Perfect propouse

Джисон множество раз думал, как сделать предложение своему возлюбленному. Он откидывал каждый вариант, начиная от самых банальных и заканчивая предложением где-то на Луне, потому что добираться долго, а он не чувствует в себе сил ждать ещё дольше. Каждое утро, которое они начинают вместе и каждая ночь, когда они засыпают в объятиях друг друга — цель, к которой так долго стремился сам Джисон. Он никогда об этом не задумывался до, но получив то, что он имеет сейчас, не готов отпустить или не сделать важный шаг. Хан думал о предложении ещё в первые месяцы отношений, когда они только узнавали друг друга, так быстро, будто были уже знакомы и просто вспоминали позабытое. Но тогда это не было так уместно, как сейчас, когда они оба уверены друг в друге и строят планы только вместе, а не порознь. У них уже запланирован отпуск в сентябре, а ведь сейчас только апрель. Минхо уверен в нём. И это всё, что волнует Джисона. Ладно, не всё, он хочет сделать предложение так, чтобы его самый родной человек, вспоминая об этом, имел только самые положительные чувства. Чтобы не только кольцо было напоминанием об этом дне, когда Джисон предложит создать что-то больше, чем они имеют сейчас, отдавая себя всего без остатка. Уже несколько его друзей знали, что парень мучается и никак не может придумать способ, который бы так подходил их паре. И даже с их помощью он не может придумать ничего стоящего Минхо, который важнее всех сокровищ этого мира для Джисона. Он в очередной раз сидит в студии, записывая какой-то из треков, который пылился на его полочке несколько недель. Нужно было выдать что-то новенькое, мощное, чтобы слушатель пришел в восторг, но настроения совершенно не было. Джисон в очередной раз думал о том, что не может больше ждать, что он так влюблён, что мог бы встать на колено прямо у порога их дома, только бы Минхо скорее ответил заветное «да». Может, сам Хан в себе слишком уверен, что такой мужчина захочет связать с ним всю свою жизнь, а не только бурную молодость, но он надеется. Надеется и в глубине души знает, что не смотрят так на тех, кто только временный вариант. Не пытаются оставить хотя бы мимолетное касание губ к коже, потому что невозможно не касаться, невозможно расстаться надолго. Джисон думает о нём постоянно. Вся его работа связана с вдохновением, искусством и его главная муза — Минхо. Он смеялся множество раз, когда его парень приносил песни, где он переживает расставания, где читает реп о том, насколько он крут, где рассказывает о том, как плачет в одиночестве, но ни одной о счастливой любви. Минхо сказал, что плохая из него муза, если все песни пропитаны некой тоской, но это не так. Джисон творит только потому, что у него есть такая поддержка, Джисон может всё, если рядом есть старший, который одним из первых слушает его музыку или биты, которые он потом принесёт в студию и непременно скажет о том, как ему, без прикрас. Потому что они так договорились, но что поделать, если Минхо нравится всё, что делает Хан. Не только в плане музыки, не только по отношению к нему, а просто весь парень. Каждое его движение, даже если оно неосторожное и очень неуклюжее, когда их утро начинается с того, что младший стоит на коленях на полу, оттирая кофе, который хотел налить в термокружку, а в итоге остается без кофе и с красными коленями. Или, когда пытается приготовить завтрак, а он практически сгорает, прилипший к сковородке — ему нравится. У Минхо сердце щемит от того, как он его любит. И он говорит об этом довольно часто, когда они лежат на общей кровати и делятся тем, что произошло сегодня, или просто своими мыслями по поводу всего-всего. Ему неважно, что думают остальные о нём, о их любви. Ему важно лишь то, что в его глазах Хан Джисон самый идеальный мужчина и он готов прокричать об этом на весь мир. Парень вновь откидывается на кресле, когда прослушивает в сотый раз свою запись и недовольно морщится. Сегодня работа не шла, ему не нравился ни один вариант, хотя были достойные версии. И обычно один из его друзей, всегда говорит, что нужно немного абстрагироваться от работы, позволить мыслям отвлечься, а потом прослушать всё заново, не рубя сгоряча. Джисон поднимается со стула и немного разминает спину. Он сидел последние несколько часов вообще не выходя никуда, поэтому это время отдыха от творчества он может использовать продуктивно, наконец-то выпив кофе и пообедав в какой-то забегаловке, или просто зайдя в магазин, чтобы перед глазами появилось