ран хост клаб

Стоило только распахнуть тяжелые стеклянные двери и сделать пару быстрых шагов на улицу, дышать стало значительно легче. Басы, отбивавшие первобытный примитивный ритм, затихли, оставшись за спиной, и тут же их сменил глухой шум ночной улицы: протяжный вой полицейских сирен патрульных машин где-то в отдалении, зычный хохот бесшабашных подвыпивших студентов, просаживавших последние деньги в бессчетных барах и клубах Роппонги. Ран замер, сунув руки в карманы, на месте. Вдохнул поглубже свежего вечернего воздуха, ощущая, как слабый ветерок ныряет под рубашку и лижет покрытую испариной кожу. Обернулся на затонированное стекло дверей, меряя кричащую лиловую вывеску долгим выжидательным взглядом. Вообще-то обычно ему даже нравилось в «Мириоку» - этот хост-клуб приносил самый большой доход. Хваткая управляющая, крепкая рекламная кампания, профессиональные хостес, проходившие тщательный отбор и своего рода подготовку. Хотя, положа руку на сердце, даже если бы их и не натаскивали специально вести себя с исключительной обходительностью, улыбаться, не выверяли до, казалось бы, самых незначительных деталей их внешний вид, не оттачивали бы любую мелочь вплоть до жестикуляции, не озаботились сочинением индивидуальной легенды для каждой из девушек, богатейшие мужчины Токио все равно выстраивались бы в очередь перед дверьми клуба. В «Мириоку» восемьдесят процентов хостес - иностранки. Европейки, славянки, американки и австралийки с длинными ногами, светлыми и рыжими волосами, красивой грудью и задницей колесом. Экзотика. За такое мужчины готовы платить бешеные деньги, даже если знают - а они знают - что счастье по-настоящему присвоить одну из них в «Мириоку» не продают ни за какие деньги. Впрочем, они готовы были довольствоваться и малым, а Рана это вполне устраивало - это «малое» составляло значительную часть их дневной выручки с тех самых пор, как «Мириоку» открыл свои двери для состоятельных токийских бизнесменов в самом сердце Роппонги. Это случилось сравнительно недавно, и «Мириоку» окупился мгновенно. Ран только забирал деньги и следил за тем, чтобы заведение работало стабильно. И оно работало. В его районе не бывает иначе. А потом здесь стали появляться первые иностранки: туристическая виза, острая нужда в деньгах. Все истории до боли похожи, только лица разные. Их неловкий японский и отчаянное желание заработать, потому что нет выхода, потому что больше некуда идти, потому что нужно отправлять деньги больным родителям бог знает куда на другой конец света и еще миллион причин, заставивших их забрести в один из самых злачных районов Токио в поисках работы. Которая, впрочем, была непыльной - будь милой, оставайся красивой и почти недоступной, советуй самый дорогой алкоголь в баре, болтай без умолку и подливай, подливай, подливай, пока перед глазами не поплывет. Сама не пей, но притворись, что умрешь от жажды, если срочно не проглотишь бокал-другой «Кристалла», а какому джентльмену не захочется спасти красивую девушку, даже если для этого просто требуется протянуть пару хрустящих купюр бармену? Они все купят. А Ран заскочет вечером забрать плотный пухлый пакет наличных. И все в выигрыше. Это не так сложно. Сложнее приходится девчонкам чуть ниже по улице, там, где начинается что-то вроде местного квартала Красных Фонарей, куда Ран тоже заходит за выручкой и присмотреть за тем, чтобы все было в порядке. Двери с лиловой вывеской толкнули изнутри, и наружу выплеснулась музыка пополам с душным воздухом, щедро сдобренным запахами одеколона с тонкой ноткой терпкого мужского пота и паров спирта. Почти полночь. Они уже танцуют. Всего час, и Наби Мэзэко, управляющая, отдаст распоряжение о закрытии смены. Еще через полчаса к клубу подъедет автобус - «Мириоку» может позволить себе развозить хостес по домам после работы. Он действительно поднялся до такого уровня всего за семь месяцев после