Не так страшен черт, как его малюют.

Лань Сичень воспользовался перерывом, чтобы пообщаться с братом с глазу на глаз, пока им никто не мешает. - Брат? - удивленно посмотрел на него Лань Чжань, стоило им выйти в сад. - Ванцзи, ты же знаешь, что я тебя всегда поддержу? - сказал Лань Хуань, глядя ему в глаза, благо, у них была не сильная разница в росте. Ванцзи утвердительно кивнул, не понимая, к чему была его фраза. - И не осужу за выбор сердца. - Мгм. - Я заметил, что ты симпатизируешь молодому господину Вэю, и насколько вижу, он вполне достойный юноша, что бы не говорил о нём дядя. - Мгм? - Но ваши взаимоотношения полны недопонимания, - заметил молодой мужчина. - Как думаешь, почему? - ... Я не умею говорить, - после долгой паузы сообщил юноша. - Скорее, не умеешь выражать свои мысли вслух. Поверь, я рад, что ты уже встретил своего спутника, но тебе нужно именно общаться с ним словами, а не отделываться односложными междометиями. - Трудно... вслух. - Постарайся, перебори себя. Неужели тебе хочется, как в книге: потерять его, а потом ждать долгие годы? И только потому, что вы не поговорили начистоту и не поняли друг друга? - Не хочется. - Тогда просто постарайся проговаривать вслух о том, что думаешь и чувствуешь. Пусть не сразу, понемногу, но поверь, это поможет наладить взаимоотношения и не наделать глупостей. - Хорошо. Братья вернулись в зал и устроились рядом с дядей, бросившим взгляд на племянников, но ничего не спросившим. - Глава клана Вэнь, могу я взять книгу? - негромко спросила Цзян Яньли, подойдя к нему и поклонившись. - Конечно, дева Цзян, - Вэнь Жохань с интересом посмотрел на эту тихую и скромную девушку, вручая ей книгу. - Буду с нетерпением ждать вашего чтения. - Благодарю, глава клана Вэнь, - девушка снова поклонилась ему и вернулась на своё место, устроившись между братьями. Она попила воды, разгладила складку на платье и только после этого открыла книгу, начиная новую главу. "Глава 13. Изящность. Часть третья. Впоследствии Вэй Усянь размышлял, почему его отношения с Лань Ванцзи не сложились. Если зрить в корень, то всё началось ещё в те времена, когда Вэй Усяню было пятнадцать и он вместе с Цзян Чэном на три месяца приехал в Орден Гусу Лань на учёбу. Вэй Ин и Цзян Чэн тут же заулыбались, когда книга решила окунуть их в прошлое, которое для них нынешних было не таким уж и далёким. Да и некоторые молодые люди тоже оживились. *** Тогда в Ордене Гусу Лань состоял один прославленный и благонравный старший адепт — Лань Цижэнь. В среде заклинателей он был известен тремя качествами: педантичностью, непоколебимостью и особой строгостью в преподавании, что позволяло ему взращивать самых выдающихся учеников. Первые два свойства характера Лань Цижэня заставляли большинство людей держаться от него на почтительном расстоянии, а некоторых из них — даже втайне ненавидеть его. Но зато последняя особенность влекла к нему родителей из самых разных кланов и орденов, которые готовы были приложить все усилия, лишь бы отправить своих детей к нему на обучение. Немало ныне блистательных адептов Ордена Гусу Лань были воспитаны именно им. Какими бы безнадежными молодые господа ни переступали порог Облачных Глубин, пара лет под руководством Лань Цижэня делали из них благопристойных юношей, по крайней мере, внешне они могли мастерски таковыми притворяться. Особенно подкованными они становились в вопросах этикета и умении вести себя с достоинством. Многие из родителей, забирая своих чад из Облачных Глубин, пускали слёзы умиления. Узнав обо всём этом, Вэй Усянь заявил: — Неужели я сейчас ещё недостаточно притворяюсь благопристойным? В ответ ему Цзян Чэн пророческим тоном изрёк: — Ты точно станешь пятном позора на его безупречной репутации учителя. - И оказался прав, - тут же напомнил Цзян Чэн, пихнув брата локтем в бок. - Что поделаешь, у всех бывают осечки, - невинно улыбнулся Вэй Ин, возвращая тычок. - Притворяться? - казалось, сейчас