твоему лицу слёзы не идут.

День выдался трудным, весь отряд был вымотан и уже расходился по комнатам. Время близилось к глубокой ночи, единоликая луна уже заменила слепящее глаза солнце, а её помощники- звёзды покорно заняли место у облаков. После посещения кабинета Вагнера, Немо был сам не свой. «Вальтер Майер, дезертир.. » – крутилось в голове у парня. Его настоящее имя и информация о том, что он - дезертир, будто пуля, выстрелившая ему прямо в сердце, заставляя судорожно пятиться назад и искать выход в самых потаённых закоулочках своего разума. Немо не о таком прошлом хотел узнать, совсем не о таком. Это полный шок для него, он не знал, куда деть себя, как защитить? Имя "Вальтер" плотно въелось ему в мысли. Вагнер приказал ему продолжить своё расследование, мужчина оказывал парню большую услугу, но думать не получалось. Сейчас его мысли совсем не о том. Как ему быть? Он так гнался за воспоминаниями, но ради каких? Ради этих? Совсем нет. Совсем. Выбора нет, придётся продолжить своё расследование и покорно ждать, что же будет дальше. Благо, Яков наконец стал его союзником и работать будет куда легче с его помощью. С другой стороны, действительно ли Немо может доверять ему? Но разве есть другой выбор? Он должен верить ему, иначе из этого ничего не выйдет. Стоит вернутся в комнату, наверняка все уже спят. Парень тихо спускался с лестницы, деревянные ступеньки жалобно поскрипывали. Стоит ли рассказывать Якову об этом? Может, он сможет помочь? Без понятия. В комнате слышался храп и тихое поскрипывание кровати Оливера. Кажется, уже все спят. Яков так же на месте. Немного поразмышляв, Немо привёл свою кровать в беспорядок, дабы сделать видимость, что он здесь был вообще. Покрытое крахмалом постельное бельё тихо хрустело, а деревянная кровать немного скрипела, но придать постели видимость, будто здесь кто-то спал, удалось. Развернувшись, Немо направился в библиотеку, стараясь как можно тише закрыть дверь. Парень тихо шагал в сторону библиотеки, размышляя о всём, сказанном раннее Вагнером и вспоминая свою личную карту. «Но если так думать, можно ли тогда верить самому Вагнеру? Действительно ли он поможет, если я всё разузнаю? » – внезапно пролетело в голове у юноши. «Так стоп. Теперь я думаю как Яков, ну вот...» – Немо вздохнул, повертев головой. Наконец дойдя до нужной двери, он взялся за ручку и аккуратно, тихо открыл дверь. Парня сразу же встретил запах старых книг и мёртвое спокойствие. Вокруг стояло много шкафов с различными изданиями. Среди них было много знаменитых писателей и большое количество книг в жанре «детектив». Нащупав в своих карманах ключ, Немо поднялся на второй этаж, и оглянувшись, на наличие посторонних лиц, стал открывать дверь в архив. Спокойно войдя в помещение, парень прикрыл дверь за собой и потянулся. Всё же, как тут хорошо. «Оливеру и правда не надоедает шумный отряд, раз уж он не скрывался здесь от посторонних глаз, да?» – Немо усмехнулся про себя и присел на стул, убрав с него газеты. «И всё же, что мне делать? Что если Вагнер воспользуется моим беспомощным положением и обманет, выставит как паршивого котёнка на расстрел?» – парень долго размышлял над этим, постепенно погружаясь в отчаяние, пока его поток мыслей не прервал скрип двери. Немо сразу же запаниковал, оглядываясь и пытаясь понять, куда ему спрятаться, но когда он услышал, а после и увидел, кто же вошёл в архив, парень тут же успокоился. – Ага, мистер шпион, что же ты здесь вновь вынюхиваешь? – достаточно тихий, слегка игривый знакомый голос прозвучал со стороны двери. – Яков? Что ты тут делаешь? – юноша, недоумевая, выгнул бровь. – Вообще-то этот вопрос должен был задать тебе я, но так уж и быть.. – он безразлично уставился куда-то в сторону, а после перевёл взгляд на рыжеволосого и отошёл от двери, прикрыв её. – я следил за тобой. Ты, ведь, так и не ложился спать? Зачем ты пришёл в архив вновь? Ты так и не закончил дело Шульца? Сослуживец отрицательно покачал головой. – Но не только из-за этого, – Немо недовольно взглянул в лицо Якову. – я надеялся побыть здесь один, но кажется, мне это не удастся. – Хм? С чего бы мистер шпион захотел бы остатся один в архиве? – Яков с подозрением заглянул прямо в коньячные глаза – ты подозрителен, Немо. – Ты серьёзно всё ещё не успокоился? Мы в союзе, забыл? – юноша устало вздохнул, переводя взгляд на газеты. – Даже так, я сказал, что попытаюсь верить тебе, а не буду верить. Это разные вещи. – он поигрался с маской, висящей на его ухе, а после продолжил – так, что-то случилось? Яков подошёл ближе и плечом опёрся об стеллаж, ожидая ответа. – Нет, ничего, – «шпион» кое как выдавил из себя улыбку и продолжил – это не касается моего расследования и тебя, в частности. Юноша с интересом глядел на недоумевающую физиономию Якова. – Даже так, я видел, как ты заходил в кабинет к командиру, что произошло? – тот поправил свои волосы, смахивая их со своего лица – ты узнал что-то о себе? Рыжеволосый заметно занервничал, ладони начали предательски потеть. – Нет, ничего особенного, Яков. – юноша вновь постарался выдавить из себя улыбку, но кажется, получилось весьма плохо – Вагнер только напомнил мне продолжать расследование. Яков нахмурился и внезапно схватил чужое, аккуратное лицо за щёки рукой. – Врёшь же, по тебе видно. Выкладывай уже, или ты мне не доверяешь? – он ехидно улыбнулся, нахмурив брови. Немо поморщился, начиная нервничать сильнее – ладно, если ты так сильно не хочешь мне ничего рассказывать, так уж и быть, твоя взяла. Не хочешь говорить сейчас, тогда расскажешь завтра или когда-нибудь потом. Яков отпустил чужие щёки, а рыжеволосый по какой-то причине почувствовал укол совести. Может стоит и правда ему рассказать? В конце концов, они собирались строить доверительные отношения. Юноша задумался, но затем заметил, как Яков уже собирался уходить. – Постой! – немного неуверенно выкрикнул «шпион». Яков тут же остановился и развернулся, с недоумением взглянув на сослуживца. – Что, мистер шпион всё же хочет мне что-то рассказать? – он ухмыльнулся, вновь поигравшись с маской. – Да, да, я расскажу, только подожди, дай с мыслями собраться..пожалуйста, – юноша опустил взгляд в пол, нахмурившись, а Яков вновь вернулся на прежнее место – мы узнали кое-что обо мне. – И что же? – седовласый с интересом глядел на своего товарища, но тут же увидев чужое выражение лица он продолжил: – это что-то не из приятных, да? Немо лишь молча кивнул. – Хорошо, соберись. – он безразлично отвёл взгляд в сторону. Какое-то время юноша молчал, не решаясь заговорить и собираясь с мыслями. Яков не такой уж и плохой, как ему казалось, да? Или он придуривается.. Рыжеволосый не уверен, это может оказаться очередной его проверкой. Лунный свет мягко падал на пол, освещая архив и лица двух парней. По какой-то причине, Немо не хотел заглядывать Якову в глаза. Его пустой взгляд тёмных омутов его и пугал, и смущал одновременно. – Ну? Что так мнёшься? – Яков нахмурился, но продолжил послушно ждать. – Я дезертир, Вальтер Майер, – юноша занервничал ещё сильнее, ладони ужасно потели, а руки предательски тряслись. Какова же будет его реакция? – Дезертир, значит.. – Яков задумался. – а тебя не должны были на расстрел пустить? – Так и есть, но Вагнер сказал, что было бы досадно потерять меня и он хочет помочь.. – Немо отчаянно опустил взгляд – но я не знаю, верить ему или нет, стоит ли надеяться на что-то вовсе. – глаза предательски защиплело. – Эй, – Яков встал напротив товарища. Немо стыдливо опустил голову, чувствуя, как горячие, солёные слёзы стали катится по щекам. – Я не это прошлое хотел вспомнить.. Я надеялся на лучшее, а оказался дезертиром! – юноша всхлипнул, начиная корить себя за то, что плачет сейчас прямо перед седовласым. Яков лишь хмыкнул. Немо замер, почувствав на голове чужую, тёплую ладонь. Седовласый бережно поглаживал товарища по голове. – Не бери всё так близко к сердцу, слышишь? – послышался смешок – всё будет абсолютно нормально, у тебя есть наш отряд, Вагнер. Командир поможет тебе, он же сам так сказал. Юноша плохо слышал Якова и продолжал хлюпать и хныкать, стыдливо прикрывая лицо руками. – Я не хочу умирать. – полушёпотом произнёс Немо, хмурясь, но продолжая плакать. – Ты не умрёшь, – твёрдо заявил Яков. Сослуживец присел на корточки перед рыжеволосым и убрал руки от его лица, изучающе глядя, а после приложил свою ладонь в перчатке к мокрой щеке, поглаживая. – Слёзы не идут твоему милому личику, улыбнись.