открытия. Риндо поравнялся с Раном - между зубов зажата тлеющая сигарета, руки сворачивают шуршащий бумажный пакет пополам, ловко перематывая его поперек клейкой лентой. - Все нормально? - Ран кивнул брату на пакет, устремляя взгляд в сторону компании нескольких молодых людей, пытавшихся поднять на ноги перебравшего в баре напротив товарища: он катался спиной по земле, отталкивая протянутые к нему руки и что-то бессвязно крича. Его друзья возмущались и посмеивались. Ран едва заметно поморщился. - Да, - Риндо пожал плечами, не отрываясь от своего дела и поудобнее перехватывая сигарету, - все как обычно. Докурю, и можем двигать в сторону «Хоши». Клянусь, сейчас сдохну от голода. Ран неопределенно повел плечом, провожая взглядом пакет, который Риндо уже тщательно замотал и зажал подмышкой. Его руки освободились, и он тут же потянул сигарету к губам, делая затяжку и выпуская изо рта струйку плотного ядовитого дыма. Ран перевел взгляд на мужчину, лежавшего на асфальте. Его лицо покраснело от выпитого и от того, как отчаянно он сопротивлялся помощи своих приятелей. Некоторым лучше вообще не пить, потому что они совершенно не способны контролировать собственные импульсы. Но это Роппонги: люди приходят сюда вечерами именно для того, чтобы отпустить себя. - Эй, - Ран позвал громко, вскидывая голову и сверля внимательным взглядом компанию на противоположной стороне улицы, - Уберите его отсюда побыстрее, ясно? Только вот Роппонги принадлежит ему. И здесь не может быть места чему-то подобному - пьяному отвязному отребью, которому в любой момент может взбрести в голову затеять драку, вытошнить содержимое ослабленного и отравленного алкоголем желудка прямо на глянцевую улицу, по которой ходят еще люди, готовые и способные потратить свои деньги с толком. Прямо на его улицу. Двое парней, усевшихся на корточки перед лежащим другом, нетвердым полупьяным взглядом мерили Рана. - Я сказал, уберите его, - Ран повторил громче, делая пару шагов по тротуару в их направлении, когда на плечо ему упала тяжелая ладонь Риндо. Он обернулся, скосив на брата взгляд. - Не лезь к ним, нам-то что, - Риндо выпустил облако дыма в сторону, тут же щелчком отправляя сигарету в урну. - Ты меня поучи, - недобро хмыкнул Ран в ответ, впрочем, отступая на шаг назад и отводя взгляд от разгулявшейся компании. Человек на земле сел, хватаясь за голову и пытаясь ослабить галстук - очевидно, теперь его тошнило, - Именно из-за таких, как он, и бывают проблемы. Мне не нужен беспорядок здесь, Риндо. - Да не заводись, - миролюбиво фыркнул Риндо, - Вечер пятницы, по всему району полно таких. Друзья заберут его, а мы пойдем в "Хоши". Ну? Ран снова обернулся к пьяной компании - к двум парням, пытавшимся поднять сидевшего на земле на ноги, присоединился третий, казалось, самый трезвый из всех, выше ростом и более крепкого телосложения. Он зашел за спину своего приятеля, нагнулся, обхватил его торс руками и с силой потянул того наверх, на себя. Кое-как поставил, принимаясь отряхивать измявшийся на спине пиджак от пыли. Отвратительно. - Простите, пожалуйста! - послышался взволнованный визгливый голос, и взгляд Рана тут же остановился на его обладательнице: единственной девушке в компании. Костюм-двойка, опущенные виновато покатые плечи, волосы убраны в прилизанный клубок на затылке, руки сжимают черную лакированную сумку. Типичная офисная служащая, в пятницу вечером отправившаяся выпить в баре с коллегами. Таких действительно полно по всему Роппонги. - Простите, - повторила она, глядя на Рана и склоняя голову. Ран ничего не ответил, только рука в правом кармане брюк нащупала сложенную дубинку, погладив в поисках успокоения ее стальной корпус. Если бы придурок не поднялся на ноги, Рану, вероятно, пришлось бы вмешаться. Если бы за него не вступилась девчонка, он этого бы так не оставил. Проследив взглядом за удалявшейся из виду компанией, Ран снова обернулся