Спасательный круг

      Пэнси Паркисон не особо любила людей. Все они казались ей глупыми, раздражающими и во всём ищущими выгоду. Наверное, поэтому её друзей можно было пересчитать по пальцам одной руки. И вот сейчас, завтракая на своей кухне с двумя из них, девушка искренне надеялась, что они разберутся в своих чувствах и обретут заслуженное счастье. Ей же оставалось только наблюдать, всё, что могла, она уже сделала.       Атмосфера за столом была довольно странной, каждый был погружён в какие-то свои мысли. Драко увлечённо уплетал еду за обе щёки, в перерывах довольно улыбаясь по известной одному ему причине. Гермиона же, напротив, почти не прикасалась к своей тарелке. Гриффиндорка вела себя немного отстранённо и с каждым взглядом на Малфоя становилась всё мрачнее.       Этим утром Гермиона проснулась раньше Малфоя. Первой её мыслью было то, что она давно так не высыпалась. Второй — какая-то странная у неё подушка. Открыв глаза, девушка обнаружила, что спала на груди слизеринца, который неведомо каким вообще образом оказался в кровати. На удивление, Грейнджер даже не подумала о том, чтобы разбудить парня и возмутиться. Вместо этого она стала внимательно его разглядывать.       Спящий Малфой оказался весьма завораживающей картиной, его умиротворённое лицо так и притягивало взгляд девушки. Прямой нос, густые брови, длинные ресницы, острые скулы. Гермиона заметила, что Драко нахмурился чему-то во сне и…       Это желание возникло само собой. Гриффиндорка не смогла удержаться и осторожно, боясь потревожить, разгладила возникшую между его бровей складку. Видимо, её движение всё же не осталось незамеченным, и Малфой начал шевелиться. Поняв, что он сейчас проснётся, Гермиона не придумала ничего лучше, чем испуганно закрыть глаза и сделать вид, что спит.       Спустя пару минут девушка почувствовала, как Драко осторожно, чтобы не разбудить, переложил её со своей груди и встал с кровати. Затем послышался скрип двери и, как только слизеринец вышел, Гермиона резко открыла глаза и уставилась в потолок.       — Что это вообще было? — шёпотом спросила она саму себя.       Что на неё нашло? Откуда взялось это трепетное чувство при виде спящего Малфоя? И почему в какую-то секунду пришла мысль о том, что ей совсем не хочется, чтобы парень хмурился? Ему ведь так идёт улыбка, хотя она и не слишком частый гость на его лице.        И только в последнюю очередь Гермиона, опомнившись, задумалась: а что, сообственно, Малфой забыл с ней в одной кровати? Засыпали то они раздельно. Самое обидное, что она теперь и предъявить то ничего не может, тогда он узнает, что она в курсе и просто делала вид, что спала.       — Вот я дура, — хлопнула Грейнджер себя по лбу и вздохнула. Что ж, придётся сделать вид, что ничего она не знает.       И теперь, сидя напротив Малфоя, девушка отчаянно желала знать, что происходит в его голове и что его так веселит. От созерцания парня, Гермиону отвлёк голос подруги.       — Так во сколько вы пойдёте к Нарциссе?       — Доедим и пойдём собираться, — невозмутимо пожал плечами Драко, словно его совсем не волнует тот факт, что сегодня они будут разыгрывать представление перед его мамой.       Грейнджер устало потёрла глаза, бросила последний печальный взгляд на свою тарелку и поднялась со стула.       — Вы завтракайте, а я начну собираться. Всё равно есть не особо хочется, — и, не дожидаясь ни от кого ответа, девушка решительно направилась на второй этаж.       Малфой пытался делать вид, что не замечает пристального взгляда Паркисон. Он хотел спокойно продолжить поедать свой завтрак, однако, так и не донеся очередной бутерброд до рта, недовольно вздохнул, положил его обратно и перевёл, наконец, свой взгляд на подругу.       — Ну что ещё?       — Ты же понимаешь, что она не из тех, кто прыгает в омут с головой? — как бы невзначай поинтересовалась Пэнси.       — Не понимаю о чём ты, — хмыкнул Драко.       — Просто не торопи её.       — Не переживай ты так за свою подружку, ни к чему принуждать её я не собираюсь, — натянул Малфой на лицо привычную ухмылку.       Пэнси на это только усмехнулась. От неё не скрылось, как парень постукивал пальцами по столу, как он всегда делает, когда о чём-то переживает.       — Я же не только о ней волнуюсь, — ободряюще улыбнулась слизеринка.       — У меня всё под контролем, — уверенно произнёс Малфой, отчасти, пытаясь внушить эту мысль самому себе.       — Не сомневаюсь.       Гермиона спустилась через десять минут.       — Можем отправляться.       — Хорошо, — кивнул Драко и встал из-за стола.       Малфой подошёл к Гермионе и протянул ей руку, мимолётно подумав о том, что это происходит уже на автомате. Всё-таки здорово он придумал, когда решил попросить девушку о небольшой помощи.       Грейнджер вложила свою ладонь в протянутую руку и немного взволнованно посмотрела Драко в глаза. До неё дошло, что уже сейчас она собирается пойти к Нарциссе Малфой и притворяться девушкой её сына. Оказывается, эта мысль весьма нервирует.       Парень легонько сжал её руку в знак поддержки и взглядом дал понять, что волноваться не о чем. Затем его губы расползлись в предвкушающей ухмылке.       — Ну что, представление начинается. Готова?       — Готова, — кивнула Гермиона и в следующий миг они уже исчезли из дома Паркисон. Слизеринка только и успела пожелать им вслед удачи.       Дом, в котором жила Нарцисса Малфой разительно отличался от Малфой-мэнора. Хоть он и был примерно таких же размеров, но уже не пугал своей массивностью. Также, в отличие от мэнора в Лондоне, этот особняк был выполнен преимущественно в светлых тонах, что создавало ощущение спокойствия и безопасности.       Гермиона и Драко стояли напротив высокой деревянной двери, собираясь войти.       — Просто говори ей правду по возможности, — советовал Малфой девушке. — Мама обладает уникальным талантом различать, когда ей в наглую врут.       — Давай уже войдём, — нервно поторопила парня Гермиона. — Быстрее начнём — быстрее закончим.       Драко хмыкнул и постучал в дверь. Не прошло и минуты, как та открылась, явив взору гостей миссис Малфой.       — Драко, милый, я так рада тебя видеть, — появилась на лице женщины счастливая улыбка. — Мог бы и почаще навещать мать, я всё-таки уже не молодею.       — И тебе привет, — с серьёзным лицом сказал Малфой в ответ.       Нарцисса, которая привыкла, что её сын не большой любитель проявлять свои чувства, по-доброму усмехнулась и перевела свой взгляд на Гермиону.       — Мисс Грейнджер, так это вы та, кто не испугался противного характера моего сына? — удивлённо спросила миссис Малфой.       — Ты что, ей не сказал? — злобным шёпотом поинтересовалась девушка у Драко, пока его мать была занята причитаниями о том, что парень не рассказал ей обо всём раньше.       — Может, мы уже зайдём? — проигнорировал Драко недовольную гриффиндорку.       — И точно, вы уж простите, что с порога с распросами налетела, — обратилась Нарцисса к Гермионе, извиняюще улыбаясь. — Просто не каждый день Драко приводит девушку, точнее, на моей памяти такого ещё не случалось, — подмигнула миссис Малфой.       Гермиона прикрыла рукой неконтролируемую улыбку. Что ж, всё не так уж и плохо. Факт того, что она первая, кого Драко представляет матери в качестве своей девушки (пусть и фальшивой), почему-то радовал. Как и то, что миссис Малфой настроена довольно доброжелательно. Грейнджер боялась, что женщина будет вести себя строго и холодно, но, оказывается, реальность отличается от представлений гриффиндорки. В лучшую сторону.       