Мне не нужно ничего особенного (Мне просто нужно чтобы мы с тобой танцевали медленный танец)

1

Это чертовски неловко. Вилланель провела большую часть своего времени в ожидании Евы в бальном зале, смотря на танцующие пары. Все это время она просто задавалась вопросом, было ли это нормально. Грациозность некоторых пожилых пар заставила ее задуматься, давно ли они танцуют вместе. Или, быть может, они просто были хорошими танцорами. Вилланель, конечно же, не была. Она задумалась, а была ли Ева хорошей танцовщицей. Но, звук слева от нее привлек внимание. «Привет», – сказала Ева, ее голос звучал осторожным и успокаивающим одновременно. «Привет», – ответила Вилланель, у неё в голосе звучала надежда на что-то, чему она даже не знала, как дать определение. Тоска, которая исходила из глубины души, заставляла ее задыхаться, как будто она бежала к океану, отчаянно пытаясь не поддаться этому чувству. Они предприняли небольшую, жалкую попытку завязать светскую беседу, как будто пытаясь слиться с окружающей обстановкой, но они обе знали что разговоры между ними никогда не были нормальными как у большинства людей. Но теперь Вилланель отчасти жалеет, что этот разговор закончился пять минут назад, когда они говорили о смене работы и планах на будущее, потому что она продолжает спотыкаться о свои и ноги Евы одновременно, но она никогда раньше не держалась за Еву так долго и ей совсем не хочется, чтобы это заканчивалось. Единственным утешением для Виланелль является то что Ева выглядит так же неловко, как и она, и когда они обе спотыкаются на танцполе, все это, кажется, ускользает. Потому что она может сосредоточиться только на том, как руки Евы ложатся на ее поясницу, как будто им было там самое место. Тёплая рука Евы в ее руке. Мысли Вилланель сосредоточены только на о том, что они могут быть вместе достаточно долгое время, чтобы начать строить совместное будущее. Зарывшись лицом в волосы Евы, чувствуя ее дыхание на своей шее, она внутренне не согласна с Евой. Они состарятся вместе. Она думает, что они слишком сильно любят, чтобы когда-нибудь уничтожить друг друга. Скорее, Вилланель думает что они будут готовить друг друга, расти вместе как пара. Отсылая Еву прочь от себя ради ее безопасности, она не может не надеяться, что это не последний раз, когда они танцуют вместе.

2

У Евы дрожат руки. Она продолжает идти по мосту, но у себя в голове она кричит. Это не может так закончится. Она стольким пожертвовала ради этой девушки, стала совершенно другим человеком. Человеком, который может любить. Человеком, который чувствует себя живым, как всепоглощающий огонь, пламя которого сжигает все на своем пути. Последние три года она думала о Вилланелль ежедневно. Она ни за что не отпустит ее сейчас. Ева медленно поворачивает голову, наполовину боясь, что Вилланель там нет, наполовину боясь, что она так и не обернулась. У Евы перехватывает дыхание, когда она видит напротив желтое пальто застывшее неподвижно. Вилланель, кажется, стоит так же, как и она, Ева чувствует, как у неё на глазах стоят слезы, когда она мысленно кричит ей чтобы она повернулась. Она вспоминает греческую мифологию, которую читала в детстве. Ты не Орфей, я не Эвридика.* Повернись! Я все еще здесь! Я все еще здесь. Вилланель оборачивается. Ева чувствует, как ее тело поддается вперед, как будто им управляет какая-то необъяснимая сила, двигающаяся сама по себе. Она просто хочет стереть любое пространство между собой и Вилланель, хочет слиться с ее телом, чувствовать ее везде, где только можно. Хочет схватить ее лицо и закричать: никогда, никогда больше так не делай, слышишь меня! Но она чувствует, как Вилланель прижимается к ней всем телом с тем же порывом и Ева знает, что, она думает о том же. На данный момент им не нужны слова, их монстры говорят за них. Ева все равно прикасается к ее лицу. Ладонь ложится прямо на ее щеку, вытирая дорожки слез. Виланелль наклоняется к ней, и кажется, что Ева наконец-то вернулась домой. Губы теплые и мягкие, и она чувствует вкус соли своих и ее слез, и теперь Ева точно знает чем хочет заниматься всю оставшуюся жизнь. Она хочет состариться вместе с ней, хочет ходить на дурацкие бальные танцы и там красоваться на танцполе, хочет держать Вилланель за руку, идя по улице, хочет смотреть фильмы вместе с ней. Ей хочется всего этого. Ева прерывает поцелуй, обнимает Вилланель за талию и чувствует, как ее качает из стороны в сторону. Руки Вилланель обвиваются вокруг ее шеи, и они оказываются в медленном танце во второй раз за эту ночь. И время не имеет значение. Это совсем не кажется неловким. Их ноги едва двигаются, так что им не за что споткнуться, а их глаза почти не отрываются друг от друга, им сейчас вообще не нужны слова. Вилланель начинает напевать мелодию, которую Ева смутно может разобрать, и до нее доходит, насколько комфортно она себя чувствует. Холодный ночной ветерок покалывает кожу, и она ощущает, как Вилланель гладит мурашки на ее шее. Мы можем избавиться от лишней драмы, думает Ева. Мы не какие-то жалкие ублюдки из истории. Судьба всегда сводит нас вместе. С остальным мы разберемся сами. Рев мотора выводит их из транса, когда мотоцикл едва не сбивает их, мчась по мосту, и внезапно они вспоминают где находятся. Ева должна думать о Кэролин и Двенадцати. Она должна думать о Нико и курице. Но вместо этого она думает о свободе. «Итак, значит Аляска, да?», – спрашивает она с улыбкой, подталкивая бедро Вилланель своим, и Ева точно знает, что у них все получится вместе.