Лань Цижэня точно хватит инфаркт, настолько сильно он покраснел от возмущения. - Притворяться?! - Дева Вэнь, не могли бы вы? - попросил Лань Сичень, с опаской поглядывая на дядю. - Конечно, глава клана Лань, - Вэнь Цин решительно подошла к задыхающемуся от эмоций учителю Ланю и резким жестом вогнала иглу ему в затылок, заставляя застыть. - Пусть посидит пять минут, успокоится. - А-Чэн, с каких это пор у тебя пророческий дар прорезался? - деланно удивленно посмотрел на него Усянь. - Почти половину жизни с тобой провёл, тут и не такое прорежется, - хмыкнул Ваньинь. - Если честно, Лань Цижэнь и правда хороший учитель... Слушатели удивлённо посмотрели на главного героя книги, смущенно почесывающего кончик носа. Чтобы Вэй Усянь признал этого старого - тут взгляды невольно переместились на значительно помолодевшего без своей бородки Цижэня, - ладно, не такого уж старого ворчуна хорошим учителем? - ... просто до этого ему попадались более послушные ученики, не ставящие его авторитет под сомнение. - Вэй-сюн, что это на тебя нашло? - уточнил Не Хуайсан, хлопая глазами. - Ничего, Не-сюн, совершенно ничего. Продолжай, сестра. Вэнь Цин выдернула иглу и вернулась на своё место, а пришедший в себя Лань Цижэнь стал выглядеть гораздо спокойней. В тот год, кроме младших адептов Ордена Юньмэн Цзян, в Облачные Глубины также съехались и молодые господа из других кланов, чьи родители тоже были наслышаны о Лань Цижэне. Всем им было по пятнадцать-шестнадцать лет или около того. Тогда все ордены довольно тесно общались между собой, и большинство учеников, пусть и не являлись близкими друзьями, но по крайней мере знали друг друга в лицо. Всем также было известно, что Глава Ордена Юньмэн Цзян, Цзян Фэнмянь, возлагал на Вэй Усяня — своего первого ученика и сына его почившего друга, большие надежды, хотя тот и не носил фамильный знак Цзян. Можно сказать, что глава ордена относился к нему как к собственному сыну. - Я сын своих родителей, не надо наговаривать на дядю Цзяна, - заметил Вэй Ин, закинув руки за голову. - А со стороны выглядит так, словно он и правда тебя выделяет, - фыркнул Цзян Чэн. - А-Чэн, я не делаю различий между тобой, А-Ли и Вэй Ином, - мягко сказал Цзян Фэнмянь, качая головой. - И люблю всех троих одинаково. - Не пробовал чаще говорить об этом сыну? - фыркнула Юй Цзыюань. - Да и мне стоит пересмотреть свои взгляды. В отличие от взрослых, юноши не были стеснены вопросами положения в обществе и заслугами предков, и очень скоро все подружились. Спустя пару фраз все уже звали друг друга младшими или старшими братьями, и кто-то спросил: — А правда, что в Пристани Лотоса намного веселее, чем здесь? Вэй Усянь рассмеялся: — Веселее или нет — это уж зависит от того, как ты будешь развлекаться. Но что чистая правда — там нет такого количества правил и не нужно вставать так рано. Орден Гусу Лань просыпался в пять утра и засыпал в девять вечера, и никаких исключений не допускалось. Кто-то ещё спросил: — А когда вы встаёте? И чем занимаетесь днём? Цзян Чэн хмыкнул: — Он-то? Он встаёт в девять утра и ложится в час ночи. А проснувшись, катается на лодке, плавает, собирает лотосы и охотится на фазанов, вместо того, чтобы упражняться в фехтовании или медитировать. Вэй Усянь парировал: — И сколько бы фазанов я ни поймал — я всё равно остаюсь первым. Один из юношей воскликнул: — В следующем году я поеду учиться в Юньмэн! И никто меня не остановит! Кто-то остудил его пыл: — А никто и не будет тебя останавливать. Твой старший брат просто сломает тебе ноги, только и всего. Не Хуайсан густо покраснел, сжав свой веер, когда весёлые взгляды молодых заклинателей, вспомнивших эту сцену, скрестились на нём. - Значит, хочешь учиться в ордене Юньмэн Цзян? - Не Минцзюэ смерил оценивающим взглядом младшего братишку и повернулся к главе ордена. - Глава клана Цзян, примете моего оболтуса? - Глава клана Не, мы с удовольствием примем в