что-то помимо его рабочего стола и офиса, который он сейчас видит намного чаще, чем своего возлюбленного. Ему хотелось, чтобы Минхо был перед его глазами двадцать четыре часа в сутки и, желательно, чтобы это был не только экран блокировки, на который он смотрит частенько не только за тем, чтобы узнать время, а потому что там стоит их общее фото. Ну, от младшего там только часть щеки и рука, потому что он начал падать с камня, на котором они фотографировались, но его парень настолько живой на этом фото, когда смеялся, что ему не оставалось ничего другого, как любоваться этим фото на всех доступных гаджетах. Минхо недовольно цокал, потому что у них есть множество совместных фото, которые были намного лучше. У них даже была фотосессия совместная, очень постановочная, но фото вышли качественными. Но ничего не будет лучше, чем старший, который не скрывает свою счастливую улыбку и морщинки, которые обрамляют уголки его глаз, когда он настолько искренен. Джисон заказывает себе холодный кофе и небольшой кусочек сладкого десерта, чтобы иметь повод подольше задержаться в кофейне, а не вновь бежать в студию для очередного раунда самобичевания. Парень наслаждается звуками жизни, которая его окружает вместо того, чтобы вновь заткнуть уши наушниками, погружаясь в собственный мир. Кто-то смотрит смешные видео, даже не пытаясь убрать звук, чтобы остальным было комфортней, бариста иногда слишком громко гремит чашками, кто-то смеется, когда обсуждает что-то по телефону, а некоторые, сидят так, как сделал бы сам Джисон, если бы не его кризис, погрузившись в музыку, которая проигрывается в наушниках. Парень всё равно не может выкинуть работу из головы, хоть и пытается делать это не настолько очевидным. Он думает, что можно бы изменить немного текст, прямо перед началом припева и добавить туда какой-то неочевидный звук, который будет слышен только после нескольких прослушиваний. Джисон слегка откидывает голову назад, попивая холодный кофе и прокручивает эту мелодию в своей голове, пытаясь приблизительно понять, как это будет звучать. И когда он уже был намерен встать из-за столика, его привлекает разговор девушек, которые сидели за соседним столиком. — Ты просто не слышала эту песню! Если бы я могла, то добавила эту песню в свой свадебный плейлист. Может, как для первого танца с мужем. — Элли, это хорошо, конечно, но ты будто зависима от этой песни, — подруга прикрывает рот кулаком, чтобы сдержать небольшой смешок. — Ты просто не понимаешь ничего в романтике. Просто представь себе ситуацию, окей? Человек настолько влюблён в кого-то, что описывает все свои чувства в песне, выпускает её и не боится, что миллионы людей увидят, как он влюблён. Разве это не прекрасно? — Песни о любви, которые слышала я, чаще всего с печальным исходом. — А эта другая! Джисона будто прошибает током от осознания. Неужели он действительно ни разу не думал о том, чтобы написать песню для Минхо, которая бы рассказывала про их любовь? То есть, он несколько раз делал наброски текстов, когда его вдохновение было очень сильным и его парень всё ещё его муза, которая помогает творить, но у него не было песен о любви, которые рассказывали бы их историю. Его чувства в песнях были чаще всего очень завуалированы и не было той песни, которая бы смогла описать хоть небольшую часть его чувств, их общей истории. И если это не будет лучшей идеей, то тогда он не сможет придумать ничего, что настолько бы им подходило. Хан забирает остатки своего холодного напитка и срывается в студию, теперь у него очень много работы, которую он хочет закончить, как можно скорее. Ему бы хотелось обнажиться перед Минхо полностью, показать свою любовь ещё и таким жестом, который до этого момента не казался ему очевидным. Он мысленно благодарит этих двух девушек, которые оказались так вовремя в нужном месте и надеется, что сможет рассказать больше, чем мог бы этой песней. Время на работе летит с невероятной скоростью, парень несколько часов только выбирает мелодию, меняя всё до того момента, пока не будет уверен, что именно этот вариант будет идеальным. Таким, какой заслуживает его Минхо. С текстом работа шла не менее напряженно, потому что он всё не мог выбрать про какой конкретный момент жизни с его парнем он бы хотел рассказать именно в этой песне. Ведь каждый момент по-своему ценный, многое можно вспомнить за эти несколько лет, что они прожили вместе. Да и за то время, когда только начали встречаться и убегали из своих теплых постелей