает в руке оторванный листик, рассматривая его на просвет. — Поверить не могу, что можно сделать такое с… пусть мне никогда и не нравилась Йо…       — Поверить не могу, что это сделал человек, которого я когда-то знала, — вздыхает Берна, отставляя чашку. Вовремя, как выясняется, когда она слышит над ухом голос мужа.       — Знала? Ты не рассказывала… Добрый вечер, Леа. Благодарю, что ты так быстро откликнулась на мою просьбу. — Йер коротко прикасается губами к щеке Берны и садится в соседнее кресло, вытягивая больную ногу. Надо бы намекнуть Леа, что неплохо будет сделать сбор и для Йера… Странно, и почему магия не действует на его болезнь?       — А где мне пожелание доброго вечера? — чуть улыбается Берна в то время, как Леа ограничивается кивком и срывает ещё один листик, добавляя к уже сорванному. Йер тут же исправляет свою ошибку, совершенно очаровательно пытаясь быть галантным. — В большей степени я была знакома… и даже считала её своей подругой… с его сестрой-близнецом. Кайей. — Она отщипывает виноградинку и катает её между пальцами. — Девушка была дочкой торговца, переселившегося из Исверы. И была влюблена в Кэллара Чейра… хотя кто из столичных девушек не был в него влюблён? Ну, и, само собой, терпеть не могла Йо в то время, как её брат в Йо был влюблён по уши.       — Настолько влюблён, что сотворил такое? — Леа срывает третий листик, складывает их вместе и прокручивает, зажав между пальцев.       — Там… была некрасивая ситуация в целом. Йо спровоцировала Кайу, и та оттаскала её за волосы на приёме у хагенн Чейр. Потом Йо… Кайта обвинили в том, что он якобы пытался её изнасиловать, за что его клеймили и сослали на каторгу… и потом была история в Нахоше, в которой ранило Ноэра и… Это ты, Леа и так знаешь, — она ловит кивок подруги. Йер всё это слушает с бесстрастным лицом. Берна припоминает, что, кажется, Шай ему об этом рассказывал. — С тех пор я их и не видела. Хотя встречала Керью, которая, по её же словам, даже живёт в одном доме с Кайтом. Но она особо не распространялась…       Свекровь приказывает прислуге позвать целителя. Берна вскидывает голову — ясно. Йо опять начала задыхаться… Йер поднимается из кресла и в два шага пересекает балкон, советуя своей мачехе ослабить корсаж Йо и дать той подышать цветом одной из лиан. Берна вздыхает и поглубже вжимается в кресло, плотно сворачивая дар, чтобы не зацепить эмоции Йо. Всё равно от неё там нет никакой пользы… Леа срывает ещё один листик. И спрашивает про Керью. И Берна даже начинает что-то рассказывать. Про Севре, про тварей и Печаль, которую хочется непременно увидеть ещё раз. Но прерывается на середине слова, когда по внешней лестнице на балкон заходит Ноэр, который где-то пропадал все эти дни, лишь изредка появляясь в доме — так, что практически никто и не успевал перекинуться с ним хотя бы словом. И… Рийса?!       Берна закидывает виноградинку в рот и раскусывает, ощущая, как сладкий сок обволакивает рот. Кивком головы предлагает ей занять кресло Йера — тот всё равно сейчас занят Йо. Тем более, что рядом есть и другие кресла. Ноэр, бросив взгляд на Йо, морщится, что приводит в движение все шрамы, и занимает перила напротив Леа. Та приподнимает брови… срывает ещё один листик.       Она решила ощипать всю лиану?!       В ответ на вопросительный взгляд Леа лишь пожимает плечами. И просит продолжить рассказ. Берна вздыхает. Но подчиняется. И тут же отмечает, как моментально кривится Рийса… неужели так и не простила? За столько-то лет?       Но Рийса удивляет, спрашивая, общается ли Берна с Льятой.       — Она умерла. — Берна отщипывает ещё одну виноградину. Она сожалеет, что слишком долго откладывала разговор с Льятой… Так долго, что узнала о её смерти от сестры Керьи, которая ответила на вызов через кристалл. — Но я не знаю подробностей.       