3

Вилланель ничего не слышит из-за громкой музыки. Басы вибрируют внутри нее, и она даже не чувствует биения собственного сердца. Она смотрит на Еву и видит, что та растворилась в музыке. Вилланель не может не утонуть в ней. Прошел год с момента на мосту, и не проходит и дня, чтобы Вилланель не хотела проникаться ею. Они сейчас находятся в модном ночном клубе Сеула. После развода с Нико Ева хотела воссоединиться со своим корнями и с тех пор была погружена только в это. Она водила Вилланель по всем местам, куда родители водили ее, когда она была ребёнком. Сейчас Ева прижимает Вилланель к дереву в парке возле клуба и говорит, что хочет пригласить на танец. Она прошептала это между поцелуями в шею, и Вилланель моментально забыла все что когда-либо говорила о не любви к танцам. И теперь Ви благодарит всех богов за то, что в клубе полно народу, когда она снова чувствует, как тело Евы прижимается к ней, и благодарит себя за предусмотрительность замены всего гардероба Евы. Тем не менее, она позволила ей оставить парку, но избавиться от сумочки. На Еве надето короткое черное платье с открытой спиной и длинный гладкий хвост почти компенсирует то, что волосы не распущены. Ева выглядит чертовски элегантно, и Вилланель уверена, что она никогда еще не была такой самоуверенной как сейчас. Все взгляды в этом клубе устремлены только на Еву, и Вилланель не может не посылать им всем мысленное сообщение. Она моя, ублюдки, держитесь от неё подальше. Ева, кажется, не замечает всех этих взглядов, она просто откидывает голову назад и двигается в такт музыки, протягивая свою руку чтобы притянуть Вилланель еще ближе. Она притягивает ее к себе так близко, что их дыхание становится единым и только горячий воздух парит между ними, а еще тонкая ткань не позволяет их телам полностью соприкоснуться. Ева крепче обхватывает руками талию Вилланель и сжимает ее, Вилланель осязает, как мурашки бегут по всему ее телу, она представляет руки Евы везде, и это все, что она могла сейчас делать, чтобы не утащить Еву в этот самый момент подальше от всех. Ева выглядит сейчас такой счастливой, и Вилланель не может нарушить покой ее сердца. Она просто улыбается, совершенно неуместно среди горячих взглядов и рук, скользящих повсюду, и просто кладет голову на плечо Евы, глубоко дыша. Ева, кажется улавливает перемену в обстановке и утыкается лицом в волосы Вилланель, замедляясь, чтобы поцеловать ее в щеку. Они обнимают друг друга еще крепче, и внезапно весь клуб исчезает, они остаются единственной парой, танцующей медленный танец посреди ночного клуба в самом центре Южной Кореи, и их сейчас ничто не заботит в этом мире. Ева думает, что именно так ощущается свобода.

