Морена

Глава II

Обряд «души-крови»

После первого дела, которое мне поручили, я взяла небольшой отпуск. Если честно, думала, что мне скажут идти нахер, ведь началось лето и почти все работники разъехались кто куда. Но начальник Од Камингстон, без лишних вопросов, отпустил меня. Он понял меня, понял насколько мне тяжело далось это задание. Каждую ночь мне снилось, как я почти дотягиваюсь до маленькой девочки по имени Грэйс Бадд, но, в конце концов, она падает в зловещую бездну, с душераздирающим криком. Потом только тьма. Резкая смена локации и я уже на ферме Филберта Алабио. Почему-то, пристёгнутая к стулу, сижу за столом. Передо мной тарелка, в ней, напервый взгляд, обычная еда, но это не так. Вот, где оказалась Грэйс. Мерзкий урод пытается накормить меня ею. Я просыпаюсь вся в поту, быстро глотаю весь воздух, но, всё равно, чувствую, будто задыхаюсь. Я не плачу, лишь думаю о том, что было бы, если бы я её спасла? Прошла уже несколько дней с начала моего отпуска. Мои лучшие друзья Роби и Эшли заставили меня выйти из дома, говоря, что «на мне и живого места нет, выгляжу ужасно и вообще, какого чёрта, в свои выходные, сижу и чахну дома!». Не буду углубляться куда мы ходили, что делали, в конце нашей прогулки мы пошли в знаменитое, в нашем маленьком городке, кафе, находящейся в парке «Наранозе». Всё было замечательно, я даже перестала думать о своих снах, но тут мы слышим крик, все люди, заинтересованно, побежали к месту, от куда он доносился, в том числе и я. Картина не из приятных. В самом конце парка, к стволу большого дерева, был привязан человек. Не было понятно, мужчина это или женщина, юноша или девушка, слишком изуродован. Труп, на вид, свежий, все внутренности почти падали на землю, лишь копья немного их придерживали. Кто-то из присутствующих позвонил в полицию, долго ждать не пришлось. Так как летом в городе не так много людей, как в другие времена года, почти все офицеры со стажем, разъехались. Вместо них — новички. Они начали опрашивать всех людей. Я же, попрощалась со своими друзьями и поехала в отдел, ведь знаю, кому поручат это дело. Приехав на работу, я сразу же направилась к кабинету Камингстона. Три стука в дверь. С другой стороны слышно «входите». — О, Морена, я как раз собирался вам звонить, входите, присаживайтесь. Я поздоровалась. — Слышал от своих людей, что они видели вас возле места преступления. И, я думаю, вы понимаете, кого я хочу назначить на это дело. Это был не вопрос, а явное утверждение. Я кивнула ему в ответ и сказала, что готова. — Искренне прошу у вас прощения за то, что отбираю у вас отпуск. Но хороших работников почти не осталось, а по прошлому делу я понял, что вы хороши в своей работе. Вы довольно быстро нашли похитителя и не просто «похитителя», а серийного убийцу, которого искали не только мы. — Но я не спасла девочку, сэр — (эти слова я произнесла как-то не громко, мне не понравилось это). Од посмотрел внимательно прямо мне в глаза, будто пытаясь прочесть меня. — Всех не спасти, Морена. Я кивнула. Мужчина улыбнулся. — Вот и хорошо. Насчёт работы. Это вторая жертва, предположительно убивают только юношей. И самое интересное! Наверное, ты уже это поняла, но это не просто убийство, а человеческое жертвоприношение. Од Камингстон внимательно смотрел на мою реакцию. Он меня не удивил, я догадывалась, что для простого убийства не брали бы копья, ведь они имеют жертвенное значение, как символ экспансивности Великого Отца используется для жертвоприношения. — Я знала. — Хорошо… Молодец. В этой папке ты найдёшь все жертвоприношения, похожие на наше и всё то, что на данный момент известно о жертвах. Удачи, Морэ. Взяв папку, лежавшую на столе моего начальника, я прошла к своему столу. По пути к нему, я встретила всего четырёх коллег, видимо, и правда, все разъехались. Усевшись за работу, я, с самого начала, внимательно просмотрела дела наших несчастных. Ничего примечательного. Обычные мальчишки 17 лет, полноценная семья, внешне абсолютно не похожи, без каких-либо привлечений к уголовной ответственности. Проще говоря, никакие. Следом за их подноготной, я начала внимательно читать о гекатомбах. Их было не очень много, если не ошибаюсь, то всего пять. По жестокости и эксцентричности больше всего подходят жертвоприношения