God works in mysterious ways

Ещё пару лет назад, будучи школьником, Джейсон никогда бы не подумал, что свяжет свою жизнь с преподаванием. Но вот он здесь, спустя год учебы в университете, едет на свою первую серьезную практику – сопровождение туристической группы учеников-подростков. Вообще, ехать должен был хороший друг и сокурсник Джейсона, Ник, но его сестра-близнец внезапно объявила о свадьбе и наотрез отказалась проводить церемонию без присутствия своего дорогого брата, так что Нику пришлось остаться. На предложение поехать вместо Ника Джейсон согласился без долгих раздумий: и ценный опыт получит, и дополнительные баллы, и отдохнет заодно. Практика не обещала быть сложной, ведь с каждой группой детей ехал и их школьный преподаватель, помогать которому и было основной задачей Джейсона. Самое главное - найти общий язык, а там пойдет как по маслу. Так Джейсон размышлял ровно до момента, когда увидел на месте отправления своего «напарника». Колчек привык к учителям далеко за сорок, с мудрыми, но усталыми взглядами из-под опущенных бровей и четко оформившейся складкой между них же. Вместо ожидаемого перед ним стоял молодой мужчина, явно не старше двадцати пяти: прямая осанка, непринужденная поза, широкие расправленные плечи, темные, чуть волнистые волосы, смуглая золотистая кожа. Очень симпатичный. Одет он был по всем правилам учительского дресс-кода, позволив себе лишь аккуратно закатать рукава на светлой рубашке и оставить расстёгнутой самую верхнюю пуговицу. Джейсон часто заморгал, смутившись от неожиданности. Он давно научился ладить с уже изученным типажом преподавателей, настоящий же сбил его с толку. – Здравствуй...те. Эм-м, – Джейсон нерешительно замер. Его будущий «напарник» дружелюбно улыбнулся и протянул руку, сглаживая неловкость: – Здравствуй. Я мистер Осман, Салим Осман, приятно познакомиться. Джейсон кивнул, собираясь с мыслями. Ладонь Салима была чуть крупнее, чем у Джейсона, и обхватила его уверенно, твёрдо, даже приятно. – Джейсон, Колчек. Взаимно. – Какой курс? – поинтересовался Салим, чуть наклоняя голову набок и прищуриваясь. – Первый. Ну, перехожу на второй, – Джейсон сглотнул и облизал пересохшие губы. Кажется, всё не так и страшно, он справится. Осман одобрительно кивнул и снова тепло улыбнулся, изучая его лицо своими глубокими тёмными глазами: наверное, тоже прикидывал, насколько хорошо они смогут «притереться» друг к другу для плодотворной совместной работы. Дневной перелёт был долгим – летели в небольшой прибрежный городок в Испании, в паре часов езды от Барселоны, – все изрядно вымотались, и Джейсон сам не заметил, как вырубился на плече напарника, едва коснувшись пятой точкой сидения автобуса. Потом он долго извинялся за те два часа, которые Салим вынужден был провести в неудобной позе с тяжёлой головой на плече, на что Осман ответил, что будь ему неудобно, он бы об этом ясно и доходчиво сообщил. В отеле их поселили в соседние номера, и Джейсон облегченно выдохнул: ему было как-то странно рядом с новым знакомым, хоть и довольно уютно. ...Салим оказался совсем не таким, каким должен быть учитель. Точнее, с детьми он был идеальным учителем – не придерешься – и поможет, и объяснит, и проследит, и одернет мягко, где надо, и подтолкнет там, где следует. Но вот в свободное время... Поздними ночами Салим курил на своем балконе, абсолютно голый: на второй день пребывания в отеле Джейсон вышел подышать воздухом, мучаясь от внезапной бессонницы, и чуть не поперхнулся от открывшегося вида. В слабом лунном свете Колчек толком ничего не рассмотрел, но сам факт заставил его изрядно покраснеть. Салим, конечно, тут же подхватил полотенце и обернул его вокруг бедер, извиняясь, но его глаза при этом хитро сверкали во тьме отнюдь не от смущения. Салим травил какие-то арабские байки вперемешку с пошлыми анекдотами с абсолютно непроницаемым лицом. Салим не гнушался и крепкого словца – еле слышно, едва разборчиво, если дети были в радиусе ближайших метров пяти, и в голос, не стесняясь, когда кругом были только взрослые. А ещё он был чертовски, преступно горяч, и Джейсон натурально мучался, когда в автобусах между многочисленными экскурсиями Салимово бедро на соседнем сиденье плотно прижималось к его собственному. Словом, Джейсону хватило ровно четыре дня, чтобы влюбиться до дрожи в коленях.

