Тепло

      Таких как Джейк, люди описывают приблизительно как "он горяч", "ходячий идеал", "красавчик" и обязательно "не твоя лига, Сонхун", но Пак всё равно смущается, когда случайно ловит чужой взгляд в университетской столовой. Шим Джеюн нереально крут, даже когда просто переписывается с кем-то, даря своему телефону лёгкую улыбку, на которую Сонхун готов выть, подобно волку в полнолуние.       Он снова отрывается от чонсоновых конспектов, даже не пытаясь вникнуть в материал и продолжает пялится на чужие руки, буквально ощущая их прикосновения своей кожей. Пак слишком одержим, но ему, на самом деле, чертовски плевать, ведь пока Джейк будет смотреть на него вот так, он готов падать в эту яму до тех пор, пока больно не ударится об дно.       Когда Сонхун снова медленно возвращается в реальность, ему кажется, что он всё ещё в своем мире фантазий, где такой обожаемый темный взгляд Шим Джеюна на самом деле реален.       Пытаясь вернуть долю здравого смысла, Пак слишком сильно щипает себя за руку и вздрагивая, чуть не опрокидывает купленный чай, отвлекаясь от того, что видит перед собой.       Ведь Шим смотрит.       Пак словно заворожённый пялится на чужой стол, запоздало понимая, что наблюдал за Джейком слишком долго, и тот давным-давно это заметил, вопросительно глядя в ответ. На его лице играет лёгкая улыбка, превращая Шима в ласкового щенка, что ждёт похвалу от хозяев. Он всё также смотрит на Сонхуна, пытаясь поймать чужой взгляд, а Пак всё также убегает, прячась за стаканом. Щеки медленно заливает румянцем и он резко опускает голову, прикрывая глаза челкой, пытаясь отдышаться.       Мир почему-то кружится.       Ему нужно срочно найти Джея, ему нужно подышать свежим воздухом и наконец-то осознать, реальна ли ситуация в столовой, где он в кои-то веки оказался главным героем. Пак быстро хватает свой рюкзак и выбегает из помещения, оставляя объекта его полуобморочного состояния позади.       Сонхуну срочно нужен покой.       Только вот теперь у Джейка, который всё же допил свой сок и тоже вскочил из-за стола, кардинально другие планы на его счёт.       Спустя неделю Сонхун успокаивается окончательно, отвлекаясь разве что на вечные подколы Джея о том, что теперь Шим следует за ними по пятам. Выслушав довольно путанный рассказ Пака, Чонсон лишь безразлично пожал плечами, ответив обвиняющим: "он мог и первым познакомиться, видит же, что ты стеснительный", листая страницы учебника. Такое глупое, но нужное замечание приходится Сонхуну по душе, и он постепенно сводит все свои переживания на нет. Происшествие в столовой теперь кажется несмешным творением фантазии, и Пак не может не согласится, что обманывать самого себя ему значительно легче, чем признать ответную симпатию.       Чтобы сам Шим Джеюн, на которого он ловит сильнейших бабочек вот уже как полгода, реально им заинтересовался, Сонхун даже не представлял.        Возможно, если бы он правда попробовал обратить на себя внимание, Джейк наконец-то бы его заметил.       Но, к собственному большому сожалению, Пак Сонхун всегда был заядлым пессимистом.       Его игра со своим мозгом продолжается ровно две недели, до той самой злополучной общей перемены между парами, когда давка голодных студентов в холе набирает значение всемирного масштаба. Не особо сопротивляющегося Сонхуна, выносит прямо ко входу в универ и он наконец отмирает, чтобы выползти из этой воронки зомби. В процессе такой нелегкой борьбы за жизнь, ему уже не раз прилетало по рёбрам, оставляя кожу постепенно наливаться красками на местах ударов. С началом студенческой жизни, его интровертная личность пока не научилась фильтровать огромное количество людей, которые постоянно находились вокруг.       Сонхуну опять становится душно.       На третьем, достаточно сильном толчке в спину, он всё-таки не удерживается на ногах, и стремительно летит вперёд, приближаясь лицом к полу. Его недлинная университетская жизнь, видимо, подошла к концу, про что Сонхун думает, крепко зажмурившись, выставляя руки перед собой. Ожидая скорую встречу с твёрдым паркетом, где его обязательно затопчут другие студенты, Пак пока не подозревает, что всего за несколько секунд он опять станет главным героем его любимых дорам.       Ведь везти несколько раз подряд, такому человеку, как Пак Сонхун, в этом месяце явно не может.       Когда лёгкий, приятный запах цитрусовых почему-то оказывается совсем близко и он наконец-то решается открыть глаза, то мало не падает снова, ведь колени предательски отказываются держать. Встречи с полом у Сонхуна так и не состоялось, а вот встреча с чужими, слишком знакомыми янтарными глазами - вполне.       Ведь он практически висит на Шим Джеюне, который снова полуулыбается, перехватывая талию Сонхуна поудобнее, словно тот ничего не весит. — Ей, будь осторожнее, ладно? — мягкий голос Джейка, кажется, проникает под кожу, вызывая желание раствориться прямо здесь и сейчас. — Ты, конечно, выглядишь как звезда, но они должны сиять где-то в небе, а не валятся на полу. Тебе уже лучше? Мы можем выйти вместе, я помогу.       