Пристани Лотоса молодого господина Не, - учтиво кивнул Цзян Фэнмянь. - Думаю, наши адепты с радостью ему помогут. - Правда? - воспрял духом Хуайсан, облегченно выдыхая, когда брат сам предложил главе клана Цзян принять его сюда на обучение. - Брат, ты самый лучший! - Ну, будет тебе, - крякнул Минцзюэ, когда братишка с радостным писком повис у него на шее. - Фэнмянь, а для моего племянника место найдётся? - усмехнулся Вэнь Жохань, кивая на скромно сидящего рядом с сестрой Вэнь Нина. - Может, хоть посмелее станет. - Для нас будет честью принять вашего племянника, господин Верховный заклинатель, - быстро взял себя в руки Фэнмянь, переглянувшись с супругой. - Мне кажется, или глава клана Вэнь что-то задумал? - шепнул на ухо брату Цзян Чэн, покосившись на Верховного заклинателя. - Пусть с этим взрослые разбираются, - качнул головой Вэй Ин, тоже шепча. - Зато у Вэнь Нина можно будет узнать о вкусах твоей любимой девушки. - Я уже говорил, что ты зараза? - Неоднократно. Но ты всё равно меня любишь, А-Чэн. Юноша сразу поник. Это был второй молодой господин Ордена Цинхэ Не — Не Хуайсан. Его брат, Не Минцзюэ, уже признанный заклинатель, требовал беспрекословного исполнения указаний. Братья могли похвастаться довольно близкими отношениями, невзирая на то, что они родились от разных матерей. Не Минцзюэ всегда крайне сурово тренировал брата, а особенно его заботили вопросы обучения наукам. Вот почему, безмерно уважая его, Не Хуайсан пуще всего на свете боялся, когда тот вдруг интересовался его успехами на учёбе. Вэй Усянь заметил: — Справедливости ради, в Гусу тоже не так уж и плохо. Не Хуайсан вдруг сказал: — Вэй-сюн, послушай моего дружеского совета. Облачные Глубины — это совсем не то, что Пристань Лотоса. Пока находишься здесь, не вздумай дразнить одного человека. — Кого? Лань Цижэня? — Нет, не этого старика. Тебе стоит вести себя сдержанно с его самой большой гордостью, с Лань Чжанем. - Я всегда интересуюсь твоими успехами в учёбе, - хмыкнул Не Минцзюэ. - Что значит "вдруг"? - Но ты ругаешься, если я недостаточно усерден в науках, - робко заметил Не Хуайсан, прикрываясь веером. - Это не значит, что нужно дрожать, как испуганная мышь, - напомнил Минцзюэ. - Не-сюн, это стихийное бедствие стоило предупреждать, как только он переступит порог Облачных Глубин, - ехидно сказал Цзян Чэн, глядя на их общего друга. - А так ты немного опоздал. - Мне просто везёт на знакомства, - сделал невинное лицо Вэй Ин, подмигнув Второму Нефриту. - Да, Лань Чжань? Лань Чжань отвернулся в сторону, скрывая проступивший на скулах лёгкий румянец. — Лань Чжань — это тот, что из Двух Нефритов клана Лань? Лань Ванцзи? Звучный титул «Два Нефрита клана Лань» был дарован двум сыновьям нынешнего главы Ордена Гусу Лань — Лань Хуаню и Лань Чжаню. Едва им минуло четырнадцать, как старшие адепты всех кланов и орденов провозгласили их образцовыми примерами для подражания и столь старательно ставили их в пример младшим адептам своих кланов, что эти имена ещё долго гремели у них в ушах. Не Хуайсан же удивился: — Разве есть какой-то другой Лань Чжань? Конечно же, это он. Мать моя, ему столько же лет, сколько и тебе, но в нём нет ни капли юношеской живости, он всегда такой сдержанный и серьёзный, в точности такой же, а то и хуже, чем его дядя. Вэй Усянь с пониманием бросил короткое «О» и спросил: — Это тот, что такой хорошенький, да? Цзян Чэн не упустил возможности съязвить: — Можно подумать, в Ордене Гусу Лань есть хоть кто-то некрасивый! Адептов с неправильными чертами лица они даже не принимают. Если сможешь, найди мне там хоть одного человека заурядной внешности. Лань Сичень пихнул брата локтем в бок, мол, слышишь? Господин Вэй назвал тебя хорошеньким! Лань Чжань ощутил, как теплеют уши от этого комплимента, и бросил на возлюбленного неожиданно стыдливый взгляд. Неужели Вэй Ин и правда считает его хорошеньким? - Не-сюн, зачем ты разжёг его любопытство? - Цзян Чэн