***

– Ну как, полегче? – спросил Салим, усаживаясь рядом во время ужина на пятый день. Сегодня экскурсий не было, к вечеру даже остались какие-то силы, и Джейсон утвердительно кивнул, допивая остатки своего холодного чая. – Есть какие-то планы на вечер? Колчек закашлялся. Обычно после ужина в семь и пары-тройки партий в бильярд они расходились по комнатам и встречались только утром. Совладав с дыханием, он проглотил чай и ответил, что планов у него ровно никаких. – Дети застряли в кино часа на три, можем на это время вырваться в город, развеяться, – сказал Осман, вопросительно дернув бровями. – Тут парк развлечений в двадцати минутах езды. Спокойно, Джейсон, спокойно, это просто прогулка двух коллег, не выдумывай лишнего, только всё испортишь. – Почему нет, – согласился Джейсон. – Давай. Через полчаса выяснилось, что Салим чертовски любит воду, а конкретно - водные горки. На некоторых в самый раз было надевать дождевики, о чем никто из них, конечно, не подумал – и с очередного аттракциона они слезли хоть и полные впечатлений (Салим – положительных, Джейсон – не очень), но мокрые почти до нитки. – Ненавижу, блядь, воду, – ворчал себе под нос Джейсон, ежась и обнимая себя руками, косясь при этом на довольно отряхивающегося Салима. – И именно поэтому ты вызвался ехать сопровождающим с детьми к морю? – разглядывая фыркающего, как кошка, Колчека, по-доброму усмехнулся Салим. Его футболка плотно прилипла к телу, повторяя контур рельефных мышц; волосы, более длинные на макушке, промокли, упали на глаза, и Салим небрежно откинул их, зачёсывая пальцами назад. Блядь. Джейсон был уверен, что эта картинка теперь отпечатается в его голове и будет крутиться бесконечной гифкой до скончания времен. – Да плавать я люблю, – ответил он, промаргиваясь, – а вот мокнуть в одежде – ни хрена. Осман коротко рассмеялся, потом осмотрелся по сторонам и поманил Колчека поближе. – Иди ко мне, – он раскинул руки в пригласительном жесте, чуть прищурил глаза, и Джейсону показалось, будто они тепло замерцали в тусклом свете фонарей. – Зачем? – глупо спросил Джейсон, просто, чтобы заполнить паузу, вызванную своим смятением. – Трясёшься как осиновый лист. – Согреть меня хочешь, что ли? – ляпнул Колчек и уже собирался откусить собственный язык, но Салим ответил серьезно и просто: – Хочу. Сердце застучало так часто, что Джейсону впору было выписывать штраф за слишком громкий пульс, но он, не проронив больше ни слова, решительно сократил то маленькое расстояние, что между ними было, доверяя себя рукам Салима. Тот опустил свои тёплые ладони ему на плечи, затем развернул Джейсона спиной к себе и потянул вниз, опускаясь на широкую скамейку, около которой они стояли. Усадив парня между своих бедер, он заключил его в кольцо из рук, прижал вплотную к себе и уперся подбородком ему в плечо. – Лучше? – почти шепотом спросил Салим спустя полминуты в тишине. – Мгм, – так же тихо отозвался Джейсон, растворяясь в мягком, обволакивающем, таком приятном тепле сильного тела позади себя. - Чувствую себя как на свидании. Салим чуть ослабил давление на плечо, немного отодвигаясь, направил лицо Джейсона за подбородок в свою сторону: – А были какие-то сомнения? – они обменялись вопросительными взглядами. - Вообще, я не сторонник шаблонов в отношениях, но чтобы ясно обозначить свои намерения... Да, это определенно свидание. ... Джейсон был готов оплатить миллион штрафов, терпеть боль в затекающей от неудобного положения шее, искупаться ещё сто раз в ледяной воде - только бы Салим не останавливался. Он целовался так, что мозг забывал обрабатывать горький привкус сигарет, оставляя только наслаждение от неторопливого скольжения гладкого языка во рту; так, что коленки начинали дрожать, как у четырнадцатилетней девственницы; так, что Джейсон уже чувствовал себя на седьмом небе. Когда горячие влажные ладони Салима скользнули ему под футболку, оглаживая бока и низ напряженного живота, Колчек не сдержался и глухо простонал, разворачиваясь лицом к Осману и седлая его бедра. Ему было плевать на редких прохожих, на то, что они вообще-то в общественном месте – к чёрту это всё. Джейсон обхватил Салима за затылок, приникая к его губам новым глубоким поцелуем, заерзал, притираясь начинающим твердеть членом. – Джейсон... – выдохнул Осман между жадными поцелуями. – Джейсон... Притормози, – он подхватил его под подбородок, слегка отодвигая от своего лица. – Или я за себя не ручаюсь. В подтверждение своих слов Салим крепче сжал вторую ладонь на ягодице Колчека. – Лучше поскорее вернуться в отель, – учитель заморгал, возвращая взгляду фокус. Джейсон сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Окей. Но мне нужна... Ммм... Минутка. Он красноречиво и немного смущенно опустил взгляд между их тел. – Тогда тебе лучше слезть с меня. Всего на полчаса, – Салим помог Джейсону подняться и сесть рядом, легко чмокнул его в висок, приобнимая за плечи. – И нам стоит поискать сушилку, не хочется оставлять после себя лужу на сиденье.