только ради того, чтобы встретиться около круглосуточной забегаловки, засиживаясь в самом углу, подальше от чужих любопытных глаз. Джисон не думал, что он настолько много хотел бы сказать в одной единственной песне. Он думал, что, говоря каждый день о своей любви, невозможно сказать что-то новое в данной истории, которую будет рассказывать песня, но он ошибся. Приятно ошибся в себе и своих чувствах, понимая, насколько они сильные и как много ему есть чего сказать сейчас, да и в будущем. И это ещё раз подтверждает, что он выбрал нужный момент, нужного человека и хочет быть с ним до конца своей жизни. А пока что у него идёт самая напряженная борьба с самим собой, чтобы выбрать только самые важные слова, которые он хочет донести сейчас. Даже если только для Минхо, а не для всего мира, которому он бы хотел поведать о самом важном событии в жизни. Джисон не уверен, но думает, что смог бы написать ещё несколько песен о любви, возможно, он занялся бы лично песнями для их свадьбы, чтобы каждая была особенной, как для него когда-то стал Минхо. Когда парня прерывает от напряженной работы телефонный звонок, он с ужасом осознает, что уже одиннадцать часов вечера, а начал работу он ещё в два часа дня. Хан быстро поднимает трубку и готовится к тому, что его сейчас если не убьют, то будут крайне недовольны, потому что на сообщения он не отвечал, будучи очень увлечённым работой. — Привет, котёнок. — И вам доброй ночи, Хан Джисон, — по Минхо слышно, что на него не злятся, но поддерживают слегка обиженный тон, — собираешься домой или мне нужно будет засыпать в одиночестве? Небольшая манипуляция, но Джисон в любом случае не заставил бы своего парня засыпать одного. — Я немного заработался, извини. Сейчас всё сохраняю и даже приеду на такси, чтобы ты не ждал меня долго, договорились? — Какая щедрость. Сегодня праздник какой-то? Минхо включает громкую связь, чтобы проверить дату в календаре, но ничего не находит и продолжает наигранно вздыхать в телефонную трубку, пока Джисон сохраняет файл и перекидывает его на свой телефон, чтобы позднее дать послушать запись своему возлюбленному. Он не готов ждать ещё дольше с предложением, но точно знает, что готов прожить жизнь с этим человеком, который вредно общается, когда долго не видит рядом с собой Джисона, который может приехать к нему в студию, только чтобы накормить домашней едой и остаться чуть подольше, чтобы послушать новую песню, который всегда просыпается раньше младшего, но ведет себя тихо, позволяя возлюбленному не нарушать свой странный режим сна, который не готовит острую еду и не ест её, потому что Джисон не может. Это тот самый человек, которому он хочет задать самый главный вопрос в своей жизни. — В магазине что-то нужно? — Джисон намеренно прерывает ворчание старшего, хоть ему оно и нравится. Ведь это значило только одно — его парень ужасно скучал. Минхо отвечает отрицательно и трубку не бросает, желая общаться до тех пор, пока младший не приедет домой и он сможет говорить с ним лично, крепко прижимаясь к приятному теплому телу. Когда Хан заходит домой, Ли всё ещё не сбрасывает звонок, а смотрит на своего парня, подходя чуть ближе, продолжая незамысловатую беседу о погоде, которая началась как-то случайно. Они стоят уже совсем близко и Джисон первый решается прервать разговор по телефону, говоря в динамик, но на самом деле говоря чуть ли не в самые губы: — Прости, у меня важная встреча сейчас, не могу говорить. Младший сбрасывает звонок и наклоняется чуть вперед, мягко касаясь своими губами чужих. Минхо быстро сует телефон в карман домашних шорт и обвивает руками шею Джисона, прижимаясь к нему чуть ближе. Они неспешно целуются, сминая чужие губы своими и иногда прерываясь только для того, чтобы оставить невесомый поцелуй где-то на лице. Это был их особый способ показать, насколько они скучали друг по другу, насколько они зависимы от того, чтобы любить друг друга и просто быть рядом. — Минхо, я хочу дать тебе послушать кое-что. Старший откидывает голову назад и недовольно стонет. — Хани, детка, я люблю тебя и безусловно люблю твоё творчество, но ты работал целый день, и я ужасно скучал. Мне хочется наверстать упущенное время, понимаешь? Минхо тычется носом в его щеку и слегка покачивается в объятиях, вновь начиная вредничать. — Это очень важно для меня, — Джисон чуть крепче прижимает к себе возлюбленного и оставляет невесомый поцелуй в уголке губ. — Пожалуйста? Старший вновь капризно хнычет, но утвердительно кивает. — Если