Умер по прибытии

В фантастике супергерои рождались самыми разными способами. Иногда они обнаруживали свое нечеловеческое происхождение, что означало, что они были супергероями с самого рождения. Иногда получали свою силу от кого-то или чего-то. Иногда теряли кого-то важного для себя и предавались тренировкам с таким ожесточением, что достигали абсолютного пика человеческих возможностей - а иногда выходили за его пределы. Но не все героические предыстории столь уникальны. Иногда герой рождается в самых скромных условиях. Иногда начало их пути настолько разочаровывающее, что не попало бы в комикс или видеоигру. Изуку Мидория, восемнадцатилетний фанат супергероев из префектуры Мусутафу, был идеальным примером этого. В его мире не было ни героев, ни злодеев. Поэтому его любовь к супергероям (некоторые бы сказали, эскапизм) нашла выход в вымысле. Его комната была заполнена товарами, которые он в основном создавал сам или получал через Интернет - его семья не была богатой, и время было непростым. Плакаты Железного человека, Супермена и Бэтмена (плюс множество более мелких) были единственными свидетелями того, что должно было стать прологом к изменению мира. Изуку Мидория читал мангу на своем стареньком компьютере (они получили его еще до войны, и у них точно не хватит денег на замену, когда он неизбежно сломается). Разумеется, с супергероями. Один из них использовал телекинез, чтобы швыряться предметами и злодеями. Юному Мидории нравилось воображать себя героем. Япония в нынешнем своем состоянии, безусловно, нуждалась в надежде и в герое, который мог бы ее спасти. Он был идеалистом, которого жизнь еще не сломила. Он до сих пор живет в мире яркого воображения и надежд. Поэтому он сказал себе, что обладать такой силой было бы очень круто. И решил проверить, нет ли у него ее. О, он знал, что у него ее нет. Он был оптимистом, человеком с богатым воображением, но не безумцем. Это было больше похоже на сиюминутный порыв. То, что он сделал, потому что его разум все еще был в вымышленном мире манги. Итак, он посмотрел на ручку, лежащую на краю стола, и - доведя свой мозг до предела, и боже, если бы это было не так далеко от начальной точки - представил, как тянет ее к краю. Через секунду ручка упала на пол. Изуку Мидория в шоке смотрел на нее не меньше дюжины секунд. Иногда величие рождается в самых простых обстоятельствах.

***

Только после пяти ручек, двух ластиков, блокнота, сложенной футболки и отодвинутых в сторону нескольких предметов мебели, Мидория Изуку почувствовал себя достаточно уверенным, чтобы произнести эти слова в своей голове. У МЕНЯ ЕСТЬ СУПЕРСИЛА. Конечно, первое, что он сделал после этого - ущипнул себя. Но он не проснулся в своей постели с чувством экзистенциального разочарования. Как в прошлый раз. На этот раз, да, это был реальный мир. А не сон. И У НЕГО БЫЛА СУПЕРСИЛА. Телекинез, очевидно. Что, честно говоря, было очень круто и, вероятно, очень ему подходило. Его тело было слабым, и из-за имеющихся медицинских заболеваний он не мог надеяться изменить это. Его мечта стать офицером полиции умерла, так и не начавшись, а выбор потенциальных профессий был довольно ограничен. И он не мог надеяться поступить в университет. Не потому, что у него были плохие оценки - на самом деле они были очень хорошими. Но у его семьи не было денег на обучение, а получить стипендию, не зная нужных людей, в наше время было делом безнадежным. Но теперь? Теперь у него было кое-что еще. Он был умным ребенком. Гораздо больше, нежели люди обычно приписывали ему. Школа была не очень приятна для того, кто лишился отца, был таким маленьким и робким, но все еще мечтал о чем-то большом, как стать офицером полиции. Особенно сейчас. Школа никогда не давала ему шанса расправить крылья. Он был умным ребенком. Поэтому знал, что объявлять себя обладателем сверхспособностей глупо. Насколько ему было известно, он был первым в своем роде - или единственным. Он прочитал достаточно комиксов о том, как правительства, корпорации и террористические группы пытаются использовать таких, как он, в своих мерзких целях. Изуку хорошо подкован в таких вопросах. Теперь у него есть суперсила. Он должен был относиться к ней с осторожностью. Что, если у нее есть какие-то недостатки? Что если чрезмерное использование этой силы может убить его? Что если он потеряет контроль над ней? Что если, как уже было сказано, он станет мишенью из-за того, что обладает ею? Сначала ему нужно было определить, что именно он может делать со своей силой. Так, чтобы никто не узнал. Он достал один из своих блокнотов. В ней он записывал план действий для своего небольшого супергеройского романа. Там были десятки страниц, на которых Изуку проводил мозговой штурм применения сверхспособностей вымышленных персонажей. Даже если бы кто-то нашел его, то не заметил бы того факта, что одна запись была посвящена чему-то гораздо более реальному. Он потратил несколько минут на мозговой штурм, придумывая имя новому персонажу. Он вспомнил, как учителя говорили ему, что он должен быть реалистом в планировании своего будущего. Его мать делала все возможное, чтобы поддержать его, но ясно понимала, что в конечном итоге он только пострадает. Он вспомнил, как одноклассники придирались к нему, говорили, чтобы он сдался. О, у него было идеальное имя. Непокорный. Он собирался доказать, что они все ошибаются.