Они все вместе прошли к столу. Драко, как истинный джентльмен, отодвинул для Гермионы стул, и только потом сам разместился справа от неё. Нарцисса же села напротив девушки.       — Так как так вышло, что вы снова встретились? — не стала терять времени миссис Малфой.       — О, это довольно забавное стечение обстоятельств, да, милая? — Гермиона чуть не поперхнулась от неожиданного обращения.       — Да, милый, — выдавила из себя девушка и затем всё же решила ответить миссис Малфой. — Просто так получилось, что, когда я приехала в Италию, моим соседом оказался Забини.       — Значит, это Блейза я должна благодарить за то, что Драко, наконец, послушал моего совета и задумался о будущем?       Малфой старательно делал вид, что всё происходящее его никак не касается, заставляя Гермиону самой поддерживать диалог.       — Можно сказать и так, — не стала отрицать девушка.       — Получается, вы сейчас путешествуете? — продолжила расспрос миссис Малфой.       — Да, уже года три.       — Теперь, наверное, с Драко в Лондон вернётесь?       Не ожидала Гермиона этого вопроса. Казалось бы, что в нём такого страшного, но… Девушка не могла на него ответить даже себе. Она понимала, что убегать долго не получится и когда-нибудь она вернётся в Лондон. Но не сейчас.       Драко, заметив поникшую Грейнджер, взглядом дал понять матери не продолжать эту тему. Затем подбадривающе похлопал гриффиндорку по коленке, чтобы она вынырнула из своих мыслей.       — Давайте, наконец, поедим, — предложил парень и никто не стал с ним спорить.       За столом был слышен лишь звон вилок. Обед проходил в полном молчании. Миссис Малфой смотрела на задумчивую Гермиону, на отчего-то переживавшего за неё Драко, который периодически поглядывал на девушку, и думала над тем, как убрать напряжение, царившее в воздухе.       — Мисс Грейнджер, если вы не против… — нарушила в конце концов тишину Нарцисса.       — Можно на ты, — перебила её Гермиона и слабо улыбнулась.       — Хорошо, Гермиона, если ты не против, я бы хотела показать тебе свой сад. Пойдём? — с надеждой заглянула женщина в глаза гриффиндорки.       — Да, почему бы и нет, — кивнула Гермиона и встала из-за стола.       Драко хотел что-то сказать, но его перебил настойчивый голос Нарциссы.       — А ты пока что со стола тут убери.       — Ладно, — недовольно пробурчал Малфой.       Дорога до сада сопровождалась лишь молчанием. Но, когда они прибыли на место, Гермиона не удержалась от мучавшего её вопроса.       — А почему Малфой… то есть Драко сам со стола убирает? Разве у вас нет домового эльфа?       — Разумеется, есть. Просто у Тинки сегодня выходной.       — Выходной? — переспросила Гермиона. Неужели…       — Конечно, — кивнула миссис Малфой, словно не рассказывает ничего необычного. — Тинки свободный эльф, она просто у нас работает.       — То есть… — всё ещё не могла девушка поверить в услышанное.       — На самом деле, это была идея Драко, — добила Нарцисса гриффиндорку новой информацией. — Думаю, у него были свои причины для этого.       «Надо будет потом у него спросить», — подумала Гермиона.       — Ты же знаешь, что я не хотела тебя обидеть своим вопросом? — резко перешла женщина к делу.       — Что вы, я и не обижалась, — стала успокаивать Нарциссу Гермиона. — Просто, если честно, вы застали меня в расплох.       — Понимаю, — по-доброму улыбнулась миссис Малфой. — На самом деле, каждый от чего-то бежит. Что уж тут говорить, даже я, как ты могла заметить, не очень горю желанием возвращаться в Лондон. Думаю, как и тебя, меня там посещают не самые приятные воспоминания.       Грейнджер, слушая слова Нарциссы, осмотрелась вокруг. Только сейчас она обратила внимание на сад, в который они пришли. Розы, пионы, хризантемы… Тут было столько видов цветов, что некоторые из них Гермиона видела первый раз в жизни.       — У вас очень красивый сад.       — Благодарю. Драко уже не позволяет часто о нём заботиться, поэтому я решила переключиться на цветы.       Гермиона улыбнулась и аккуратно погладила одну из роз.       — Знаешь, мой сын чем-то напоминает мне эти цветы.       — Чем?       — Наверное, тем, что он, как и эти розы, хоть и показывает свои шипы, но всё равно нуждается в человеческой заботе, — внимательно посмотрела миссис Малфой на девушку. — Я бы хотела тебя кое о чём попросить.       Грифиндорка кивнула и в ожидании устремила свой взгляд на женщину.       — Я понимаю, что вы с Драко только начали встречаться… И ты, наверняка, уже знаешь, что иногда его характер оставляет желать лучшего, — усмехнулась Нарцисса.       — О, это мне известно, — хихикнула Гермиона.       — Так вот, — продолжила миссис Малфой. — Я попрошу тебя просто помнить о том, что для всех его действий есть причина. И когда он будет вести себя… скажем так, не совсем правильно, просто попробуй его выслушать, хорошо?       — Конечно, — улыбнулась девушка. — Думаю, нельзя судить о других людях, не узнав их мотивы.       — Спасибо, — облегчённо выдохнула Нарцисса. — Тогда пойдём вернёмся в дом, а то Драко нас, наверное, уже потерял.       Малфой, увидев Гермиону, аккуратно увёл её в сторонку.       — Грейнджер, — шёпотом позвал он её.       — Чего?       — Меня срочно вызывают по работе, — слизеринец внимательно следил за реакцией Гермионы. — Я, конечно, обещал маме, что мы пробудем у неё до ужина, но я не вправе заставлять тебя оставаться здесь, пока меня не будет.       Гриффиндорка прокручивала в голове недавний разговор с Нарциссой. Если так подумать, то они с ней вроде нашли общий язык, и ничего страшного не случится, если она побудет тут без Малфоя. Тем более, в некоторые моменты девушка замечала, что слизеринец на самом деле очень рад видеть маму, просто по какой-то причине не хотел ей это открыто демонстрировать.       — Ты же вернёшься к ужину? — будничным тоном спросила Гермиона.       — В смысле? — завис Малфой на какое-то время.       — Если я тебя подожду здесь, ты вернёшься к ужину? — терпеливо повторила девушка вопрос.       — Да, вернусь.       — Ну, тогда до встречи, — махнула рукой Гермиона и направилась к Нарциссе.       — Миссис Малфой, вы обещали показать мне библиотеку!       Драко ещё некоторое время постоял на месте, задумчиво смотря гриффиндорке вслед, а затем трансгрессировал.       В целом, Гермиона прекрасно провела время с Нарциссой. Они долго ходили по библиотеке, разговаривали про любимые книги. Затем переместились в гостиную, где за чашкой чая обсудили весьма много различных тем. Например, выяснилось, что миссис Малфой последние пару лет часто выбиралась за границу, и они с энтузиазмом делились впечатлениями о разных странах.       Конечно, иногда Нарцисса задавала и вопросы про Драко и их отношения. В такие моменты Гермиона, как и советовал слизеринец, старалась говорить хотя бы частично правду. Так, на вопрос о том, какие свидания ей устраивал Малфой, девушка ответила историей про Диснейленд. И совсем неважно, что парень привёл её туда не из-за романтических чувств, а в качестве благодарности.       А ещё за несколько часов, проведённых с мамой Драко, Гермиона поняла, что искренне восхищается этой женщиной. Она была образованной, с хорошим чувством юмора, умела поддержать любую тему, собственноручно ухаживала за своим садом, и самое главное — она не сдалась. После всего пережитого, Нарцисса Малфой не только не изменила самой себе, но и научилась быть свободней.       