на вывеску «Мириоку». Возможно, он действительно слишком уж заводится без видимых причин. Риндо прав - пьяного придурка уже забрали друзья, а они закончили с делами и могут наконец позволить себе отдых. Во всяком случае, хороший ужин им точно не повредит. - В «Хоши» так в «Хоши», - Ран бросил бесцветным голосом, кивнул брату куда-то в сторону, туда, где дальше по улице располагалась их любимая забегаловка. Риндо кивнул, покрепче прижимая к себе пакет. Ран выпустил из пальцев в кармане дубинку, двигаясь с места и вслушиваясь в уличный гул вокруг, в котором угадывались четко тяжелые шаги Риндо. Не успели они отойти и на десяток метров от «Мириоку», как массивные двери клуба распахнулись снова, и в спину Рану ударил оклик. Его звали по имени: - Господа Хайтани… Ран! Он обернулся. Риндо застыл в недоумении, брови сами собой сошлись у переносицы, очертив глубокую складку на лбу. Наби Мэзэко бежала к ним с самым обеспокоенным и искаженным ужасом выражением лица, которое он когда-либо видел. Странно - даже когда дубинка в его руках охаживала чужие бока с глухим стуком, извлекая из недр перебитых легких жуткие стоны и хрипы, такого страха во взгляде человека он не встречал. Сухая женщина с пронзительной сединой в волосах, обычно придававшей ей строгий вид школьного учителя, теперь выглядела абсолютно растерянной, как маленький испуганный ребенок. В одной руке она сжимала корпус ярко-голубого телефона, другой в бессознательной попытке усмирить свои чувства теребила висевший на нем брелок с нанизанными крупными пластмассовыми бусинами, почти потерявшими свой цвет. - Я… не знаю, к кому мне обратиться, как реагировать… - она судорожно выдохнула, перевела умоляющий взгляд с Рана на Риндо, - Мне только что позвонила Пола, помните ее? Ран помнил: студентка из Польши, которая пару месяцев назад вылетела с факультета естествознания Токийского Научного в Кацусике, осталась без стипендии и решила подработать. Вроде осенью собиралась поступать снова, чтобы не огорчать семью, а пока работала в «Мириоку» и была в целом на хорошем счету. Клиентам нравилось ее чувство юмора и живое лицо, всегда подвижное, открытое, хотя на вкус Рана в клубе были хостес и поинтереснее. Как минимум, куда симпатичнее. Впрочем, все это не его забота - его дело это деньги и безопасность бизнеса. Которая, судя по лицу управляющей клуба, была теперь под угрозой. Какого черта успело произойти за те пять минут, что он провел на улице в ожидании Риндо? Ран ощутил острый укол нехорошего предчувствия внутри. И, похоже, Наби Мэзэко вовсе не собиралась развеять его. - И что с ней? - настороженно поинтересовался Риндо. - Она на дохане с Киеми Нагавой с полудня… - В чем проблема? Пусть он заплатит ей за каждый час, - Риндо быстро и нервно пожал плечами, - Это один хрен больше, чем ее суточная ставка здесь. - Нет, нет! - воскликнула женщина, быстро качая головой и поворачиваясь к Рану, - Она кричала в трубку, но я не поняла, она говорила по-английски, и… Мне кажется, с ней что-то случилось. Просто… она не настолько хорошая актриса, чтобы так притворяться. Ран ощутил, как каменеют мышцы его лица. - Где она? - он старался оставаться спокойным. Правда старался, хотя рука в кармане снова нащупала и сжала теплый металл сложенной дубинки. - Наверное, у него дома, - Наби все отчаянно наматывала нить брелка на пальцы - так, что кровоток замирал, и кожа шла красно-белыми пятнами, - Она говорила, что он повезет ее на ужин, но затем они проведут какое-то время у него. Пола обычно не делает ничего такого, да и Киеми ей в дедушки годится, но что если он попытался ее заставить? - Бля, - прошипел Риндо, бросая быстрый взгляд на брата, потом протянул руку к телефону в руках Наби, - Дайте, я позвоню ей еще раз. Наби повиновалась, и ее пальцы мгновенно сцепились, переплелись, заламываясь. Риндо распахнул крышку телефона, прислонил его к уху. Ровно минуту они