через две минуты ты не будешь готов мне показать свой шедевр, я просто наброшусь на тебя. Хан довольно улыбается и крепче прижимается своими губами к чужим, отрываясь с громким чмоком. У него теперь меньше, чем две минуты, чтобы принести свои огромные наушники в которых он работал и включить ту самую песню. Минхо закинул ноги на диван и сидел по-турецки, ожидая, когда же его бойфренд-трудоголик наконец-то сядет к нему и через три минуты Ли сможет вновь поцеловать его и прижаться ближе, приклеиваясь к нему до тех пор, пока они не лягут спать. Ему вручают рабочие наушники младшего, и он послушно ждет, пока тот включит новую мелодию, над которой так долго работал, по-видимому. Но, прежде чем Джисон нажал кнопку воспроизведения, он решил предупредить Минхо: — Только дослушай до самого конца, хорошо? Это действительно важная песня и я надеюсь, что она тебе понравится, раньше я никогда такого не писал. — Ты меня уже интригуешь, — Ли на секунду приближается к своему парню, оставляя ещё один легкий поцелуй на его щеке и садится обратно, желая скорее послушать то, что приготовил младший. Мелодия начиналась неспешно, будто рассвет, который медленно заполняет солнечными лучами каждое окно, постепенно добавляя звуки гитары, которая поддерживала легкий настрой, заданный «лучами». Минхо восторженно приоткрыл рот и почувствовал, как по его телу бегут мурашки с первых же секунд песни, и он сразу же привлёк внимание своего парня, показывая пальцем на собственную руку, где мелкие светлые волоски встали дыбом. Ли не смел ничего говорить, потому что не хотел пропустить ни единой строчки, которую пел его возлюбленной в этой песне. Его мягкий голос аккуратно вступил в мелодию и чем дальше старший слушал песню, тем больше он узнавал о чувствах возлюбленного и переживал те моменты, случившиеся когда-то давно, о которых Джисон начал петь в начале припева с легкой хрипотцой и небольшим надрывом, но всё ещё пытаясь не нарушить той легкой атмосферы, которую задавала мелодия. Это первая песня о любви, которую его возлюбленный написал для него за всё то время, пока они встречались. И он соврет, если скажет, что не впечатлен, соврет, если скажет, что не готов растрогаться прямо сейчас, когда в песне поется о том, какое будущее он видит с ним и с какой любовью он описывает сонные черты его лица, когда в редкие дни просыпается раньше Минхо. Он нервно теребит край футболки, пытаясь сдерживать эмоции, которые накрывали его с головой прямо сейчас, когда он так отчетливо слышал каждую мысль пропетую Джисоном. Старший взгляда не поднимает на своего парня, боится, что прямо сейчас сломается и кинется к нему, стыдливо пряча лицо в изгибе шеи, пошмыгивая носом. Когда мелодия начинает понемногу затихать, это похоже на то, будто ночь накрыла его с головой. Вся песня звучала так будто он прожил рассвет и закат со своим любимым и готов уснуть в его крепких объятиях. Когда он тянется к наушникам, чтобы осторожно снять их, Джисон прижимает руки к его ушам, не давая их снять и качает отрицательно головой, вводя старшего в ступор. Но потом он слышит голос возлюбленного, только в наушниках, записанный сразу же после песни. — Минхо, дорогой, мне сложно сказать что-то больше, чем я сказал в этой песне, но я надеюсь, что смогу найти нужные слова…— Минхо чувствует, как Джисон чуть крепче сжимает руки старшего, которые всё также остались поверх наушников и поднимает на него взгляд. — Я ещё никогда не писал песен о любви, которые были бы настолько связаны с тобой, это от начала и до конца песня о тебе, о нас, о нашей любви и я надеюсь, что она тебе понравилась, потому что я нервничаю даже сейчас. И, скорее всего, нервничаю сидя напротив тебя, когда ты слушаешь это сообщение. Кивни два раза, если тебе понравилось, хорошо? Минхо быстро кивает, как его попросили и ловит широкую улыбку младшего, который сидит напротив. — Не думаю, что придумали слова, которые бы звучали правильней, чем я скажу, но ты самое лучшее, что случилось в моей жизни. И если бы мне нужно было прожить ещё раз всю мою жизнь с теми ошибками, что я совершил только для того, чтобы иметь возможность встретить тебя, я бы это сделал не задумываясь. Мне хотелось сделать это как-то по-особенному, но так, чтобы это было в нашем стиле, понимаешь? Возможно, немного неловко, но с большим количеством смысла. И я хочу задать самый важный вопрос, который меня беспокоит очень давно, — даже не записи у парня дрогнул голос. — Минхо, ты выйдешь за меня? Лицо