***

Лучшим местом для проверки его способностей был муниципальный пляж Такоба. О, идти на ПЛЯЖ, чтобы проверить свою секретную суперсилу, было, по природе своей, довольно глупо. Но этот пляж больше не был... пляжем. Это была свалка. Десятилетия правительственного пренебрежения превратили его в свалку под открытым небом. То, что когда-то было пляжем, теперь представляло собой катастрофу из сломанных машин. Холодильники, сломанные компьютеры, поврежденная мебель, даже автомобили. Никто туда больше не ходил, разве что для того, чтобы выбросить еще больше мусора. Ему просто нужно было быть внимательным к окружающей обстановке И выбрать правильное место на свалке для проведения своих тестов, и тогда никто не заметит его присутствия. На всякий случай он захватил с собой любимую толстовку и маску. Плюс блокнот. И несколько письменных принадлежностей. Он был готов к самоанализу своей недавно обретенной суперсилы.

***

Самое забавное в его телекинезе было то, что это был не телекинез. Он не мог свободно управлять объектом. Он мог делать только одну вещь - тянуть объект в определенном направлении. Это, однако, не означало, что он не мог "толкать" что-то - он просто должен был "тянуть" объект в противоположном направлении. Что было немного затруднительно, поскольку он не мог оттолкнуть объект прямо от себя. Он должен был хотя бы немного видеть, что находится "перед" ним, чтобы тянуть объект в этом направлении. Это означало, что ему приходилось отклонять любые снаряды, которые он запускал, и ограничивало его останавливающую силу, если, скажем, автомобиль ехал прямо на него. Не то чтобы он мог существенно замедлить машину. Он только начинал. Надеемся, силы растут по мере их использования, потому что самым тяжелым предметом, который он поднял, был телевизор. Устаревший, толстенный, но все же. Он также не мог тянуть жидкости или газы. Они не были достаточно твердыми, чтобы его сила могла зацепиться за них. Еще одна потенциальная слабость. Он может утонуть. Может умереть от вдыхания ядовитого газа. Внезапно у него появилась идея. Он проверил ее, и оказалось, что он был прав! Он мог - хотя для этого ему пришлось довести свою силу до предела - создать нечто похожее на временный барьер. Это было похоже на небольшое поле (1 на 1 метр и 20 сантиметров, больше или меньше), которое автоматически тянуло все, что попадало в него, в нужном направлении. Жаль, что без его внимания оно продержалось около десяти секунд. Неужели он только что разработал суперприём? Как лазерные глаза Супермена? Или бэтаранги Бэтмена? Или репульсоры Желез... Погодите. Если бы он развил свою силу дальше, то смог бы постоянно тянуть себя вверх, тем самым отрицая гравитацию? Это сделало бы его способным летать? Мидории Изуку нравится его суперсила.

