Великие умы мыслят одинаково

Могучий Мегатрон был весь в размышлениях... Довольно долго. Это очень беспокоило его подчиненных. Ибо (как было сказано 14 глав назад), когда он размышляет, то, что приходит ему в голову, приводит к большому количеству смертей. Желательно со взрывами и огнём. Много огня. Да, он постоянно был начеку. Он постоянно отражал атаки Старскрима, и для этого требовалось некоторое знание того, что происходит вокруг вас (сикер мог быть довольно незаметным, когда хотел). Но помимо этого Лидер всея десептиконов либо сидел в кресле и думал, либо ходил туда-сюда и думал. Или приказывал своим бойцам выполнять рандомные, почти бессмысленные задачи. В основном выбрасывать «мёртвое» тело Старскрима после очередной неудачной попытки убийства. Или украсть тахионный передатчик с корабля Элитной Гвардии. Как уже сказано, рандомные бессмысленные задачи. Личности Блицвинга (все они) становились... нервными. Рандом вышел, судорожно выкрикивая куплеты из песен на немецком и голландском языках (раздражая всех, даже другие личности), чтобы выразить свой стресс из-за длительных сеансов размышлений своего Лидера. Хотхед огрызался на всё (даже на неодушевлённые предметы), что как-то не так на него посмотрит. Ну, так он это описал. Несмотря на то, что Айс сказал, что неодушевлённые предметы не могут «смотреть» на него. Это только что привело к внутренней перепалке. Во время которой Рандом взял на себя управление телом и сумел завершить всю песню под названием «Mai Ai Hee». Рандом очень гордился этим достижением. Лагнат был Лагнатом. Он ежечасно восклицал о том, каким удивительным был Мегатрон, выполнял какую-то бесполезную работу, например, кормил человека, а затем снова восклицал о том, каким удивительным был Мегатрон. Это раздражало даже Рандома, которого было очень трудно разозлить. Мегатрон протёр свой шлем, пока Лагнат разглагольствовал о том, какой он удивительный и славный. Конечно, поначалу было приятно постоянно слышать, какой он классный, но в конце концов ему просто хотелось заткнуть этот громкий рот кляпом. Как сейчас. Мегатрон прорычал Рык Смерти (ТМ)¹, а потом побрёл к выходу. Ему нужно было выбраться из пещеры, ему нужно было убраться от своих приспешников-идиотов, ему нужно было выяснить, как во имя Ям этот проклятый Прайм победил его. Великий и Могучий Лидер Десептиконов стоял возле шахт, где он и его подчинённые поселились. У него было подозрение, что глубоко в его процессоре скрывается главный гениальный план, но ему нужно было сначала связаться с Шоквейвом на Кибертроне. Ему просто нужно было сначала узнать об этом Прайме. По какой-то странной причине у него было ощущение, что мало что проскользнёт мимо этого нового Прайма, что он каким-то образом обыграет его, если он попытается что-то сделать. Поэтому ему нужно было сначала победить Прайма. Но как? Прайм был искусен, очевидно, он уже давно сражался. Штурм в лоб не годится. Тогда засада? Где и как? Он знал, что их жалкое оправдание для базы подойдёт. Что, если бы он мог вывести его товарищей по команде с базы, но каким-то образом удержать самого Прайма внутри? Или (ведь Прайм был очень самоотверженным) мог выманить его. Как? Стоп-стоп... Конечно. Почему он не подумал об этом раньше? Мегатрон рассмеялся — нет, он злобно захохотал в небо, подняв свои манипуляторы, чтобы насладиться своей гениальностью. Это было идеально! И он достанет Прайма!