Однажды в купе

Ещё один год в Хогвартсе, в школе чародейства и волшебства. Все спешили занять свободные купе, чьи-то родители даже визжали от радости, отдавая своих детей на первый курс. — Гарри дорогой, ради мерлина, не творите глупостей хотя бы в этом году! — отпуская мальчика, просила миссис Молли. — Хорошо. — растрепав и без того лохматые волосы, ответил Гарри. Только он понимал, если год пройдет без приключений–это будет рай. — Гарри! Рональд! мы уже опаздываем на поезд, поторопитесь. Схватившись за чемоданы, парни помахали на прощание Артуру с Молли, и забежали в поезд. — Рон, я пойду направо искать свободное купе, а ты налево. — кивнув друг другу, те разошлись. Гарри долго не мог найти не одного свободного места, пока не дошел до самого конца поезда, там как ни странно было одно полностью свободное купе. Шагнув внутрь, Гарри приметил на столе какую-то книгу, возможно забывшую кем-то. Разложив вещи, он решил осмотреть книгу, может она подписана и он найдет ее хозяина. Взяв в руки и посмотрев на обложку стало понятно что это вовсе не книга, а чей-то дневник в черной кожаной обложке, он был довольно толстый, скорей всего его ведут давно. Гарри решил открыть только первую страницу, вдруг там было написано имя хозяина, открыв её первое, что бросилось в глаза был рисунок в углу исписанного очень знакомым, каллиграфическим почерком, но Гарри все никак не мог вспомнить кому он принадлежит. Рисунок на котором изображен он и Драко-мать-его-Малфой целующиеся, а вокруг них сердечки. Сказать что Гарри ахринел от увиденного–нечего не сказать. После, как ему показалось, вечности сидения в ступоре, ему очень захотелось узнать кто, а главное зачем, это блять нарисовали. Понимая что все-таки читать чужие дневники, мягко говоря не прилично, а рисовать такое, будто бы прилично — подумал тот. Переборов осуждающий голос Гермионы в голове, Гарри все же решил прочесть страницу. «Слепой грифиндурок, даже в своих уродских очках нихрена не видит. Я лезу из кожи вон, чтобы он обратил на меня свое геройское внимание. Панси говорит что я умру в свои 20 лет с сорока котами, если не признаюсь ему. А я не признаюсь, низачно, он вон сидит улыбается своим грязнокровке с Уизелом. Как бы я хотел чтобы он так улыбался мне, но этого блять не будет никогда. Он же герой, у него есть Уизлетта на которой он потом жениться. Ненавижу его, ненавижу эту рыжую суку. Я хочу быть на её месте.» Гарри вспомнил кому принадлежит этот почерк.