Добрый комиссар

      Одна неделя за другой протекали спокойно. Никто не был в курсе об отношениях Лололошки и Калеба и им это было только на руку. Они встречались по вечерам, но иногда целые дни проводили наедине друг с другом. Казалось, что таких идеальных отношений не бывает.       Калеб множество раз спрашивал себя: «Сможет ли он стать хорошим партнером для Марка?». Первое время он беспокоился об этом, боялся навредить или сделать неприятно, относился к нему с таким трепетом, что даже Ло смущало такое отношение. Со временем эта неловкость прошла, оставляя за собой лишь бабочек в животе и заботу. И тогда Калеб понял, что он собственник. Он знал это и раньше, но комиссар совсем другой. Общается с огромным количеством людей, ездит то в город, то в лес или же проводит целые недели в своём поселении. Прослушку ставить Калеб не хотел, даже мысли об этом не было. Он доверяет Марку. Он любит его, он восхищается им, видя в нём надежду.        Правда, в последнее время комиссар стал часто употреблять в разговоре Кавински и Лоренса-священника. И оба напрягали Главного Секретаря. У первого не чистое прошлое, так ещё и сомнительные компашки, в одной из которых находится Радан. Меньше всего на свете он хотел, чтобы этот рыжий был знаком с Марком. А что насчёт священника, голубоглазый сам говорил, что он его напрягает. Прозвал его «Дитя Света» и походит на фанатика. Ещё Вольдемар везде крутится, как и эта Тори. Чёрт. Шатен дал ей возможность устраивать концерты, лишь потому, что об этом попросил Марк: «Она хорошая девушка, талантливая» — и что в итоге? Прижимается к нему, целует… Так и хочется вызвать её к себе и поставить ультиматум: «Либо отвалишь от Марка, либо никаких концертов». Но он не может этого сделать, потому что она сразу же пойдёт плакаться её «милому бельчонку». «Бельчонок», аж тошно. От ревности Секретарь тоже дал ему прозвище — котёнок. И по реакции было понятно, что это прозвище комиссару нравится больше, чему Калеб был откровенно рад.       Вдруг к нему зашёл Инспектор. Сам, собственной персоной и задал странный вопрос. — В каких ты отношениях с комиссаром Марком? — Не понятно, зачем ему это. Но лгать не имеет смысла, он чувствует ложь. — В особых, — Спокойно отвечает Калеб под вопросительный взгляд Инспектора. — Мы встречаемся. Для этого вопроса была какая-то веская причина? — Войд, казалось, ожидал совершенно иной ответ. — Я часто видел его с тобой и Кавински, вопрос сам собой созрел, — Ему… Неудобно? — И тебе стоит поставить на него прослушку. — Зачем? — Сердито спросил Калеб. Войд округлил глаза. — В последнее время вокруг него крутятся нежелательные люди, ему могут навредить, как «месть».       Инспектор никогда не видел Секретаря настолько разгневанным. Было ощущение, что будь кто-то из этих "нежелательных" людей перед ним, он тут же бы пристрелил его. Неужели у них настолько крепкие отношения? И чем этот комиссар заслужил настолько особое отношение Калеба? Впрочем, какое ему до этого дела? Кроме интереса — никакого. — И ещё… Сегодня будет проходить концерт известной писательницы Тори, ты должен был слышать о ней, — Калеб так сильно сжал ладони в кулак, что послышался хруст. Эта девушка как-то насолила или пытается забрать то, что принадлежит ему? — Думаю, тебе стоит пойти туда. На нём будет произведена поимка особо опасного преступника. Марка могут привлечь к этому по незнанию. На этом всё,       После этих слов Инспектор ушёл в своей манере, с огромной папкой вопросов, касательно этого Марка.       Калеб сидел за своим столом, обозлённый на всё на свете. Даже Инспектор интересуется его Марком. Да сколько можно? Злость сменилась страхом, когда он вспомнил об поимке преступника. Правда, что, если комиссара примут за этого преступника или за его сообщника? Он обязан быть там. Концерт будет в шесть, прийти к началу не получится, только если к концу.