***

Мина Ашидо не нравится её суперсила. Было время, когда у нее была нормальная семья, нормальная жизнь... и друзья. Это было даже не так давно. Два года, если правильно помнила. Когда она еще выглядела нормально. Когда у нее не было этой ее "силы". Первое, что произошло, это то, что она начала выделять кислоту. Это было довольно круто, по крайней мере, когда она освоила это. Ее родители волновались, но поддерживали ее. Она тренировала свою силу тайно в подвале своего дома и освоила ее основы. Достаточно, чтобы случайно не облить что-нибудь кислотой. Но потом ее кожа изменила цвет. И еще появились рога. Она всегда была общительным человеком. Большую часть своего свободного времени она проводила с людьми. Караоке, танцы, вечеринки. Это была ее жизнь. У макияжа был предел возможностей. Особенно когда дело касалось ее рогов. Они продолжали отрастать. Каждый раз быстрее, чем она их спиливала. Поэтому она пряталась. Пряталась в своем доме. Ее родители знали, как ей больно, но она была в ужасе от того, что подумают о ней люди. Как можно общаться с человеком, который по желанию может выделять смертельную кислоту? А что, если какой-нибудь злой человек узнает о ней? Ответ на последний вопрос она узнала тяжелым путем. Ее родители погибли, она была похищена и полгода занималась растворением трупов и улик для преступной группировки. Все это время она не видела света. Но в конце концов ей удалось сбежать. Когда никто не смотрел на запертого в подвале урода, ее контроль над кислотой усиливался. Она расплавила стену и уползла в ночь. Она украла кое-какую одежду (включая толстовку с капюшоном, она подчерпнула это прямо из учебника "Сокрытие личности для чайников", но это РАБОТАЛО), а потом она попыталась убежать как можно дальше. Она не могла воспользоваться поездом. Не могла путешествовать автостопом. Не могла воспользоваться автобусом. Девушка прошла через три префектуры, воруя еду и ночуя в лесах. По крайней мере, было лето. У Мины Ашидо была цель. Хотя это было отчаяние с ее стороны. Она не доверяла полиции. Девушка знала, что группа, похитившая ее, была в сговоре с местными полицейскими. Она не хотела туда возвращаться. Лучше уж умереть. Однажды у нее был друг. Он переехал из ее префектуры вместе со своими родителями. Она знала адрес улицы. Знала, что он живет достаточно далеко от ее старого дома, чтобы банда не нашла его. Он был хорошим парнем. Хорошим другом. Он помог бы ей, даже если бы она была уродом, верно? Она добралась до места назначения, но лишь для того чтобы узнать, что его здесь больше нет. Неделю назад ему исполнилось восемнадцать лет, и он уже съехал. В Дагобу в префектуре Мусутафу. Через две префектуры. Она продолжила свой поход. У нее не было другого выхода.