прикрыл глаза ладонью, качая головой. - Кто же знал, что так получится? - пожал плечами Не Хуайсан. - Эта любопытная сорока вцепляется в что-нибудь для него интересное так, что не отдерёшь! - Ничего, что я рядом сижу? - демонстративно надулся Вэй Ин. Молодые заклинатели тихо посмеивались, глядя на его ребячество. Вэй Усянь поправился: — Хорошо, хорошо. Чрезвычайно красивый, — и указал на голову. — С макушки до пят весь в белом, на голове лобная лента, а за спиной — серебряный меч. Он действительно очень красивый, но лицо у него такое каменное, словно он в трауре. Призадумавшись, Не Хуайсан уверенно ответил: — Ага, это он! — и немного помолчав, добавил. — Но он же медитировал в уединении последние несколько дней. А ты приехал только вчера, когда же ты успел его увидеть? — Вчера ночью. — Вчера но… Вчера ночью?! — ошарашенно спросил Цзян Чэн. — В Облачных Глубинах же комендантский час. Где ты его видел? И почему я не знаю об этом? Вэй Усянь махнул рукой: — Там. Он указал на вершину невероятно высокой стены. - Вляпаться в приключение? Может, умеет, практикует! - демонстративно закатил глаза к потолку Цзян Чэн, заставив сестру хихикнуть в знак согласия, и пихнул приключенца локтем в бок. - И без меня! - А-Чэн, так ты бы сказал, я тебя с собой взял, - весело заметил Вэй Ин, тут же возвращая тычок. - Для брата мне ничего не жалко: ни вина, ни объятий, ни приключений. Организовать? - Лучше бы ты чаще призывал его к порядку, а не лез радостно в любую авантюру этого оболтуса, сын, - покачала головой Юй Цзыюань. - Вэй-сюн, ты точно везунчик, - захихикал Не Хуайсан, вспомнив своё тогдашнее удивление. - Господин Вэй, почему вы решили, что Ванцзи в трауре? - доброжелательно спросил Лань Сичень, переглядываясь с братом и дядей и внутренне поражаясь его интуиции. Как он вообще смог понять про траур, который носил брат по их матери? - Знаете, глава клана Лань, - нахмурился Усянь, вспоминая свои тогдашние ощущения. - Скорее всего, меня поразили глаза Лань Чжаня. Я плохо помню своих родителей, мне ведь было всего шесть, когда их не стало. Не хотелось верить в их смерть, ведь дети всегда её отрицают, но они всё не приходили и не приходили, а потом стало очень грустно внутри. И в глазах Лань Чжаня я увидел... себя? Наверно, как-то так. - Благодарю за ответ, молодой господин Вэй, - кивнул ему Лань Хуань. Все онемели от изумления, а Цзян Чэн чуть ли не физически почувствовал, как пухнет его голова, и клацнул зубами: — Мы только-только приехали, а ты уже нашёл приключений и позоришь меня! Что там у вас случилось? Вэй Усянь, ухмыляясь, ответил: — Да ничего особенного. Помнишь, по дороге сюда мы проехали мимо винной лавки «Улыбка Императора»? Так вот, вчера ночью, я никак не мог уснуть, все ворочался и ворочался, и в конце концов не вытерпел и спустился с горы в Гусу и купил там два сосуда с вином. Сам же знаешь, в Юньмэне такого не делают. Цзян Чэн спросил: — Тогда где же они? Вэй Усянь продолжил: — Тут такое дело… Я залез на стену, чтобы попасть обратно, и только-только перекинул ногу на другую сторону, как он меня застукал. Один юноша заметил: — Вэй-сюн, да ты везунчик. Наверное, он только что закончил медитацию и отправился на ночное патрулирование. Тебя поймали прямо на месте преступления. Цзян Чэн сказал: — Тех, кто возвращается ночью, не пускают обратно до семи утра. Как же он разрешил тебе войти? Вэй Усянь растерянно всплеснул руками: — Так он и не разрешил. Он хотел, чтобы я убрал ту ногу, что уже успел перекинуть через стену. Вот скажи мне — как бы я это сделал? Тогда он ловко вспорхнул ко мне наверх и спросил, что у меня в руках. У Цзян Чэна разболелась голова, в груди заныло от дурного предчувствия: — И что же ты ответил? - Обязательно было выбираться в Цайи ночью? - пихнул его локтем в бок Цзян Чэн, сделав грозное лицо. - Я не виноват, что плохо сплю на новом месте, - развёл руками Вэй Ин, с улыбкой боднув его лбом в