Если сравнивать последний раз, когда Гермиона видела её во время одного из судов после войны, и сейчас — это абсолютно два разных человека. Возможно, после смерти Люциуса с плеч женщины спал тяжёлый груз, не позволяющий ей двигаться дальше. И это абсолютно не значит, что женщина не любила своего мужа. Нарцисса старается сохранить о Люциусе только хорошие воспоминания, ведь их на самом деле было не мало.       — Ты можешь немного отдохнуть в комнате Драко перед ужином, — предложила миссис Малфой, когда заметила, что Грейнджер немного утомилась.       — Думаю, что это неплохая идея, — согласилась девушка.       В комнате Драко было по минимуму мебели, только самое необходимое: большая кровать в центре, небольшой столик и шкаф со множеством полок. Но также здесь было множество мелких деталей, оживляющих это место. На одной из полок стояло несколько книг, лежали какие-то заметки, видимо, по работе, письменные принадлежности и парочка колдографий.       Гермиона подошла к шкафу поближе и пробежалась глазами по названиям книг.       «Это что, Гордость и предубеждение?»       Не ожидала девушка увидеть у Малфоя одну из своих любимых книг.       Затем её взгляд упал на толстую чёрную тетрадь, одиноко лежавшую на краю полки. Она была немного потрёпанной, словно ей часто пользовались и далеко не первый год. Гермиона взяла её в руки, немного заглянула внутрь и тут же закрыла. К удивлению гриффиндорки, тетрадь была полна стихотворениями. Драко, конечно, говорил ей об этом своём хобби, но почему-то девушка не до конца в это верила. Теперь же, держа в руках часть жизни слизеринца…       — Он же обещал, что покажет мне свои стихи… Так что ничего страшного не случится, если я посмотрю их одним глазком, — убеждала Гермиона сама себя.       Когда-нибудь любопытство её погубит, но пока что идти против него — выше сил гриффиндорки. Поэтому она садится на кровать и аккуратно приоткрывает тетрадь на последней странице. Почему-то девушке очень интересно было взглянуть на последние работы слизеринца.       Гермиона и не заметила, в какой именно момент начала жадно вчитываться в каждую строчку, ведь это было… хорошо? невероятно? чувственно? Вряд ли бы она смогла сейчас найти нужное слово. Эти стихи словно позволили Гермионе начать лучше понимать Малфоя. Некоторые из них были об одиночестве, другие — о дружбе, надежде, неизвестности, страхах, и всего пару стихотворений были о любви. Причём невзаимной.       Не обращая внимания на то, что пролетело уже много времени, девушка наконец-то дошла до самого первого стихотворения. С волнением она перелистнула страницу, прочитала первую строку и замерла. Кажется, любопытство её всё-таки погубило.       Вернувшись, Драко застал маму на кухне.       — А где Грейнджер? — нахмурился слизеринец, обводя взглядом первый этаж.       — Она отдыхает в твоей комнате. Ты можешь… подождать её здесь, — предложила Нарцисса в пустоту, ведь парень уже направлялся к себе.       Драко постучал в дверь, но ответом ему была лишь тишина. Недолго думая, парень решительно открыл дверь и зашёл внутрь. Гермиона сидела на краю кровати и смотрела в окно.       — Грейнджер, ты спишь что-ли сидя? — недовольно пробурчал Малфой, обошёл кровать и встал напротив девушки.       — Ау, — помахал он перед её лицом рукой. — Не пугай меня так.       Драко начинал волноваться. Он присел на корточки, чтобы быть с Грейнджер на одном уровне, и посмотрел ей в глаза.       — Ничего же не случилось, пока меня не было? — настороженно спросил он.       Гермиона молча указала рукой на лежавшую рядом с ней чёрную тетрадь. Малфой взял её в руки, открыл, полистал. И всё равно ничего не понял.       — Неужели тебя настолько шокировал мой талант, что ты все слова растеряла?       Девушка в ответ на это почему-то разозлилась. Она резко выдернула из рук парня тетрадь, открыла её на первой странице, а затем вернула ему.       — Это был ты! — сказала она ему, и Драко показалась, что в её голосе откуда-то взялась обида.       Слизеринец посмотрел на открытое девушкой стихотворение, недоумённо нахмурил брови и вдруг до него наконец-то стало доходить, в чём тут дело.       — Точно, — вспомнил Драко. — Я же потом дописал это стихотворение. Можно считать, что благодаря тебе я открыл в себе поэта, — усмехнулся парень, не замечая рассеянный взгляд девушки.       Гермиона вскочила с кровати и принялась ходить из стороны в сторону.       — Весело тебе было? Наверное, с Блейзом потом обсуждали, какая я глупая, что думаю, что кому-то нравлюсь, — вдруг накинулась девушка с обвинениями.       — Грейнджер, ты с ума сошла? — чуть не рассмеялся Драко. Надо же, ему ещё и не верят. — Ты мне вообще-то правда нравилась, — будничным тоном признался парень.       Гриффиндорка от такого ответа слегка растерялась и поубавила свой пыл.       — В таком случае… — замялась она, — почему ты не признался?       — Разве это что-то бы изменило? — хмыкнул Драко. — Давай признаем, что в те времена нам обоим было не до выяснения отношений.       — Ты знаешь, почему-то я всё равно тебе не верю, — заявила Грейнджер, скрестив руки на груди.       — Не веришь, значит, — задумчиво протянул Малфой и стал приближаться к девушке. Затем опёрся одной рукой об стену так, что Гермиона оказалась в ловушке. — И почему же, позволь узнать? — ехидно поинтересовался он.       — Сам вспомни, как относился ко мне в Хогвартсе, — смотря парню прямо в глаза, смело произнесла девушка. Хотя внутри у неё всё трепетало от волнения.       — Да брось, Грейнджер, — понизил Драко тон голоса. — Если ты напряжёшь свои умненькие мозги, то поймёшь, что с курса четвёртого я издевался лишь над твоими дружками. Это ты всегда вступалась за них, и поэтому мне приходилось тебе отвечать.       — Допустим, — согласилась Гермиона, ведь, если задуматься, то так оно и было. — В любом случае, сейчас это уже не имеет значения, правда? — нервно облизала она губы и попыталась отойти от стены.       Однако Малфрой не дал ей этого сделать. Вместо этого он приблизился к её уху и прошептал так, что если бы он был котом, это вполне сошло бы за мурлыканье:       — Кажется, ты всё ещё не поверила мне… Придётся привести аргумент повесомее.       — Что ты имеешь…                                                 »…в виду?»       Свой вопрос Гермиона заканчивала уже мысленно, так как неожиданно её губы наглым образом оказались заняты. И чем же? Губами Малфоя, которые сейчас нежно, но настойчиво атаковали девушку. Конечно, Грейнджер могла оттолкнуть слизеринца, и она так и собиралась сделать. Но потом его рука ласково, словно пёрышко, легла на её щёку. Драко едва ощутимо погладил Гермиону, провёл языком по её приоткрытым губам и… отстранился.       — Давно хотел это сделать, — довольно щурясь заявил Малфой. — Ну что, теперь веришь?       Девушка стояла всё ещё с закрытыми глазами. Она поняла, что если бы парень не отстранился так рано, то она бы ему ответила. И сейчас, в её голове почему-то совсем не осталось никаких умных мыслей. Она вспоминала школьные времена и теперь, обращая внимание на различные детали в прошлом, Гермиона действительно верила, что нравилась Малфою. Но это было давно, а теперь… Теперь гриффиндорка вдруг чувствует всю запасённую в ней львиную храбрость и думает:       «Мне просто интересно, как он целуется. Мы же взрослые люди, это нас ни к чему не обязывает, так ведь?»       В следующие мгновение Гермиона открывает свои глаза, смотрит сначала на Малфоя, потом на его губы и говорит:       — Что-то я ещё не до конца убедилась…       Затем, краем глаза замечая удивлённый взгляд Драко, слегка привстаёт на носочки, приближает его к себе, потянув за воротник рубашки, и целует.