***

Точные измерения силы вашей суперсилы и отслеживание ее роста в блокноте для вымышленных супергероев могли бы стать потенциально серьезным доказательством, если бы кто-то нашел его. Поэтому Изуку Мидория вёл себя очень осторожно. Он записал только начальные показатели, а затем сравнил их с тем, чего он достиг во время последних тренировок на пляже Такоба. Через неделю он кое-что понял. Что-то очень важное. Его сила росла. Довольно быстро. Он ожидал, что в конце концов достигнет предела. Бесконечного роста не может быть. Но пока что его сила неуклонно росла, становясь все более и более... мощной. За одну неделю его способность временно "левитировать" предметы выросла с ~40 кг до трех раз больше. Теперь он действительно мог парить сам (и с большим запасом энергии), но у него все еще были проблемы с многозадачностью, чтобы действительно двигаться в воздухе. Один раз, когда он попытался это сделать, в итоге приземлился в воду. Он проводил лётные испытания только после наступления ночи. Он собирался быть предельно осторожным. Это было все, кроме малозаметности. Он также начал тренироваться в помощи своей физической силы с помощью направленного телекинеза. Это не делает его сверхсильным, но давайте будем реалистами. Он слабак. Ему нужно было, по крайней мере, достичь среднего человеческого уровня, не повреждая больше свое тело. А повредить его было довольно легко. Его барьеры также держались почти в два раза дольше. Это было просто невероятно и давало такой большой потенциал! Если бы они стали достаточно сильными, они могли бы защитить его от пуль! На самом деле, он провел быстрый тест, когда у него появилась эта идея. И оказалось, что да. Он может прикреплять барьеры к объектам, даже к тем, которые находятся в движении. Например, к себе. Он добавил телекинетическую броню (сделанную из барьеров притяжения, направленных наружу от его тела) в список потенциальных суперприемов, над которыми он работал втайне. Вот вам и щит - требует меньше выносливости, но все еще полезен в ближнем бою. Вам же не нужна всенаправленная броня на постоянной основе. К сожалению, он обнаружил и другую слабость своей силы. Его выносливость - или то, что он использовал для усиления своего телекинеза - была ужасно плоха. Она явно улучшалась, но даже отдаленно не так быстро, как сила его телекинеза. Это явно будет его ахиллесовой пятой. Еще одна вещь к заметкам. Рядом с открытием, что попытки вывести себя за пределы выносливости вызывают у него неприятную головную боль. Еще одну вещь он обнаружил в тот вечер, когда вернулся домой с тренировки. Мама в шоке уставилась на него (она даже чуть не расплакалась) и спросила, что он сделал со своими волосами. Его шок от вопроса был достаточно искренним, чтобы убедить ее, что нет, он не перекрасил часть своих черных волос в темно-зеленый цвет. Что за черт?! Хотя, надо признать, ему это очень шло. Ему потребовался почти час, чтобы убедить ее не вести его к врачу. В любом случае, они не могли позволить себе приличного врача. Он решил оставить все как есть. Краска для волос стоила дорого, и он больше не ходил в свою школу. После того случая с Кач... Бакуго, он перешел на домашнее обучение. В течение следующей недели его волосы полностью окрасились в темно-зеленый цвет. Вместе с глазами. Это было довольно странно, но ему нравился его новый облик. Ему просто нужно было продолжать прятаться от людей, потому что это явно выделяло его. Кларк Кент был бы быстро вычислен, если бы он и Супермен были единственными людьми в городе с зелеными волосами. Но, опять же, никто никогда не замечал его. У него не было друзей, и, кроме его мамы, никто не знал о его новом облике. Его темно-зеленая (иронично) толстовка должна была стать его новым лучшим другом. Он постоянно задавался вопросом, действительно ли он единственный человек со сверхспособностями. Это заставляло его чувствовать себя... лишним? Не то чтобы он хотел столкнуться с настоящим суперзлодеем! Он хотел стать героем, но обычные преступники (особенно те, у кого есть оружие) казались ему сейчас достаточно сложным препятствием. Если судить по тому, как он разбирался в жанрах, он, вероятно, был не единственным. И уж точно есть перспективные суперзлодеи.

***

— ИМАСУДЗИ, СУКИН СЫН! — Он слышит крик снаружи своего нынешнего укрытия. Что за идиот на этот раз? Гото Имасудзи не утруждает себя запоминанием имен людей, которых убил. С тех пор как он открыл для себя чудесные трюки, которые мог проделывать со своими мускулами, он убил слишком много, чтобы сосчитать. Он выглянул в окно ветхого и заброшенного жилого дома, в котором провел ночь. Тот, кто кричал, показался ему смутно знакомым. Какой-то местный мафиози. Пришел с несколькими друзьями. Гото думает, что он убил кого-то из его близких. А, неважно. Возможно, у них есть оружие, но он уже выяснил, что если нарастить мышцы, то можно защититься от пуль. Он идет и убивает их одного за другим. При этом задаваясь вопросом, есть ли там кто-то, кто может дать отпор. Все эти убийства постепенно надоедают, когда другие стороны не могут даже поцарапать его. Может, ему стоит подраться с полицией? Подумаем об этом в другой раз.