майя. Внимательно прочесав все статьи и книги об их религиозной практики, я нашла то, что идеально подходит по всем пунктам. Но на счёт одного не уверена — девственность. Чтобы удостовериться в своих предположениях, я решила поговорить с женщиной, которая проводила экспертизу. Разговор с ней прошёл весьма быстро, я попросила узнать были ли у жертв половые партнёры. *А пока она это узнаёт, наведаюсь к родителям первой жертвы*. На первый взгляд, обычный серый, как и все, дом. Но было всё же в нём отличие от других — недавняя потеря одного из жильцов. Миссис Вэбер дома не оказалось, она поехала к своей матери, видимо, захотев сбежать из места, где раньше жил её любимый сын. Человек, который открыл мне входную дверь, выглядел так, как будто прямо сейчас упадёт замертво. Это был мистер Вэбер. Рассказывая о своём сыне, его глаза постепенно становились мокрыми и красными. — Он был хорошим мальчиком, мой милый, заботливый Алекс. Всегда помогал по дому, общительный, много друзей. — А была ли у него девушка или половая партнёрша? (сама удивилась, насколько бесцеремонно я задала этот вопрос) По глазам Вэбера было ясно, что вопрос его удивил, но старался не подавать виду. — Насколько я знаю — нет. Думаю, если бы у него кто-то и был, он бы обязательно нам рассказал об этом. Он не скрывал от нас ничего. Извинившись за отнятое время, я направилась домой, переваривая всю получившую информацию за сегодня. Я бегу по трупам незнакомых мне людей. Незнакомых? Некоторых я точно видела. Последняя жертва Филберта Алабио, недавно убитые мальчики и в конце всего… я? Нет. Это не я. Девушка с внешностью как у меня, она вся в крови, в руке огромный нож, для разрезания больших тушь животных и, по видимому, уже и людей. Что она делает? Плачет или смеётся, я не понимаю, но, кажется, она наслаждается? Вдруг я слышу звон, какой-то знакомый. Это мой телефон. Я просыпаюсь. Несколько минут пытаюсь прийти в себя и отвечаю на звонок. — Здравствуйте, это Маргарита Стоун, я звоню насчёт экспертизы. Вы меня слышите? — Да, да, конечно. И какой результат, они девственники? — Уретроскоп не обнаружил уплотнения внутри уретры. Если бы они занялись сексом, то было бы небольшое уплотнение в виде кольца. — Спасибо за помощь, до свидания. После разговора, я обратно заснула, больше мне ничего не снилось. Од Камингстон вызвал меня, как только я села за своё рабочее место. -Я пытаюсь дозвониться до Дэвида, чтобы ты не работала над этим делом одна, но пока ничего, видимо, хорошо отдыхает со своей супругой, хах. Я кивнула. — Что узнала? — Эти жертвоприношение майя. Называется обряд «души-крови». Смысл заключается в том, что юношей, обязательно без опыта в сексе, так как в этом ритуале важна «чистота» души, привязывают к дереву, а дальше… Ну, вы сами знаете. При этом строжайше запрещалось наносить ему смертельные раны. Жертва должна была умирать долго и мучительно от общей потери крови. Это делалось для того, чтобы с вытекающей кровью душа «улетала» к богу. — Но экспертиза показала, что раны были смертельными, жертва умерла, почти, мгновенно. Да и по следам на теле, было видно сопротивление. Несостыковки, Морена. По его взгляду можно было понять, что он заинтересован, не делом… мной? Будто бы ему интересно, как я на это отвечу. — Да… Я тоже сначала так подумала, но у меня появилась теория, что это — любитель или даже любители. — Любители? — Да. Мне кажется, что в этом участвовал не один человек, а несколько. Звучит глупо, но обычно такое жертвоприношение совершает не в одиночку. Молчание. Я почувствовала как он напрягся. По ощущениям, прошло минут десять. Это время тянулось крайне медленно. И тут долгожданные слова. — Хорошо, я доверюсь тебе. Надеюсь, ты меня не разочаруешь, Морена Морэ. Это был не вопрос. Я попрощалась и вышла. Новое убийство. Приехав на место преступления, я внимательно осмотрела труп. Мальчишка, скорее всего, 17 лет. Небрежно вставленные копья, но, замечу, уже лучше, кишки. Ничего, что помогло бы мне в поимке «спасителей». Только флаер из лагеря «Миминг». Как мне известно, родители отправляют туда своих детей, чтобы отделаться от них или вселить в них веру в бога. Уже что-то. Мне в помощники дали Юна Вивьяго — новичок. Довольно красивый, но не настолько хорош, как