Крылья, на которых нельзя взлететь

Сейчас Момо больше походила на мамочку. Домашняя одежда, распущенные волосы, милая улыбка - с этим всем она бережно укрывала Шизуко, что лежала около стены, одеялом. Магнелия поняла одну вещь и это то, что можно лежать на боку, если грамотно сложить крылья. Конечно, раньше она так и лежала время от времени, но чаще всего любила лежать на спине. Но, из-за того, что это было невозможно, сейчас она любила лежать так. — Момо, — пробубнила девушка, беря подругу за руку, что хотела уже встать, — Давай поспим сегодня вместе? — Ладно, — с лёгким смешком сказала она. Возможно она повелась на щенячьи глазки, а возможно и сама хотела это предложить, — После отбоя подойду к тебе, даже не вздумай засыпать раньше, поняла? Яойорозу понимала, как подруге тяжело заснуть, особенно, когда чувствуешь, что на спине постоянно что-то шевелится. Для Шизуко Момо была как супергерой для ребёнка, который защитит её от всего, что могло бы случиться: злодеев, плохих снов, да даже подкроватных монстров, которых не существует. Именно поэтому Магнелия занимала себя максимально, чтобы не заснуть. Играть в телефон, подготовить рюкзак, одежду, в пятый раз протрясти одеяло или поправить бирюзовый ковёр, что постоянно так и норовил улететь от кровати к шкафу. Но это всегда того стоило. Засыпать в объятиях всегда приятно, даже если этим человеком является девушка, чувствовать приятный запах, дружеское похлопывание по плечу, положить голову на объёмную грудь, в этом не было какой-то пошлости. Обе были заинтересованы в мальчиках, просто это какая-то традиция, что произошла именно в их парочке. Шизуко ходила к Момо, когда та болела, рискуя своим здоровьем, выгоняла с этажа Минэту, что так и хотел «посмотреть» на свою одноклассницу, после они спали вместе, потому что это у них — как максимальная поддержка и сочувствие, что они могли проявить друг к другу.

***

Утро было обычным: ранний подъём, протянутый стакан воды от Момо, что встала раньше, через пару минут Шизуко реально встаёт, а не просто делает вид, и начинает разминаться, так же расправляя крылья, издавая хриплые шипения и кряхтения, будто сейчас она упадёт и умрёт. — Я пойду. Как будешь готова, спускайся на завтрак, — у Момо, кажется, всегда такое хорошее настроение и даже сейчас она с улыбкой покинула комнату. Магнелия задумалась о том, что крылья, возможно, немного подросли, но эта мысль быстро отметается, человек растёт — возможности причуды тоже растут, именно поэтому крылья сейчас смотрелись значительно больше. Причесавшись, она всё же спустилась к завтраку, а точнее к завтраку в академии. Быстроланч выдал двойную порцию кацудона, поставил чай и даже дал бутерброд, измазанный в клубничном повидле. Возможно, это из-за того, что он видел, насколько сейчас красноволосая была без настроения, заставляя её улыбнуться. — Ого! И ты всё это съешь?, — удивлённо подняла брови Ашидо, смотря на то, сколько всего набрала Шизуко. — У нас вообще-то сегодня трудная тренировка на выносливость. Мне нужна сила и жидкость, чтобы заставить вас всех глотать пыль, — обвела палочками всех присутствующих, улыбнувшись. — Ты обычно не завтракала вообще, а сейчас двойную порцию ешь. Не боишься поправиться?, — Мина по-дружески улыбнулась, заставляя сжать палочки в руках. — Мне не помешает иметь пару лишних килограмм, — прошипела сквозь зубы Магнелия, начиная есть. Девушка будет есть всё, что только захочет и никто даже не посмеет сказать ей о том, что можно есть, а что нельзя. К тому же она выглядит крайне худощаво, да и с прошедшим временем она скинула несколько килограмм.