***

Путь до отеля пролетел для Джейсона незаметно: его голову целиком занимали только мысль о предстоящей ночи (неужели это ему не снится и Салим правда ответил ему взаимностью?..) и ощущение тепла от переплетенных пальцев их рук. Обещанные полчаса разлуки растянулись вдвое, ведь им следовало убедиться в том, что все подопечные на месте и собираются ложиться спать. Всё это время Джейсон то и дело нервно поглядывал на Салима: не передумал ли? Тот был само спокойствие, но когда они наконец пересекли порог его комнаты, Джейсону ясно продемонстрировали – не передумал. Боже, Джейсон просто тонул в новых ощущениях. Горячие руки, нежно, но настойчиво избавляющие его от так и не высохшей полностью одежды; мягкие губы на чувствительной шее; сильные пальцы на загривке, то поглаживающие, то слегка потягивающие за волосы – и этого было мало. Собственные дрожащие пальцы, путающиеся в пуговицах чужих джинсов. Настойчивый, помутневший от возбуждения взгляд – и молчаливое, уверенное согласие в почти чёрных глазах напротив. Салим определенно знал, что и как нужно делать. Джейсон цеплялся пальцами за пряди его тёмных волос, зажимая свой рот свободной рукой, пока ловкий язык доводил его до исступления; нервно сжимал бедрами Салимову голову, не сдержав-таки громкий стон, когда первый оргазм настиг его. Джейсон и словом не обмолвился об отсутствии хоть какого-то опыта, но Салим читал его как открытую книгу: делал всё так нежно, основательно, долго и осторожно, что Колчек не почувствовал и десятой доли того дискомфорта, на который был настроен. Осман двигался в нём медленно и плавно, покрывая поцелуями лопатки, основание шеи, плечи, ласкал пальцами чувствительные соски, поглаживал низ плоского живота, дразняще задевая снова наливающийся член, шептал что-то на арабском – Джейсон ни слова не понял, но по тону низкого хриплого голоса это было что-то ласковое и чувственное. – Салим... я... мм, блядь... – Колчек вымученно простонал, накрывая ладонью чувствительную, скользкую от естественной смазки головку, и задрожал всем телом, кончая во второй раз. В девятнадцать лет трудно было строить из себя выносливого и стойкого любовника. Осман ответил ему низким, почти рычащим стоном, провёл ладонью от поясницы вверх, вдоль позвоночника, зарываясь пальцами в волосы, как бы говоря: «хороший мальчик». Ускорил темп, крепче сжимая начинающие разъезжаться бедра Джейсона. ... Спустя несколько минут, засыпая в медвежьих объятиях, Джейсон лениво думал, что ни с кем ему не было бы так хорошо в свой первый раз, как с Салимом. Раннее солнце разбудило Колчека ярким тёплым лучиком прямо в лицо. Он тут же зажмурился, прислушиваясь: боялся, что откроет глаза и найдёт рядом только давно остывшую часть постели, ведь то, что они переспали, совсем не значило обязательного продолжения. Вдруг Салим «распечатал» его как доверчивую школьницу и тут же забыл, получив желаемое?.. О чём вообще Джейсон думал?.. Они знают друг друга буквально несколько дней, и если бы кто-то сказал Колчеку, что он лишится девственности с мужчиной на шестой день знакомства – он бы только пальцем у виска покрутил. Джейсон закинул руку за спину, шаря по простыням, нащупал крепкое предплечье. Фуух. Он остался, он здесь, рядом с ним. Салим пошевелился, что-то сонно и неразборчиво проворчал, закинув руку Джейсону на талию, подтянул к себе, устроил ладонь прямо поверх неспокойно бьющегося сердца. – Который час? – Эмм... – Колчек потянулся за телефоном на тумбочке. – Полседьмого. – Отлично, можно валяться ещё целых полчаса, – он легонько прикусил Джейсона за загривок, прижался к нему бёдрами, просовывая меж его ног своё колено. – Забавно, – Джейсон сжал свою ладонь поверх Салимовой. – Я вообще мог сюда не попасть, поехал вместо друга, у которого не получилось. – Хмм, – хмыкнул Осман, пощекотав горячим дыханием его шею. – Я тоже. Парень заинтересованно повернул голову. – В смысле? – Ну, я в конце месяца увольняюсь из школы, поэтому и решил напоследок съездить с учениками, провести вместе время. – А почему увольняешься? Переезжаешь? – Можно и так сказать, – не стал вдаваться в подробности Салим. Джейсон замолчал, поджав губы. Он боялся поднимать эту тему. О том, что будет после этих двух недель. О жизни за пределами этого отрезка времени, затопленного солнечным светом, чистыми яркими эмоциями и чувствами. Его первой любовью. Боялся отказа, боялся неловкого молчания в ответ, поэтому и пустил всё на самотёк. Просто наслаждался каждым мгновением, каждым поцелуем, каждой близостью.