***

      Непонятный гул и шорох раздались эхом по огромному залу Эмпориума. Что творится снаружи?       Только Лололошка хотел встать и посмотреть, как внутрь ворвались полицейские, вооружённые до зубов. Первой мыслью был Вольдемар. Но этот. будет в будущем и его поймали на улице, тем более он сдался сам. Кто ещё? Радан или Кейт? Их здесь нет, у Кейт алгоритм, а Радану не до «высоких взглядов». Кавински? Он его не видел, но возможно. Но вот так врываться… Здесь точно что-то не чисто.       Оглядываясь вокруг, Лололошка увидел дрожащую от страха Тори. Она меньше всего ожидала встретить военных на её же концерте. Направляясь к ней через людей, его окрикнули. Поворачиваясь, Ло видит, как к нему быстро шагают двое военных. Они останавливаются в нескольких метрах от него. — Молодой человек, попрошу вас проследовать за нами, иначе будет хуже, — Сказал один из них, попутно доставая наручники.       Краем глаза он видит, как к нему продвигаются два силуэта. Тори и Кавински. Всё же он здесь. Но что полицейским нужно от него?       Девушка подбегает, хватает комиссара за руку и оттягивает от правоохранителей, к ней присоединяется Кавински. — Что вам нужно от Марка?! — Кричит она, дрожа и с силой впиваясь в руку комиссара. Лололошка скривился. С первого взгляда слабая, но хватка у неё что надо. — Тори, попрошу Вас отойти. Возможно, этот человек — опасный преступник. Он может навредить Вам. — Присутствующие со страхом и непониманием смотрели на разборки. Многие перешёптывались между собой. — Нет! Я не- — Какой из него преступник? — Сказал Калеб, приближаясь. — Г.Главный Секретарь?! Добрый д.день! — В один голос произнесли военные. — Вас разве не предупредили, что здесь будет находиться особая персона? — С явным раздражением сказал он. — Предупредили… — Так почему вы пытаетесь повязать эту персону? — Прошипел он, ускоряя шаг. Тори от страха отступила, выпуская руку парня из своей хватки. — Привет… — Слегка улыбаясь, проговорил брюнет. Он сделал шаг вперёд, тут же оказываясь в объятиях Секретаря. — Они ничего с тобой не сделали? — С волнением спросил Калеб. Его глаза бегали по телу парня, в поисках каких-либо ушибов или синяков. — Нет, они даже дотронуться не успели… — Неловко ответил парень. — Калеб, мы же на людях, — Смущённо прошептал Рома. — И что? — Калеб кинул высокомерный взгляд на Тори. — Я не могу волноваться за любимого человека? — Лицо комиссара залилось краской. В зале царила мёртвая тишина и казалось, что каждый отчётливо слышал слова шатена. — Можешь, но всё же… И что ты здесь делаешь? — Пришёл за тобой, освободился сегодня пораньше. Недавно открылся хороший ресторан, думал, сводить тебя туда.       Всё это время полицейские дрожали внутри. Как они умудрились принять за преступника парня Главного Секретаря?! А если бы они попытались повязать его?.. О Богини… Даже страшно представить, чтобы было бы. Сейчас все четверо молили Алу и Терру, чтобы всё обошлось. — Вот как… Мог бы и предупредить. — Я хотел сделать сюрприз, — Кареглазый повернулся к правоохранителям. — И по каким причинам вы посчитали, что он преступник? — А… Н.ну… Этот человек начал стремительно уходить, когда мы зашли, вот и… — Заикаясь, говорил один из них. — Я шёл к Тори, своей подруге. Она была напугана, вот я и… А… Знаете, я видел одного подозрительного человека, когда заходил сюда. Он пришёл раньше всех, весь в чёрном. Он, вроде, в ту сторону ушёл, — Рома указал на противоположную сторону Эмпориума. Полицейские ещё раз извинились за доставленные неудобства и ушли в указанном направлении.       Тори стояла со слезами на глазах. Она пораженно смотрела то на Марка, то на Калеба, который злорадствовал. Кавински от удивления снял очки и протёр глаза, мало ли, вдруг показалось. Но нет, невообразимая картина всё ещё стояла перед глазами. — Умопомрачительно… — Проговорил он, смотря на парней. — Калеб, пойдём, честно, я уже проголодался, — сказал комиссар. В бок резко стрельнуло, от чего голубоглазый скривился. — Всё хорошо? — Главный Секретарь аккуратно положил ладонь на болевший бок. — Сильно болит? — Нет, не сильно… Просто поехали, мне не нравится всё это внимание… — Хорошо, котёнок. — Ласково проговорил Калеб, беря Лололошку за руку.