плечо. - Да и что за детское время отхода ко сну - девять вечера? - Пошёл бы до отбоя. - А до отбоя не хотелось! Это потом, для крепкого сна, решил прогуляться в деревню. - Насыщенное у вас выдалось знакомство, - снова захихикал Не Хуайсан, воскрешая в памяти тот самый разговор. - Выходит, ты и правда в первый же вечер в Облачных Глубинах удрал после отбоя? - закатила глаза к потолку Юй Цзыюань, получая в ответ кивок. - И почему я не сомневалась? - Так что же вы ответили на вопрос вашего друга, молодой господин Вэй? - с интересом посмотрел на него Вэнь Жохань. Усянь поднялся на ноги и повернулся в сторону Второго нефрита, который тут же поспешил последовать его примеру, и с яркой улыбкой заявил, выставив перед собой сжатую в кулак руку, словно там что-то было: - Это «Улыбка Императора»! Давай я поделюсь с тобой, а ты сделаешь вид, что меня не видел? - В Облачных Глубинах запрещён алкоголь! - холодно сказал Ванцзи, глядя ему в глаза. - Тут так и написано, - сообщила Цзян Яньли, демонстрируя в качестве доказательства раскрытую книгу, после чего продолжила чтение. Цзян Чэн вздохнул: — В Облачных Глубинах запрещён алкоголь. Это серьёзный проступок. Вэй Усянь продолжил: — Вот и он сказал мне то же самое, а я спросил: «А что вообще разрешено в твоём Ордене?» В ответ он, кажется, немного разозлился и потребовал, чтобы я прочёл все правила на Стене Послушания. А там их было около трёх тысяч, да еще и написаны на Чжуаньшу! Говоря на чистоту, неужели кто-то вообще стал бы их читать? Ты читал? А ты? Во всяком случае, я не стал. И чего он так разозлился? — Да, да! — согласились с ним остальные. Они жалели, что не встретили Вэй Усяня раньше, и теперь наперебой затараторили, жалуясь на глупые и давно устаревшие ограничения, принятые в Облачных Глубинах. — У какого ещё ордена есть три тысячи правил, и ни одно из них не повторяет предыдущего?! Конечно, там есть и терпимые, например «запрещено умерщвлять живых существ на территории Облачных Глубин; запрещено сражаться без разрешения; запрещены беспорядочные связи; запрещено бродить по ночам; излишний шум запрещён; запрещено передвигаться бегом»… Но есть ведь и такие: «запрещено смеяться без повода; запрещено сидеть недолжным образом; запрещено есть более трёх мисок риса за раз… Присутствовавшие при том разговоре в Облачных Глубинах молодые заклинатели тут же закивали, подтверждая слова книги, которая до последней буквы воспроизвела всё то, что тогда было сказано. - Эти правила регламентируют всю нашу жизнь, - рассердился Лань Цижэнь, глядя на зачинщика всей поднявшейся смуты. Он умудрился за один день испортить его учеников! - И никому не сдались ни с приплатой, ни без, - ехидно заметил Вэнь Жохань, которому нравилось дразнить этого зануду. - Дядя, успокойся, - Лань Сичень сжал руку дяди, не давая разразиться сердитой бранью. - Всё равно эти правила давно стоило пересмотреть и упразднить их большую часть. - Сичень? - Цижэнь внимательно посмотрел в глаза племянника, после чего тяжело вздохнул. - Поступай, как знаешь. - Спасибо, дядя, - благодарно ему улыбнулся Лань Хуань и подлил в чашку успокаивающего чая. Вэй Усянь внезапно перебил говорящего: — Как ты сказал? Сражаться без разрешения тоже запрещено? Цзян Чэн ответил: — … Да. Только не говори мне, что ты уже и подраться с ним успел. — Ага, успел. И мы разбили сосуд с Улыбкой Императора. Все в унисон ахнули и досадливо хлопнули себя по ляжкам. Что ж, хуже и быть не могло, поэтому Цзян Чэна больше заинтересовало другое: — Ты говорил про два сосуда. Где же тогда второй? — Я его выпил. Цзян Чэн спросил: — И где же ты его выпил? — Да прямо перед ним и выпил. Я сказал: «Ладно, раз в Облачных Глубинах запрещён алкоголь, тогда я не буду заходить внутрь и выпью всё, стоя на стене. Это же не будет считаться нарушением правил, да?» Ну и выпил один сосуд залпом, прямо перед ним. — А потом?.. — А потом мы подрались. - И в этом весь Вэй Ин, - тяжко