***

Но всё же что-что, а Шизуко и Момо связывало одно единственное — любовь к парням во всех смыслах этого слова. — Как думаешь, кто из них сверху?, — спросила Магнелия, смотря на то, как Киришима хлопает по плечу Бакуго, празднуя, что они победили своих противников. — Киришима, — с уверенностью сказала Момо. — А я думаю, что Кацуки, — Магнелия почесала шею, — Здесь весь из себя грубый и наглый, а в кровати нежный и чувственный. — Так обычно бывает. Добряк в жизни сверху, заставляя пассивчика проглотить свою наглость и попросить о более быстром темпе, — обе представили себе то, как вышеупомянутый блондин извивался под руками красноволосого, а после и то, как они поменялись местами и уже Кацуки вдалбливал в кровать Киришиму, что просил двигаться медленнее. — Универсалы, — сказали они в унисон, после улыбнувшись друг другу. — А если на месте Киришимы будет Деку?, — Шизуко посмотрела на парня с зеленоватым цветом волос, что сейчас выходил на поле. — Пассив, — Момо пожала плечами, — По нему видно, что он не сможет укротить пыл Кацуки, даже если он его свяжет. — Согласна, — красноволосая тихо засмеялась, когда Бакуго дал Мидории увесистый подзатыльник.

***

— Вообще-то, я просто потратила слишком много жидкости на тренировке!, — протестующее фыркнула Шизуко, выпивая уже третью бутылку воды. — Ты была на высоте, — Урарака улыбнулась, — Научишь меня своему последнему приёму? Ты так классно уломала Серо! Кажется, учителя вас шипперят раз ставят каждый раз против друг друга. — Это потому что Ханта постоянно проигрывает. Ему дают шанс отыграться, — Яойорозу пожала плечами, давая красноволосой ещё одну бутылку. — Не знаю как вам, но мне кажется, что он никогда меня не победит. Особенно с моим «водным объятием»! Хорошее же название? Лично мне очень нравится, — броском выкинула бутылку в урну, открывая ещё одну. — Нужно обязательно сходить куда-нибудь на выходных. У меня болит всё, ква, — Тсую опустила плечи, протяжно вздохнув. — Как насчёт сходить на массаж?, — Урарака тут же оживилась, обведя взглядом всех присутствующих. — Я за, — Момо улыбнулась. — А я пас. Лучше посплю подольше. К тому же, с крыльями массаж явно будет не самым лучшим, — Магнелия неловко провела по своим волосам, убирая прядь за ухо. — Давайте тогда куда-нибудь ещё? Будет неловко оставлять тебя одну, — тут на щеках Очако появился румянец, и она неловко отвела взгляд. — Да ладно вам, я не против. В выходные просто хочется поваляться. Я не запрещаю вам ходить туда или что-то подобное. Я правда не хочу никуда идти, — предотвращая всю неловкость, красноволосая первая зашла на порог академии, а после растворившись на лестничном проёме.

***

Шизуко вытерла ладони и лицо, избавляясь от воды, после пошло и само тело. Обводя каждый изгиб своего тела, расправляя крылья, потёрла спину. Крылья стали тяжелее из-за того, что перья впитали в себя большое количество воды. В общей душевой для девушек был фен, но он не особо помогал, и получилось высушить лишь самые кончики. До внутренних перьев было невозможно достать. В такие моменты она мысленно жалела Ястреба, что жил так всю свою жизнь. Пожалуй, это была вторая проблема, после той, что она не может спать на спине из-за того, что она не знала как их сушить, поэтому просто оделась, идя к лифту. Плечи вновь заныли, а сама девушка уже представила себе, как положит крылья на несколько полотенец сразу, откроет окно, где сейчас бушует ветер, и примерно так сушить и будет. Рядом с лифтом никого не было, она приспокойненько зашла, нажала на кнопку нужного этажа и дверцы закрылись. Она ехала не то чтобы долго, лифт остановился на втором, и ей в компанию пришёл Бакуго, который лишь кивнул, ради приветствия. Красноволосая сделала то же самое. Оба были без сил, даже разговаривать особого желания не было, но всё же Шизуко повернула голову, когда Кацуки выругался. — Что это за херня?! — Уж извини, но я не могу высушить эти чёртовы крылья, — фыркнула, когда обнаружила, что на низ лифта начало капать. Даже взмахивая крыльями, они всё равно продолжали быть мокрыми. — Если сейчас этот ёбанный лифт остановится, я тебя убью!, — вместо расслабленного лица, теперь его брови были сведены к переносице. Девушка представила эту картину: лифт останавливается, свет выключается, обоих охватывает паника, Шизуко говорит о том, что они умрут, а Бакуго успокаивающе обнимает её, целуя в лоб. Стоп, это что, дорама какая-то получается? — В итоге ничего не остановилось, паникёр, — Магнелия показала язык, а после буквально сбежала воплощать свою идею с реальность, слыша ворчание за своей спиной.