***

— Может, всё же стоило поехать в больницу? Это может быть последствием от тех ран, — обеспокоено говорил Калеб, смотря на довольного и умиротворённого парня. — Нет, лучше уж просто сходить с тобой в ресторан и провести время вместе. Мы же почти не виделись в поселение несколько дней… — Прости. В Империи завелась группа преступников и от их проделок у меня много работы. Но теперь они решат залечь на дно и я смогу больше времени уделять тебе, котёнок.       Последнее он прошептал на ухо, кладя свою руку на ляшку Ло. Мироходец покраснел, но руку не убирал. Калеб воспользовался этим и с сильной сжал её, вызывая тихий вскрик. Подошла официантка. Калеб довольно улыбнулся и как ни в чём не бывало, сделал заказ. — Ты выбрал, что будешь, котёнок? — Да, — Пытаясь скрыть волнение ответил Рома.

***

      Уже дома Рома вспылил и раскраснелся. Он бросался подушками в Калеба. — Ты какого чёрта вытворял?! А если кто-то увидел это? — Замахиваясь очередной подушкой, кричал Рома.       Резко руку перехватили. Калеб хитро улыбался. Взял Рому за талию и притянул к себе. Хоть они и были парой, но Рома такой по природе человек, которого легко смутить. Пуще краснея, он пытался выдавить из себя несвязанные слова негодования. Лицо Главного Секретаря преображало издевательски черты. Он протянул руку парня к своему лицу, разворачивая, расцеловывая и покусывая тыльную сторону ладони. — Если вы собрались заигрывать друг с другом, могли бы и предупредить. Не думаю, что вам было бы приятно, если бы я за вами наблюдала,— Сказал появившаяся из ниоткуда Райа. — Мы играем, — Ответил Калеб, краснея. — Ага. Кошки и коты точно также играют, — Скептично произнесла Райа. — Райа! — Вскрикнул Лололошка. — Лололошка, у тебя замечено повышенное возбуждение, тебе бы позаниматься йогой и принять горячую ванну. — Ну наконец, хоть что-то дельное. Я пошёл, — Калеб заинтересованно зыркнул. — Без тебя. Я и сам прекрасно помоюсь, — Калеб печально выдохнул и сделал страдательный вид. — И не стройте из себя невинного, Главный Секретарь,— закрывая дверь, сказал Ло. — Вот же ж, — Фыркнул Калеб. — Калеб, я заметила, что ты расстроен. Совместное мытьё у людей означает что-то особенное? — Да. Но если партнёр не хочет, нельзя настаивать. Это может напугать его и оттолкнуть. — Вот как. Значит, тебя волнует не только физическое состояние Лололошки, но и его собственное мнение. Внесла изменения в базу данных. — Ты говоришь так, словно мне интересно только его тело. Подожди, база данных? — Да, что-то типа портфолио каждого нашего знакомого. Я вношу туда новую информацию или поправки.