вздохнул Цзян Чэн. - Всегда найдёт способ обойти правила! - Ну, не зря же он носит звание первого ученика Юньмэн Цзян! - хихикнул Не Хуайсан, обмахиваясь веером. - И пока ты пил вино, Лань Ванцзи просто стоял и смотрел, что ли? - уточнил Цзинь Цзысюань, поглядывая на младшего брата своей бывшей невесты. Лань Чжань кинул в его сторону невыразительный взгляд, не собираясь ничего говорить о том случае. - Ну почему стоял? - пожал плечами Вэй Ин. - Я начал пить, Лань Чжань пытался забрать у меня сосуд из рук, зацепил мечом второй, тот грохнулся и разбился, а я как раз успел допить "Улыбку императора". Но спарринг у нас получился хороший. Ванцзи внутренне обрадовался, услышав, что Вэй Ину, несмотря на их не слишком удачное знакомство, всё же понравился ночной поединок. — Вэй-сюн, — выпалил вдруг Не Хуайсан. — Ты такой задавака. Вэй Усянь поднял брови: — Между прочим, Лань Чжань был весьма хорош. — Тебе точно конец, Вэй-сюн! Никто и никогда ещё не ставил Лань Чжаня в такое неловкое положение. Скорее всего, теперь он имеет на тебя зуб. Берегись, хоть Лань Чжань и не ходит с нами на уроки, но зато он отвечает за наказания! Но Вэй Усянь ни капельки не испугался и махнул на него рукой: — А чего мне бояться? Ведь все говорят, что он с самых юных лет был чудо-ребёнком. И раз он такой одарённый, то, должно быть, уже давно выучил всё, что преподает его дядя, и теперь только и занимается медитацией в уединении. Не думаю, что он найдёт время, чтобы поквитаться со мной. Я… Вэй Усянь запнулся. Они как раз проходили мимо стены с выдолбленным в ней окном, и за ним увидели в ланьши длинноволосого юношу в белоснежных одеждах и туго затянутой на затылке лобной лентой, сидящего с неестественно ровной спиной и словно окутанного инеем и льдом. Он окинул их холодным взглядом. В ту же секунду на десять или около того ртов будто наложили заклятие молчания. Юноши молча вошли в комнату и так же молча расселись по своим местам, старательно избегая садиться за столы вокруг Лань Ванцзи. Цзян Чэн потрепал Вэй Усяня по плечу и прошептал: — Вот он и пришёл за тобой. Теперь надейся только на себя! Слушатели рассмеялись, поглядывая на Второго Нефрита, и сейчас вполне успешно изображавшего статую. - Не-сюн, неужели ты до сих пор считаешь меня задавакой? - наигранно удивленно посмотрел на друга Вэй Ин. - Нет, Вэй-сюн, я понял, что ты просто уверенный в себе человек, - хихикнул Не Хуайсан, обмахнувшись веером. - И твои знания позволяют тебе быть немножко задавакой. - Не подкармливай его эго, Не-сюн, - заметил Цзян Чэн, пихнув брата локтём в бок. - А то носом за потолок будет цепляться. - Если изредка и маленькими порциями, то можно и подкормить, - шутливо стукнул его по плечу Усянь. Лань Чжань кинул благодарный взгляд на Вэй Ина, стоило услышать о своих талантах от возлюбленного, получая в ответ весёлое подмигивание. Лань Цижэнь раздулся от гордости, когда книга расхваливала его любимого племянника, являвшегося гордостью своего дяди, но вот то, что другие ученики не желали находиться рядом с Ванцзи, заставило нахмуриться. Неужели люди и правда его опасаются? - Молодой господин Вэй, вы и правда думали, что мой брат пришёл за вами? - с мягкой улыбкой спросил Лань Сичень, смотря на главного героя книги. - Каюсь, в тот момент у меня мелькала такая мысль в голове, ведь все кругом уверяли, что Второй Нефрит на уроки своего дяди не ходит, - развёл руками Вэй Ин. - А тут вдруг мы с ребятами видим его в своём классе, ну и что можно было подумать? Вэй Усянь повернул голову и как раз увидел профиль Лань Ванцзи. Его длинные ресницы были изящно изогнуты, а осанка — идеально ровной, взгляд обращён строго вперёд. Вэй Усянь подумал было начать с ним разговор, но тут в комнату вошел Лань Цижэнь. Учитель был высок и подтянут, с такой же идеальной осанкой, что и Лань Ванцзи, и совсем не стар, хотя и носил чёрную длинную козлиную бородку. Кроме того, он полностью