У Сонхуна на лбу ярко мигает "error", и до него только начинает доходить, кто именно с ним разговаривает. Щеки немедленно загораются ярко-розовым, выдавая Пака с головой. Ему хочется убежать как можно дальше, спрятавшись от этого вездесущего Шим Джеюна навсегда. Он снова медленно хлопает глазами, всё также тупо смотря в лицо напротив. Ему нужно время, чтобы наконец-то придти в себя. — Ей, — снова мягко выдыхает Джейк, чуть наклоняя голову вправо, ни на минуту не переставая выглядеть словно айдол, только что вышедший из обложки журнала. — Ты весь дрожишь. Испугался, звёздочка? Не бойся, я же успел тебя поймать, — его улыбка постепенно становится шире, вынуждая Сонхуна задыхаться активнее. — Давай мы потихоньку выйдем из толпы, хорошо? Я думаю, тебе станет лучше на свежем воздухе.       "Мне плохо из-за тебя, идиот", думается Паку, когда он немного отмирает, позволяя чужой тёплой руке крепко сжать свою. Несмотря на давку вокруг, Джейк аккуратно ведёт его мимо других студентов, по несколько раз оборачиваясь, чтобы проверить в порядке ли он. Широкая улыбка всё ещё не сходит с лица Шима, заполняя собой все пространство вокруг.       Сонхуну кажется, что он попал в очень хороший сон, от которого так не хочется избавляться. Ведь помогающий ему Джейк, скорее всего — необычный плод его фантазий. Немного постыдных и тщательно скрываемых, но таких желаемых для самого Сонхуна.       Они наконец-то выходят из университета, сразу же щурясь от яркого солнца, что сыпет лучами прямо в лицо. Джейк поднимает руку, прикрывая глаза и останавливаться, чтобы нормально посмотреть на парня рядом.       Ему нравится то, как младший прячет свой взгляд, мило алея щеками, не переставая хвататься за него. Его хочется обнять, завернуть в плед и спрятать, никому не показывая. Ведь такой Пак Сонхун — это сплошное совершенство, которое он по счастливой случайности заметил в танцевальном зале полгода назад. Его сосед по комнате, Джей, и, за совместительством, лучший друг Сонхуна, давно говорил ему, что их чувства взаимны, но только сейчас, стоя здесь, всё ещё держа чужую руку в своей, и чувствуя под пальцами бешеный пульс, Джеюн понимает, сколько времени они потеряли зря. И ему больше не хочется думать об этом. — Сонхун-а, — младший несмело поднимет на него взгляд, кусая губы. Джейк не может перестать улыбаться. — Ты такой красивый. И ты мне нравишься. Очень. Давно уже. Ты будешь со мной встречаться?       Сонхун вздрагивает, широко открывая глаза и неосознанно сжимает руку Джеюна своей. Его сердце сейчас кажется остановится и он останется стоять тут навечно, прибитый к ступенькам этим громким признанием. Сонхуну так жарко, что он с минуты на минуту просто сгорит, не выдержав тепла человека напротив. Он даже не дышит совсем, задыхаясь от нехватки кислорода.       Ведь всё, что сейчас держит его связь с реальностью — это взволнованный взгляд янтарных глаз, когда Пак слишком долго не отвечает. — Прости Сонхун-а, я наверное слишком неожиданно это ляпнул, — Джеюн испуганно заглядывает в лицо младшего, который выглядит так, словно сейчас потеряет сознание. — Давай тогда мы просто пойдем и сядем где-то, необязательно воспринимать так серьезно... — Я согласен. —... да, а там уже можем поговорить... Стоп, подожди, что?       Теперь уже Джейк замирает изваянием, вглядываясь в Сонхуна так, будто тот сообщил ему о конце света приблизительно через две минуты. Ему кажется, он ослышался, потому что самый прекрасный человек на Земле только что согласился на его детское признание. Джеюну почудилось, или он только что правда стал парнем того самого Пак Сонхуна? Джейку на секунду кажется, что его сердце сейчас не выдержит и взорвётся. — Повтори, пожалуйста Сонхун-а.       Пак краснеет сильнее. — Я согласен. Ты мне тоже нравишься. Давай встречаться. — Ты сейчас серьезно? — Не заставляй меня повторять снова, — хнычет Сонхун закрывая лицо руками. Его пик смущения уже давно перевалил за сотню, о чём говорят шея и кончики ушей, пылающие алым. Джейк громко хохочет, смотря на него как на рождественский подарок от родителей. Его медленно затапливает счастьем, что расползается по всему телу, заставляя сжать руку младшего чуть ли не до треска костей.       Пак Сонхун теперь его парень. Этот милый, донельзя красный парень напротив, с этого момента его и только его, и от осознания произошедшего, Джейку хочется петь. — Эй, Джеюн-а, — хихикает смущённый Сонхун, пытаясь освободить пострадавшую конечность из заточения. — Ты мне сейчас руку оторвёшь, сломаюсь ведь, силач.       Джейк возвращается на землю, торопливо оставляя ладонь своего парня в покое и немедленно притягивает к себе, наполняя лёгкие чужим запахом. Сонхун хихикает снова, утыкаясь Джеюну в плечо. Его тело в надёжных, теплых и сильных оковах, что словно броня обвились вокруг, наконец-то даря чувство безопасности.       Ему хочется стоять так вечность, пока не наступит холодный вечер, а затем ночь, а за ними следующее утро, и он почему-то уверен, что ему не будет холодно. Джейк уже с ним и Сонхуну нечего боятся.       Ведь теперь в чужих объятиях не только тело, но и сердце.