Она переводит разговор, спрашивая Рийсу, как она здесь оказалась.       И узнаёт много нового. И про Кайта, и про Кайу, которую Берне бы очень хотелось увидеть. И про то, что Ноэр сделал ей предложение. Берна кидает быстрый взгляд на Леа, которая отрывает ещё один листочек с совершенно бесстрастным выражением лица, потом на Ноэра, отмечая, что тот в последнее время стал несколько более уравновешенным… Только вот Берна так и не уловила момент, когда это произошло.       Наконец, приходит целитель, Йо успокаивается, а Леа, посмотрев на букетик из листиков лианы, сообщает, что ей стоит вернуться домой. На предложение остаться в Саду, только качает головой и, попрощавшись, сбегает по внешней лестнице. Ноэр же уходит внутрь дома вместе с Рийсой, на ходу требуя от служанок подготовить для девушки комнату…       …Берна отщипывает виноградинку и смотрит на неё, пытаясь понять хорошо это или плохо — то, что Леа никак не отреагировала на планы бывшего жениха жениться на другой.       А ещё о том, что Йо и понятия не имеет, что Кэллар уже подыскивает ей замену…

***

      Кайа объявляется в башне совсем уж неожиданно. Во всяком случае Ива более чем удивлена. И не сказать, что рада её появлению. Всё же Кайа, в отличие от её брата, слишком уж мнит себя выше прочих… Ива всегда это именно так ощущает.       Она видит, как та выходит от Кайта и медленно спускается по лестнице, едва не навернувшись в паре мест. Следом за ней так же неспешно идёт Кайт. Ива хмурится, пытаясь понять, что же именно ей в это не нравится. Она опирается на дверь и едва не летит спиной назад, когда та открывается. По счастью руки Кэо не дают упасть.       — Что-то случилось? Мы собирались отловить парочку змей…       — Мне что-то не нравится. И я не могу понять — что, — озвучивает Ива свои мысли, продолжая рассматривать близнецов. — Может, стоит присмотреть за ними?       — С каких пор тебя беспокоит судьба исверцев?       — Я всё ещё хочу увидеть города. — В самом деле! После всего, чем она ради этого пожертвовала, упустить шанс из-за… чего бы то ни было — глупость полнейшая!       Ива запрокидывает голову и всматривается в глаза Кэо. Тот пожимает плечами. И вздыхает. Ива воспринимает это как разрешение на то, чтобы действовать так, как она того пожелает. Она прослеживает, как близнецы спускаются вниз, и вжимается при этом в Кэо, который просто обнимает её, упираясь подбородком ей в макушку. И явно делает что-то, чтобы близнецы их не заметили. Ива прищуривается, пытаясь всё же разобраться, что ей так не нравится в…       И радуется, что задействовала дар, что получила от линн, когда близнецы исчезают. Ива вцепляется в руку Кэо и следует за ними. До сих пор ни Лио, ни кто-либо ещё не думал, что отследить перемещение при помощи ключа вообще невозможно. Но не для линн, как выяснилось…       В первый момент Ива не понимает, где именно они оказались. Трава, мокрая земля… ночь…       — Могильник, — шёпотом сообщает Кэо, прижимая её к земле.       — Откуда ты знаешь? — Ива поворачивает голову на звук голоса, пытаясь рассмотреть лицо Кэо, но тот злобно шипит и сильнее прижимает её к земле. — Что…       — Заткнись.       Ива возмущённо сопит, но послушно замолкает. Особенно, когда слышит голоса. И это не близнецы.       Кайу и Кайта она, впрочем, замечает почти сразу — те стоят чуть поодаль. Ближе к склепу, к которому Ива так в прошлый раз и не подошла. И что они забыли тут посреди ночи? Она пытается повернуть голову к Кэо, но тот только злобно шипит. Ива вздыхает и пытается услышать хоть что-то, остро жалея, что, в отличие от близнецов, не обладает настолько острым слухом. Тем более, что шум листьев на ветру забивает вообще всё. И всё, что ей остаётся, так это всматриваться в темноту, и пытаться понять, что же…       Люди, которых они услышали немногим раньше, наконец, обнаруживают себя, зажигая факелы. Ива зажмуривается, пытаясь прогнать яркие пятна перед глазами. И может только слышать сейчас.       