***

Мина Ашидо наконец-то прибыла в пункт назначения. Только для того, чтобы сразу же отказаться от этой затеи. Это было глупо. Невероятно. Столько времени она потратила на дорогу сюда, а теперь сомневается? Прямо перед дверьми? Как глупо это было? Где была позитивная, счастливая и оптимистичная Мина? Ах, да. Она умерла. Мертва и растворена в кислоте, как и ее семья. Да, это многое объясняло. Жилой дом находится в районе, который явно переживал не лучшие времена, но все еще упорно держался, не сдаваясь полностью. На улицах было оживленно. Было даже несколько полицейских патрулей. И бизнесов. Хотя зданиям явно не хватало ремонта. Да и улицы не мешало бы почистить. Она направляет все позитивные эмоции, которые в ней остались (не так уж много), и стучит в дверь. Он дома? Должен быть. Она не станет мотивировать себя на новую попытку. Надежды осталось мало. За дверью что-то шевелится. — Кто там? — ЭТО ЕГО ГОЛОС!!! Он дома. Возможно, он видит ее через глазок, но на ней капюшон, маска на лице И солнечные очки (чтобы скрыть ее довольно неестественные глаза). Разумно быть осторожным. — К...К...Кири? — произносит она. Ее руки скрещены перед собой, пальцы пытаются вжаться в бока или руки. Она нервничает. Слишком нервничает. — Это... — Мина?! — Он прерывает ее. Она слышит, как торопливо отпирают дверь. Затем они открываются, и впервые за два года (и три месяца) она видит своего старого друга. — Срань господня, это правда ты? Он изменился. Сильно. Она помнила его довольно робким черноволосым мальчишкой, который всегда гулял с ней. Она любила дразнить его до бесконечности. У парня перед ней красные волосы, и, похоже, он сильно вырос. Эйджиро Киришима теперь был мускулистым. Буквально последнее, чего она ожидала. Может быть, кроме того, что у нее появилась сверхспособность, которая испортила ей жизнь. Это произошло совершенно неожиданно. — Д... да. — Ей удалось сказать. — Можно... мне войти? Он ясно видит, что она ведет себя совсем не так, как Мина, которую он знал. Вместо того, чтобы подозревать, он, кажется, беспокоится. О ней. Он приглашает ее внутрь движением руки и отходит в сторону, чтобы дать ей немного пространства. Его квартира небольшая. Она видит вход в ванную комнату, кухню и небольшое жилое пространство. Небольшой стол с двумя стульями, диван-кровать и несколько миниатюрных тренажеров заполняют почти всю площадь. — Садись сюда. — говорит Кири и указывает на один из стульев. Она рассеянно повинуется. — Хочешь что-нибудь поесть? Она хочет. Она чертовски голодна. Но чтобы поесть, ей придется снять маску, а это требует некоторых объяснений. Он испугается и прогонит ее, верно? — П... позже. — Она должна сказать ему. — Кири, я... — Что случилось? — Он сидит перед ней. — Я слышал, что твои родители умерли, ты исчезла и... все решили, что ты умерла. — Может, так оно и было. — Меня... похитили. — ответила она. — Я сбежала несколько недель назад. Не знала, куда идти. Я была в твоем старом доме, но ты там больше не жил, поэтому я пошла сюда и... — Ты прошла через две префектуры?! — Он несколько раз моргнул на нее. — Мина, ты должна была обратиться в полицию, они бы... — Нет! — Она кричит громче, чем хотела. — Они... местная полиция работала с похитителями. Я не знала, кому доверять и... И она пришла к нему. Выражение лица Эйджиро не оставляет сомнений в том, что он понял невысказанные слова. Несмотря на все, что произошло, она доверилась ему настолько, что добралась до его дома. — Здесь ты в безопасности. — сказал он. — Ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. — Она рыдает под своим капюшоном(он выглядит так, будто хочет броситься к ней и обнять ее, но явно не уверен, будет ли ей это приятно, поэтому останавливает себя). Сдержит ли он эти слова, когда узнает, кто... что она такое? — Я... я... я должна сначала кое-что тебе сказать. — Она готовится к разговору. Ну же, Мина, ты можешь это сделать. Такие вещи так легко давались тебе до всего этого. — Они похитили меня, потому что... — Мина, они... — Он в ужасе, но не от того. Выделение кислоты по желанию - это то, из-за чего люди не хотят вступать с вами в физический контакт. Небольшое утешение. — Нет, нет! — Она качает головой. — Нет, они не сделали этого. Это... Вскоре после того, как ты ушел, я... думаю, у меня появилась... своего рода сверхспособность? Они похитили меня за это. — Он потрясен. Он открывает рот, вероятно, чтобы опровергнуть ее слова. Но она протягивает руку над столом и выпускает немного своей кислоты из кончиков пальцев. Она сделала ее не очень кислотной. Разрушить стол было бы плохим способом возобновить их дружбу (она надеется, что это еще возможно). Но она немного жжет его поверхность. — К... кислота. — говорит она. — Я могу выделять и контролировать ее. Они заставляли меня избавляться от улик и... трупов. Я расплавила стену и сбежала. Но это также... изменило мой облик. Я даже не могу выйти без маскировки. — Она снова начинает всхлипывать. — Мина. — Эйджиро приходит к решению. Кажется, он сам понял невысказанный страх отказа. — Это не имеет значения. Ты была моим первым другом. Моим лучшим другом. Ты изменил мою жизнь к лучшему больше, чем ты можешь себе представить. Я не прогоню тебя, потому что ты выглядишь иначе или можешь делать крутые вещи с кислотой. Это было бы очень не по-мужски. — Его руки двигаются, только чтобы замереть на середине расстояния между их первоначальным положением стоя и ее капюшоном. — Можно? Она кивает. Она не уверена, что ей удастся что-то сказать, даже если бы она попыталась. Он осторожно снимает с нее капюшон (рога немного мешают, но он настойчив). Она чувствует его взгляд на рогах и своей розовой коже. Затем он снимает с нее солнцезащитные очки, обнажая черные глаза с желтыми зрачками. Помимо рогов, это, пожалуй, наименее "нормальная" часть ее лица. На несколько долгих секунд в комнате воцаряется тишина. Мина слишком напугана тем, какое выражение, вероятно, у него на лице, чтобы посмотреть на него. Она смотрит на поврежденную часть стола, едва сдерживая слезы. — Ну... — говорит он наконец. Она сжимает веки. Ударит ли он ее? Может прогонит? — ...Я ожидал худшего, услышав все это. Что? ЧТО? Она наконец-то поднимает на него глаза. Он чешет затылок, и выражение его лица кажется ИСКРЕННИМ. — Ч... что? — Она заикается, потрясенно глядя на него. — Ну, после той части про кислоту, я подумал, что ты как бы... изуродована или что-то в этом роде. Понимаешь, о чем я? — Он отвечает, явно ошарашенный ее реакцией. — У тебя просто другой цвет, тут и там. И рога. Они довольно милые, наверное? — Он немного краснеет. Да, это тот Кири, которого она знала. Плотину прорвало. Она плачет. Сильно. На этот раз он больше не сдерживается и обнимает ее. Она обнимает в ответ и долго плачет у него на плече, пока он пытается ее утешить. Через час она засыпает, приняв первый за месяц душ. Он отдал ей свою кровать, перебравшись на пол. Иное было бы не по-мужски. В эту ночь Мине Ашидо не снились кошмары, впервые после смерти родителей.