соответствовал традициям, принятым в Ордене Гусу Лань, потому имел весьма и весьма приятную наружность. Но, к сожалению, атмосфера чрезмерной педантичности и жёсткости, окружающая его, давала все основания называть его стариком. В одной руке он держал свиток, который не замедлил развернуть, да так что добрая часть бумаги оказалась на полу, и невозмутимо начал зачитывать правила Ордена Гусу Лань. Лица всех присутствующих постепенно мрачнели. Вэй Усянь помирал от скуки и бесцельно бродил взглядом по комнате, пока вновь не наткнулся на профиль Лань Ванцзи. Он поразился, каким серьёзным и сосредоточенным тот был, причём явно без тени притворства: «И как только он может с таким вниманием слушать эту скукотищу?» - До сих пор задаюсь этим вопросом, - пробормотал Вэй Ин в сторону, вспомнив то занудное перечисление правил. - Скука же смертная. Лань Чжань почувствовал смущение, услышав о том, что Вэй Ин смотрел на него, пусть и в попытке хоть как-то убить скуку. Значит, счёл его лицо достаточно привлекательным, чтобы остановить на нём взгляд надолго. - Не любите правила, молодой господин Вэй? - усмехнулся Вэнь Жохань, с интересом глядя на него. - Когда их больше необходимого - не люблю, господин Верховный заклинатель, - учтиво кивнул ему Усянь. - Что бы ты понимал, мальчишка, - проворчал Лань Цижэнь. - Не ворчи, ты моложе меня, - фыркнул Жохань, долгим взглядом рассматривая его лицо. - И без твоей дурацкой бородки это ещё лучше заметно. - Зато теперь выгляжу несолидно, - заметил Цижэнь, краснея. - Какая разница, солидно или нет, если красиво? Слушатели притворились глухонемыми, старательно делая вид, что они не слышат этого завуалированного флирта Верховного заклинателя с учителем Ланем. Вдруг Лань Цижэнь с грохотом бросил свиток на пол и едко улыбнулся: — Мне пришлось повторить эти правила одно за другим, потому что никто не удосуживается их прочесть, хотя они и высечены на каменной стене. С этого момента никто не посмеет нарушать их и прикрываться незнанием. Но коль скоро среди вас есть те, кто меня не слушал... Что ж, мы поговорим о другом. Эти слова могли относиться с равным успехом к любому в ланьши, но чутьё подсказало Вэй Усяню, что это был камень в его огород. Как он и ожидал, Лань Цижэнь произнёс: — Вэй Ин. Вэй Усянь отозвался: — Я. — Ответь мне на один вопрос. Оборотни, демоны, призраки и монстры — это одни и те же твари? Вэй Усянь с улыбкой сказал: — Конечно, нет. — Почему? В чём их различие? — Оборотни получаются из живых нечеловекоподобных созданий; демоны — из живых людей; призраки — из мертвых людей; монстры — из мёртвых нечеловекоподобных созданий. - Цижэнь, что-то у тебя плохо со счётом, это был не один вопрос, а три, - насмешливо хмыкнул Вэнь Жохань, поддразнивая его. - Сам знаю, - скрипнул зубами Лань Цижэнь, не любивший признавать свои ошибки. А сейчас слушатели узнавали про тот самый урок и его тогдашнее поведение. - За что же ты так взъелся на мальчишку, что он так быстро тебя раскусил? - фыркнула Цзинь Ливэй. - Какая теперь разница? Был не прав, признаю. — Оборотней и монстров часто путают. Приведи пример, как их можно отличить. — Запросто, — Вэй Усянь указал на голубовато-зеленое дерево за окном ланьши и продолжил. — Предположим, за все годы, что это дерево стоит здесь, оно впитало в себя энергию здешних книг и стало сознательным существом, которое способно причинять вред людям — это будет «оборотень». Но если я возьму топор и срублю его, так что от него останется только пенёк, и дерево превратится в сознательное существо уже после этого, — то это будет «монстр». — Кто был по профессии родоначальник Ордена Цинхэ Не? — Мясник. Не Минцзюэ одобрительно кивнул, глядя на приятеля собственного брата. Умный парень. - Вэй-сюн, тебе точно нужно быть учителем, - заметил Не Хуайсан, лукаво улыбаясь. - Да, учитель Вэй так понятно объясняет, - закивал головой Сюэ Ян. - Посмотрим, Не-сюн, - кивнул Вэй Ин. — Клановый