И то, что она слышит… Кто эти люди?!       Ива всё же выворачивается из хватки Кэо и приподнимается над надгробием, но тут же уже сама прячется обратно, увидев как Кайт, ожесточённо отбивается от десятка врагов. При этом Кайа стоит в стороне, прижав к груди Книгу. Ива выдыхает. Всё в порядке. Сейчас Кайа подготовится и враги…       Один из врагов ранит Кайта в ногу, от чего от падает. Но тут же поднимается, в один шаг разрывая дистанцию. Ива смаргивает, видя как бронза и зелень его сути сменяется золотым огнём и чем-то мягким, похожим на мех. Ей даже кажется, будто бы она видит огромные янтарные глаза, тотчас скрытые веками…       Но удача почему-то отвернулась от Кайта — он опять пропускает удар, замешкавшись… Ива переводит взгляд на Кайу и в ужасе прижимает ладонь ко рту, сдерживая крик — Кайа опутана чернотой и белёсой гнилью, которая тянется к Кайту, опутывая его ноги и голову…       Что происходит?!       Ива беспомощно переводит взгляд на Кэо.       — Ты не сможешь помочь, Ива, — шепчет Кэо на грани слышимости. Он до боли впивается пальцами в её плечо. — С Кайей ты не справишься. Как и я. Тем более, что и кроме неё тут есть те, кто… Это не будет похоже на Нахош. А ведь тебе и с рядовыми магами было сложно сладить.       — И мы должны дать ему умереть?! Почему Кайа..?       — Я не знаю, — слышит Ива, не способная отвести взгляд от того, как ещё один противник просто отрубает Кайту ногу. Кайт валится на землю, пытаясь вытащить из-за пазухи флейту, но его сковывают пришедшие маги и Кайа. — Мы сейчас даже не сможем подобраться и выдернуть его — слишком плотно Кайа отслеживает всё, что происходит. Нам повезло, что она не заметила нас.       — И…       — Выждем момент, когда они расслабятся и попытаемся убраться отсюда.       — Флейта. — Ива оборачивается и смотрит Кэо в глаза. Тот демонстративно морщится. — Мы не может позволить этим забрать флейту. И ключ. Представь себе — что будет, если они получат это?!       Кэо недовольно выдыхает и кивает.       Тем временем к распятому на земле Кайту подходит высокий светловолосый мужчина. Он некоторое время рассматривает Кайта, а потом наклоняется и делает быстрое движение рукой с зажатым в ней кинжалом, который Ива видит только потому, что клинок на мгновение ловит отблеск огня ближайшего факела.       Тело Кайта вздрагивает и обмякает. Мужчина выпрямляется и приказывает забрать тело и… Кэо резко сжимает её руку, приказывая не дышать и в одно мгновение они оказываются рядом с Кайтом. Кэо подхватывает тело и, опять приказав не дышать, проваливается в…       Ива знает, что это такое. Грань. Место, где способны перемещаться только бродяги. Она изо всех сил старается удержаться от вдоха, зная, что будет, если она не… Лёгкие горят от боли, а Кэо продолжает тащить её и Кайта вперёд, точно так же сдерживаясь.       Спустя десять мучительных шагов они вываливаются на землю неизвестно где и Ива едва ли не захлёбывается воздухом. Кэо же практически сразу вытаскивает ключ и, обняв Иву и перебросив через шею руку трупа, перемещается в подвал башни.       — Надо отнести его наверх и рассказать обо всём Лио, — мрачно сообщает Кэо. — Посиди здесь.       — Ты уверен, что…       — Нет. Но Лио лучше известно то, что в Шайраше можно.       — Я думаю, что мы должны сохранить тело и перенести его в один из городов Кайта. И закончить ритуал. — Ива забирается с ногами на кровать, обнимает колени и смотрит Кэо в глаза. Тот вздыхает, а потом склоняет голову. — И что-то сделать с Кайей. Я не думаю, что это стоит…       — Обсудим это вместе с Лио, хорошо?       Ива шумно втягивает в себя воздух и кивает.