***

Стоя перед автобусом на остановке в городе, где пока ещё жил Салим, Джейсон нервно кусал губы, задумчиво слушая знакомый до последнего нюанса любимый голос. Дежурное прощание перед глазами детей и других коллег Салима, но даже от такого Джейсон бы ни за что не отказался, лишь бы продлить его присутствие рядом с собой ещё хоть на несколько минут. – Дай мне свой адрес. – Что? – услышанная фраза выдернула Джейсона из грустных размышлений. – Навещу тебя как-нибудь. Для обмена рабочим опытом, конечно, – хитро улыбнулся Салим и подмигнул. – Хотя я и не лучший пример для подражания: курю, матерюсь, совращаю коллег младше на полдесятка лет – никакой профессиональной этики. Джейсон пытался выглядеть уверенно, хотя мигом покрасневшие кончики ушей с головой выдали его волнение. Он быстро напечатал в смартфоне Османа свой адрес и вернул его хозяину. Салим пробежался глазами по строчкам, задержав на несколько секунд глаза на названии города, где жил и учился Джейсон. Удовлетворенно кивнул, пряча телефон в карман. Колчек покосился на стайку подростков позади Салима. – Ты же точно увольняешься и уезжаешь из города? Салим кивнул. – Тогда... Джейсон быстро, пока не передумал, взял учителя за ворот рубашки и притянул ближе, ясно давая понять, что собирается сделать, но всё еще оставляя секунду на то, чтобы отстраниться. Но Салим не только не стал останавливать его, а даже с вызовом ухмыльнулся, прикрывая глаза – и Колчек уже с полной уверенностью коснулся его губ, обвивая шею руками. Толпа сзади многоголосо зашелестела, послышались негромкие возгласы и даже пара девичьих умилительных вздохов. – До встречи, – шепнул Салим на ухо Джейсону, коснулся на секунду его лба своим, затем отстранился и пошёл к своим ученикам.

***

Прошло две недели с тех пор, как Колчек вернулся в родной город на учебу. Первые дни он был весь переполнен предвкушением: у Салима - его номер и адрес, он же наверняка позвонит ему или напишет. Но дни шли, а телефон молчал. Джейсон даже нашёл Османа в соцсетях, но написать так и не решился, понуро думая, что навязываться – это не про него. Сидя на утренней паре в очередных хмурых раздумьях, Джейсон не сразу услышал, как прозвенел звонок и в аудиторию вошёл учитель. Но как только тот заговорил, парень резко вздернул голову, не веря своим ушам. – Доброе утро, меня зовут мистер Осман, Салим Осман. С сегодняшнего дня вести практику у вас буду я, – он оглядел комнату, на долю секунды задержав глаза на Джейсоне. – Проверим домашнее задание? Итак, – он для вида пробежался глазами по списку учащихся, но Джейсон был уверен, чья именно фамилия сейчас прозвучит. – мистер Колчек, начинайте.