Од. Чёткие черты лица, русые волосы, тёмно зелёные глаза. По росту чуть ниже, чем Камингстон, но худощавый. «Миминг» был старым и очень обшарпаным, не знай я, что это лагерь, подумала бы, что наркопритон. Детей в нём было мало, с опросом мы справились довольно-таки быстро, но всё равно ничего не нашли. По счастливой случайности, утром я выпила слишком много кофе (из-за кошмаров я почти не сплю, поэтому приходится как-то держать себя на ногах), я жутко захотела в туалет, всё выпитое мной просилось наружу. Хорошо, что в тот момент я не передумала заходить в эту мерзкую кабинку, ведь, как только я села на этого белого коня, тут же следом зашли подростки. Сначала их разговор был обычным, по типу: «Боже я так устал от этой молитвы», «Еда тут отвратительная», но то, что последовало после, доказало мне, что от «любителей» меня отделяет только, покрытая разными надписями и рисунками, дверь. Мальчик по имени Жанат заговорил о копьях, о том, что он уже подготовил их для «спасения нечистой души». Почти сразу, после того как компания ушла, я поспешила к Юну, рассказать об услышанном, но тут я столкнулась с маленькой девочкой. Она была взбудоражена, сказала, что искала меня, что ей надо рассказать правду. Я успокоила её и сказала идти за мной. Она рассказала нам, что преподобный отец Джон поведал её брату о каком-то ритуале, а после этого они и ещё некоторые дети схватили её друга Алекса, привязали к дереву и… «он заснул». Вивьяго тут же позвонил нашему начальнику и вкратце рассказал о том, что мы узнали. Он дал согласие на арест преподобного и его «маленьких послушников», также, он прислал нам немного людей, чтобы они помогли схватить детишек. С ними мы разобрались быстро, а вот с «главным жрецом» пришлось попотеть. Чем он только не кидался, убегал от нас, со стороны это выглядело смешно, его труд мы оценили, но в итоге, он оказался подле своих учеников. В тёмной, маленькой комнатушке, где, так сказать, кровь проще отмывать, я сижу напротив верующего человека, которого обвиняют в жестоких убийствах и за вербализацию сознания несовершеннолетних. Его даже заставлять не пришлось, он спокойно отвечал на все, заданные ему, вопросы. — Зачем ты убил их? — Я не убивал их, а спасал. — Спасал? От чего? — У всех есть свои маленькие секреты, в том числе и у них. Я знаю их, знаю, что они скрывали, ведь они приходили ко мне «найти спасения». — И какие же у них были секреты? — Первый, Алекс Вэбер, накачивал девушек, раздевал, а потом запугивал их фотографиями. Он вымогал деньги, дрочил на них. Когда ему платили, он не выбрасывал фотографии, через время он начинал по новой. Второй, Рик Поллен, заставлял свою младшую сестру ублажать его каждый раз, когда они оставались одни дома. И, наконец, третий, Луи Кванстон, убивал уличных котов и собак, издевался над ними. От услышанного, я на секунду перестала дышать. Быстро успокоившись, продолжила. — Вы же понимаете, что у вас не было прав уби… лишать их жизней? Вас посадят и, скорее всего, на пожизненное. Он улыбался. Пристально смотрел на меня. — У вас тоже есть секрет, Морена. Я вижу вас изнутри. Я удивлённо посмотрела на него. Он продолжил — Вы же боитесь. — Чего? Сама удивилась тому, как резко и громко я спросила это. Его улыбка стала шире и намного пугающе, чем прежде. — Себя. Вы боитесь себя. С вами что-то происходит и вы не понимаете, что. Не выдержав его мерзкого лица (или же правды, которую он открыл), я ударила его. Резкая боль. Ещё удар. Ещё. Не помню, как оказалась в кабинете Ода Камингстона, помню лишь то, что это он меня успокоил, он не дал мне дойти до конца. — Что там произошло? — Я не знаю, не помню. Прошу прощения, приму любое ваше решение. Он молчал. Снова. — Я не собираюсь тебя наказывать. Я просто волнуюсь, ты одна из ценных сотрудников, жаль будет потерять. Не буду давить на тебя, ты уже закончила свою работу, можешь идти. Не забудь обработать руку. Поблагодарив его, отправилась домой. *Дело закрыто. Остальное закончит Юн, он со многим мне помог, надо будет его угостить чем-нибудь.* Дома меня ждал сюрприз. Входная дверь открыта. На стене, большими буквами, написано: «Ive ' been vultus pro te ubique. Spero vos amittere cum me.». Латынь. В переводе означает «Я всюду тебя искал. Надеюсь, ты поиграешь со мной.»