провели в тишине - достаточно для того, чтобы звонок был сброшен оператором, потому что на другом конце телефона не нашлось никого, кто бы на него ответил. - Ничего, - Риндо сунул телефон в руки Наби, которая тут же побледнела. Уголки ее губ опустились книзу, и на лице застыло плаксивое выражение. Ран дышал. Точнее, старался дышать глубоко и размеренно, крепче хватался за корпус дубинки в кармане и напряженно думал. - Адрес знаете? Где он живет? - наконец озвучил он. - Да-да, он… До появления Полы он возил к себе еще кое-кого, и девушки всегда отправляли его адрес… - женщина трясущимися руками раскрыла крышку телефона снова, ища нужные сообщения. Это отняло у нее пару слишком уж долгих минут - долгих настолько, что Риндо потянулся за очередной сигаретой в карман, а его нога сама собой стала отбивать частый нервный ритм по асфальту, - он живет в Минато. Вот. Она выставила перед собой горящий дисплей телефона, давая братьям возможность пробежаться глазами по сообщению, в котором обнаружился домашний адрес Киеми. - Оставьте кого-то вместо себя в клубе, и едем. Вести машину сможете? - Ран окинул взглядом ее бледное лицо с подрагивавшими в нерешительности губами. Она только кивнула. Пискнула что-то о том, что должна взять сумочку из кабинета - в ней ключи от машины и права. Круто развернулась на каблуках и побежала обратно в «Мириоку». - Зачем? Я же на байке, - Риндо сбросил пепел с сигареты, - Только время теряем. - Втроем, а обратно вчетвером? - Ран искривил губы в подобии нехорошей ухмылки, - Если он избил ее, то как мы повезем ее на байке? Нужна тачка. Риндо только согласно мотнул головой, коротко поразмыслив, сделал глубокую затяжку. - Думаешь, он что-то ей сделал? - помедлив, спросил он. Ран ничего не ответил. У него было несколько предположений, и одно хуже другого, если уж честно. Озвучивать он их не решился: ему хотелось думать, что это всего лишь идиотское недоразумение. В конце концов, действительно может оказаться так, что Киеми и Пола переборщили с выпивкой во время ужина, и она звонила Наби ради нелепой несмешной шутки или по ошибке. В худшем случае они повздорили, и Пола обнаружится под окнами его дома, пьяная и растерянная. Может, он дал ей каких-нибудь наркотиков, и она всего лишь поймала бэдтрип. Да что угодно. А он все еще слишком быстро заводится. Ему нужно держать себя в руках: ночь только началась. - Не знаю, - наконец сознался Ран, сверля взглядом тонированные стеклянные двери клуба и стараясь мысленно сосредоточиться на самых безобидных версиях произошедшего из всех, которыми располагал, - Но если с ней все в порядке, и мы зря мотались в Минато, я бы не советовал ей показываться мне на глаза завтра. Риндо неуверенно хмыкнул, стараясь изобразить улыбку. Ему плохо это удавалось, и Ран с легкостью заметил тень беспокойства в лице брата. Продолжительно выдохнул, выпрямился, стараясь привести в порядок мысли и ничем не выдавать собственной нервной настороженности, чтобы хоть немного придать уверенности и Риндо. Ран слабо представлял, с чем конкретно им предстоит столкнуться, но все больше уверялся в мысли о том, что просто обязан сохранять самообладание так долго, как это будет возможно. В конце концов, потеря контроля над эмоциями еще никогда на его памяти не оборачивалась ничем хорошим. А ведь эта чертова ночь только началась. - Пойдем, - Ран кивнул Риндо куда-то за здание клуба, - машина Наби, наверное, на парковке. Риндо тронулся с места поспешно, на ходу докуривая и продолжая прижимать к себе пакет с наличными. Ран помедлил - бросил какой-то тоскливый взгляд на бар на противоположной стороне улицы, откуда десятью минутами ранее высыпала пьяная компания офисных работников. Знал же, что что-то сегодня случится. Не зря нервничал. Спина Риндо скрылась в темноте слабо освещенного проулка, и Ран поторопился вслед за ним. На парковке действительно обнаружилась Наби - она уже заводила