узор Ордена Ланьлин Цзинь — белый пион. Какой именно сорт? — Сияние средь снегов. Цзинь Цзысюань кивнул, вспомнив тот урок и чёткие ответы Вэй Усяня. — Кто впервые в истории сконцентрировался на прославлении и возвышении своего клана, а не ордена? — Родоначальник Ордена Цишань Вэнь, Вэнь Мао. - А у вас хорошая память, молодой господин Вэй, - заметил Вэнь Жохань. - Благодарю за похвалу, глава клана Вэнь, - учтиво поклонился ему Вэй Ин, стратегически пододвигаясь ближе к дяде Цзяну и госпоже Юй. Его беглые ответы заставили сердца присутствующих пропустить пару ударов. Они чувствовали облегчение, но в то же время молились, чтобы Вэй Усянь продолжал отвечать также складно и ни в коем случае не запнулся, дабы Лань Цижэнь не начал поиски новой жертвы. Тем временем учитель продолжил: — Ты — ученик Ордена Юньмэн Цзян, так что ты и должен был знать назубок все ответы на предыдущие вопросы, и тебе нет никакой причины гордиться собой. Ответь мне лучше вот на что. К примеру, жил на свете один палач, и были у него родители, жена и дети. За всю свою жизнь он обезглавил больше сотни человек, а сам внезапно скончался прямо посреди городской площади, и в наказание за его деяния труп выставили на солнце на семь дней. Вскоре затаённая злоба сделала своё дело — он восстал и начал убивать. Как следует поступить? На этот раз Вэй Усянь медлил. Все остальные подумали, что он не знает ответа, и заёрзали от волнения. Лань Цижэнь забранился: — Что вы на него смотрите? Я и вам этот вопрос задал. Не заглядывать в учебники! Ученики быстро убрали руки с книг, в которых хотели подглядеть подсказку. Они тоже не знали верного ответа: безвременная кончина в толпе народа и непогребение в течение семи дней точно означали либо ожесточённого призрака, либо лютого мертвеца, потому решение найти было непросто. Каждый надеялся, что старик Лань спросит не его. Тот же, увидев, что Вэй Усянь по-прежнему молчит, и только размышляет над чем-то, сказал: — Ванцзи, объясни ему, как следует поступить. - Конец главы, - Цзян Яньли устало опустила книгу на колени и отпила воды из чашки, поскольку в горле от долгого чтения пересохло. Да ещё и нужно было повышать голос, ведь обычно она тихо говорит. - Да, Вэй Усянь - первый ученик ордена Юньмэн Цзян, так почему ему нет причины гордиться своими знаниями? - гордо выпрямилась в своём кресле Юй Цзыюань, в упор глядя на Цижэня. - Или он что-то неверно сказал? - Да всё верно он тогда ответил, - кисло сказал Лань Цижэнь, не понаслышке знакомый со вспыльчивым нравом Пурпурной Паучихи, сейчас оскорбившейся за своего воспитанника. - Но... - Что "но", решил отыграться на парне за надуманные обиды? - нахмурилась Цзинь Ливэй, поддержавшая подругу. Пусть та и жаловалась временами на вздорного мальчишку, поднимавшего на уши всю Пристань Лотоса, но в обиду его никому не давала. - Или господин Лань просто не смог найти общий язык с учеником? - хмыкнул Не Минцзюэ. - Цижэнь, с каких это пор ты стал воевать с детьми? - Вэнь Жохань властно махнул рукой, перекрывая чужие упреки. - Ты хотел унизить молодого господина Вэя, но в итоге выглядел дураком сам. И выделяя своего любимого ученика в ущерб другим, заставляя его дать ответ на вопрос, ты не сделал хорошо никому. После такого фаворитизма, как мне кажется, другие ученики стали ещё сильнее недолюбливать второго молодого господина Ланя. - Дядя, - покачал головой Лань Сичень, понимая, что дядя и правда сделал только хуже для самого Ванцзи. У того и так не было друзей-приятелей из-за замкнутого нрава и неумения общаться, так ещё и откровенный фаворитизм, как и сказал Вэнь Жохань, только заставил других ребят сильнее ненавидеть его брата. Благословите небеса упрямство господина Вэя, который до сих пор упорно пытается подружиться с Ванцзи! Сделали небольшой перерыв, чтобы слушатели немного остудили эмоции. Наверняка молодые люди заново вспомнили тот самый урок и увидели его под другим углом.