старшего в одну секунду меняется от заинтересованного и немного удивленного в шокированное. Он поджал собственные губы, пытаясь не всхлипнуть слишком громко. Наушники снимаются одним рывком, оставаясь болтаться на шее, а сам старший бросается в объятия к Джисону, вновь пряча своё лицо в изгибах его тела и позволяя себя дрожать от слёз, которые лились неконтролируемым потоком. Младший положил одну из рук на его волосы, мягко поглаживая его и терпеливо ожидая ответа, который заставлял его нервничать. Он переживал, что его возлюбленный настолько эмоционально принял его сообщение и что он попросту не может ничего сказать, а только дрожит, вжимаясь в тело своего парня. В какой-то момент Минхо жмется настолько близко, что большие наушники очень больно вдавливаются в тела обоих. Их это абсолютно не останавливает, ровно до того момента, пока не слышится характерный треск и они не разваливаются на части. Это были его любимые наушники. Старший отрывается от парня и смотрит на две половинки, одна из которых всё ещё висит на нём, а другая уже лежит на диване. Он шмыгает носом, утирает лицо ладонями, делая его ещё более красным и громко икнув, начинает говорить: — Прости, м-мне так жаль. Это же…т-твои любимые, п-прости. Хан снимает вторую часть наушников с шеи возлюбленного и спокойно откладывает их на столик, который находился рядом с диваном. Без тела младшего, Минхо приходится закрыть лицо руками, продолжая шмыгать носом и вроде как пытаясь успокоиться. Подсаживаясь чуть ближе к возлюбленному, Джисон отнимает руки от его лица, чтобы обхватить его щеки своими холодными от волнения ладонями. Он ведет большими пальцами по мокрым дорожкам слёз, утирая их и чмокает в кончик носа, наконец-то заговорив с ним не через запись. — Это всего лишь вещь, и она не так важна для меня, как ты, например. И я смогу забыть о своих наушниках ещё быстрее, если ты всё-таки ответишь мне «да». На лице младшего появляется легкая ухмылка, которой он пытается подавить собственную нервозность, продолжая смотреть на Минхо. Видимо, он только сейчас осознал, что не дал никакого ответа на важный вопрос, заставляя своего парня отчаянно метаться внутри, хоть ответ был достаточно очевиден. — Конечно же да. Джисон прикрывает глаза и прижимается своим лбом к чужому, пытаясь осознать всё, что только что произошло. Его самый любимый человек согласился быть не просто его парнем, а мужем. И он согласился на то, чтобы быть с ним в горе и радости, пока смерть не разлучит их. Минхо слепо мажет губами по любимому лицу, понимая, что стал намного счастливее, чем мог бы. Их планы на жизнь теперь состояли не только из общего отпуска в сентябре, их план был намного серьёзней, они хотели прожить всю жизнь вместе. — Прости, что без кольца. Мы можем завтра поехать и выбрать его вместе, чтобы тебе понравилось. — Замолчи. Старший открывает глаза и немного отстраняется, чтобы иметь возможность видеть лицо своего жениха. — Не кольцо сейчас важно, — парень вновь шмыгает носом, когда убирает длинные прядки волос за уши, — я бы согласился даже если бы ты просто спросил меня об этом с порога. — О таком варианте я тоже думал, но ты заслуживаешь самого лучшего. — У меня уже есть самое лучшее. Минхо оставляет поцелуй на его лбу и внезапно смеется тихо, заставляя младшего вопросительно посмотреть на него. — Если бы ты меня не опередил, то получил предложение выйти за меня в сентябре. — Так наш отпуск был не только для того, чтобы я смог отдохнуть от вечной работы? — Отпуск очень многофункциональная вещь, знаешь ли. Джисон чувствует себя ещё счастливее, чем от заветного «да», когда понимает, что их планы на жизнь были настолько схожи. Они оба хотели стать друг для друга большим, они хотели быть семьей не только на словах, желали, чтобы каждый знал о том, насколько они счастливы вместе, создавая большее. Но, внезапно, младший захотел услышать ещё кое-что. — Ты не будешь против, если я выпущу эту песню? Если ты захочешь, то она будет только нашей, для нас двоих. — Было бы жестоко лишать целое человечество чего-то настолько прекрасного, — Минхо забирается на колени к своему жениху и вновь мягко касается губами его лица. — Но только если у меня будет эта демоверсия, договорились? Хан довольно кивает и обвивая руками талию старшего, приникает к его губам, наконец-то целуя так, как ему хотелось. С мягким желанием, проходясь языком то по верхней, то по нижней губе, желая полностью ощутить вкус губ самого желанного мужчины. Навсегда его.