***

В комнате было холодно, девушка сидела спиной к окну, иногда вздрагивая от холода. На теле были шорты, верх она полностью сняла, чтобы просушить самые первые перья, но на случай, если Минэта или кто другой захочет зайти на плечи спереди она накинула одеяло. Сидела, листая ленту телефона, уперев локти о стол, что стоял перед ней. Короткий стук и в мыслях всплывает, как Момо обещала, что обязательно навестит подругу, поэтому красноволосая сразу же кричит «открыто». Если бы сейчас зашла Момо, то никто бы не удивился, но на пороге появился Кацуки, что был раздражён. Немного меньше, чем в лифте, но всё же. — Ты дура открывать окно, когда на улице такой ёбанный дубак?!, — рывком он пересёк большую половину комнаты, закрывая окно. Казалось, если бы он нажал немного больше, то точно бы заставил окно вылететь на улицу вовсе. — Эй, а как мне тогда сушить крылья? Это между прочим тяжело!, — надула губы Шизуко, напоминая тем самым маленького ребёнка. — Захлопнись, — только сейчас в его руках можно было заметить фен. Такой же она видела у Аоямы, который сушил волосы в гостиной. Блестящий, работающий на батарее, которую нужно заряжать, он был мощнее, чем в женской душевой. Парень присел в позе лотоса между двух огромных крыльев, начиная сушку. Горячий поток воздуха был как бальзам на душу после холодного ветра. Магнелия расслабилась, откладывая телефон, потеревшись вторым крылом об бок парня. Эта привычка появилась с Момо, отчего она сделала это неосознанно. — Хватит тереться! Ты вся мокрая, блять!, — отпустив одно крыло, он принялся за второе. Теперь она потёрлась сухим крылом, на что парень никаких возражений не высказал. Было приятно, что постепенно крылья становятся всё суше и суше. В своей голове она пообещала себе, что купит что-нибудь для Кацуки, чтобы поблагодарить его. Даже внутренние крылья просто кричали о том, как им приятно. От этого потянуло в сон, и она медленно опустила голову на стол. Пожалуй, это впервые, когда она засыпает так расслабление без нахождения Яойорозу рядом. Возможно, ей просто нужен кто-то сильный под боком, чтобы спокойно спать? Это не могло длиться вечно, поэтому парень всё же закончил. Выключая фен, заглядывая через плечо, смотря на то, как та заснула, на губах появилась усмешка и его рука сама коснулась основания крыльев, приложив к ней всю ладонь, но он нахмурился, когда девушка вздрогнула, вновь издав тихий стон. — Эй, с тобой всё норм?, — вновь заглянув через плечо, он заметил, где именно сейчас были её руки. Румянец на щеках говорил о том, что она была смущена, крыло вновь начало тереться, вызывая бурю непонимания со стороны юноши. Он не понимал, что происходит, поэтому отстранил свою ладонь, краем уха услышав разочарованный выдох. Он хотел спросить, что происходит, что он сделал не так, но сам не осознал, как оказался за пределами комнаты. Непонимание усилилось, он не знал, что именно сейчас нужно делать, отчего был в растерянности, прижавшись к двери, пытаясь услышать хоть что-то. Шизуко чувствовала себя слабой и беспомощной. Хотелось вернуть Кацуки обратно, попросить у него помощи или, хотя бы, чтобы он привёл Айзаву, но вся фишка было в том, что она не хотела потерять его как друга. И даже сейчас, упираясь лбом в пол, проникая ладонью сквозь шорты и нижнее бельё, хотела доказать, что у неё тоже была гордость. Когда обводила пальцами клитор, проникая внутрь, когда выстанывала имя блондина, сжимая вторую ладонь в руке, когда крылья поджимались, а низ живота начинал гореть от желания, она продолжала показывать свою гордость самой себе, после обмякнув на полу. На место чувство гордости пришло отчаяние. Было чувство, от которого она хотела отмыться, она боялась, что потеряет его.