4

Ева ставит пастуший пирог в духовку и с облегчением выдыхает, наконец-то имея возможность покинуть кухню. Это был долгий день и еще более длинная неделя, и все, что Ева хочет сделать прямо сейчас так это свернуться калачиком на диване с бокалом вина и книгой, которую она притворяется что читает уже несколько месяцев, расслабляясь вечером. Она включает музыку и переводит дух, когда дом погружается в тихую и расслабляющую атмосферу. Она поворачивается с намерением взять бутылку вина, когда слышит как открывается входная дверь, сигнализируя о приближении знакомых шагов, бегущих прямо к ней. Чуть более медленные, тяжелые шаги следуют за предыдущими, когда Вилланель и ее мини-двойник входят на кухню. Их малышка не останавливаясь, бросается в объятия Евы, которая наклоняется как раз вовремя, чтобы схватить ее, ведь годы практики делают это движение быстрым и легким. «Мама!» – кричит их дочь Талия, крепко обнимая Еву. «Как прошел твой первый день в детском саду?» – взволнованно спрашивает Ева, целуя ее волосы. Вся предыдущая неделя была потрачена на подготовку их дочери в детский сад, и как бы Еве ни нравилось думать, что она вся такая мрачная и скрытная, но эмоциональный ущерб причиненный взрослением их дочери не остался незамеченным для нее. «Это было здорово! Мы делали много разных интересных вещей!» – отвечает Талия. «Как насчет того, чтобы ты переоделась вернулась и рассказала мне все об этом, а?» Талия выбегает из кухни так же быстро, как вбежала, и Вилланель быстро проскальзывает в объятия Евы и обнимает. «А меня не поприветствуешь?» - спрашивает она, прижимаясь губами к мочке уха Евы, покачиваясь в такт музыке. На заднем плане все еще звучит тихая мелодия. «Она так быстро растет. Не могу поверить, что наша дочь уже ходит в детский сад, - голос Евы немного дрожит, она утыкается лицом в шею Вилланель, притягивая ее ближе к себе. «Она смелая, - шепчет Вилланель в ответ, - совсем как ее мама». Она отстраняется и берет лицо Евы в ладони: «Но она все еще ребенок, и у нас впереди еще столько всего неизведанного». Вилланель наклоняется в сторону, включает громче музыку и начинает кружить Еву, из которой вырывается удивленный смех. Она хватает плечо Вилланель, чтобы восстановить равновесие, и осознает, как настроение мгновенно поднимается, наполняясь легкостью, которая присутствует только тогда, когда Вилланель и их дочь рядом с ней. Ева быстро запечатлевает поцелуй на улыбке Вилланель, а затем берет ее за руку, намереваясь на этот раз покрутить Вилланель вокруг своей оси, когда позади них раздается тихий голос. «Я тоже хочу танцевать вместе с вами!» Они обе протягивают руки и поднимают дочь, зажимая между собой, и ничто не может остановить громкий смех, вырывающийся из пятилетнего ребенка. Ева и Ви не могут удержаться, чтобы не расцеловать ее щечки, и когда музыка переходит на более веселые мотивы, они опускают ее на пол и, взявшись все вместе за руки, начинают прыгать по кухне. Этот момент, о котором Ева даже не могла себе представить, когда умирала от скуки на собраниях МИ-5, а затем и то, о чем она никогда не думала, что может иметь, находясь в бегах от Двенадцати вместе с Вилланель. Она поднимает глаза и видит, как Вилланель и Талия корчат друг другу рожицы, пока они танцуют по всему пространству кухне. Ева просто смеется и присоединяется к своим девочкам, мысленно показывая средний палец судьбе, они вместе могут написать свой собственный счастливый финал раз и навсегда.