мотор своей машины, и мягкий желтоватый свет фар разливался по размеченной площадке на несколько метров вокруг. Риндо не раздумывая прыгнул на заднее сидение машины, бросил бумажный пакет рядом с собой, и его рука с тлеющим огоньком сигареты высунулась наружу, ложась на кромку опущенного книзу оконного стекла. Ран занял место рядом с водительским, косясь на бледное лицо Наби, которая хваталась за руль так, что тот скрипел под ее узловатыми пальцами. - Точно сможете вести? - снова уточнил Ран. Наби рассеянно кивнула, снимая машину с ручного тормоза и потихоньку выворачивая с плотно забитой парковки. - Да, я… смогу, - женщина прочистила горло, не отрывая взгляда от дороги, - Я просто боюсь, что он сделал с ней что-то… Киеми-сан наш важнейший клиент, никогда не обижал девушек, знаете, никаких жалоб на него не поступало. Но она так кричала… Наби замолчала, все еще глядя прямо перед собой. Пересохшие губы со следами стершейся за день помады плотно сомкнулись вместе. Все это никуда не годится. То ли Наби взбудоражила его внезапными неоднозначными новостями, то ли так раздражало ощущение неотвратимо сбывавшегося предчувствия, но Ран ощущал, как стремительно холодеют руки и ноги - дурной знак. Так бывает, когда вот-вот случится что-то очень и очень нехорошее. Но он был обязан сохранять спокойствие. Пусть это и давалось ему с особенным трудом - в голосе появлялись металлические нервные нотки. Еще один дурной знак. - Дайте телефон, - Ран протянул раскрытую ладонь к женщине, и ей пришлось оторвать от руля руку, чтобы достать из кармана пиджака телефон и вложить его в ладонь Рана. Он откинул крышку мобильного, быстро находя последний вызов, нажал на зеленую кнопку и поднес телефон к уху. Звуки продолжительных громких гудков отозвались в напряженно опустевшем сознании эхом. Ран молча отвел взгляд в окно, внимательно слушая и стараясь не цепляться взглядом за проносившиеся мимо серые тонкие высотки. Минута истекла, и вызов сбросился автоматически. Ему даже не пришлось объяснять - в зеркале заднего вида он видел напряженное выражение лица брата, а Наби на водительском сидении нервно заерзала. - Есть номер этого Киеми? - Ран повернул голову к женщине. Она рассеянно и неопределенно кивнула: - Должен быть в списке контактов. Ран бегал взглядом по списку контактов ее телефона, пока его большой палец беспощадно продавливал протертую кнопку со стрелкой "вниз". С ее работой, разумеется, телефон Наби под завязку был забит номерами людей вроде Киеми Нагавы, и в какой-то момент Рану даже показалось, что он листает электронную записную книжку уже по второму или даже третьему кругу. Неприятное и нескончаемое клацанье выходившей из строя от старости кнопки уже начало раздражать сидевшего позади Риндо - он громко цокнул языком, оттолкнувшись спиной от сидения и заглядывая Рану через плечо: - Долго еще? - Не нервируй меня, - с предупреждением в голосе процедил Ран, не отрываясь от поисков. Вернее, «не нервируй еще сильнее». В эту же секунду полоска курсора остановилась на нужном имени, и Ран снова прижал динамик телефона к уху. И снова услышал только гудки. - А вот это уже хуево, - резюмировал голос Риндо над самым ухом. Хотелось хорошенько огрызнуться, но Ран подавил в себе и этот порыв, как давил последние пятнадцать минут неприятное липкое ощущение все нараставшего беспокойства внутри. Ведь если хотя бы попытаться начать увязывать между собой все точки, то можно всерьез сорваться - разве это то, что следует сделать в подобных обстоятельствах? Ему хватало открыто дергавшегося на заднем сидении Риндо, который снова щелкнул зажигалкой, подпалив очередную сигарету, и Наби, которая, казалось, вот-вот окончательно утратит последние остатки и без того шаткой выдержки, отпустит руль, и они точно слетят на бешеной скорости в кювет. Кто-то здесь просто обязан держать все под контролем. Кто-то, кто Ран Хайтани, не так ли?